24. Босс

— Что значит «тебя не будет»? — так и чувствую, как бьётся венка на виске от раздражения.

— Я не приду, — уверенно произносит, из-за чего начинаю закипать ещё больше.

— Я это уже слышал, — чеканю холодно, прокручивая в руках бедную ручку. Ей сегодня не везёт. — Объяснись.

Это я пока сдерживаюсь.

Сжимаю трубку телефона в пальцах, надеясь его не расплющить. Там важные номера, сообщения, и терять его нет никакого желания. Но одна маленькая особа подталкивает меня сделать это.

— Я не буду объясняться, — лилия превращается в розу с шипами? Откуда такой гонор? Я вспоминаю нашу встречу в ресторане. Где она пыталась дать мне отпор. И давала. Как и сейчас. Но здесь слишком много наглости. — Ставлю перед фактом.

— Почему? — я не сдаюсь. Надо — обязательно узнаю. Даже если передо мной маленький и хрупкий человечек.

Из динамика раздаётся шумный и протяжный вздох, и я уже думаю не о том. О плохом.

И не зря, потому что цветок внезапно становится таким серьёзным, что даже мне не по себе.

Но молча, со сжатыми зубами слушаю её маленькую, но правдивую речь:

— Ричард, я понимаю, тебе весело. Но… Ты ведь осознаёшь, что это ненормально? — в её голосе странное отчаяние, услышать которое был не готов. — И я сейчас не про то, что свояченица работает на тебя. Совсем о другом. Я не хочу с тобой работать. По одной простой причине. Если всё так пойдёт и дальше… Я быстро привязываюсь к людям. Мне будет больно, а я не хочу. Так будет лучше для нас обоих. Я ничего не расскажу Розе. Не помешаю вашей свадьбе. Поэтому…

Весь этот монолог начинает надоедать.

— Лилия, — грубо обрубаю, не дав ей договорить. — Вы вообще о чём? На данный момент я звоню своему работнику, что официально трудоустроен как мой личный ассистент. Пытаюсь решить вопрос с его появлением в моём офисе. Личные проблемы оставляете на личное время. Сейчас восемь ноль шесть. Я уже шесть минут как ваш босс. Поэтому, даже если вы хотите уволиться, вас ждёт отработка. Мне всё равно, кто вы на данный момент сейчас — моя свояченица или, допустим, дочь. Вы опаздываете на работу, а у вас копятся дела. Поэтому у вас есть полчаса, чтобы прибыть на работу. Я отправлю корпоративный автомобиль. Если не хотите проблем, то жду вас на ваших двоих ногах. Нет — Антон любит таскать девушек на руках.

— Это подсудное… — она пытается сказать что-то ещё, но уже не слышу. Отодвигаю телефон от уха и сбрасываю.

Глупая какая-то.

Мелкая, несмышлёная. Ересь какую-то несёт.

От её слов кипеть начинаю. Злиться на глазах. Ей обязательно нужно написать книгу о том, как вывести мужчину одним простым способом. И расписать это на триста страниц. Станет бестселлером.

Неслыханная дерзость.

Сама хотела — вот пусть работает. Ещё и убежать вздумала.

Я умею держать себя в руках. Да, Лиля симпатичная девушка. Красивая даже, скажу. Фигура то, что надо. По характеру добрая и сама как солнышко. Но!

Я семейный человек. У меня свадьба, есть Роза, я её люблю. И если Лиля сделает такое, что я влюблюсь в неё по уши — это ещё надо хорошенько постараться. И я, уж тем более, не буду отменять свадьбу из-за одного дикого цветочка. У меня свои цели, свои чувства, свои принципы.

А вот она — маленькая девочка с неразберихой в сердце и голове. Надумала уже себе. А всего из-за какого-то поцелуя в клубе. Который был сделан даже не в ясном уме.

Невыносимая какая-то!

Но она меня распалила. Разозлила, можно сказать.

Сделать это тяжело, если дело не о работе. А здесь… До сих пор успокоиться не могу.

Поэтому нажимаю на кнопку селектора и диктую Наталье поручения: первое — отправить Антона к Лиле. Привезти сюда. Силой или нет, но мне нужен ассистент. А второе — заварить мне ромашкового чая.

Потому что, чувствую, я скоро сойду с ума.

* * *

Сверлю взглядом провинившегося котёнка, что неуверенно стоит на пороге кабинета. Опускает взгляд в пол и, судя по подрагивающим рукам за спиной, переминает пальцы.

Нервничает? Правильно. Хорошее решение.

Мне сегодня кое-кто испортил настроение. Вообще мы, британцы, народ сдержанный. Но как в Россию переехал — забыл об этом слове.

— Присаживайся, — кидаю взгляд на кресло напротив себя.

— Я постою, — звонко отзывается несмотря на то, что взгляда не поднимает. Стыдно?

Хм. У неё щёки в тон её светло-розового костюма. Опять розовый. Ванилька в ней снова просыпается. Но ладно, соглашусь — этот цвет ей к лицу.

Но её вот эти выдумки и выкрутасы бесят сильнее.

Вздыхаю и уже жёстче, как говорю всегда с подчинёнными, чеканю:

— Сядь.