Глава 7

На следующее утро я покинула «Пьяного Единорога» с чувством, будто отправляюсь на важнейшие переговоры в своей жизни. Ведь, по сути, так оно и было. На мне было мое новое синее платье. Оно сидело на мне чуть мешковато, пахло рынком и дешевым мылом, но было чистым и целым. Я чувствовала себя в нем если не леди, то по крайней мере респектабельной служанкой, и это уже был прогресс.

Дорога до Улицы Теней на этот раз не была наполнена трепетным ожиданием, а была продумана и выверена. Я шла, уже представляя себе, как буду торговаться с хозяином, что скажу, какие аргументы приведу. Мой сверток с пожитками казался мне теперь не символом бегства, а дипломатическим кейсом.

И вот я снова стояла перед той самой темно-зеленой дверью. Вчера, ослепленная эмоциями, я многого не заметила. Теперь же я окинула улицу деловым взглядом. Да, она была тихой по сравнению с Центральной, но отнюдь не безлюдной. Мимо размеренно проходили горожане с корзинками, парочка девушек что-то оживленно обсуждала на углу, из соседней булочной доносился теплый запах свежего хлеба. Через дорогу я заметила лавку со старой медной вывеской, на которой был изображен раскрытый фолиант. Книжная лавка. Интересно. Клиентура у них, наверное, не буйная, значит, шума особого не будет.

Место было и правда замечательным. До центра – рукой подать, но здесь царила своя, камерная и спокойная атмосфера. Идеально для моего «Сада». Люди будут заходить с шумной улицы, чтобы перевести дух, купить букетик для настроения… Мои флористические инстинкты оживали и ликовали.

И тут мой взгляд упал на то, чего я вчера не разглядела – на пожелтевший листок бумаги, пришпиленный рядом с дверью. На нем корявым почерком было выведено: «Сдается внаем. Справки по адресу: ул. Тихий Переулок, д. 5, кв. 2».

Тихий Переулок! Это же буквально за углом! По пути я читала все названия, которые мне встречались, чтобы быстрее адаптироваться на новом месте. Удача, не иначе. Я почти побежала, стараясь сохранить достоинство, но внутренне ликуя. Найти хозяина так быстро – добрый знак.

Дом №5 оказался таким же скромным и опрятным, как и вся улица. Я поднялась на второй этаж и постучала в дверь квартиры №2. Мне открыла женщина лет пятидесяти, с седыми волосами, убранными в аккуратный пучок, и добрыми, умными глазами цвета спелого ореха. Она была одета в простое, но качественное платье и смотрела на меня без подозрения, а с мягким любопытством.

- Здравствуйте, – сказала я, слегка запинаясь. – Я по объявлению. Насчет помещения на Улице Теней.

- А, понятно! – лицо женщины озарилось улыбкой. – Проходите, проходите, дорогая. Я Марта.

Она впустила меня в небольшую, но уютную гостиную, пахнущую чаем и сушеными травами. Я представилась просто как Вайда, опустив фамилию, которая могла бы вызвать ненужные вопросы.

- Так вы хотите снять лавку? – уточнила Марта, усаживая меня в кресло и предлагая чаю. Я вежливо отказалась, боясь расплескать его от волнения.

- Да. Я… я хочу открыть небольшую цветочную лавку, – выпалила я, и впервые произнесла эту мечту вслух постороннему человеку.

Марта не фыркнула, как та торговка на рынке. Она внимательно посмотрела на меня и кивнула.

- Цветы… Это хорошо. На душе станет светлее, когда на нашей улице появится что-то красивое. Пойдемте, я вам покажу, что там внутри. Сама я там давно не была, с тех пор как старый сапожник Томас умер.

Мы вернулись на Улицу Теней. Марта достала из кармана связку ключей и, подобрав нужный, с щелчком открыла ту самую темно-зеленую дверь.

Запах ударил в нос – пыль, старое дерево, клей и что-то еще, неуловимо напоминающее кожу. Помещение было небольшим, примерно четыре на пять метров. Пыль лежала толстым слоем на прилавке, на единственной полке, на подоконнике. В углу валялись какие-то обрезки кожи и старые инструменты – наследие сапожника. Но сквозь эту запущенность я видела потенциал. Свет из большого окна падал на деревянный пол, и я уже представляла, как здесь будут стоять ведра с цветами, как на прилавке будут красоваться готовые букеты…

- А здесь лестница наверх, – Марта показала на узкую, крутую лесенку в дальнем углу. – Там комната. Раньше Томас там жил.

Сердце у меня заколотилось. Жилье? Прямо над лавкой? Это было бы идеально! Я осторожно поднялась по скрипучим ступеням.

Комната оказалась маленькой, под самой крышей, с покатым потолком. Но в ней было то самое слуховое окошко, которое я видела снаружи, и оно пропускало достаточно света. Здесь стояла простая кровать с продавленным тюфяком, маленький стол, табурет, небольшая кухня и… чудо из чудес – в углу был рукомойник с медным краном!

- Вода здесь есть? – не удержалась я, пораженная.

- Холодная, да, – кивнула Марта. – Колодец общий на улице, но трубы проведены. Горячую сами грейте, конечно. И удобства во дворе. Но зато своя крыша над головой.

Для меня, познавшей прелести ночного горшка в «Пьяном Единороге» и трех дней в лесу, это казалось роскошью, достойной короля. Своя комната! С холодной, но проточной водой! Картины одна за другой проносились в моей голове: вот я ставлю на подоконник горшочек с геранью, вот застилаю кровать чистым, хоть и дешевым, бельем, вот спускаюсь утром вниз, в свою лавку… Это был не просто бизнес-план. Это был план обретения дома.

Мы спустились вниз, и я, стараясь говорить как можно увереннее, спросила:

- Марта, а сколько вы хотите за аренду? И за лавку, и за комнату?

Мы начали торговаться. Марта оказалась женщиной справедливой, но практичной. Она назвала сумму, которая заставила мое сердце екнуть, но не остановиться. Я, в свою очередь, вспомнила все свои навыки торга с оптовиками-цветоводами и привела аргументы: помещение в запустении, требует уборки и ремонта, район тихий, не самый доходный. Мы подискутировали, и нашли компромисс – цена была ниже первоначальной, с условием, что я сама приведу все в порядок.

- И оплачивать можно помесячно, – великодушно добавила Марта. – Для начала вам так будет легче.

Я была на седьмом небе от счастья. Мы уже обсуждали детали, я почти доставала свою бархатную сумочку, чтобы внести первый задаток, как вдруг дверь лавки скрипнула и открылась.

В проеме, залитый утренним светом, стоял мужчина. Высокий, в темном плаще, с небрежно убранными в хвост черными волосами. Его серые, холодные глаза медленно обвели пыльное помещение, скользнули по Марте и… остановились на мне.

В животе у меня все сжалось в один тугой, холодный ком. Это был Он. Тот самый раздраженный мужчина, на которого я налетела вчера.

- Марта, а я смотрю, у вас открыто, – произнес он своим бархатно-ледяным голосом. Его взгляд, казалось, снимал с меня слои, видя под новым платьем все ту же неловкую, назойливую девицу, что мешала ему на тротуаре.

Марта, ни о чем не подозревая, сияла.

- Вайда, познакомься со своим будущим соседом! Господин Кай держит книжную лавку как раз напротив. Господин Кай, это Вайда, она, похоже, будет снимать эту лавку.

Он медленно перевел взгляд с меня на Марту, и в его глазах мелькнуло что-то, что я не могла расшифровать. Удивление? Раздражение? И то, и другое?

- Вайда, – повторил он, и мое имя в его устах прозвучало как диагноз. – Полагаю, вы собираетесь торговать? Надеюсь, ваш бизнес не будет сопряжен с шумом и грязью.

Я почувствовала, как кровь бросается мне в лицо. Ярость, обидная и беспомощная, закипела внутри. Этот человек был просто мастером унижать одним лишь тоном.

- Я буду торговать цветами, господин Кай, – сказала я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал. – И постараюсь не устраивать на тротуарах цветочные грядки, чтобы не мешать важным персонам.

Он приподнял одну бровь, словно удивленный моей дерзостью. Марта, почувствовав напряжение, поспешила вмешаться.

- Ну, вот и прекрасно! Соседи познакомились! Господин Кай, мы как раз договариваемся об аренде. Думаю, Вайде есть чем заняться, а мне с вами нужно обсудить ту книгу, что вы мне обещали.

Он кивнул Марте, бросив на меня последний, невыразительный взгляд.

- Не сомневаюсь. Удачи вам… с цветами.

И он развернулся и вышел, оставив после себя шлейф холодного раздражения и запаха старой бумаги и чего-то еще, пряного, похожего на сушеные травы.

Я стояла, все еще сжимая в кармане свою сумочку с деньгами, и пыталась перевести дух. Эйфория от найденного дома немного померкла. Мой сосед, единственный человек, которого я знала в этом районе, оказался тем самым невыносимым зазнайкой. Это был не самый лучший старт.

Но потом я посмотрела на пыльное помещение, на льющийся в окно свет, на доброе лицо Марты, и решимость вернулась. Ладно. Пусть он будет самым неприятным человеком в королевстве. Это моя лавка. Мой дом. И я никому не позволю испортить мне новый старт. Даже высокомерному, сероглазому книжному червю.