Глава 9
Когда Иштар наконец- то вышла из уборной, прямо у дверей ее поджидал испуганный и напряженный охранник, который объяснил, что господин Белькасем с Луэйем уже уехали, а его приставили дожидаться ее, чтобы доставить домой.
Иштар молча кивнула, почувствовав себя в очередной раз за последний час жалко, ничтожно. В глазах услужливого, стеснительного мужчины, делающего свою работу, все они, представители золотой молодежи, должно быть, выглядели избалованными бон виванами, не знающими тягот и трудной жизни, бесящимися с жиру…
Таша обняла себя руками. Алкоголь почти полностью выветрился, оставив после себя неприятную ватную тяжесть в голове. Тело била мелкая дрожь. Она совсем не удивилась, когда увидела в заведенной машине с водителем, ждавшей их у входа в клуб, Лямис…
–Быстрее уже, сколько тебя дожидаться…– пробурчала та, скривив рот в приоткрытое окно.
–Извини, нехорошо себя почувствовала…– ответила Иштар себе под нос и нырнула в прохладную темноту салона, от чего стало еще более зябко.
Они выехали на трассу. Каждая смотрела в свою сторону, думала, казалось бы, о своем… А может и об одном и том же…
–У вас все нормально?-спросила вдруг Лямис, словно они с Ташей давние подруги.
–Нормально…– ответила девушка сухо.
Та хмыкнула в ответ. Многозначительно промолчала. А потом нажала кнопку на панели управления справа от себя, от чего поднялась перегородка, отделяющая пассажиров от водителя.
Иштар раздраженно выдохнула.
–Лямис, если ты надеешься, что Лу меня бросил или разлюбил, то хочу тебя разочаровать, этого не произошло и не произойдет… Успокойся уже… Твой план «б» не сработает… Ищи себе другие варианты…
Теперь девушка смотрела на Ташу с откровенным вызовом. Изогнула бровь скептически. Слегка усмехнулась…
–А если я сейчас не о чувствах Лу? Что, красотка, выбрала не того братца?
По телу Иштар пробежала волна холодной дрожи… О чем это она? Что-то заподозрила? Видела их?
–Я обратила внимание, что вы друг другу интересны… Он то и дело выхватывал тебя глазами из толпы, да и ты не прочь была поиграть с ним в гляделки… Удивительно, что Луэй этого не заметил, впрочем… Лу очень эгоцентричен, он часто не замечает очевидного…
–Не знаю, что ты там себе напридумывала, но все это не соответствует действительности…– сквозь зубы процедила Таша.
– Да не надо оправдываться передо мной. Я как раз тебя не осуждаю. Кассум эффектен, по-мужски брутален, на такого не грех запасть. Я прекрасно понимаю, что ты достаточно сообразительна и расчетлива, чтобы не совершить глупость, да и он далеко не дурак, вот только… Все равно будь осторожна, Таша… Страсть- союзник плохой… Знаю по себе…
Теперь уже Иштар хмыкнула.
–Ты решила заделаться мне в подруги, я что-то не пойму… Держи друзей близко, а врагов еще ближе? Придумала нелепый повод, чтобы советы мне раздавать?
– Ты не враг мне, Иштар… Я достаточно мудра, чтобы понять, что тебя мне как соперника не победить… Ты грамотно прибрала к рукам рычаги управления… Да и… Что нам, в сущности, делить? Я не претендую на роль супруги наследника престола… Максимум, что мне светит- быть в его пожизненных любовницах, а уж на это, как ты поняла, при его желании ты вряд ли сможешь повлиять…
–Что ты этим хочешь сказать? Он продолжает спать с тобой?– в открытую спросила Иштар. Лямис хмыкнула.
– Жена должна чувствовать такие вещи… Пусть этот вопрос останется открытым для тебя.. Дай ответ на него сама… Но… Я все же повторю свой совет… Будь осторожна с членами этой семейки… Я уже давно говорила тебе, что если и есть в арабском мире чета, в наибольшей степени отражающая истину знаменитой фразы «Акариб хум аль-акраб» (прим.-араб. «родственники-скорпионы»), то это семья Кадафов… Не стоит с ними играть, даже от скуки… Белькасем не так благороден и прекрасен, как может показаться… Он опасный человек, Иштар, который при желании может превратить твою жизнь в ад… То же самое может сделать и Ваад, узнай она, что ты причинишь боль ее сынишке… А даже флиртом со старшим его братом ты можешь это сделать…
–Я еще раз повторяю, все, о чем ты сейчас говоришь – это игра твоего больного воображения…
–Ок, поняла,– деланно согласилась Лямис, но так, что скептицизм в ее голосе продолжал перебивать все другие эмоции…
Какое-то время они снова ехали молча. Лишь вылавливая за окном искаженные темнотой причудливые пейзажи вулканического острова.
–Почему убили мать Белькасема? Это дело расследовали?-спросила Иштар, не поворачивая головы на Лямис.
– Расследовали, конечно… Кадаф поднял на уши все королевство… Но след привел в совсем другую сторону… Оказалось, что дело было не столько в Лунье, сколько в разборках за деньги… То, что в поселении, на которое был совершено набег, оказалась мать Белькасема, стало известно постфактум… Малийцы… Расследование привело в соседнее государство. Разборки между бедуинскими племенами тянутся столетиями, это для нас пустыня- выжженная земля, а для них каждый камень и оазис- как улица или квартал на городской карте… Туареги, берберы, сонгай, фульбе, амазиги… Они испокон веков были истинными хозяевами пустыни… И не стоило к ним лезть, но… Кадаф решил установить четкие границы между государствами, дабы пресечь контрабанду, но… Люди пустыни не собирались их принимать, ограничивая тысячелетиями существующие маршруты перемещений… Пострадало не только это племя, были и другие… В тот год были разграблены десятки поселений кочевников, проявивших лояльность центральной власти в Марокко… Племена Мали, по сути, того же этнического состава, назвали их предателями, посчитав, что кочевникам не пристало склонять колено перед оседлыми… Решили запугать и проучить лоялистов…
–А при чем тогда монеты? Говорили, что на месте пожарища все было в золотых монетах…– задумчиво проговорила Иштар, пытаясь хоть немного разобраться в этой темной истории.
–Как, почему? Ты же умная девочка, начитанная, не знаешь, что кочевые племена, в том числе туареги, презирают золото? Считают его металлом иблиса, грязным и оскверненным… Это тоже попытка запугать население… Измазанный в грязи золота не смеет надеяться на загробную жизнь… Разбросав монеты, соплеменники из соседнего Мали сделали души умерших отверженными… Вот этот факт, кстати, действительно ни на шутку испугал тогда кочевников… Короче, непонятные и темные люди… Поэтому их так недолюбливает Лу, поэтому всех так раздражает заигрывание с ними Белькасема, который упорно не желает видеть реальных виновных в гибели матери, предпочитая все валить на отца… А в чем виноват Кадаф? Лунья ушла от него сама, сама предпочла жить в диких условиях… Белькасем такой же упертый, весь в нее… Вот только он никогда не станет частью их мира… Для них он дага- грязнокровка, чужак, рожденный от отца-нетуарега… Он, я думаю, и сам это прекрасно понимает, просто своими выходками лишний раз пытается позлить отца… Ладно, все это давно забытая история… Малийцы давно ослабли и уже не представляют особенной угрозы. Не о прошлом думай, а о своем будущем, Таша…
Больше они не разговаривали… Лямис не осталась в доме Белькасема. Сразу после того, как ее довезли, уехала с водителем восвояси. Иштар потерянно поплелась наверх.
***
Она сняла босоножки у входа, чтобы не создавать шума. Тихо ступая по прохладе мраморного пола, поднялась наверх, приоткрыла дверь в выделенную им с Луэйем спальню. Стоило оказаться внутри, в нос ударил запах хмельного угара. Муж лежал, вальяжно растянувшись на кровати, в той же одежде, в которой был в клубе. То и дело посапывал, пребывая в полной отключке. Таша не стала концентрировать на нем внимание, быстро скинула с себя одежду и сразу направилась в ванную… Дико хотелось смыть с себя прошедший день, особенно последние часы… Запах алкоголя, еды и сигарет впитался в волосы, от чего девушке было тягостно… Хотя кого она обманывала, самая сильная тяжесть давила от нестерпимого понимания того, каким агонизирующим, болезненным путем повела ее судьба… Эта агония сейчас разливалась по всему ее телу… В местах, которые Он целовал, в местах, к которым Он прикасался… Она долго-долго оттирала себя под горячими струями воды, отмокала, но разве это могло помочь стереть то, что было выжжено под кожей… А Он был выжжен под кожей… Раскаленным пером Всевышнего, дыханием пустыни, всесильным «мактуб»…
Когда, наконец, вылезла из-под душа, казалось, что немного полегчало… Рада была облачиться в домашние свободные пижамные брюки и футболку. Просушила волосы. Снова кинула взгляд на кровать… Ложиться с Луэйем не было ни малейшего желания.
Вышла на балкон. Вдохнула свежий, но не зябкий воздух канарской ночи… Все-таки остров обладал уникальным свойством- в любое время суток температура его воздуха никогда не прогревалась и не опускалась до некомфортных величин… С моря пришел легкий бриз, обдав разгоряченное после теплых струй воды лицо глотком бодрой ароматной прохлады. Жутко захотелось пить. Типичное обезвоживание организма после алкогольной интоксикации… Тяжело вздохнула, пошла вниз. Тапок она так и не нашла, значит, опять будет спускаться прямо так, босиком.
На кухне темно. Она не знала, где выключатель, да и зачем он был нужен. Поджимая пальчики на ногах от соприкосновения с холодным мраморным полом, быстро подбежала к холодильнику, нашла там охлажденную бутылку воды… Сбоку послышался шорох. Иштар обернулась и вздрогнула, мокрая от конденсата стеклянная тара выскользнула из рук, громким звоном ударившись об пол и тут же разлетевшись на осколки.
В свете падающего в окно с улицы фонаря проявилась Его мощная фигура…
–Я…– испуганно пробубнила себе под нос девушка, сглатывая ком волнения и озираясь по сторонам на рассыпавшиеся по мрамору стеклянные кусочки-брызги и опасливо переступая голыми ногами по полу,– у меня была жажда, спустилась попить воды.
Начала было оправдываться перед ним, как нашкодившая девчонка…
–Стой, где стоишь… Поранишься…– повелительно и хрипло произнес Белькасем, подходя к ней. Таша слышала, как под его кроссовками хрустело мелкое стекло.
Резко вздохнула, когда он поднял ее на руки, чтобы вынести из кухни.
–Завтра придет уборщица и все приберет.
Она не слышала его слов. В ушах ритмично пульсировала прилившая кровь. Опять близость Его тела, обволакивающая, зовущая, волнующая.
Он опустил ее на мягкий ковер гостиной.
–Точно не успела пораниться? Не стоит ходить по дому босиком…
–Точно… Все хорошо, со мной все хорошо…– повторила растерянно, опустив взор в пол. Повернулась было в сторону лестницы, чтобы идти обратно в комнату, как вдруг почувствовала, как он резко хватает ее за руку и притягивает к себе…
–Зато со мной не все хорошо,– хрипло выдыхает ей в ухо, подхватывая под ноги и перекидывая через плечо.
Таша с силой сжимает челюсти, чтобы не закричать, понимая всю остроту ситуации, колотит его по спине…
–Тихо, песчаная кошка…– заносит в свой кабинет, шлепая по выставленному заду.
Запирает за собой дверь.
Снова ставит на ноги…
Иштар пошатывается от тотальной дезориентированности…
–Белькасем, что ты творишь?-шипит она эмоционально, но тихо, чтобы никто не смог их услышать…– Луэй может проснуться… Слуги…
– Слуг я всегда отпускаю на ночь… Раздражает присутствие чужих людей, когда я сплю… И…– сделал паузу, словно ему неприятно было говорить о нем,– он не проснется… Будет в ауте до утра. Я слишком хорошо знаю его возможности…
Больше не тратит времени на разговоры.
Толкает ее к столу, стаскивая футболку.
–Белькасем, нет…-умоляюще продолжает свою слабеющую на глазах защиту…
Лишь рычит в ответ.
–Заткнись, Таша… Мы оба этого хотим… Там, в туалете, ты была такой мокрой…
–Нет… Это я… Не из-за тебя… Это я… из-за…
Он с силой сжимает руками ее шею так, что девушка беспомощно распахивает рот, жадно глотая воздух…
–Если ты сейчас скажешь хоть слово о нем, твое лживое слово, я придушу тебя…
Стягивает теперь футболку и с себя.– Я честно тебе говорю… Не смей мне говорить сейчас о своем лживом браке…
Иштар сглотнула. Почему-то она знала, что он не шутит, он может здесь и сейчас уничтожить ее… Тем или иным способом может…
Где-то на задворках сознания просыпается язвительная Таша, у которой свои счеты с этим мужчиной…
–А как же твоя юная нимфа? Не заревнует?
–Отослал ее отсюда в отель… Устал трахать сзади и представлять тебя… Хочу смотреть в твои глаза, когда буду входить по самые яйца, Иштар…
Не дает времени на парирование.
Одним рывком срывает с нее пижамные штаны, следом летят трусы.
–Не знаю, как не взял тебя еще в самолете, когда сидела передо мной в своих белых трусиках… Только потому, что знал, что не получится быстро… Я долго буду тебя рвать за то, что ты устроила, сучка… -нависает сверху, прижимается лбом к ее лбу, сверлит почерневшим взглядом,– куда ты нас затянула… Ты была моей, Мираж,– его рука на ее шее, но на этот раз не грубо,– почему ты с самого начала не сказала правду, кто ты? Я бы мог быть твоим законным мужем, Таша… Не было бы этого всего…
Она горько усмехается…
–Моим мужем? Кто? Дикий Туарег? Я не знала, кто ты! В тот момент ты был для меня сомнительным разбойником из пустыни, промышлявшим темными делами…,– слезы брызнули из глаз, голос задрожал.
–Корыстная сучка…-усмехнулся злобно.
– Я корыстная?! А ты тогда кто? Что-то я не видела, чтобы ты сам рвался рассказать мне, кто ты такой или позвать под венец простую девчонку, которую подобрал в пустыне… Как ты мне сказал? Мне нравится тебя трахать?! Я изначально была для тебя никем! Ты не смотрел на меня как на достойную, как на равную тебе! Хотя я тебя и обставила там, на гонках! Хотя я была невинной, ты ведь прекрасно понял, что я даже не целовалась ни с кем толком до тебя! Ты воспользовался моей женской слабостью, точно так же, как те уроды, на торгах у Аль-Минны! Чем ты лучше их? Ты позволил этой старухе тогда меня унижать только потому, что хотел проучить за мою дерзость несколькими часами ранее! Ничего не сделал, когда она раздевала и нагибала меня раком на забаву похотливым козлам!
Он лишь усмехнулся на ее эскападу. Казалось, она его никак не тронула… Только дыхание стало еще более рваным и учащенным.
Опустил тяжелый, очумевший взгляд на ее поднимающуюся и опускающуюся от волнения и возмущения грудь. Накрыл губами один из сосков, больно прикусил.
–Знаешь, что самое забавное в этом во всем? Тебе нравится чувствовать себя моей шармутой, грязная девочка…
Быстро расстегивает ширинку и без промедлений одним резким толчком заполняет ее собой.
Иштар вскрикивает…. Изнутри ее разрывает смешанное чувство удовольствия и боли… Она уже забыла, какой он большой… Не будь она сейчас там такой влажной, было бы, наверное, так же больно, как в первый раз с Луэйем…
–Вот так, моя шлюшка… Вот что тебе нужно…– двигается резко, не жалеет. Так, что массивный стол под ней жалобно скрипит.
Белькасем хватает ее ноги и задирает себе на плечи, проникая еще глубже. Иштар снова вскрикивает, со всей силы прикусывая свою руку, чтобы не было так громко.
–В тебе столько сладкого порока, песчаная кошка… Я увидел его сразу… Бьюсь об заклад, ты даже не кончаешь с этим сопляком… Он не умеет иметь тебя правильно… Никто из них не сможет обуздать твой самум, Таша.. Только я… Только я могу делать с тобой такие дикие вещи, которые сведут нас обоих с ума…
–Ускут (араб.– заткнись)…– шепчет она, непроизвольно выгибаясь…
–Хара (араб.-дерьмо), как я мечтал услышать, как ты говоришь на арабском, когда я тебя трахаю… Это так сладко для моих ушей… Говори, говори, Таша…
–Хмар (араб.– осел),– отвечает яростно, а он резко поворачивает ее к себе спиной, ставит на колени и звонко шлепает, тут же снова заполняя собой на полную длину.
– Все эти примитивные мужики с берега, давно утонувшие в своих условностях и псевдоморали, считают, что жена нужна только для продолжения рода… Они идут на сторону в поисках у других того, что не могут получить от своей женщины, потому что стесняются и боятся озвучивать им свои истинные желания… В этом наше отличие от них, Таша… Мы любим так же, как пьем… Жадно, припадая к источнику, зная, что каждый новый глоток может стать последним… Зная, что впереди могут быть долгие часы без воды… Простая истина туарегов гласит, что мужчина только тогда обладает женщиной, когда она сама ему себя отдает… А что делает этот сопляк и ему подобные? Связывает тебя и оставляет синяки, чтобы доказать самому себе, что ты его…
–Ненавижу…– сама не понимает, кому и чему сейчас адресует свой гнев- тому, что Он во всем прав? Мужу, который действительно ни на йоту не продвинулся в том, чтобы стать для нее кем-то особенным? Нет желания сейчас думать об этом. Иштар яростно, до крови прикусывает свою губу, закатывая глаза и понимая, что неизбежно вот-вот провалится в пропасть всепоглощающего удовольствия…
Она уже в ней, летит в неизвестность… А он рядом…
–Таша…– хрипит, с силой сжимая ее груди и впиваясь в шею укусом…
–Белькасем…– не выдерживает она и отвечает, растворяясь в этом посланным ей пустыней мужчине без остатка…
Потом было медленно… Нежно… Изучая друг друга… Зацеловывая до болезненного воспламенения кожи… Они делали это на неудобном кожаном диване, явно не предназначенном для секса, а потом на его кресле… Переместились на ковер… Он заставил ее сесть на лесенку библиотеки и входил, пока она обвивала его торс ногами, а сама невольно скидывала томик за томиком в шикарных кожаных переплетах, потому что ее пальцы хаотично впивались в книжные ряды от скручивающего все тело удовольствия.
Они больше не говорили. Он не спрашивал. И она не сопротивлялась. Просто подчинялась очередному его молчаливому приказу. Первый из множества оргазм, словно заставил ее принять неизбежное… Он был чертовски прав во всем… Иштар отчаянно пыталась все эти месяцы сделать так, чтобы Лу смог хотя бы частично заполнить оставшуюся после Белькасема пустоту… Нет, этого не произошло… Муж ей по-своему нравился, но стоило Туарегу войти в нее снова и совершить первый толчок, девушка поняла, как наивно заблуждалась… Луэй не мог дать ей и одного процента того, что давал этот мужчина, ее первый мужчина… Мужчина, которому не суждено было стать ее, как и ей- его… И от этого чувства было нестерпимо горько… Здесь, сейчас, позволив себе эту чудовищную слабость, за которую она будет ругать себя до остатка дней, Иштар с жадностью ловила каждое мгновение их близости пытаясь надышаться Им…
–Хочешь пить?-произнес первую за последние несколько часов фразу Туарег, после того, как они смогли вернуться к реальности, немного отойдя от очередного оргазма.
Она молча кивнула. Голова плыла. Она сидела на ковре, где они только что снова устроили сумасшедшие скачки. Пыталась хоть как-то собрать себя, рассыпанную перед ним по молекулам…
Протянутый стакан воды с запотевшими краями приятно охладил кожу пальцев рук. Девушка жадно осушила воду под голодный взгляд мужчины, не отрывающийся теперь от ее губ.
Он снова поджал челюсть. Сел на диван, расставив ноги. Бросил подушку на пол перед собой.
–Сейчас ты подойдешь сюда, опустишься на колени и возьмешь меня в рот, Таша…-произнес, сжимая снова восставшее мужское достоинство.
Она сглотнула, подняв на него расфокусированный взгляд.
–Сегодня научу тебя, как мне нравится, когда делают… А потом, в следующие разы, будешь сама…
Его слова подействовали на нее отрезвляюще… «Потом? В следующие разы?» О чем он говорил… О каком «потом» могла идти речь?
–Нет…-прошептала она, словно очнувшись… Начала испуганно озираться по сторонам. Поймала хаотично пробегающим по комнате, которую она, казалось, видела в первый раз, взглядом циферблат настенных часов. Почти семь часов… Аллах, она совсем забыла себя… Уже утро…
–Иштар, ты ведь помнишь, я не люблю повторять…-продолжал нетерпеливо напирать Туарег. Его член снова был таким большим, красным и жилистым от прилива крови.
–Нет…– повторила она более решительно, быстро вскакивая с пола,– нет, нет, нет…-повторяла, словно в трансе, то ли от ужаса, то ли от сожаления… Начала быстро собирать раскиданные по комнате личные вещи и натягивать их на себя,– нет… Что мы натворили… Мне… Господи… Я…
Паника и сожаление подступили к горлу неприятным чувством. Её затошнило… Хотелось долго и надсадно выворачивать себя… Словно это могло бы что-то исправить, стереть из памяти воспоминания…
Она выскочила из кабинета, не оглядываясь, хоть и слышала его напряженные оклики. Страх и ужас колотили по сердцу изнутри… Лишь бы никого не встретить по пути в комнату… Лишь бы… Не помнила, как пробежала пролет… Не помнила, как оказалась за дверью, окунувшись в мрак помещения из-за наглухо закрытых блэк-аутом окон… Луэй все так же мирно посапывал на кровати, растянувшись на всей ее внушительной ширине. Статика картины немного вернула самообладание. Но стоило только снова подумать о случившемся, становилось до дрожи страшно… На тумбочке возле кровати завибрировал мобильный, вырвав ее от хаотически летавших в голове панических мыслей. Иштар взяла айфон и ужаснулась, увидев с сотню пропущенных вызовов из Эмиратов. Кто ей только ни звонил… Что-то случилось?