ГЛАВА 21

Микеле ушел за справочниками, а Федерико, воспользовашись тем, что остался вдвоем с Неллой, обнял жену. На удивление, она отбиваться не стала, напротив — придвинулась к нему поближе. Капитан было обрадовался, но, как оказалось, зря, сделала она это лишь для того, чтобы прошептать почти в самое ухо:

— Инор капитан, а почему вы ему доверяете?

Вопрос был правильным, только как объяснить, что он ни капельки не доверяет хозяину дома? Настолько, что не уверен, можно ли это говорить даже очень тихо, Федерико чуть отстранился и приложил палец к губам, стремясь показать, что все разговоры — потом, когда они уйдут. Нелла чуть заметно кивнула, но ощутимо напряглась. Да, похоже, у бедняги Микеле не осталось ни малейшего шанса: его записали в кандидаты в маньяки. Что ж, это не так уж и плохо…

— Вот. — Гордый вид принесшего три увесистых тома мага немного портило его же пыхтенье. Наверное, торопился вернуться. — Полнейший классификатор-определитель артефакторных блоков. Уверен, у Кавальери такого нет. Мне самому достался по случаю, и я даже не хочу говорить, сколько за него заплатил.

Говорить-то он не хотел, но физиономию состроил самую несчастную, словно на покупку этого справочника ушли все накопления, да еще пришлось взять кредит в банке. И паузу сделал, долженствующую означать жертвы, на которые пришлось пойти ради нынешних гостей.

— Сейчас мы быстренько этот блок найдем. — Маг не дождался восхищенных возгласов, но уверенно пытался перетянуть внимание на себя. — Я и сам его прекрасно помню. Дел-то на пару минут, — он снисходительно посмотрел на гостей. — Так-с. Вот они — десять основных артефакторных блоков, так?

— Так, — Нелла оторвалась от Федерико и заинтересованно придвинулась поближе к Бонетти.

Капитан расстроенно подумал, что, пожалуй, зря он уверился в том, что Микеле ему не соперник. Нет, некоторых инорит пыльные книги привлекают куда больше, чем самые изысканные ухаживания, Федерико укоризненно посмотрел на мага, но тот и внимания не обратил, увлеченно перелистывая страницу за страницей.

— Ага, вот он! — азартно сказал Бонетти. — Так-с, что там дальше? Примерно середина второго тома. Сейчас мы его, голубчика, определим.

Нелла подвинулась еще ближе и даже шею вытянула, хотя шея у нее и без того достаточно длинная. И красивая, Федерико затосковал и решительно влез между женой и соперником. Нечего им рядышком, как двум голубкам, сидеть. И в книге он сам не хуже разберется.

— Ну ты и прешь! — возмутился Бонетти. — Прямо как орк невоспитанный. На ногу наступил.

Он попытался сдвинуться на прежнее место, но Федерико стоял как скала и уступать не собирался. Не для этого капитан топтался по ногам мага, всем своим весом намекая, что за чужими женами ухаживать нельзя. Тем более в присутствии мужа.

— Прости, — без тени раскаяния сказал капитан, — я не знал, что у тебя там мозоли. Хотя, конечно, в твоем-то возрасте…

Это было мелко и не очень достойно, но Нелла прыснула, а Бонетти покраснел и возмутился:

— Какие мозоли? При чем тут мозоли? Можно подумать, что если мозолей нет, то топчись на чужих ногах сколько пожелаешь.

— Да не топтался я, так, чуть задел, а ты уже разохался. Конечно, это может быть и возрастным: артрит и все такое… — Федерико чуть снисходительно посмотрел на соперника и придвинул второй том к себе. — Что тут у нас?

— Можно подумать, ты в артефактах разбираешься, — проворчал маг. — Смотреть должны профессионалы. Уж это ты за время работы в Сыске должен был понять, — он потянул книгу на себя, перелистнул пару страниц и почти сразу сказал: — Вот и он. А вы говорили, нет в стандартных.

Он победно посмотрел на гостей, но Нелла решительно сказала:

— Вовсе нет, там совсем другое плетение было.

— Это, — упорствовал Бонетти. — Инорита, поверьте, мне, как настоящему специалисту, достаточно глянуть одним глазком и сразу понять — что и куда.

— Инор, — чуть высокомерно сказала девушка, — пожалуй, я тоже могу считать себя специалистом. И хоть мне лично для запоминания недостаточно глянуть одним глазком, конкретно этот я делала и могу сказать, что блок другой. Там была замысловатая загогулина в нижнем углу схемы. Это я точно помню, поскольку ее очень сложно было делать, ничего не сбив.

Она придвинула к себе лежащую на журнальном столике газету и на полях карандашом вырисовала ту деталь, о которой только что говорила.

— Пфф, — презрительно выдохнул Бонетти, — не могло там быть такой детали. Это извращение какое-то. Она и не встраивается нормально.

— А вот и была, — заспорила девушка, — и прекрасно встроилась.

— Значит, артефакт неработающий вышел.

— Заказчик не жаловался, — мрачно сказал Федерико, на которого в пылу спора перестали обращать внимание.

— Возможности не было, — язвительно сказал маг, — поскольку после первого же несрабатывания отправился в мир иной.

— Поэтому и заказал еще шесть? Так сказать, из-за Грани?

— А заказывал тот, кто использовал? Сомневаюсь.

Сомнения были обоснованны. Но Федерико точно знал, что маньяк применил шесть артефактов и претензий к исполнителю, точнее, к продавшей артефакты Паоле, не имел. Разве что считать таковыми попытку ее убийства? Но тогда бы логично было возмущаться сразу, после первого использования. Так что причина явно не в том, что артефакты не сработали. Но вот инориты, на которых они были использованы, действительно отошли в мир иной, что наводило на размышления…

— То есть ты утверждаешь, что введение вот этой вот детали приводило к тому, что он становился опасен для носителя? — обтекаемо сформулировал Федерико свои мысли.

— Вот еще, — недовольно сказал маг. — Я утверждаю, что введение вот этой самой детали приведет к тому, что потоки перераспределятся неправильно и целительский артефакт не сработает, что и приведет к быстрой смерти от приступа витасуаре. Если, конечно, не оказать незамедлительной помощи.

— Но если артефакт не сработает как целительский, то сработает как какой?

— Да никак он не сработает! — вспылил Бонетти. — Я уже сказал, что никак! Как можно быть столь пустоголовым, работая в Сыске? Вот поэтому маньяка до сих пор и не поймали, что у вас там не пойми кто работает. Вот я бы…

— Вот ты бы вообще ничего не раскрыл, — возмутился Федерико, — поскольку даже в том вопросе, в котором себя считаешь специалистом, не разбираешься. Я уже сказал, что эти артефакты сработали, только неизвестно, каким образом. Но ты даже на столь простой вопрос ответить не в состоянии, лишь твердишь, как попугай, что это невозможно.

Они сверлили друг друга неприязненными взглядами, атмосфера в гостиной накалялась, грозя перерасти в скандал, драку или вызов на дуэль. У Федерико чесались одновременно и кулаки, и кончики пальцев: сейчас он согласился бы на любой вид дуэли.

— Инорита могла неправильно запомнить, — недовольно заметил он. — Схема сложная, немудрено перепутать… Особенно такой красавице.

Он притворялся, что ничего не случилось, и старательно улыбался Антонелле. Правда, делать это теперь приходилось через капитана, что не очень-то способствовало флирту. Но маг не сдавался.

— Нет, инор, этот кусок я помню твердо, — запротестовала девушка. — Он действительно очень сложный, а я не столь опытна, чтобы сделать его сразу правильно. Я с ним столько промучилась, что он накрепко засел в голове. С блоками попроще я могу ошибиться, но с этим — нет.

Бонетти придвинул к себе рисунок Неллы и стал пристально его рассматривать. На его лице отражались самые разные эмоции: недоверие, сомнение, а потом и страх, Федерико напрягся, но маг почти сразу взял себя в руки, отодвинул листок и совершенно невозмутимо посмотрел на капитана.

— И все же — нет, — уверенно заявил Бонетти, — не может быть в классической артефакторике вот такой ерунды. Просто не может быть, поверь моему опыту. Глупости это все!

— А не в классической? — заинтересовался Федерико.

Он почувствовал, как сидящая рядом Нелла вздрогнула, но смотрел лишь на мага. Очень уж ему не нравилось выражение лица Микеле. Он наверняка что-то знал или хотя бы догадывался, но знанием этим делиться не собирался.

— Запретную магию не практикую, — сухо ответил Бонетти, тем самым усиливая капитанские подозрения еще больше.

— То есть теоретически эта деталь может относить артефакт к запретной магии? — Федерико старательно делал вид, что не заметил испуга соперника. Сейчас намного важнее было получить ответ. — Одна маленькая деталь — и артефакт из целительского становится… Каким?

— Теоретически артефакт сначала нужно собрать и посмотреть, как он работает, — уклончиво ответил маг, не желая признаваться, что он в курсе того, о чем и знать не должен. — Может, никак.

— И поэтому после одного несработавшего артефакта заботливый племянник заказал еще шесть для любимой тетушки?

— Вдруг у него куча тетушек и все страдают витасуаре? — несколько нервозно пошутил маг. — Наследства много не бывает…

Федерико задумчиво на него посмотрел. В то, что Микеле больше ничего не знал, не верилось. Но если уж сразу не признался, так и дальше будет на этом стоять. Наверняка что-то у него есть из запрещенных книг. Практиковать-то вряд ли практикует, но почитывает. Жаль, что сейчас он не является официальным лицом и не может на мага надавить посильнее, но с этим ничего не поделать.

— Кратко резюмирую, — насмешливо сказал капитан. — Такой выдающийся специалист по артефактам совершенно ничего не знает по интересующему нас вопросу.

Если он надеялся своим выступлением вызвать возмущение мага и признание им всех смертных грехов, то сразу обнаружил, что ничего не добился.

— К выдающимся специалистам нужно со схемами приходить, а не чертить их подобие на газетках, — невозмутимо парировал Бонетти, — тогда и разговор будет другой. А так… Не могу исключить, при всем своем уважении, — он приложил руку к груди и выразительно посмотрел на Неллу, — что инорита неправильно запомнила и, соответственно, неправильно нарисовала. Думаю, она и сама не столь уверена, как показывает. Как она сама недавно сказала, артефакт сложный…

— Если бы я не была уверена, я бы так и сказала.

— Не так давно вы уверенно говорили, что разводитесь с Федерико, — ехидно заметил маг. — Женская уверенность — вещь непостоянная.

Нелла вспыхнула и явно хотела ответить, что она своего мнения не изменила, но Федерико взял ее руку, нежно поцеловал и заявил:

— Мало ли что можно в сердцах сказать… Микеле, если ты ничего добавить не можешь, то мы пойдем, не будем отнимать твое драгоценное время, столь необходимое для самообразования. Почитаешь свои книжки и если вдруг что-то найдешь…

— Непременно тебе сообщу, — проворчал Бонетти. — Хотя ты этого и не заслуживаешь.

Федерико так быстро повел жену к выходу, что соперник успел лишь прокричать короткое прощание вслед, в которое комплименты даме, увы, просто не поместились. Хотя почему увы? Лично он, Федерико, данному факту был рад.

На улице он уверенно повернул к центральной площади и потянул за собой жену.

— А ведь он практикует запретную магию, — внезапно сказала Нелла.

Она остановилась и серьезно посмотрела на мужа.

— Не практикует, а имеет книгу или несколько, — поправил ее Федерико. — Причем на учете они не стоят, иначе он бы выложил про эту часть схемы все, что знает.

— А почему ты уверен, что не практикует?

— Он не сразу вспомнил. А когда вспомнил — испугался.

— Но почему он не сказал?

— Потому что узнать не должен был. Официально он никогда не имел дела с запрещенными книгами. Но Микеле, как хомяк, тащит все, касающееся его специализации. Вот, видно, и подвернулось. Скорее всего, краденое, иначе встал бы на учет: он довольно законопослушный.

— А как в его законопослушность вписывается покупка краденого?

— Как, как… — проворчал Федерико. — Ему же наверняка прямым текстом никто не сказал, что краденая, а что-то наплели. Вот он и сделал вид, что поверил.

— И что сейчас?

— Хорошо бы проконсультироваться у того, кто разбирается в вопросах запрещенной магии. Официально не получится: Вольпе не завизирует такой запрос, поскольку и он, и Беттини уверены, что целительский артефакт к маньяку отношения не имеет.

— А если я заявление на Кристиано напишу? Что он меня обманом уговорил сделать артефакты с блоком из запрещенной магии?

— Если примут заявление, то заключение наверняка будет писать Микеле, а его вердикт ты уже слышала.

— Но тогда?..

— Тогда нам надо отправляться в Ровену, — Федерико представил, как было бы здорово поехать дилижансом, сидя рядом с женой, держа ее за руку, и желательно не в столицу, а куда-нибудь подальше. Подальше от всех проблем. Но как известно, если бежишь от проблем, проблемы тебя непременно догонят, прихватив с собой еще парочку товарок. — Телепортом.