Глава 42. Понять. И, наконец, открыть душу
Когда Наташа проснулась, у нее даже не возникло мысли пойти на работу. Соня ещё спала, но ручки были подтянуты к лицу, что означало мышечный тонус, значит, действие таблетки закончилось. Это вселяло спокойствие. Наташа тихо встала и пошла на кухню. Заметив отсутствие мужской обуви в прихожей, поняла, что Игорь ушёл. Что-то кольнуло в сердце, но… Правильно, ведь ему даже спать у неё было негде.
Записку она увидела сразу. «Я уеду на несколько дней в Европу, по любому вопросу звони Антону, он все решит или найдёт меня. Передай Соне, что я ее люблю и привезу подарок». Провела невесомо подушечками пальцев по написанным буквам. В голове крутился глупый вопрос: «А меня не любишь? Только Соню?» Ведь теперь все поменялось. Но тут же выкинула их из головы, потому что услышала детский голос.
У Сони болела голова, что вполне могло быть из-за препарата, но в остальном девочка чувствовала себя хорошо. Причем совсем не понимала маминого состояния и такого внимания. И почему они не идут в школу. Потому что Наташа не отходила от неё ни на шаг, постоянно касалась дочери, чувствуя в этом острую необходимость. Только позавтракав, Наташа решилась спросить, что вчера произошло.
– Мы нормально с дядей Димой погуляли, он меня в кино сводил, сказал, ты разрешила, – как ни в чем не бывало ответила девочка.
А Наташа не могла разобраться. Разве она не поняла?
– Дочь, расскажи с самого начала, пожалуйста…
Соня странно посмотрела на маму. Но все же послушалась.
Она же знала Диму, видела его не один раз на работе мамы, поэтому и остановилась поговорить. Он сказал, что сегодня мамы допоздна не будет, так как она на сложной операции и звонить ей бесполезно.
Наташа этот вариант и предполагала, и с силой сжала маленькую ложку, которой размешивала чай.
Он действительно никакого вреда не нанёс. Сводил Соню в кино, потом покормил в Макдональдсе, а после повёл к себе домой, обещая, что мама заберёт ее от него. А дома просто включил мультики. Вот только когда он сказал ложиться спать, а Соня ответила, что будет дожидаться маму, он чуть ли не заставил ее выпить воду, и дальше она ничего не помнила.
– Мне он не очень понравился, мам, в следующий раз я лучше к Ксюше пойду и у неё подожду, хорошо?
Наташа порывисто притянула дочь к себе и крепко обняла, стараясь скрыть навернувшиеся слезы.
– Следующего такого раза не будет. Обещаю, – поцеловала дочь в волосы. – И вообще, тебе, наверное, это не совсем понравится, но будешь снова оставаться на продленку, а забирать я тебя буду сама, хорошо?
– А мне нравилось на продленке, дома уроки делать не надо, – радостно отозвалась Соня, чему Наташа улыбнулась сквозь слезы.
– Отлично! Замечательно…
Девочка убежала из кухни, а Наташа продолжала сидеть, не зная, кого благодарить. Потому что это было невиданным счастьем, что дочка ничего не поняла. Ведь такие вещи могут оставить шрамы на всю жизнь! Но судьба сжалилась над ними, за что Наташа и повторяла про себя «спасибо».
Вопреки своим же принципам она решилась просто так позвонить Игорю. Спросить, как спал, как себя чувствует. Но, похоже, он действительно уехал из страны, потому что телефон уже был отключён.
До сих пор в голове не укладывалось, что он ради них пошел на такой шаг. Если это перевести в сумму, то Наташа бы запуталась в нулях, и это пугало.
Ведь магазины для Игоря все… Или уже не все? Неужели он решил для себя, что они с Соней важнее работы?
Выдернул из мыслей звонок шефа, который спрашивал, не знает ли она ничего про Димку. И Наташе удалось изобразить удивление. Хотя с большим трудом.
В обед раздался звонок в дверь. Совсем не ожидала увидеть Антона.
– Держи, кажется, вам ещё понадобится. – Он протянул Сонин рюкзак и ее сотовый телефон.
– Спасибо, – ответила Наташа, принимая. Хотела спросить о Димке, но вслух произнесла другое, то, что волновало куда сильней: – А Игорь уехал, да?
– Да. И я надеюсь, когда он вернётся, у вас наконец-то все наладится…
Он хотел спуститься по ступенькам, но Наташа остановила.
– Он винит меня? Скажи честно.
Антон обернулся и серьёзно сказал:
– Он нет. Я да. Но это не я потерял несколько миллионов, поэтому мое слово тут ни при чём. – Больше ничего не говоря, он побежал вниз.
Наташа захлопнула дверь и немного рассеянно пошла к Соне. Она бы, наверное, тоже винила себя на месте Антона. Как ни крути, все могло сложиться по-другому, не уйди она тогда… Или если бы они вообще не встречались…
К черту эти «если бы»! Нельзя оглядываться назад, какие бы ошибки не были совершены, потому что ничего не изменить. Жить нужно настоящим.
***
Дни тянулись невообразимо медленно. В душе Наташи поселилась пустота, которая по ночам не давала спать. В отпуске мысли и эмоции по отношению к Игорю были иными. Тогда он и без связи и на расстоянии ощущался. Будто знала, что думает о ней, и это на каком-то подсознательном уровне успокаивало. Да, было больно, но тогда Наташа гнала мысли о нем, убеждала себя в том, что он ей не нужен, что им по отдельности будет легче.
А вот сейчас Наташа его не чувствовала. Как бы глупо это ни звучало, Наташа боялась, что он больше не придёт. А хотела. Сейчас очень хотела его видеть, ощущать, смотреть в темнеющие глаза, чувствовать сильные руки на себе. Сейчас и принципы куда-то испарились, ей хотелось к нему домой. Все же побороть свой страх и сесть за руль. Сможет!
Она научит его звонить. Каждый день сама будет об этом напоминать, и постепенно он привыкнет, по ймет, что это нужно.
Ведь он просто не знал, насколько это важно. У него не было отношений, он это не умеет. А она женщина, должна быть умнее, направлять, в конце концов! Значит, мало говорила, плохо давала понять. Все в наших руках, разве не так?
Держа кружку кофе, смотрела на чёрную воду и ухмылялась. Женщина… которая, возможно, потеряла своего единственного мужчину.
И остался один страх: что он не сможет ей простить потерю бизнеса…
А еще припоминала своего бывшего мужа. Он больше не звонил. Как можно было, услышав, что, возможно, твоя дочь потерялась, даже не позвонить и не поинтересоваться? Зато теперь она без зазрения совести могла вычеркнуть его из своей жизни.
В конце рабочей недели они с Соней шли домой и увидев машину Игоря перед подъездом, у Наташи чуть не остановилось сердце. Она хотела побежать вперёд, скорей увидеть его и, главное, почувствовать себя живой. Потому что уже неделю как начала в этом сомневаться. Вот что случается, когда признаешься себе, что любишь до дрожи, понимаешь, что краски из жизни утекают, оставляя только серый безжизненный цвет.
Соня тоже узнала его машину, и Наташа про себя сказала дочери спасибо, когда та рванула вперед. Теперь у неё тоже была эта возможность.
Он стоял у квартиры, и Сонька первая к нему подбежала, только обнять не решилась, а только вскрикивала рядом, как рада его видеть.
Наташа всматривалась в его лицо, отмечая все изменения. Волосы стали длиннее. Снова не брился… Только теперь привёл бороду в порядок, что придавало ему ещё больше мужественности и сексуальности. Боялась отчего-то сделать шаг вперёд от лифта, словно что-то мешало. Наконец-то он поднял на неё глаза, которые улыбались. И от этого в душе Наташи словно распустились цветы, почувствовавшие тепло солнца.
– Привет, – весело произнёс он, – чего замерла? Не говори, что не скучала, не поверю.
Не улыбнуться она не смогла. Покачала головой, опустила взгляд и достала ключи из сумки. Только Соня оказалась проворней и первой открыла дверь, забегая в квартиру.
Игорь не заходил, дождался, пока Наташа подойдёт и взял ее ладонь.
– Пойдёмте прогуляемся? Погода такая хорошая, а?
Она не ответила, только посмотрела в невероятно красивые глаза. Конечно, она пойдёт! Куда он скажет, туда и пойдёт!
– Сонь, пошли гулять, – не дожидаясь ответа, позвал он, не выпуская из плена глаза Наташи.
«Я скучала».
«И я скучал…»
Оба очнулись, когда Соня захлопнула дверь и немного пихнула Наташу.
– А куда идём? – спросила девочка.
– Я вам кое-что покажу… – загадочно подмигнул ей Игорь.
Снова ситуацию спасала Сонька. Рассказывала о своём позавчерашнем концерте, где они с девочками танцевали русские народные танцы, рассказала, как Ксюшу обижает один мальчик, в общем, без ее болтовни взрослые бы не справились со своими эмоциями. Потому что они бурлили у обоих. Наташу затапливало кучей вопросов, которые она боялась задать вслух. А Игорь переживал насчёт своего подарка. Вернее, не совсем подарка…
Они все подошли к единственной новостройке в их районе, и Игорь, ловко набрав код, пропустил своих дам вперёд.
– Игорь, мы к кому-то в гости идём? – Интерес брал своё.
– Нет, – только и ответил.
Соня совсем замолчала и не проронила ни слова до самого девятого этажа. Достав ключи из кармана, Игорь открыл железную дверь и вошёл первым, включая свет. Кажется, Наташа начала понимать…
– Прошу. – Он сделал жест рукой.
Наташа зашла и обомлела. Потому что вся отделка в квартире, насколько хватало ее взгляда, была кучей оттенков одного цвета. Цвета Тиффани.
Сначала вырвался один нервный смешок. При взгляде на стены. С бирюзовыми цветочками. Потом ещё. Когда посмотрела на мятные шторы. А потом Наташа привалилась к стене и, закрывая лицо ладонями, залилась хохотом. Теперь от лакированной мебели. Она тоже была этого цвета.
– Игорь, это что? – Только и смогла сказать сквозь смех.
Правда, смеяться перестала, почти, когда увидела очень серьёзное лицо мужчины.
– Это моя новая квартира. Я продам дом.
Про квартиру уже поняла, а вот от его слов касаемо дома осталась в шоке.
– Как продал?
– Так. Ну ещё не продал, но буду. Теперь я буду жить тут.
Наташа хлопнула глазами.
– Почему?
– Потому что ближе. Тут тоже два этажа. Магазины рядом, детская площадка хорошая… – провёл по бороде. Он нервничал и, обернувшись, пошёл вглубь квартиры, где уже рыскала Соня.
Значит?…
– Игорь! – позвала его Наташа и прошла в ближайшую комнату.
Большая и светлая кухня, оформленная в светло-зеленый цвет, грамотно расставленная блестящая техника. Бережно провела рукой по столешнице. И когда он успел?
– Что? – только появился на кухне Игорь, как Наташа подошла к нему вплотную.
– Вольский. Ты меня любишь? – спросила прямо, с замиранием ожидая ответа. Знала это. Уже поняла. Только услышать все равно хотелось.
– А какие варианты ответа есть? – в свою очередь спросил он, проводя пальцем по ее щеке. Дрожь по телу от этого движения прошла у обоих.
Интересно, они всю жизнь будут так реагировать на касания? Хотелось бы…
– Один вариант. Ерундовый. Да!
– Ну раз ерундовый… – Он ухмыльнулся, но не ответил, а задал свой вопрос: – Тебе не нравится ремонт?
Наташа вновь улыбнулась. Как бы ему так ответить…
– Ты перестарался, Игоречек. Я люблю этот цвет, но не настолько. – Она неловко засунула руки под его пиджак и сжала по бокам рубашку.
– Да я сам вчера ошалел… – признался он. – Дизайнера нанял перед отъездом, только и сказал про цвет и сроки…
– Во всей квартире так? – спросила, боясь ответа.
– Да-а-а… – Он провел по складочке на ее лбу от недовольства, разглаживая. – Мы ведь переделаем, а? – с надеждой поинтересовался.
– А ты зовёшь меня жить здесь, да? – спросила, подняв бровь.
– Угу. А ещё замуж тебя зову. Пойдёшь?
Сейчас он слегка улыбался, но взгляд выдавал волнение. Разве он может сейчас бояться отказа?
– А ты нам время уделять будешь? Звонить, писать и вовремя приходить с работы? Разговаривать…
– Разговаривать всегда! Обо всем! Я тебя достану еще, доктор Наташа, – пригрозил шутливо он, и добавил: – И у меня теперь куда меньше работы, так что да на все. – А эти слова неприятно прошлись по обоим. Словно зацепили ещё ноющую рану.
Наташа виновато опустила голову.
– Наташ, – он поднял ее лицо к своему, – я ни о чем не жалею. Вы стоите того, пойми. Не бывает любви не вовремя. Не встреть я вас сейчас, неизвестно, нашел бы потом или нет. Жил бы один дальше. Бессмысленно. Гулял, собирал деньги неясно для чего. А теперь у меня есть цель, есть вы и желание делать вас счастливыми, и она куда важней денег. Тем более я их заработаю. Потом, а пока и так пойдет, – поспешно добавил.
Наташа задумалась недолго, чувствуя в душе невероятное счастье, которое захлёстывало волной.
– А где кольцо? – лукаво поинтересовалась.
– Ты же сказала тебе ничего больше не дарить.
– И ты послушаешься?
– Нет, – почти засмеялся. – Оно в машине лежит, уже давно… – подмигнул он.
– Ладно, – ответила она, перемещая свои ладони на его спину, чувствуя под пальцами мышцы. Соскучилась по телу…
– Что ладно?
– Согласна.
– На оба предложения?
– А можно на одно?
– Нельзя.
– Снова ты за меня все решаешь… – надула наигранно губы.
А он, кинув на них взгляд, не сдержался. Прильнул к ним и в эту же секунду у обоих вырвался стон. Мягкие, родные, любимые…
– Ой! – Рядом раздался Сонин голос, и Наташа резко повернулась, разрывая поцелуй. Хотела отодвинуться от Игоря, только он не пустил. Прижал к себе довольно.
– Кнопка. Как ты смотришь на то, что мы с мамой поженимся завтра?
Наташа подняла на него ошарашенные глаза.
– Не завтра! – тут же произнесла.
– Хорошо смотрю! – отозвалась Соня, улыбаясь.
– Я подумаю между вашими вариантами… – с умным видом сказал Игорь, будто действительно станет выбирать, завтра будет свадьба или нет. – Сонь, комнату себе выбрала?
Взяв Наташу и Соню за руки, мужчина повел их на экскурсию, уже твёрдо зная, где будет комната девочки, а где на втором этаже – их большая спальня.