ГЛАВА 30

— Нет, — хором сказали Федерико и инор Виллани, когда Нелла захотела отправиться с мужем к консультанту по запретной магии.

В другое время капитана бы порадовала такая сплоченность, но не сейчас, когда Нелла зло прикусила губу и собиралась высказать все о странных инорах, которые не пускают ее чисто из вредности, а ей эта встреча необходима. Ведь на кону сейчас не только ее профессионализм, но и жизнь! Глаза девушки горели гневным огнем, на щеках играл румянец, и была она столь хороша, что Федерико чуть было не согласился ее взять с собой, но вовремя одумался.

Он решил даже не упоминать о том, что это может быть опасно. Такой довод жену не убедил бы, а только разозлил. Поэтому он попытался подойти с другой стороны.

— Нелла, твой отец договаривался, что я буду один. Инор может воспринять появление двоих как нарушение договора и отказать в консультации. Все же вопрос довольно деликатный, а время не терпит.

Время не просто не терпело, Федерико казалось, что его совсем нет. Что и над ним, и над Неллой нависло нечто, пока хмуро наблюдающее свысока над их жалкими трепыханиями в попытках разобраться, но в любой момент могущее перейти в нападение. Знать бы, откуда и что ждать, так нет…

— Тогда должна идти я, — упрямо заявила Нелла. — Я лучше разбираюсь в этом вопросе.

— Дорогая, речь пойдет не о твоем артефакте, а о ритуале запретной магии. И в этом ты не разбираешься. Во всяком случае, я очень на это надеюсь.

Федерико постарался смягчить свои слова, но все же они прозвучали достаточно жестко. И Нелла, уже было успокоившаяся, опять нахмурилась.

— Да нет, Федерико, моя дочь таким никогда не увлекалась, — торопливо сказал инор Виллани. — Это ей и неинтересно, правда?

На Антонеллу он посмотрел очень выразительно, Федерико даже усмехнулся, подумав, что тесть теперь ни на миг не забудет, кто зять и чем это грозит семье. Нелла отцовский взгляд заметила, но не прониклась, лишь еще больше нахмурилась и заявила:

— Почему же неинтересно? Мне интересно все, что имеет хоть малейшее отношение к артефактам. А эта история задевает меня напрямую. Именно я делала эти орковы артефакты!

— И все же я пойду один. Обещаю рассказать все, что будет представлять для тебя интерес.

Федерико не собирался сдаваться. Нечего жене делать в компании сомнительных личностей. Специалисты по запретным разделам магии — это вам не преподаватели Академии. Если этому типу, не дай Богиня, покажется что-то не то, он церемониться не будет, ему одним запрещенным заклинанием больше, одним меньше — неважно, наверняка намагичил уже на полную ответственность. Хотя, конечно, специалист инора Виллани мог быть и теоретиком…

— А если ты пропустишь что-то важное? — запротестовала Антонелла. — Что-то, что может заметить только специалист?

— Я постараюсь не пропустить. Нелла, я понимаю твое желание послушать, но, к моему величайшему сожалению, оно неосуществимо.

— Это не обсуждается, — сурово сказал инор Виллани.

Нелла грустно переводила взгляд с отца на мужа и ни в ком не находила понимания. Была она сейчас больше похожа на обиженного ребенка, чем на взрослую, уверенную в себе магичку, но это наблюдение Федерико благоразумно оставил при себе, тем более что от этого жена ничуть не становилась хуже.

— Не возьмете, да?

— Не возьмем.

— Тогда мне нужен доступ в твою лабораторию, — обратилась Нелла к отцу. — Не сидеть же просто так в ожидании, чего там вам наговорят.

— Да зачем это тебе? — запротестовал инор Виллани. — С мамой поговоришь, она очень соскучилась. Что тебе делать в лаборатории?

— Хочу доделать один артефакт. По возможности безопасно для окружающих.

Федерико насторожился. Идея явно появилась от просмотра книг Кавальери, а беспокойство об окружающих неспроста — проверка может быть опасной для самой Неллы.

— Не лучше ли отложить проверку до начала занятий в Академии? — спросил он. — Можно проконсультироваться с преподавателями. Если уж сама сомневаешься в безопасности, то не стоит ничего делать без посторонних.

— Да там разве что выплеск магии случится, — отмахнулась Нелла. — Защиты папиной лаборатории как раз хватит, если что вдруг пойдет не так. Ничего страшного или опасного. Для меня точно.

Федерико не был в этом уверен и приготовился к длительному спору, но инор Виллани неожиданно сказал:

— Хорошо. Разрешаю.

— Вы не боитесь? — не удержался Федерико.

— Нелла — девочка ответственная. Если говорит, что ничего страшного не случится, так и будет.

— Не всегда задуманное при осуществлении получается, как планировали. Я не хочу, чтобы моя жена пострадала.

— Федерико, ты такой смешной, — сказала Нелла и неожиданно поцеловала его в щеку. — Мне приятно, что ты обо мне заботишься, но поверь, ничем опасным заниматься я не собираюсь. Обычная предусмотрительность.

Поцелуй был очень приятен, но беспокойство никуда не ушло, Федерико не мог понять, беспокоится ли он о непонятной задумке жены или о скорой встрече с лицом, которое при других обстоятельствах непременно бы арестовал.

— Соблюдение правил — залог успеха, — довольно объявил инор Виллани. — Федерико, нам пора.

Скрепя сердце капитан пошел за ним. На пороге обернулся. Нелла помахала рукой и даже улыбнулась, но на ее лице была написана твердая решимость. Вот только на что? Он покосился на тестя, но тот был спокоен. Нет, Федерико в деле жену пока не видел, даже ее артефактов в руках не держал, возможно, у инора Виллани есть все основания ей доверять как специалисту. Возможно, но на душе все равно как-то неспокойно. И потом, она остается одна, без защиты.

— Федерико, не волнуйтесь, с ней ничего не случится. Нелла не склонна к лишнему риску. Во всяком случае, в отношении магии. Она девочка ответственная, иной раз в ущерб себе и интересам семьи.

Да, в отношении личной жизни склонность к риску была, в этом Федерико убедился. Но иначе они никогда бы не встретились. Но сейчас тесть намекал на визит Беттини, которого Нелла отправила к родителю за досье. С сослуживцем они не встретились, но это не помешало инору Виллани выразить свое недовольство, и не раз.

— Скажите, в собранных вами материалах по Гросси было что-то, касающееся Унарры? — Федерико спрашивал лишь для того, чтобы не молчать. Почему-то он был уверен, что ничего полезного там нет, иначе инор Виллани не преминул бы рассказать дочери и о Паоле. Ведь жуликоватая парочка наверняка закрепляла деловые отношения в постели не впервые, когда их застала Нелла.

— Нет, там только материалы о тех правонарушениях, по которым он привлекался, — расстроенно ответил тесть. — К сожалению, я не дал задания проследить за его текущими встречами. Был уверен, что он это предусмотрел и не станет глупо рисковать.

— Частный сыщик слишком много запросил? — догадался Федерико.

— Много, — подтвердил инор Виллани. — Но и сделал много. Я был уверен, что собранного хватит, чтобы Нелла поняла, с кем связалась.

— При личной встрече даже вы ему поверили. Что уж говорить о девушке, у которой опыта намного меньше.

— Он упирал на безопасность Неллы, — недовольно сказал инор Виллани. — У меня не так много дочерей, чтобы не волноваться за их жизнь и здоровье. В конце концов, маньяк в Унарре действительно есть, а ваш брак был слишком скоропалителен. И тем не менее я поверил вам и даже сейчас помогаю. Нас уже ждут.

Противоположная сторона ко встрече подошла со всеми предосторожностями: ожидающая карета была с наглухо закрытыми окнами, сквозь которые не пробивался ни малейший лучик света. Запоры тоже не радовали: изнутри не было ни одной ручки и дверцы кареты не открывались.

— Мне это не нравится, — сразу сказал Федерико, когда обнаружил такой однобокий подход к безопасности.

— Не нравится, можете не ехать, — заявил возница, облик которого скрывал маскирующий артефакт.

Надо признать, весьма неплохо сделанный. Типаж, не привлекающий внимания и не задерживающийся в памяти. Да и заметить артефакт мог не всякий маг. Федерико прекрасно понимал предосторожности, и все же… Все же он предпочел бы видеть настоящие лица.

— Федерико, это обязательное условие, — тихо сказал тесть. — Меня тоже так консультировали. Как видите, вернулся жив и здоров. Обычная предосторожность. Инор не практикует запретные разделы, только консультирует, но и этого достаточно для обвинения, вы же понимаете.

Федерико понимал. Понимал он также, что и выбора особого нет. Консультация нужна, и как можно скорее. И без этого дело затянулось до невозможности. В том, что Беттини продвинется хоть немного, Федерико сильно сомневался. А значит, по возвращении из навязанного отпуска дело снова вернется, и хорошо, если в первозданном виде, а то еще и затеряют те крохи, что удалось собрать.

Капитан вздохнул и решительно залез внутрь. После того как к нему присоединился тесть, дверца захлопнулась и карета тронулась. Возница специально кружил по городу, то ускоряя движение, то заставляя лошадей плестись еле-еле: то ли пытаясь запутать пассажиров, то ли выискивая возможную слежку. Инор Виллани, скрывая волнение, завел разговор, пустой и ни к чему не обязывающий. О ценах на магические услуги и всевозрастающей конкуренции в этой среде, Федерико слушал не слишком внимательно. Он пытался хоть примерно запомнить направление, в котором их везли. Не то чтобы он собирался это как-то использовать, все же данное слово несколько ограничивало, но от профессиональных привычек не так-то просто отделаться.

Карета остановилась. Послышался звук запирающихся ворот, потом еще какие-то невнятные шумы. Дверца долго не открывалась, а когда наконец распахнулась, Федерико с тестем вышли в полутемный каретный сарай. Видно было плохо. Капитан потянулся было к связке артефактов…

— Магию не использовать. Ни свою, ни артефактную.

— У меня постоянно активирована защита, ее я не отключу.

Пусть даже не так давно ему наглядно показали, что дезактивировать его артефакты не так уж и сложно, делать это сам Федерико не собирался. Не факт, что консультант — маг уровня инора Аркури, а Неллин профессор незаметно влезть не смог, что обнадеживало.

— Это можно. Но только защитные. Любое использование других будет считаться нападением.

Возница говорил небрежно, но как-то так, что было понятно: в своих словах он уверен, нарушителю не поздоровится, Федерико чуть прищурился. Весь дом был пронизан магией, огромное количество плетений наверняка снаружи было экранировано от посторонних глаз, иначе сложно понять, почему его жильцы не боятся, что их найдут по столь яркому энергетическому следу на фоне города.

— Я помню, меня предупреждали.

— Пытаться вскрыть личины тоже нельзя, — несколько нервно сказал возница.

Голос его явно был изменен артефактами, но даже артефакту оказалось не под силу замаскировать эмоции. Инору очень не нравилась порученная миссия, он боялся представителя Сыска и не мог этого скрыть. Пожалуй, его наниматель не столь уж и силен, Федерико приободрился.

— Мне нужна только консультация. Лицо консультанта видеть необязательно.

— Хорошо. Пойдемте.

Из каретного сарая они поднялись по винтовой лестнице в столь же темную комнату. Возможно, на человека, не имевшего дела с магией, ее обстановка и произвела бы впечатление. Все в ней было рассчитано на внешний эффект: и полутьма, и редкие огоньки, вспыхивающие и гаснущие в воздухе, и темная загадочная фигура, неподвижно сидящая за столом.

— Добрый день, иноры, — важно сказала фигура.

Голос хозяина тоже был несколько изменен, а облик скрыт не только артефактом, но и капюшоном, низко опущенным на глаза. Не доверяет, значит, своим умениям.

— Добрый день. Мне рекомендовали вас как специалиста в вопросах запрещенной магии, — сразу перешел к делу Федерико и сел без приглашения на один из стульев, стоящих напротив стола. — Но здесь так темно, что я даже и не представляю, как вы будете смотреть на схему измененного артефакта.

— Для меня темнота — не помеха, а помощь, — пафосно сказал специалист.

— То есть вы не только консультируете, но и практикуете? — не удержался капитан.

— Федерико, — умоляюще шепнул тесть, — не надо. Этак мы действительно можем не выйти.

— Думаете? Пока я вижу лишь дешевое представление. Я не уверен, что данный инор способен даже проконсультировать, а уж о том, что меня задержат, и речи нет.

— Зачем сразу так? — обиженно сказал хозяин дома. — Да, мой Дар не слишком велик, но это не значит, что вы можете безнаказанно угрожать. И я не практикую запретную магию, только консультирую, поэтому, если вы на меня нападете, будете отвечать по всей строгости закона.

Федерико рассмеялся. Взывание к закону того, кто от него скрывается, было слишком неожиданным. Впрочем, вредить своему источнику информации глупо.

— Инор, я не собираюсь нападать. Я дал слово, а слово я держу. Если поможете, я заплачу оговоренную сумму и забуду, что вас видел. Но это представление, оно, знаете ли, меня не впечатлило и заставило сомневаться в вашей компетентности.

— Речь идет о целительском артефакте, я правильно понял? — спросил консультант, сделав вид, что не заметил намека на некомпетентность. — Купирующий приступ витасуаре?

— Да, и у меня при себе схема изменений.

— Это лишнее. Я и без этого могу сказать, что данный артефакт используется всего в двух ритуалах. В обоих он запирает жизненную энергию и начинает трансформацию. В первом случае идет полная трансформация жизненной энергии в магическую, во втором — магической — в жизненную. Схемы совершенно одинаковые, зависит от того, куда артефакт встраивается. Ну и на теле жертвы делаются характерные разрезы, по которым ритуал всегда можно определить.

Инор выжидательно замолчал. Лица его не было видно, но и без этого было понятно, что он ждет рассказа, как выглядели несчастные инориты, когда их нашли. Но Федерико ничем не мог его порадовать.

— Тела обнаруживали столь исполосованными, что говорить о характерных разрезах не приходится.

— Исполосовали потом, — уверенно сказал инор. — Для обоих ритуалов обязательно соблюдать точность разрезов. В противном случае ничего не выйдет. Десять ритуалов и ни малейшего нарушения, иначе…

— Иначе что?

— Иначе придется начинать все заново. Новые десять жертв, — любезно пояснил консультант. — Нельзя ошибаться, нельзя, чтобы время между ритуалами было больше или меньше определенного. Результата не будет.

Федерико прикинул: маньяк выходил на охоту примерно раз в два-три месяца. Или не маньяк, а маг, прекрасно понимающий, что он делает и для чего.

— Чего хочет добиться тот, кто приносит в жертву магичек?

— В зависимости от ритуала: молодости или увеличения магического Дара.