Глава 6.6

— Весь лес залит какой-то хернёй, — пробормотал мужчина невнятно. — У меня отказало обоняние почти сразу. Мирослав ещё держится. Прости, маленькая, я не оправдал доверие…

Его стало так жаль. Кто знает, что это за мерзость, которую родственник Лидии разлил по лесу. Если бы не я, всё было бы замечательно. И братья бы не оказались в такой ситуации…

— Ты ни в чём не виноват, — я постаралась выдавить улыбку. — И к тому же я прибежала, потому что мне уже позвонили из клиники. Они сказали, что папу нашли и везут к ним.

— Нашли? — недоверчиво поинтересовался Вячеслав. — Но я звонил им буквально пять минут назад. Они говорили, что нет никаких следов.

— Ну а мне звонили только что, значит, следы уже есть. Не надо волноваться. Давайте поедем домой. У меня сейчас начнётся истерика от всего этого! — жалостливо вжалась в кресло и опустила плечи. Надеялась, это хоть как-то поможет, и он поверит. — Они сказали, что папа сейчас под снотворным. Он придет в себя вечером или завтра утром. Мы сможем его навестить. Пожалуйста, пожалуйста, я больше не хочу здесь оставаться! Тем более для вас это опасно. А вдруг проблемы с обонянием надолго?! Мы же не знаем, что там, в лесу.

Взгляд оборотня становился все более недоверчивым, но я не могла позволить себе провалиться. Снова выдавила улыбку и какой-то истерический смешок. Истерика давалась легче легкого. Наверное, потому, что я прекрасно понимала, что стоит на кону.

— Позвони Мирославу, или я сама позвоню, и пусть возвращается. Давайте поедем домой!

Но тут же в голову пришла мысль, которая в первую минуту испугала даже меня своей смелостью. Уж не знаю, получится ли, но…

Родственник Лидии дал мне жучок, чтобы записывать все переговоры и намеки на них. Однако он не мог записывать видео.

И не видел, что сейчас происходит.

Поэтому, продолжая бормотать что-то бессвязное о том, что всё хорошо и как сильно я хочу оказаться дома, я подползла поближе к Вячеславу, оттянула воротник блузки и продемонстрировала ему рабочий жучок.

Пару секунд мужчина смотрел на него непонимающе. Потом глаза его расширились. Он вдруг понял всё и, жестами помогая себе, одними губами спросил:

— Где?

Вслух же произнес:

— Тогда я сейчас наберу Мирослава.

— Там, — так же ответила я одними губами, рукой показывая направление к хижине. Подобралась ещё ближе, схватилась за карманы Вячеслава, ища в них телефон. Наконец нашла, выхватила, открыла редактор SMS и принялась набирать текст.

«Там в лесу хижина на поляне. Она совсем недалеко, буквально за теми деревьями. В ней какой-то мужчина держит в заложниках моего отца. Он…»

Я замялась, не зная, стоит говорить об этом Вячеславу. Что, если он, узнав о том, что это сотворил его несостоявшийся родственник, выйдет из себя и не сможет проконтролировать свои слова? Операция висела на волоске. Но я всё-таки решила рискнуть:

«Он какой-то родственник Лидии. Он сказал, чтобы я больше не копалась в прошлом и не пыталась выяснять, была ли она истинной».

Лицо Вячеслава будто сковало льдом. Видимо, у него появились версии, но делиться со мной он не спешил. Я не услышала, а буквально почувствовала, как он прошипел:

— Вот ублюдок!

Но оборотень сумел сдержаться и не вышел из образа. Отметила я это с удовольствием. Кажется, если бы такая ситуация случилась когда я впервые ступила на порог их дома, он бы не сдержался.

Вместо того чтобы выйти из себя и воскликнуть что-то, что непоправимо испортило бы ситуацию, он уверенно произнес:

— Мирослав! Возвращайся, планы поменялись. Позвонили из центра, нашего беглеца нашли. Мы возвращаемся домой.

Только я знала, что Мирослав сейчас этого не слышит, что он где-то в лесу. И если он до сих пор не вернулся, значит, с его обонянием всё обстоит лучше. Может быть, потому, что он совсем недавно был волком, и его животные инстинкты и свойства организма были не так ослаблены, как у того, кто долгое время пребывал в человеческом облике. Мирослав сейчас был ближе к природе. Может, даже это проклятое снадобье, которым опрыскали лес, не могло ему повредить, а значит, он мог наткнуться на ту хижину с вооруженным мужчиной в любую минуту…

Плохо, ведь его могли ранить, если уж этот отморозок готов играть на чувствах, только бы добиться своего. Сейчас родственник Лидии — обезьяна с гранатой. Но с другой стороны, легенды о силе и мощи оборотней появились не на ровном месте. Они могут уничтожить сами себя и друг друга, а человеческое оружие не причиняет им большого вреда. Только прямой выстрел в сердце или серебряные пули могут убить их… Главное, чтобы у придурка не оказались именно такие пули… Мало ли, вдруг он готов и к этому повороту.

«Стань волком, — напечатала я. — Он вооружен, он угрожает папе, у тебя будет всего одна попытка. Может, действительно лучше позвонить Мирославу?»

Вячеслав мотнул головой и завел мотор машины. Наверное, для того, кто сейчас подслушивал по жучку, это должно было означать, что мы уезжаем. Оставив заведённым двигатель, он как-то совершенно бесшумно открыл дверцу и выскользнул из машины.