Глава 4.

Холодный ветер бьёт в лицо. Я сильнее кутаюсь в кофточку. На улице начинает темнеть, а я нахожусь непонятно где. Выскочила из машины Шаха. Помчалась куда глаза глядят. И только спустя час очнулась. Я как будто в полном трансе просто шла вперёд. Внутри всё кипело от разговора. От его слов. Зачем он так?! Зачем всё это... Я до сих пор как будто не осознаю, что видела его... Вживую. Кожу покалывает даже спустя час от его дыхания. Яростного и сбитого дыхания. Но такого горячего.

Глубоко вдыхаю. Нет. Я не стану об этом думать. Все его слова... Вика бы не стала меня отправлять к отцу, был бы он плохим человеком. Да и Глеб Борисович не тронет подругу дочери. Да он вообще не вызывает никаких плохих ассоциаций.

Останавливаюсь. Оглядываюсь по сторонам, кутаюсь сильнее от ветра. Я сейчас в полной панике. Пытаюсь понять, где нахожусь. Но нет никаких знакомых ориентиров, чтобы я могла хоть за что-то зацепиться. Я никогда не была в этом районе.

Достаю из сумочки телефон, открываю карту. Господи, рот рукой прикрываю. Да я же чёрт знает где. Такси отсюда до дома будет стоить целое состояние. Но всё ещё надеясь на чудо, открываю приложение такси. Вбиваю свой адрес. Ну кто бы сомневался. Из этого района двойной тариф.

Зажмуриваюсь и чувствую, как внутри всё от гнева полыхать начинает. Ну вот какого чёрта?! Какого чёрта он появился?! Какого чёрта напомнил, что такое потерять контроль над ситуацией? Что такое испытывать грёбанные эмоции. Ведь всё было так хорошо. Тихо. Полный штиль.

Захожу в ленту подруги в соцсети. Пролистываю сторис. Пытаюсь понять, чем она сейчас занята, и могу ли я попросить её меня забрать. Если честно, то ужасно не хочется звонить. Я не сомневаюсь, что Вика приедет. Просто... будут вопросы. Как я здесь оказалась. Что делала. И на отмашку, что я просто заблудилась, она вряд ли поведётся. А в голове всё ещё гремят его вопросы: "Почему ты не живёшь в квартире?"

Стискиваю пальцами от злости телефон. Глубоко вдыхаю. Я жила в той квартире. Потому что выбора не было. Никакого другого варианта. Мне нужно было время. Нужно было придумать хоть что-то. На работу никто не брал. Да и я была нестабильная. Могла начать плакать просто посреди улицы. С дрожащими руками бежала в чёртову квартиру. А там всё становилось ещё хуже. Постоянное напоминание о нём. Постоянные мысли. Но самое ужасное... Это постоянная надежда, что он одумается и придёт. Наверное, именно поэтому первые три месяца я там сидела. Пока до меня не дошло. Пока я одним утром не посмотрела на себя в зеркало и поняла, что так нельзя. Нельзя любить его больше, чем себя. Нельзя с собой поступать, так как я поступаю. И самое главное, что Шах не стоит ни одной моей слезинки. Вот когда я это поняла. Действительно поняла. Я начала что-то делать.

Повезло, что я одумалась как раз в то время, когда ещё можно было подать документы в университет. Я поступила в университет дизайна и искусств. Выбрала то, чем я действительно горю. И мне очень сильно нравится учиться. Я смогла поступить на бюджет. Меня сразу предупредили, что мест в общежитии нет. И что стипендия будет маленькой. Стипендия и правда мизерная, её даже не хватает на аренду моей половины квартиры. Но это всё ерунда. Самое главное, что я смогла. Сама. Не назло ему. А вопреки его словам. А ещё... ещё я там нашла Вику. Она для меня очень много значит. Ведь она вытягивала меня из затянувшейся депрессии и возвращала в эту жизнь.

Нажимаю на имя Вики на экране и слышу в трубке гудки. Подруга почти сразу принимает вызов.

- Я знаю, что ты будешь кричать, но... Я заехала в твою любимую пекарню и взяла такие булочки... Что у тебя язык не повернётся сказать им нет.

Губы моментально раздвигаются в улыбке. Ну вот как она может быть плохой?

- Вик, ты бы не могла меня, пожалуйста, забрать? Я немного не туда зашла и... - Договорить я не успеваю, потому что прямо возле меня притормаживает машина. Из неё играет громкая музыка. А из приоткрытого окна на меня смотрит парень. Очень нехорошо смотрит.

- Ты подружек своих потеряла? До трассы триста метров не дошла. Сколько?

Громко сглатываю и назад отступаю.

- Арина! Ау! Откуда забрать? - Вика уже третий раз произносит один и тот же вопрос в трубку. А у меня сердце чаще биться начинает.

Парень в машине не один. Их трое. И в эту секунду они как раз все выходят из машины и идут ко мне.

Дыхание сбивается. Сердце начинает биться так быстро, что, кажется, будто оно вот-вот разорвётся на кусочки.

— Арина! - Вика всё ещё кричит в трубку. А я на дрожащих ногах назад отступаю.

Эти трое выходят из машины. На их лицах грубые, самодовольные ухмылки. От чего пальцы подрагивать начинают. Телефон едва не выскальзывает. Только чудом его удерживаю.

— Ну, что молчишь? — насмешливо бросает один из них прищурившись. — Цену не можешь определить? Так мы по тройному тарифу заплатим и возьмём.

Мерзкий смех режет уши. Это всё кошмар, да? Просто кошмар. Сейчас я проснусь и... Я отступаю назад, но ноги словно ватные, не слушаются.

Они приближаются медленно. Моё состояние их только веселит. Один из них резко хлопает дверью машины, звук эхом отдаётся в моих ушах. Я тут же вздрагиваю и чуть не падаю на землю.

— Не хочешь дружить, красавица? — другой произносит насмешливо. — Мы не кусаемся.

В горле пересыхает, и я нервно сглатываю. Страх охватывает с головой, заставляя кровь стучать в висках. Я пытаюсь выдавить из себя хоть слово, но голос предательски дрожит:

— Я… не хочу. Пожалуйста, уйдите. Давайте не будем...

Ублюдки переглядываются и снова громко смеются. Один из них делает шаг вперёд, а я цепляюсь ногой о булыжник и чуть не теряю равновесие.

— Мы просто хотим немного развлечься. Баблом не обидим. После домой подвезём.

Мои ноги начинают дрожать сильнее. Я хочу убежать, но тело словно парализовано. Телефон сжимаю до хруста в пальцах, Вика в трубке продолжает что-то кричать, но я уже не слышу. Вся реальность сузилась до этих троих. Насмешливые взгляды. Гадкие комментарии.

— Эй, ты чего такая напуганная? — третий ублюдок смеётся приближаясь. — Мы же просто предложили тебя подвезти. Разве это плохо?

— Я сказала нет! — кричу, но мой голос звучит слабее, чем я рассчитывала.

Они уже близко. Слишком близко. И вдруг визг тормозов врывается в моё сознание. Машина резко останавливается у обочины. Моё сердце подпрыгивает в груди, и я поворачиваюсь в сторону этого звука. Это их друзья? Господи, кто это?!

Но сердце удар пропускает, когда я вижу знакомую машину. Ещё пятнадцать минут назад я бы проклинала все на свете. А сейчас... сейчас я неимоверно рада тому, что это машина Шаха. Я рвано выдыхаю. Дрожать начинаю ещё сильнее.

Дверца машины с силой распахивается, и из неё выходит Каид. Я даже отсюда чувствую, насколько сильно от него разит яростью. Я вижу, как его глаза темнеют, в них вспыхивает яркий коктейль из эмоций. Я его уже таким видела. Я его таким знаю.

— Я буду считать до трёх. На счёт три сломаю твою челюсть. — Его голос звучит так холодно, что по спине пробегает дрожь.

Ублюдки переглядываются, явно не ожидая такого поворота. Их самодовольные ухмылки медленно сползают с лиц. Один из них, тот, что говорил мне больше всего гадостей, делает шаг вперёд.

— Езжай дальше, мужик, на трассе полно шлюх. Мы первыми её заметили.

Каид лязгает зубами. Его руки медленно поднимаются вдоль тела, кулаки сжимаются. Я вижу в его глазах ту ярость, которая всегда пугала меня до мурашек. Делаю шаг назад. Пользуюсь моментом.

Шах бросает на меня быстрый взгляд. Как будто оценивает, что они успели со мной сделать.

— В машину, — тихо, но жёстко отдаёт приказ, и взгляд на ублюдков переводит.

У меня даже не возникает желания спорить. Я бегу к машине на дрожащих ногах. Стараюсь не упасть. Слышу, как один из ублюдков повышает голос:

— Эй, мужик, ты не охренел?

Я хватаюсь за ручку дверцы, но всё же оборачиваюсь назад. Хочу убедиться, что с Каидом всё будет хорошо.

Каид резко шаг вперёд делает.

— Я тебя предупреждал, — голос Шаха звучит ровно, но от этого становится ещё страшнее.

— Нас трое, ты считать не умеешь, да мы тебя...

Каид не отвечает. Одним резким движением он сжимает кулак, и я слышу громкий хруст. После мычание и вой. Ублюдок падает на землю с глухим стуком, корчится от боли на земле. Второй начинает пятиться, но Шах бросает на него лишь один взгляд, и тот мгновенно замирает.

— Кто следующий?