Глава 15

Неконтролируемый поток лавы растекался по моему телу. Ничего не помогало его остановить. Ни никотин, ни пару сотен сломанных костей.

Один удар. Второй. Третий.

Я даже не завязал пальцы, чтобы боль заглушила мои внутренние мысли, опустошив голову. Но это не помогало.

— Брат, он сдох, — донеся до моих ушей голос Рамира.

Отпрянув от уже мертвого тела, которое я превратил в фарш, понял, что вновь потерял контроль. Чёрт! Дело дрянь!

Вытерев руки тряпкой, что протянул мне Джура, я достал сигарету и закурил. Никотин и виски стали моей постоянной пищей. Если я не подохну от неразделенной любви, то точно он голодухи.

— Это был последний. Теперь нам не из кого вытаскивать информацию, — произнес Рамир.

— Хер с ними! — гаркнул я. — Эти куски дерьма скоро вновь отправят своих шакалов к нам.

— Надеюсь, что ты и их не изобьёшь до смерти. Нам всё же нужно узнать, кто ими руководит.

Я посмотрел на брата исподлобья. Он начал чертовски меня раздражать в последнее время. Всё моё окружение старалось изо всех сил действовать мне на нервы, заваливая работой и твердя о то, что Мира мне не пара. Из-за всего этого дерьма, я не видел свою голубку несколько дней. Казалось, что моя сперма ударила мне в мозг, не позволяя разумно мыслить. Возможно из-за этого я и не могу предотвратить частые нападения на мою территорию и выйти на их гребаного лидера.

Выйдя на улицу, ветер сразу же пробежался по моему телу. Зима приближалась, но даже в лютый холод я предпочитал легкую одежду, которая не сковывала мои движения. Благодаря этому я всегда готов сражаться.

— Мы едем домой? — спросил брат, появившись рядом со мной.

— Нет. В клуб.

Я не хотел видеть мать. С каждым днем я все ближе и ближе достигал той точки невозврата. Казалось, что еще одно слово с её уст про женитьбу и я превращусь в отца. Этого я никогда себе не прощу.

Рамир вел машину, так как я был не в состояние даже нормально следить за дорогой. Мои глаза то и дело теряли фокус. Я тряхнул головой, возвращаясь в реальность.

— Выглядишь дерьмово, — повернулся ко мне брат.

— Не удивительно. Я не спал и не ел нормально несколько дней.

— Может тебя к Мире отвезти?

Я вопросительно изогнул бровь.

— Ты же знаешь, мне пофиг, что ты в по уши втюрился. Хоть это, блять, даже звучит нереально, но твоё состояние меня беспокоит. Ты нам сейчас нужен адекватный и с холодным разумом. Ты несколько раз на днях теряешь голову. Такого раньше не было.

Я тяжело вздохнул, облокотившись головой на сиденье.

— Нельзя мне сейчас к ней. Только не тогда, когда на моем хвосте эти ублюдки.

— Тогда мы в полном дерьме. Это чертовый замкнутый круг. Тебе нужно взять себя в руки, если ты хочешь скорее вернуться к своей птичке.

Брат прав, но я не мог этого сделать. Башка никак не хотела варить. Эмоции стали мне не подвластны. Перед глазами вечно мелькал образ Миры, к которому я даже не мог прикоснуться. Он словно дразнил меня, зазывал к себе, но только мне стоило притянуть руку, как она растворялась, словно туман, дразня, издеваясь надо мной.

— Тагар, черт тебя возьми! — грубый удар в плечо вывел меня из сна. — Ты спал? Напугал, придурок! Я уже решил, что ты сдох. Две минуты не мог до тебя достучаться.

Придя в себя, я понял, что мы подъехали к клубу. Я бросил хмурый взгляд на брата и выпрыгнул из тачки. Голова была каменная. Ветер немного её охладил и до конца прогнал остатки сна.

Возле входа нас уже ждал Джура. Он добрался быстрее. Выкинул косяк, он обвел меня странным взглядом.

— Что случилось?

— Ничего. Вздремнул немного, — пройдясь ладонью по волосам, рявкнул я и первый вошел в клуб.

Бои уже шли во всю. Двое незнакомых мне парней избивали друг друга, желая заполучит деньги.

Мы разместились на диване. К нам сразу же подбежала официантка. Эта девушка давно работала на нас и знала, что мы предпочитаем. Поставив три стакана и две бутылки виски, она оставила нас.

Джура налили себе и вопросительно посмотрел на нас.

— Я за рулем, а этому даже не смей наливать. У него и так шестеренки не варят, — произнес Рамир.

— Ты договоришься, — прохрипел я. Мне даже было лень дать ему подзатыльник.

Я удобнее разместился на диване, наблюдая за боем. Пол ринга был в крови. Эту красную жидкость боится Мира, а в моей жизни эта хрень преследует меня изо дня в день. Судьба над нами явно насмехается.

Один из бойцов упал, и я даже не уловил момент, когда это произошло. Возможно мои глаза вновь закрылись. Потянувшись к бутылке, которая меня соблазняла, я почувствовал крепкий захват брата.

— Нет, — твердо произнес он, сильнее сжимая мою руку.

— Отпусти, — терял я терпение. — Не выводи меня, Рамир.

— Ты и так головой не дружишь сейчас. Если еще и алкоголь добавить ко всей твоей хуйне, что у тебя в башке творится, то тебе кабздец.

Мы метали молнии в друг друга, но нашу борьбу взглядами прервал Пестов.

— Тагар, можно тебя?

— Паш, у нас нет никаких секретов друг от друга, — опустил мою руку брат и посмотрел на мужчину. — Говори, в чем дело?

— Ионин опять здесь.

Я тяжело вздохнул. Этот идиот был не исправим. Несколько недель назад я беседовал с ним и пытался, на сколько мне возможно, спокойно объяснить, что заработать со ставок у него не получится. Видимо до него это не дошло.

— Где он?

— Снаружи.

Выйдя на улицу, сразу же увидел тестя, что возмущенно кричал на охранника. Я почувствовал, как брат стал позади меня, ожидая моих действий.

— Может его кокнуть, а твоей пташке сказать, что ты отправил его в туристический тур?

— Куда? В подземельное царство или в подводный мир?

— Думаешь, она не поверит?

Я закатил глаза.

— Не до твоей херни сейчас.

Ионин пытался прорваться внутрь, но охранник терпеливо его отталкивал. Я подлетел к ним, и схватив за плечо мужчину, откинул от работника. Будущий тесть упал на жопу, и открыл рот, чтобы возмутиться, но заметив меня, лишь распахнул удивленно глаза.

— Босс, он у меня уже в печенках сидит, — произнес охранник.

Я лишь жестом приказ ему продолжить работу.

— Вставай, — сделал я шаг к Ионину.

— Тагар, — начал мужчина, но его голос меня заставил скривится. Он до трясучки бесил, — меня не пускают в клуб.

— Я знаю. Ты забыл наш последний разговор?

Он неуклюже поднялся на ноги. Руки его тряслись. Мужик находился уже под градусом. От чертовски воняло спиртным.

— Я просто хотел посмотреть на бой. Я не собирался делать ставки.

— Сам веришь в то, что говоришь? — я схватил его под локоть и повел к машине брата. — Не одно заведение в этом поселке, где можно слить бабки не пустит тебя на порог. Я об этом давно позаботился.

Я дернул ручку тачки, но она не подалась. Я повернулся вопросительно к брату, который всё время молча следовал за нами.

— Он не поедет на моей крошке. Все сиденья провоняют его перегаром.

— Открой, блять, эту гребаную тачку, Рамир, — прорычал я, теряя терпение.

В глазах брата вспыхнуло неповиновение. Он чертовски был упрям, когда дело касалось его автомобиля.

— Окей. Ну ты оплатишь мне мойку.

Машина пикнула, и я затолкал в неё Ионина.

— Сам поведешь или мне?

Рамир скривился.

— Я задохнусь. Сам разбирайся со своими родственничками.

Рамир кинул мне ключи и поковылял обратно в клуб. Я занял водительское сиденье и направил автомобиль к дому мужчины. Ионин сидел молча, но спустя несколько минут, в салоне раздался храп. Моя башка и так трещала, а с этим звуком и вовсе хотелось вскрыть вены.

Я сильнее надавил на педаль и газа и домчался до дома Ионина меньше, чем за пятнадцать минут.

Обойдя машину, я распахнул дверь, чуть не вырвав её.

— Просыпайся, — прохрипел я, теряя над собой контроль.

Мужик что-то промычал себе под нос и во мне что-то лопнуло. Я схватил его за куртку и вытолкнул из тачки. Ионин, словно мешок картошки вывалился и упал на мокрую землю.

— Гырцони! — из калитки выбежала мать этого неудачника. — Что ты творишь?

— Это ты у своего сыночка спроси, — рыкнул я, указав на никчёмного тестя, что пытался подняться. — Я нашел его возле своего клуба. Он опять хотел проебать деньги. И я предполагаю, что это именно твои бабки, потому вряд ли он нашел себе работу.

Старуха яростно посмотрела на своего сына, что валялся у её ног.

— Я простил ему долг только из-за того, что Мира попросила меня об этом, — я сделал шаг к бабке, чтобы она хорошо меня услышала. — Но я не собираюсь быть нянькой и следить за тем, чтобы твой никчемный сынок не проебывал деньги. Если ты с ним что-то не сделаешь, то я, обещаю, что в скором времени, ты его похоронишь.

Её грозный взгляд прожигал меня. Она приблизилась ко мне и ткнула мне в грудь пальцем.

— Ты не посмеешь тронуть его, Гырцони, и знаешь об этом лучше всех нас. Твоё сердце давно уже в руках моей внучки. Ты скорее себе горло перережешь, чем причинишь ей боль.

— Знаешь об этом и все равно не подпускаешь меня к ней?

— Ты не сделаешь её счастливой. Твоя душа давно уже окутана тьмой. Ты много нагрешил в своей жизни. Скоро тебе придется ответить за все свои злодеяния, и я не хочу, чтобы в это время Мира была рядом с тобой. У таких людей, как ты подготовлена Богом две участи: смерть или тюрьма.

Я ухмыльнулся.

— Боишься, что твоя внучка повторит твою судьбу?

Её глаза расширились в шоке.

— Сначала я не понимал, почему ты так яростно ненавидишь меня и решил покопаться в твоей биографии. Знаешь, что я выяснил? Твой муж был членом группировки. После того, как ты родила, его посадили. Ты прождала его пять лет и оставался год до его освобождения, но он был убит в собственной камере. Ты осталась одна с ребенком на руках. Это тяжело. Вот только я не твой муж. Я криминальный авторитет, а не обычная шестёрка. Даже, если меня когда-то не станет, мой брат и мои люди будут обеспечивать Миру и наших детей. Поэтому, перестань стоять между нами. Лучше займись своим чадом. Мы с Мирой сами разберемся.

Развернувшись, я не дал ей сказать мне ни слова. Быстро запрыгнув в машину, вырулил и направился домой.

В окнах не горел свет. Мать уже спала, и я был рад, что мне никто не будет ебать мозг.

Поднявшись к себе, я скинул с себя одежду. Головная боль была не выносима, а тело всё трясло. Мне было чертовски холодно. Стоило мне зайти в горячий душ, как ноги стали ватными. Я схватился за стенку душа, и плавно скатился вниз. В глазах потемнело...

...

— Брат! — удары по щекам привили меня в чувства.

Я поднял тяжелые веки. Замыленное лицо Рамира было передо мной. Его глаза с беспокойством оглядывали меня. Я все еще находился в душе.

— Я вырубился.

— Вижу, — сдавленно произнес он, помогая мне встать.

Брат вывел меня из ванны и уложил в кровать, дав полотенце. Он положил свою ладонь мне на лоб, но я сразу же её отпихнул.

— У тебя гребаный жар. Нужно вызвать врача.

— Не надо, — закончив с влажными волосами, я схватился за голову из-за возникшей резкой боли.

— Надо! Ты и так уже вырубился.

Хотелось огрызнуться, но сил не было даже на это. Последний раз я так херово себя чувствовал, когда меня избивал отец. Но сейчас на моем теле не было ни единого свежего шрама.

— Так мне звонить врачу или мать позвать? Потому что по твоему виду скажу: ты собираешься еще раз отключиться.

— Никого не надо, — прохрипел я, а после добавил. — Миру. Привези мне