Глава 14

Вскоре вернулись с ужина женщины. И когда в шатер проскользнул лекарь, я решила устроить себе перерыв. Предупредив Ведомира, направилась к полевой кухне. Обедала я спешно прямо у лежанки Михея, но сейчас он чувствовал себя намного лучше.

На полевой кухне меня сразу усадили и вручили кашу с мясом. А на меня накатила такая усталость, что мне даже жевать стало лень. С горем пополам осилила кашу и выпила взвар, раздумывая, как поделить ночное дежурство с лекарем и женщинами.

– Вы бы вздремнули чуток, – предложила Заряна, сочувственно глядя на меня. Она, кстати, сегодня тоже не отдыхала – занималась свеклой. А на другом костре Деяна варила щелок.

Я пожала плечами и, захватив тарелку с куриным бульоном для Михея, вернулась в наш лазарет. Пасынок как раз проснулся, но на тарелку с бульоном посмотрел без воодушевления. Без споров выхлебал предложенное и жалобно глянул на меня.

– А можно что-то посущественнее принести?

От полноты чувств я влепила ему легкий подзатыльник. Теперь можно. Раз появился аппетит, значит, идет на поправку.

– За что? – возмутился Михей, потирая макушку.

– А за каким лешим ты в речку ледяную сунулся?! – парировала я, испытывая желание дать ещё один подзатыльник. – И ведь даже не отогрелся толком, а завалился спать на холодную землю.

– Мы сразу переоделись. А после долго отогревались у костра, – возразил Михей.

– И как долго? Минут десять? – съязвила я. – Короче, если ты ещё хоть раз сотворишь что-то подобное, я… Я тебя выпорю! – Михей округлил глаза, а я со всхлипом призналась. – Ты хоть представляешь, как я за тебя испугалась?!

– Прости, – виновато произнес он и даже неловко обнял меня. Но в глазах я не видела раскаяние. Обняла в ответ и зашептала на ухо, чтобы любопытные уши крестьянок не расслышали мое требование.

– Пообещай мне, что если задумаете ещё какой выверт, то хотя бы предупредишь меня. А я придумаю, как вам всем избежать неприятных последствий.

Михей неуверенно кивнул, но я продолжала требовательно смотреть на него.

– Обещаю, – выдавил мальчишка. Кивнула, не до конца убежденная его словом, и поднялась.

– Пойду тебе за кашей.

Вернувшись, опять помогла Михею сесть, после чего вручила кашу. Пару мальчишек жадно принюхивались к ней и бросали на родительниц просительные взгляды. И в итоге добились желаемого.

Появившийся лекарь предложил мне подремать пару часов, пока он будет присматривать за всеми. В этот момент я увидела, что тех, кто кашлял, отпаивают горячим молоком с медом. У них аппетита ещё не было. Даже Малушу разбудили, чтобы напоить её вкусным лекарством. А значит, Ведомир серьезно отнесся к моим словам, и это радовало меня.

– Надо половину женщин отправить спать, чтобы после полуночи они заступили на дежурство.

Лекарь кивнул и подтолкнул меня к выходу. Не раздеваясь, устроилась на постели поверх шкуры, накрылась плащом. И провалилась, как в омут. Казалось, только я закрыла глаза, как меня затеребил Ведомир.

– Думаю, к утру трое точно оправятся от болезни, – поделился он своими наблюдениями, пока я растирала лицо ладонями. Сон отпускал неохотно. – Я вздремну на пару часов, – предупредил Ведомир после паузы. Кивнув, вылезла вслед за лекарем на улицу, накидывая плащ. И направилась в лазарет.

В шатре было всего три женщины, в том числе осунувшаяся Мерцана, мать Малуши. Девочка все ещё металась в бреду и сильно кашляла, остальные спали спокойно. И столь большую разницу в самочувствии детей мать не могла не заметить.

Дотронулась до плеча заплаканной женщины и предложила.

– Поспите немного, я присмотрю за девочкой, – я ободряюще сжала ладонь, но Мерцана покачала головой. – Ночь будет длинной, и завтра день будет не проще. Мир Златозар согласился задержаться здесь всего на один день.

– Но у нас нет места в телеге, – с ужасом пробормотала Мерцана.

– У лекаря есть, – успокоила я её. – Вам нужны будут силы, идите спать.

Женщина все-таки кивнула и направилась на выход. Я пощупала лоб девочки, и сменила компресс на лбу на новый. А после обошла весь лазарет, проверяя температуру у детей. По итогу сменила полотенце ещё у одного ребенка. Крестьянка, сидевшая у соседнего лежака, вскинулась, но тут же опустила виноватый взгляд. А я тем временем ощупала кувшины, которые мы использовали для отопления. И удовлетворенно кивнула: все были горячие, а, значит, воду сменили недавно.

Выглянув наружу, заметила горящий костер на полевой кухне, а рядом с ним сидела Живана. Сбегала за фляжкой, купленной ещё на рынке в Альвейге, и набрала горячей воды в неё. Устроила импровизированную грелку в ногах Михея, температуры у него сейчас не было, но он немного гундосил вечером. Не факт, что это спасет от насморка, но попробовать стоит. После всех приготовлений, я устроилась у лежака Малуши и сменила компрессы в подмышечных впадинах и под коленками. Она тут же застучала зубами от холода, а я погладила её по мокрому лбу. Рядом с её головой лежала знакомая фляга лекаря, и я решила попробовать, что там за отвар. Но среди смеси трав я смогла разобрать только ромашку. Ладно, буду давать при приступах кашля, раз других инструкций Ведомир мне не дал.

Время потекло незаметно. Раз в двадцать минут проверяла температуру у ребятишек, кому-то компресс, как и Михею уже был не нужен, кому-то наоборот ставили. Без градусника было сложно точно определить температуру, и женщины каждый раз удивлялись, глядя на то, как я губами трогаю лоб детей. В какой-то момент заметила, что женщины задремали. Растолкала их и отправила будить смену.

– А Мерцану? – спросила Олеся.

– Пока не надо, – уверенно произнесла я.

Поцеловав детей, они покинули шатер. Малушу снова скрутил приступ кашля, причем такой сильный, что она даже пришла в себя. И как-то устало и обреченно посмотрела на меня.

– Я умру? – хрипло спросила она.

– Нет, – голос дрогнул от жалости к ребенку. Помогла выпить отвара из фляжки и накрыла ребенка одеялом.

– Жарко, – пожаловалась она. Убрав пока лишние компрессы, я погладила её по спине, ощущая, как её сорочка пропиталась потом. Надо будет переодеть ребенка.

Не знаю почему, но в этот момент захотелось спеть колыбельную девочке. Местных я не знала, поэтому запела нашу из «Спокойной ночи, малыши».

Спят усталые игрушки, книжки спят.

Одеяла и подушки ждут ребят.

Даже сказка спать ложиться,

Чтобы ночью нам присниться…

Я продолжала, гладить Малушу по спине, ощущая непонятное. Словно что-то во мне тянется к ней…

– Нельзя! – окрик Ведомира заставил меня вздрогнуть. Он подлетел ко мне и резко оттолкнул мою ладонь. – Нельзя! Выгоришь! – повторил он яростным шепотом.

Пару ребятишек завозились во сне, но не проснулись, слава Богу. А я продолжала вопросительно смотреть на пожилого мужчину.

– Нам нельзя тратить свои силы на лечение, – уже более спокойно пояснил Ведомир. Накрыл заснувшую Малушу одеялом и продолжил объяснение, устроившись рядом со мной. – Одаренные отличаются от обычных людей небольшим запасом магических сил. Он минимальный, передается по крови, и пополнить его после катастрофы невозможно. Даже из изуниксов нам не взять эту энергию для пополнения собственной магии. Понимаешь?

Неуверенно кивнула.

– Но ведь даже без этих минимальных сил мы можем работать с изуниксами.

– Нет! – твердо произнес Ведомир. – Без магии каналы пересыхают и атрофируются. Если бы ты по незнанию потратила сейчас всё, что имеешь, ты бы не смогла исцелять людей.

– Но почему вы не предупредили?

– Не думал, что ты способна направить свою энергию на исцеление, – сокрушенно признал он. – Пообещай, что не будешь так делать.

– Так я сама не знаю, как так получилось, – всё же призналась я.

Ведомир тяжело вздохнул.

– Давай тогда разбираться. Расскажи подробно, что ты делала, – он огляделся и добавил. – И что за песню ты пела? Какая-то незнакомая колыбельная…

– А слова имеют значение? – я тоже осмотрелась: все дети спали. Глубоко и спокойно. Не метались в горячке, а именно спали. Это я всех усыпила? Да так, что они не проснулись от окрика лекаря. Я потрогала лоб Малуши и немного заторможено ответила на вопрос. – Да, это колыбельная. Я сама как-то придумала, а может и слышала от кого-то в глубоком детстве.

– За Малушу можно больше не беспокоиться, – уверенно произнес лекарь. – Так… Что и как ты делала, чтобы разбудить целительскую силу?

Вошедшие крестьянки прервали наш разговор. По взгляду Ведомира поняла, что при них о своих способностях лучше не распространяться.

– Присмотрите за ребятишками, мы пока приготовим отвар, – сказал целитель, поднимаясь. Последовала за ним к повозке. В дороге кратко поведала о нашем с малышкой разговоре, о своих чувствах, даже призналась, что сама не знаю, зачем я начала петь колыбельную. Да и о непонятных ощущениях рассказала.

– Как я и предполагал у тебя есть предрасположенность к целительской магии. И возможно, немного к ментальной, ведь усыпила ты всех даже без тактильного контакта. Но может быть этот сон лечебный? – неопределенно закончил он, забирая из сундука, какой-то мешочек с травами. – Так, насыплешь в кипящую воду и пять минут подержишь на огне. После чего процедишь через сито и большую часть перельешь в эту флягу, – он протянул совершенно обычную фляжку. – Принесешь мне. Остальное выпьешь залпом и ляжешь спать до утра. Надеюсь, всё обойдется. Сама-то как себя чувствуешь? Слабость, усталость?

– Есть небольшая, – я пожала плечами и направилась к костру. Но тут же остановилась и обернулась к лекарю. – Я обещала Мерцане присмотреть за девочкой.

– Не переживай, я буду внимательно за ней наблюдать. Надо же понять выгнала ты болезнь полностью или только ослабила её.

Отвар приготовила минут за десять: кипящая вода была в наличии благодаря Живане. После чего отнесла фляжку Ведомиру. Доползла до своей повозки и, устроившись на ложе, залпом выпила почти полную кружку отвара. Перевернулась, закутываясь плотнее в плащ, и тут же заснула.

Не сразу, но я снова оказалась в тумане. Только вот место другое. Туман настолько плотный, что в метре ничего не видно, но под ногами не лесные тропы, а разбитая брусчатка. Да и звуков леса нет: ни шелеста листьев, ни шебуршания травы. Сделала пару шагов вперед, но тут же остановилась. Мне нельзя уходить: здесь Михей и… Малуша. Даже приятельницами я уже обзавелась, дело для себя нашла, да и магию открыла. Помогать другим с её помощью оказалось неожиданно приятно.

– Не бойся… – чей-то шепот напугал так, что я проснулась. И села на постели, слушая, как неистово бьется сердце в груди. Раньше я всегда была одна в тумане. Или мне это только казалось?

Чуть успокоившись, прислушалась. Лагерь уже просыпался. Оправила платье и сбегала на речку умыться. Спешила, так как хотела увидеть Михея и остальных пациентов, и убедиться, что с ними все в порядке. Поэтому косу переплетала на ходу. А в шатре оказалось неожиданно оживленно. Ребятишки уже проснулись и одевались под непрерывную болтовню. Прислушавшись, поняла, что многие рассказывают о необычно-красочных снах. Поздоровалась с довольно бодрым Михеем и направилась к Ведомиру, который снова осматривал Малушу. Рядом с ней сидела обеспокоенная мать, с мокрыми от невыплаканных слез глазами.

– Спасибо вам, мэтр, – благодарила она лекаря. – Я боялась, что уже всё – не оправится Малуша. А вы спасли мою малышку… – увидев меня, Мерцана продолжила. – И вам спасибо, мира.

– Мира мне интересную песню ночью спела, – заложила меня Малуша. Выглядела она уже намного лучше, чем ночью. Ведомир кивком поздоровался со мной.

– Болезнь отступила, но слабость будет ещё пару дней, – сообщил он всем сразу. – Поэтому, Малуша, сегодня ты проведешь весь день в постели. В моей повозке есть уютное местечко. И больше никаких купаний в ледяной воде!

– Совсем? – испуганно уточнила Малуша.

– Совсем! – подтвердила её мама.

– Михей, – позвал лекарь моего пасынка. Тот уже оделся и свернул постель в рулон. Фляжку при этом засунул в карман. – Поможешь перенести Малшу в мою повозку?

Михей уверенно кивнул головой. Оставив рулон на лежанке, приблизился к нам и, подхватив завернутую в одеяло девочку, понес её на выход. Мерцана же, забрав остальные вещи, поспешила за ним.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Ведомир, едва мы остались в относительном уединении.

– Хорошо, – уверенно произнесла я. – Только сон странный приснился.

– Как ты мчишься по радуге на коне? – с улыбкой уточнил лекарь. – Мне уже пару мальчишек рассказали о подобных приключениях во сне.

– Все-таки ментальная магия? – тихо спросила я.

– Не знаю, все дети сегодня уже здоровы, – мужчина пожал плечами. – Такого на моей памяти не было ещё ни разу. В весеннюю пору и без того люди часто простывают, особенно дети, а тут… Будем считать, что повезло. Но у меня к тебе есть пару вопросов.

– Гляжу, все уже поправились, – голос Златозара раздался неожиданно. Увлеченные разговором мы не заметили его появления.

– Да, мы можем продолжить путь, – с улыбкой произнес Ведомир. – До Цитадели осталось немного?

– Всего пара дней пути. Если поторопимся, то завтра заночуем уже в крепости.

И я не смогла сдержать вздох облегчения. Дорога меня уже изрядно вымотала. Да и по нормальному купанию я уже сильно соскучилась. Наши взгляды со Златозара встретились, и он не сдержал теплой улыбки.

– Могу тебя порадовать, мои люди уже восстановили одну баню. Да и саму крепость подлатали, как смогли. Только с окнами беда.

– Пока их можно занавесить плотной тканью или кожей, – предложила я и тут же уточнила. – А стекла? Разбитые стекла куда дели?

– Это лучше тебе у моего друга уточнить. Пойдем? – он уцепил меня за ладонь и потянул к выходу. На улице огляделся и направился в сторону полевой кухни. Подвел к незнакомому брюнету довольно яркой наружности. По возрасту он был сверстником Златозара, вот только бороды не носил в отличие от дружинников и крестьян. – Мира Люборада, это мой друг, мэтр Казимир.

Мэтр – это звание у всех магов?

– Мы уже знакомы, – заметил Казимир, с удивлением взглянув на друга. – Виделись при дворе великого князя.

– Да, действительно, упустил из вида, – покаялся Златозар. Но как мне показалось, не совсем искренне. – Казимир, будь добр, расскажи Любораде, как обстоят дела с Цитаделью.

И снова в глазах Казимира отразилось удивление.

– Как пожелаешь, – ответил он нейтральным тоном, но взглянул на меня без всякой симпатии. Златозар кивнул и направился к дружинникам.

Решила не обращать внимания на его антипатию, приступив сразу к расспросу.

– У вас есть план цитадели? – спросила я. Казимир кивнул и достал из-за пазухи нарисованную угольком схему строений в цитадели. И вопросы повалились из меня, как из рога изобилия. – Сколько этажей в главном здании? Сколько комнат на каждом этаже? – Казимир вопросительно посмотрел на меня. И я озвучила его вопрос. – Зачем я спрашиваю? Мне надо понять, получиться ли разместить всех крестьян в замке.

– Я не пересчитывал комнаты. На первом большой обеденный зал, холл с лестницей, кухня с несколькими подсобными помещениями. На втором господские и гостевые покои, около десяти комнат. На третьем этаже примерно двадцать более скромных комнат.

– Вы на втором этаже разместились? – уточнила я.

– Я занял одну из башен, ту, что сохранилась получше.

Кивнула. Несколько семей можно будет разместить на втором этаже. Так что поместиться должны. Уточнила насчет дружинников. Они будут жить в казармах? Места хватит? Скорее всего. Пока только первый этаж привели в жилой вид? А сколько всего этажей? Два. Баня пока только одна? Да, но можно поставить ещё несколько, как я поняла из объяснений, там была примитивная канализация, отводящая воду в ров, что был по периметру стен. Так что на том участке можно и прачечную устроить. И мыловарню. Спросила про место для стаек, курятников и загонов для овец. Казимир предложил использовать для курятника участок на противоположном от замка краю, там же можно и сараи для коров построить. А вот загон для овец лучше все-таки за стенами цитадели разместить. Спросила я и про место для небольшого огорода во внутреннем периметре. Неуверенно указал на небольшой участок во внутреннем дворе замка.

– Возможно, там оранжерея раньше была, сохранилось даже несколько стекол. Мы их не трогали.

– А разбитые стекла вы не собирали? – уточнила я.

– Так уже собраны были, – он пожал плечами. – Вот тут сарай со ржавыми инструментами нашли. И там же в коробах разбитые стекла были. Мы подумали, что можно сохранившиеся стекла в рамы вставить, тех окон, что в господских покоях. 152e1bc

– Это отличная мысль, – задумчиво пробормотала я. Но я бы от парника не отказалась. Ладно, это ждет. – Окна в замке большие?

– Не особо, – Казимир изобразил руками. – На третьем этаже ещё меньше.

– Вы окрестности осматривали? – уточнила после паузы. Маг кивнул. – Нашли остатки деревни? А пристани? – и снова кивок в ответ. И то и другое было в ужасном состоянии. Но, как полагает Казимир, восстановить можно. Но пристань была каменная. И там должен будет очень постараться каменотес. Я задумалась, пытаясь вспомнить, из чего цемент делают. И тут же качнула головой: позже буду пытать память. – Может и заросшие травой поля нашли?

– Усмотрели пару мест, которые отдаленно напоминают их. Они заросли бурьяном. Да и лес потихоньку наползает на них.

Кивнула и перевела разговор на другую тему.

– Что у вас с припасами?

Как оказалось, плохо. В седле-то много не унесешь. Так что последние дни, они перешли на дичь.

В этот момент к нам подошла Живана и вручила по тарелке омлета с бутербродом. А Заряна подтолкнула к лавочке, чтобы мы нормально позавтракали. За кружкой взвара я продолжила расспросы, уточняя некоторые детали. И сама не поняла, в какой именно момент Казимир оттаял. И мы уже начали вместе обсуждать, как лучше устроить поселение. Позже к этой беседе присоединились подошедшие Златозар и Ведомир.