Глава 30 · Софи и Оливия

Софи

Рассвет наступил слишком быстро.

А может, я просто потерялась во времени, сходя с ума от головной боли. Зелья, оставленные целителем, не помогали, как и холодные компрессы на лоб по совету Лео. Он вычитал об этом в какой-то книге. В результате, я всю ночь промаялась, переползая с одного угла палаты в другой, ища правильную позу, дабы хоть немного притушить танцующие в висках раскаленные иглы. Словно это что-либо поменяло бы…

Как ни странно, такое положение нашлось. Окончательно выбившись из сил, затихла на полу под раскрытым окном, прислонившись лбом к холодным камням. Какое-то время не шевелилась и затуманенным сознанием поняла, что боль утихла. Так и лежала, боясь двинуться с места, пока палату не залил розоватый свет утреннего солнца.

Дверь скрипнула, должен был прийти целитель. Но это не он. Испуганный возглас Рэндала отразился от стен, молотом ударив по затылку. Я застонала, поморщившись, и подтянула колени к груди, в попытке спрятаться от резких звуков.

– Софи, родная… – теплые руки провели по плечам и спине, пальцы пробежались по волосам, откидывая пряди с лица, – да ты ледяная! Давай помогу.

Он просунул ладони мне под колени, собираясь поднять с пола.

– Не трогай меня, пожалуйста… И, прошу тебя, тише, – прошептала, продолжая лежать не двигаясь. – Я либо сойду с ума, либо умру. Больше не могу это терпеть.

– Нельзя так, здесь жутко холодно.

Он все же поднял на руки и прижал к себе. Я застонала, ткнувшись лбом ему в плечо, но сопротивляться не было сил.

Мягкость кровати, согревающие чары, одеяло до самого подбородка. Перед глазами все плывет, Рэндал что-то говорит, а я пытаюсь сосредоточиться на его голосе.

– Со мной связался Барт, рассказал кое-что. Мы скоро выберемся отсюда, переправим тебя в нормальную клинику, где действительно помогут. Слышишь, Софи? Главное, в час дня оказаться у границы защитного купола.

– Мне позволят выйти из палаты? – прошелестела, едва слыша собственные слова, – лекарь сказал, ректор запретил. Мне противопоказаны лишние передвижения…

– Ректор… Этот лживый ублюдок… – сквозь зубы прошипел Рэнд, и я даже прищурилась, пытаясь рассмотреть его выражение лица сквозь расплывающийся туман. – Это же он. Локвуд что-то сделал с тобой во время допроса. Теперь, после разговора с Бартом, я уверен в этом.

Нахмурившись, попыталась вспомнить детали того самого допроса. Кажется, мы толком и не поговорили, мне стало плохо, и он посоветовал обратиться в больничное крыло.

Образы замелькали в ускоренном режиме. Вот, высокий мужчина с пугающим до жути взглядом стоит напротив. Вот, он протягивает руку и приподнимает мое лицо за подбородок. Его усмешка замораживает изнутри, а голову пронзает острая боль.

Я сдавленно закричала, уткнувшись носом в подушку. Рэндал подскочил на месте, тут же бросаясь ко мне.

– Что такое?! Софи!

Приступ прошел так же внезапно, как и начался. Я замерла, тяжело дыша. Должно быть он прав, в кабинете Локвуда произошло нечто, травмирующее мозг. Приподнявшись на локтях, уставилась перед собой, в шоке от рухнувшей с неба догадки.

– Память. Он что-то сделал с моей памятью.

– Насильно влез в голову?!

Губы задрожали, я обхватила себя за плечи.

– Последствия могут быть необратимыми, Рэнд… Эти боли – из-за того, что разум пытается исправить искусственно образованную брешь. Он либо справится с этим, либо нет.

Раздался скрип открывающейся двери. В палату кто-то вошел. Белое пятно заговорило голосом лекаря:

– Сейчас не время посещений, молодой человек! У мисс Крейн назначены процедуры.

– Какие? – Рэндал звучит холодно, с нотками злости, – ей только хуже от ваших гребаных процедур!

– Это назначения господина Локвуда, он уж точно знает лучше вашего! И если вы сейчас же не…

Он резко замолчал.

Глухой стук рухнувшего на пол тела.

– Рэндал, что ты творишь? – мой голос дрожит, я все еще не вижу четкой картинки происходящего.

Тишина.

Я села, свесив ноги с кровати, до рези в глазах вглядываясь в размытую темную фигуру.

– Секунду, Соф, – его голос какой-то слишком сосредоточенный, почти безжизненный, – я говорю с Бартом через артефакт.

Какое-то время нас окружало молчание, и я послушно ждала, сцепив в замок подрагивающие холодные пальцы. Невероятно, похоже Рэндал напал на лекаря! Вырубил его каким-то заклятием, причем не вербально. Если тот следовал указаниям ректора, наверняка вместо лечения еще больше усугублял мое положение.

Что было стерто из моей памяти? Что такого опасного я узнала о Локвуде?

Шаги в мою сторону заставили вынырнуть из мыслей. Рэнд вновь поднял на руки, я ухватилась за его шею, все еще не понимая плана наших дальнейших действий.

– Мы уходим. Барт предупредит Лео.

– Ты же говорил, в час дня.

– Лорд Герарди смог перенести время. Это он устраивает наш побег. Представляешь, Соф? – парень нервно рассмеялся, крепче прижимая меня к груди, – никогда бы не подумал…

Голова вновь начала болеть, и я, судорожно выдохнув, ткнулась носом в шею Рэндала, пытаясь сосредоточиться на звуке его шагов.

Было еще очень рано, замок спал. Каким-то чудом мы никого не встретили на своем пути.

Когда кожу окатило холодным утренним воздухом, движение прекратилось.

– Я сейчас перенесу нас к беседкам. Меньше вероятность, что кто-то увидит. Готова?

Молча кивнула.

Знакомое давящее чувство в солнечном сплетении, и следом отчетливо слышимый шелест листьев.

– Мы у кромки леса. Скоро все закончится, милая. Потерпи.

* * *

Оливия

– Бедная, бедная наша Софи! – обхватив себя за плечи, причитала я, едва сдерживая слезы.

Барт, зажав большим пальцем на артефакте связи инициалы Лео, мысленно с ним переговаривался о чем-то, хмурясь при этом и поджимая губы. Мне от выражения его лица становилось еще хуже. Благо стояли мы на пороге клиники, где оставил нас лорд Герарди, прежде чем уйти с целителем внутрь. Если брякнусь в обморок, далеко тащить не потребуется.

День начался суматошно, окатив очередной новостью, словно ледяной водой из ведра. Улыбчивая красавица Софи, неисправимая оптимистка, всегда верившая, что из любой ситуации можно найти выход, сейчас пребывала в положении, из которого выхода практически не было. Темный колдун Локвуд варварски вломился в ее сознание, принеся столько разрушений, что последствия могли стать необратимыми.

Едва Рэндал сообщил об этом сегодня утром, лорд Герарди поспешил вносить изменения в подготовленный накануне план. Ведь время, за которое еще можно помочь Софи, шло не на дни, а на считанные часы. Мистеру Крейну долго собираться не требовалось, он не спал всю ночь, пребывая на низком старте, дабы сорваться к защитному куполу Саронсо вызволять ребят. А человеку, который должен был изнутри отключить Щит, отец Барта нашел, что сказать, дабы откорректировать договоренности.

Оставалось надеяться, что все это не зря, и целители вытащат Софи.

– Они дома, все хорошо, – подал голос Барт, убирая плоский черный камень в карман теплой мантии. – Рэндала забрали родители. Вроде как тоже собрались куда-то отправлять отсюда.

– А Софи? Как она? Почему ее не привезли в больницу?

Погода стояла пасмурная, осенний ветер пронизывал до костей, норовя растрепать и без того впопыхах собранные в лохматый хвост волосы. Барт шагнул ближе, загораживая меня от разбушевавшейся стихии. Воздух рядом мгновенно потеплел.

– Ей вызвали целителя на дом. Как я понял, лучшего из свободных лекарей королевства. Не переживай. Пойдем внутрь, отец уже должен был обо всем договориться.

Я прикусила губу, молча кивая. Сердце тут же сжалось, в горле образовался ком. Встретиться с братом очень хотелось, но мне было страшно. Каким его увижу? Все тем же незнакомцем с кровожадным взглядом, что взлетел над трибунами Арены два дня назад? За столь короткий срок ему явно мозги вправить не успели. Да и получится ли это когда-нибудь?

Мы поднялись по мраморной лестнице и вошли в светлый просторный холл. Народа практически не было. У длинной стойки работали девушки в мантиях лимонного цвета. Что-то записывали, зачаровывали отдельные листы пергамента, дуновением магии отправляли их в путь по разным направлениям. Отсюда, как из центра лабиринта, вели четыре коридора, с мигающими сиреневым светом табличками над дверьми.

– Куда нам? – озадаченно оглядываясь, спросила я.

В этот момент правая дверь распахнулась, пропуская лорда Герарди в светло-зеленой мантии посетителя. Когда бы еще выдалась возможность лицезреть почтенного аристократа в салатовом! Губы непроизвольно изогнулись в улыбке.

Следом за ним вышел невысокий пожилой мужчина в белом халате. Целитель. Они перекинулись парой фраз, затем отец Барта указал ладонью в нашу сторону, кивнул и проследовал к выходу. По пути скинул мантию, оставляя ее у девушек на стойке.

Проходя мимо, ненадолго остановился, дабы сказать:

– У тебя десять минут, Оливия. Дольше пока нельзя. Он нестабилен.

– Хорошо, – нервно заломив руки, посмотрела в сторону ожидающего меня целителя.

Лорд бросил взгляд на сына.

– Потом сразу на вокзал. Как договаривались. Я буду ждать вас.

– Сумки уже там?

– Малкинс должен переместить их в купе, когда прибудет поезд.

Я не стала дослушивать их разговор. Утром меня ввели в курс дела и сопротивляться воле лорда Герарди не видела смысла. Напротив, должна благодарить за предоставленную возможность избежать участия в грядущем. Достаточно с меня приключений.

Хоть он и заверил, что Локвуд никак не ожидает удара, среди его последователей есть предатели, а королевская гвардия вместе со Старейшинами очень тщательно планируют захват Саронсо, на душе было неспокойно.

Моя Риса и другие драконы остались там. Как и многие ребята, даже не подозревающие, что оказались в заложниках повернутого на власти темного колдуна. Для них он был ректором, уважаемым человеком, причем гораздо порядочнее моего сбежавшего отца.

Спокойной можно быть разве что за Кайсо и Зорга, которые ночью прилетели к особняку Герарди. Без груза на спине звери поставили рекорд в скорости, преодолев расстояние вдвое быстрее положенного. Малкинс их тут же увел в подземные стойла, позволив навестить лишь на пару минут после завтрака. Они выглядели уставшими из-за долгого полета, но невредимыми.

Где-то на свободе скрывался папа, а у меня достаточно причин опасаться его. Есть ли гарантии, что он не захочет отыскать меня? И наказать за содеянное. За непослушание, разоблачение творившегося в пещерах Академии кошмара, побег и вызволение Кристофа. Я не понимала мотивов отца, почему он поставил власть и деньги превыше семьи, ввязался в столь жуткое и темное дело. О чем думал, отправляя единственного сына на зверские Игры, наблюдая, как уничтожают его память. О нашем счастливом детстве, любимой маме, обо мне… Я не понимала и боялась того, на что еще он мог быть способен.

– Наденьте это, мисс, – целитель протянул мне ту самую, сброшенную лордом салатовую мантию посетителя. – Меня зовут мастер Роуд. Я проведу вас к нужной палате.

– Спасибо.

Приняв легкую ткань, накинула на плечи, едва не утонув в ней. Край подола сложился у ног гармошкой, но в следующий миг мантия засияла легким изумрудным светом и быстро укоротилась, принимая нужный размер.

– Отлично, – прокомментировал действие бытовой магии мастер Роуд и повернулся, открывая передо мной двери.

Мы пошли по длинному светлому коридору. По обе стороны тянулись широкие длинные окна, за которыми можно было рассмотреть просторные палаты. Я вертела головой, надеясь увидеть брата до того, как целитель скажет, что мы на месте. Наконец, когда позади осталось уже десятое окно, он остановился перед одиннадцатым.

Замерев рядом, приложила вспотевшую от волнения ладонь к прохладному стеклу. За ним была такая же, как и десяток предыдущих, большая комната в белом цвете. Посреди стояла высокая койка, вокруг размеренно пищали какие-то приборы. А на постели лежал мужчина. Бледный, как простынь, которая его по грудь укрывала.

Отыскав взглядом серую металлическую ручку двери, глянула на мастера Роуда и сдавленно пробормотала:

– Можно?

– Конечно. У вас десять минут. Я буду здесь, если вдруг какая неожиданность, увижу и помогу.

Что это за «если вдруг», спрашивать не стала, хотя видела – он абсолютно уверен в грядущей «неожиданности». Поторопилась повернуть ручку и войти. Сердце отбивало ритм в ушах, а шаги отражались от пустых стен глухим стуком каблуков.

Приблизившись на расстояние вытянутой руки, остановилась. Прикусила губу до боли, бегая взглядом по вытянутому струной телу. Неприкрытая простыней грудь испещрена шрамами. Некогда длинные космы, свисавшие окровавленными прядями в ту ночь, на Арене, сейчас коротко стрижены. Так коротко, что видна кожа головы. На лице тоже шрамы. Застарелые, которые уже не свести даже самой сильной целительской магией. Глаза закрыты, губы плотно сжаты. Казалось, он не спит, а лишь притворяется, готовый в любой момент вскочить и наброситься на врага.

Проследив за различными проводками и трубками, что крепились к его рукам, ногам, голове, торсу, обнаружила крепкие ремни на запястьях и щиколотках. Судорожно выдохнула, делая последний шаг вперед.

– Милый мой, – коснулась дрожащими пальцами его лба, медленно приложила к теплой коже всю ладонь и зажмурилась, чувствуя, как побежали слезы по щекам. – Тебе помогут здесь. Мы тебя вернем. Слышишь, Кристоф?

Склонилась, целуя впалую щеку. Затем вторую. Ткнулась носом в загрубевшую от шрамов грудь и расплакалась. Не горько, не навзрыд. Наверное, от облегчения. От вселившейся в душу надежды. Помня о времени, отстранилась. Быстро стерла влагу с лица и вновь посмотрела на брата.

Вздрогнула.

Его глаза были открыты, а взгляд неотрывно следил за мной. Пустой какой-то взгляд. Ненастоящий.

– Кристоф? – осторожно позвала, порываясь взять его за руку.

Но он вдруг дернулся вверх, собираясь вскочить. Зарычал диким зверем, когда у него это не вышло. Койка загрохотала металлическими ножками по мраморному полу, пациент на ней, не прекращая извивался, натягивал сдерживающие его ремни, срывал проводки и трубки. Многочисленные приборы нарушили свой размеренный ритм, тревожно запищали, замигали красными огоньками сигнальных лампочек.

Я отшатнулась, ударившись бедром об один из аппаратов. Не устояла на ногах и упала, в ужасе наблюдая за беснующимся в метре от меня человеком.

Грохот открывшейся двери и топот ног. К Кристофу подбежали рослые мужчины в синих костюмах, а меня кто-то подхватил под мышки и потянул вверх.

– Вам пора, мисс, – это мастер Роуд.

Поставив на ноги, коротким движением ладони наслал диагностические чары. Кивнул своим мыслям и подтолкнул к выходу.

– Идите. И не пугайтесь так, я говорил лорду Геради, что прошло еще слишком мало времени.

– До свидания, – пробормотала, не глядя на целителя и на негнущихся ногах вышла в коридор.

На чистом упрямстве прошла до самого холла, а уже там прислонилась спиной к стене и сползла по ней на пол. Прижала к груди колени, откинула голову и зажмурилась.

– Что случилось? – ко мне подбежал встревоженный Барт, приседая на одно колено рядом, – на тебе лица нет, Лив. Он навредил тебе? Напал?

– Нет. Просто еще слишком рано для посещений. Там еще не Кристоф. Там Непобедимый Крис и он увидел во мне врага.

Барт невнятно выругался себе под нос, поднялся на ноги, увлекая меня за собой. Обнял. Я тяжело вздохнула, с благодарностью чувствуя успокаивающую прохладу его магии. Снова пытается подлатать мою душу. Отстранившись, встала на цыпочки и коснулась его губ коротким поцелуем.

– Спасибо. Я знала, легко не будет. Просто не ожидала… такого.

Барт стащил с моих плеч мантию, оставил ее на стойке, и взял меня за руку.

– Пойдем, нам пора. Когда вернемся сюда, Кристоф уже сможет тебя узнать.

– Хочется верить.

Мы покинули стены госпиталя и перенеслись на вокзал. Быстро разузнали, какая платформа нужна, прошли несколько оживленных залов, спустились в подземные тоннели и уже там обнаружили ожидающего на перроне лорда Герарди. Из вагона, напротив которого он стоял, как раз выходил Малкинс. Завидев нас, он махнул ладонью и исчез. С Бартом они попрощались еще утром, насколько я поняла, старик не особо любил долгие проводы. Да и не навсегда же уезжаем.

– Вы вовремя, – лорд наколдовал в воздухе циферблат из голубоватого дыма, и тут же его развеял, – скоро гудок.

– Будешь сообщать мне обо всем, – Барт был сосредоточен, даже напряжен. – Как договаривались.

Сколько раз уже за это утро я слышала от них эти слова? Хоть между отцом и сыном протянулся мост доверия, был он еще слишком шаток.

– Разумеется.

Мужчина первым подался навстречу, обнял Барта, но тут же отстранился. Хлопнул его по плечу, взглянул на меня. И вдруг улыбнулся.

– Приятно было познакомиться, мисс Ферас.

– Мне тоже, – ответила на эту неожиданную улыбку.

– Тогда до встречи в новом мире!

Поймав мою ладонь, коснулся сухим поцелуем. Насмешливо изогнул бровь на заливший мои щеки румянец.

– Пока, отец, – буркнул Барт.

Схватил за руку и потянул к вагону. Позади раздался тихий смех. Повинуясь странному порыву, обернулась и помахала лорду ладошкой.

Сейчас почему-то особенно верилось, что совсем скоро всё вернется на круги своя. Зло будет наказано, и Саронсо вновь откроет для нас двери. Кристоф пойдет на поправку, Софи полностью выздоровеет. Папа отыщется и понесет заслуженное наказание. А лорд Герарди окончательно растопит лед в общении с единственным сыном. И все у нас будет хорошо.

Но пока это лишь в моих мечтах о будущем, а здесь, в настоящем, я входила в купе и садилась у окна.

Отец Барта провожал двинувшийся состав задумчивым взглядом. Он был серьезен и больше не смеялся.

Благодаря ему наши друзья в безопасности, готовые в любой момент выйти на связь через артефакт.

А мы…

Мы сидели по разные стороны откидного столика, смотрели друг другу в глаза и улыбались. Потому что оба верили: вместе всё преодолеем. Главное, крепче держаться за руки и не отпускать, во что бы то ни стало.