21

На следующий день мы по совету Ларисы поехали с Витей в «Империю». Я не рассчитывала найти платье быстро, а оно нашлось одним из первых. Не совсем белое, скорей жемчужное, приталенное до пола и с длинным рукавом. Куцее как сказал бы Виталий, но это платье произвело на него впечатление из-за узоров, вышитых белым бисером.

— Как тебе? — спросила Витю и с тревогой покрутилась несколько раз вокруг своей оси.

Мне платье очень понравилось, удобное, красивое и к тому же оно было неоткровенным, разве что декольте могло у Вити вызвать вопросы. Об этом я и переживала.

— Славное, не куцее даже, только больше вечернее, а тебе в нём удобно? — уточнил он с улыбкой.

— Очень! Давай его и купим! — обрадовалась я.

— Точно? Может, ещё посмотрим? Вдруг лучше найдём?

— Нет! Нам ведь ещё туфли искать. Свадьба послезавтра! — я решительно скрылась в примерочной, готовясь к отстаиванию своего выбора.

Но пока я переодевалась, Витя просто оплатил моё платье.

Дальше были утомительные поиски туфель. Чтобы не возиться с подшиванием платья и быть хоть немного выше рядом с Виталием, пришлось искать туфли на каблуке или танкетке. Проблем с выбором как раз не было, а вот с удобством самих туфель да.

Перемерив два десятка пар в разных обувных отделах, остановились на летних босоножках. Они не совсем подходили к платью, но были удобные и из-под платья их было не видно.

— Ты не замёрзнешь? — сомневался Витя.

— Нет, погоду обещали хорошую и к тому же мы по городу гулять, кажется, не планировали?

— Я хотел после ресторана махнуть на дачу, — признался Витя, об этом я слышала впервые.

— Там я могу переодеться во что-то поудобней, — сообразила я, снимая босоножки на танкетке.

— Хм, тогда тебе нужен свадебный спортивный костюм!

Иногда Витины идеи казались мне безумными, но спорить с ним было бесполезно. Оплатив босоножки, он потащил меня в магазин спортивной одежды. Там мне выбрали чудный и уютный костюм белого цвета.

— Очень маркий, — бухтела я, понимая, что расслабиться на даче в этом костюме у меня едва ли получится.

Буду бесконечно переживать, что вляпаюсь куда-то и насажаю пятен.

— Ну и что, для дачи же, не страшно, — уже ворчливо ответил Витя, и я согласилась, чтобы не портить ему настроение.

Не хватало нам ещё поссориться перед самой свадьбой из-за цвета спортивного костюма.

В день свадьбы, двадцать второго сентября, у меня было прекрасное настроение. И это несмотря на то что всю ночь я не могла заснуть, а под утро снова токсикоз напомнил о себе.

Встав с кровати сразу после звонка будильника, я потопала в ванную, лавируя между банками с краской, вёдрами грунтовки и прочими упаковками со строительными материалами. В нашем доме творился полный беспорядок, но нам было абсолютно всё равно и совсем не до этого.

Пока Витя готовил завтрак, я успела принять душ и умыться. Только вышла и собиралась идти на кухню, как в дверь позвонили.

— Кто там? — я всё не могла привыкнуть смотреть в глазок, спрашивала по привычке.

— Открывай Сова! Медведь пришёл! — проорала с той стороны Лариса.

Я торопливо открыла дверь, Витя что-то проворчал с кухни.

— Привет! Ты как тут? — удивилась я, ведь мы договаривались встретиться уже у загса.

— Я красоту наводит! — подруга просочилась в квартиру с кучей сумок.

— А, я поняла, ну да ты права. Пока доедешь до нас вся помнёшься, — посмеялась я.

— Именно, ну если что я и тебя могу накрасить и причесать, — предложила Лариса.

— Привет! Давайте вы за завтраком поболтаете, а то к свадьбе не поспеете, — пробухтел Витя, выглянув в прихожую.

— Давайте! Давайте! Я жрать хочу до ужаса! А Виталий! У меня к вам разговор серьёзный, — заявила Лариса, у нас с Витей одномоментно округлились глаза.

— К столу, — пригласил Витя и скрылся на кухне.

— Что за разговор-то? — шёпотом полюбопытствовала я, пока Лариска разувалась и пристраивала свои сумки.

— Ну, мне надо, — хмыкнула Лариска, не желая говорить мне.

Зато ждать долго не пришлось, к разговору подруга приступила сразу, как только мы прошли к столу.

— Виталий, вы там обмолвились, что будут на свадьбе ваши друзья. Я хочу знать, ожидаются ли среди них холостые красавчики? — прямо в лоб спросила Лариса, доводя меня до истерики.

Так я давно не хохотала, ведь и вид у подруги был решительный.

— Так есть один, — признался Витя недолго подумав, сдерживая смешок.

— Отлично! Он красив? — Лариса присела в уголок, сразу принимаясь за завтрак с азартом и по ходу него выясняя подробности о потенциальном женихе.

— Поговаривают, мужчина не должен быть красивее обезьяны, иначе дело труба, — шутил Витя.

— Так, ну это-то понятно, а чем он занимается? Как зовут?

— Ларис, обычно сначала имя спрашивают, — поддела подругу, не переставая улыбаться.

— Зовут Андреем, а вот занятие у него несколько специфическое, но на хлеб с маслом и даже икоркой зарабатывает.

— Витя! Не томи! — теперь Лариса выпучила глаза, требуя конкретики.

— Кооператив у него, — ответил Витя, почти ничего не ответив.

— Ты издеваешься?! Что за кооператив? Чем он занимается? — возмущённо тараторила Лариса.

— Просто жду, интересно насколько у тебя ещё могут глаза от любопытства вылезти, — обхохатываясь признался Витя.

Я была неуверена, но, кажется, Лариска под столом его пнула.

— Витя, не мучь её, мне тоже интересно, что там за специфическое занятие такое?

— Ну ладно, кооператив «Коробчонок». Похороны организует, могилы копают, гробы, памятники, — признался Витя.

Лариска взвыла, решив, что он шутит.

— Я серьёзно, — отчеканил Витя, без тени улыбки.

Подруга затихла, огорчённо сопела и молча ела овсяную кашу, которая типа клафути.

— И что? Он один такой? Холостой? — тихонько уточнила Лариска.

Витя молча кивнул.

От предложения подруги причесать меня и накрасить я отказалась. Была записана в салон красоты что располагался за домом. После завтрака, оставив Ларису с Витей, пошла туда наводить красоту.

Причёска и макияж отняли у меня добрую половину сил. Сидеть неподвижно было тяжко и нудно, шея затекла и неприятно ныла, зато в итоге из салона я вышла красавицей. Времени оставалось мало, нужно было ещё переодеться, я поторопилась домой. Открыла дверь сама, ещё на подходе к квартире слыша громкий Витин смех, заглушающий смех подруги.

Оба были уже собраны, Витя в костюме, Лариса в нарядном платье с невероятной причёской и вечерним макияжем. Самой было любопытно, что их так его рассмешило.

— Чего смеётесь? — спросила я, с улыбкой предвкушая что-то весёленькое.

Витя с Ларисой обернулись и их смех резко оборвался. Так бывает, когда смех вызван чем-то личным и я здесь лишний свидетель.

— Вау! Какая ты красавица! — вскрикнула Лариса, игнорируя мой вопрос.

Витя же молча взял руку и поцеловал с восхищением в глазах.

Я сделала вид, что не заметила их желания скрыть причину такого веселья, но стало не по себе.

— Спасибо, я быстро переоденусь и можем ехать, — быстрым шагом ушла из гостиной, пытаясь отогнать как можно дальше дурные мысли.

Переодеваясь в свадебное платье, я не думала о свадьбе, волновалась не о предстоящей регистрации и о чём-то с этим связанным. Я думала о Ларисе и о том, что её стало много в моей личной жизни. Слишком. Следом шла другая мысль, как бы сократить с подругой общение и вывести его за пределы моего дома.

Просто Лариса и пришла без спроса и приглашения, явилась как к себе домой и так запросто о чём-то хохотала с моим без пяти минут мужем.

Возможно, и не было поводов для ревности, но я до головной боли приревновала Виталия к подруге.

В этих мыслях и в приступе ревности я совсем забыла о времени. Будучи в полной готовности, зависла возле зеркала с сумочкой в руках. Витя сам за мной пришёл, заглянув в спальню.

— Готова? — уточнил он, оглядев меня с ног до головы, всё с тем же восхищением в глазах.

— Да! Идём, документы же у тебя? — спросила непринуждённо, отлично зная при этом что паспорт у Вити, сама вчера отдавала ему.

— Конечно, пошли, а то на собственную свадьбу опоздаем, — посмеялся он.

— Не Москва, в пробке не застрянем! — крикнула Лариса из прихожей, явно слыша наш разговор.

Это меня ещё больше разозлило, подруга начала меня дико раздражать. Не могла понять толком что случилось, откуда такая резкая перемена моего к ней отношения. Ведь и причина для ревности выеденного яйца не стоила, возможно, так гормоны на меня влияли.

— Кстати, Лариса, а что ты решила насчёт холостого красавчика? — спросила у подруги, выйдя из спальни под руку с Витей.

Мне бы значительно полегчало, если бы я знала, что она не подбивает клинья к моему почти уже мужу. Лариса снова не торопилась отвечать на мой вопрос.

— Какое шикарное платье! Божечки! Лиля! Оно просто отпад! Отпад! — подруга, видевшая платье по фото на вешалке, сейчас скакала в восторге так, словно его впервые видит.

— Да, спасибо. У тебя тоже платье очень красивое. Так что насчёт этого Андрея? Мы с Витей должны знать заранее, посадим тебя в ресторане рядом с ним, — снова спросила, а заодно и ловко объяснила причину своего любопытства.

— А он на регистрации будет? — Лариса, прищурившись, спросила у Вити.

— Да, а что?

— Надо посмотреть на него сначала. А то вот эти вот разговоры, про красив словно обезьяна, меня ввергают в депрессию, — подруга картинно закатила глаза.

— Вообще-то, не как обезьяна, а не красивей. Ну ты глянь, конечно. Я просто в мужской красоте не силён. Выходим дамы, а то со свободными дорогами опоздаем.

Мы вышли из дома и сели в машину, должны были ещё заехать за моей мамой, но Витя сказал, что её прихватит на такси его мама.

Так и поехали втроём к загсу и это присутствие Ларисы, несмотря на её интерес к другу Виталия, меня очень раздражал.

Когда мы подъехали к загсу, я и не сразу поняла, что то скопление людей возле главного входа, это гости только на нашу с Витей свадьбу. С моей стороны были приглашены несколько институтских подруг и мама с Ларисой.

— Уже все в сборе, кажется, — приглядываясь, произнёс Витя.

— Все наши гости? Так много? — у меня буквально рот открылся от удивления.

Я, конечно, знала, что Витя душа компании и была наслышана о множестве друзей, но масштабы в моём представлении были в несколько раз меньше. Человек десять представлялось не более.

— Где среди них Андрей? — с любопытством поинтересовалась Лариса, высовываясь с заднего ряда, в аккурат между нами.

Приставучая какая!

— Твоего не вижу, и меня больше волнует другое. Где наши мамы? До начала регистрации десять минут.

— Я позвоню, — набрала мамин номер и сразу увидела её.

Она выскочила из-за толпы такая счастливая и нарядная, в платье нежного небесно-голубого цвета. Сердце зашлось от радости, что вижу маму здоровой и радостной на собственной свадьбе. Я не дождалась Витиной помощи, сама открыла дверь машины и выбежала к маме навстречу.

— Букетик для самой прекрасной невесты! — смеясь, мама первым делом вручила мне миниатюрный букет-шарик из белых лилий, и только после обняла.

— Спасибо, что-то я про это не подумала, — расцеловав маму, после долгих крепких объятий я выпрямилась.

Рядом с нами уже стояли Лариса и Любовь Богдановна, а Витя пропал в мужской толпе гостей.

— Поздравляю, Лилечка, милая, — Витина мама дрожащей рукой погладила меня по плечу, в её ярко подкрашенных глазах блестели слёзы.

— Спасибо большое! А куда Витя ушёл? Десять минут же, а нужно ещё документы успеть передать до начала регистрации.

Волнение, не подступавшее раньше из-за моего внезапного приступа ревности к Ларисе, нахлынуло резко. Оно принесло с собой чувство неустойчивости и тошноту. Чтобы не упасть ненароком, я взяла маму под руку.

— Сейчас я приведу этого оболтуса! — Любовь Богдановна решительно рванулась в толпу Витиных друзей и спасла сына или скорей нашу свадьбу.

— Повезло со свекровью, — радостно шепнула мама и тут же три раза поплевала через левое плечо, чтобы не сглазить.

Любовь Богдановна выудила Витю из толпы, и мы поторопились зайти в здание загса. Всё было впопыхах, мы вроде вовремя приехали, а всё равно умудрились опоздать. Меня никому из Витиных гостей представить не успели, а я так и не нашла своих институтских подруг Машу с Юлей. Перед торжественной частью нужно было сдать документы и подписать какие-то бумаги.

— Опаздываете молодые люди, между прочим, вы у нас не одни такие на сегодня, за вами ещё пять пар, — проворчала женщина, работница загса, принимая у нас паспорта.

— Подумаешь, опоздали на пять минут, невелика трагедия, — фыркнул Витя.

— Если каждый будет опаздывать на пять минут, крайней паре придётся ждать полчаса. Вы вот никого не ждёте, это вас все ждут, — женщина отчитывала нас как пятилетних детей, а сама тем временем быстро от руки заполняла журнальчик, переписывая в него наши паспортные данные.

— Извините, — шепнула я, толкая Витю вбок, отчего он гулко хохотнул.

Женщина смерила нас недобрым взглядом, и мы уже вместе с Витей сдерживали смех, хотя причин не было. Чистый признак дурачины, зато было ясно что мы два сапога пара.

— Невеста фамилию менять будете? — строжайшим голосом уточнила регистраторша, и, к моему ужасу, до меня дошло, что женить нас будет именно она.

Её нарядный костюм не позволял в этом сомневаться. Это что? Это что? Вся регистрация таким тоном будет проходить?

— Да! Обязательно, — ответил за меня Витя.

Я то уже привыкла, что он частенько всё за меня решает, а вот женщине, задававшей вопрос, это не понравилось.

— Вы что невеста? — с тонной ехидства спросила тётка.

Больше мне её по-другому называть и не хотелось. Зачем вообще идти работать в загс и портить людям настроение?! С таким характером только разводы оформлять!

— Я невесту спрашиваю. Белова, вы фамилию супруга брать будете?

— Буду!

Пусть Клецко не так шикарно звучит, как Белова, зато Вите это явно было приятно. Решив сменить фамилию, я преследовала и более важную цель. Хотела просто скрыться от Родиона. Вот чувствовала, что он ещё появится в моей жизни. Думала, что так получится обезопасить себя и своих детей от бывшего. Смена номера и адреса не давали такой уверенности, как смена собственной фамилии.

После недолгой бумажной волокиты мы с Витей расписались в документах и нас попросили идти к залу для торжественной регистрации.

— Ну и грымза, — шепнул Витя, повторяя мои мысли вслух.

— Надеюсь, она сменит тон во время церемонии.

— Чего?! Нас что она будет расписывать? Вот эта склочница? — Витя, возмущаясь, встал на месте как вкопанный.

Я видела, что у него носы ботинок медленно, но верно поворачивались в обратную сторону. Витя хотел решить вопрос кардинально и не допустить на нашу свадьбу эту злыдню, а я просто уже хотела выйти замуж и выдохнуть спокойно, сменив все документы на новые.

— Не факт, пойдём, пожалуйста, нас гости ждут, — ласково взяв без пяти минут мужа под руку, повела его на второй этаж к залу торжественной регистрации.

Там за дверями нас уже ждала толпа гостей, в том числе и мои запоздавшие институтские подруги, я видела их через прозрачные двери. Поздороваться и познакомиться со всеми, понятное дело, не успели. В зале заиграл Свадебный марш Мендельсона и для нас распахнулись мощные стеклянные двери.

Уже Витя взял меня под руку и под радостные взгляды наших мам и друзей мы медленно пошли к центру. Штатный фотограф крутился рядом, ослепляя нас мощной вспышкой, а за столом стояла с фальшивой улыбочкой та злющая тётка, отчитавшая нас минуту назад. Музыка стихла, и она заголосила на весь зал.

— Дорогие гости, сегодня все собрались здесь, чтобы стать свидетелями прекрасного события! Создание крепкой и дружной семьи Виталия и Лилии! Дорогие брачующиеся, пусть ваше счастье длится бесконечно! Пусть радость наполняет дом! Союз ваших сердец скрепится прочно и навсегда!

По залу прокатились аплодисменты и гулкие выкрики Витиных друзей. Вокруг такая радость, а я переживала тихий ужас внутри себя. Снова подумала о своём обмане и сейчас он мне уже не казался таким благоразумным. Мама здорова, аллергия у меня на цветы, а не кошек, мы бы выкрутились… А Витя… Если бы он разочаровался и не принял бы правды, ушёл тогда… От этой мысли всё внутри оборвалось. Я втрескалась в Витю как кошка и не хотела его терять. Нелепое оправдание, но какое было. Может быть, чуть позже, я найду в себе силы признаться, а он уже не захочет уходить?

— Невеста? — меня окликнула регистратор и я посмотрела на неё с недоумением.

Она от меня чего-то ждала, и по залу катились шепотки.

— Прошу ответить вас невеста, согласны ли вы стать законной супругой Виталия? — судя по всему, этот вопрос она повторила.

— Тебе нехорошо, что ли? — с тревогой тихо спросил Витя.

Какой позор!

Пока я варилась в своих мыслях я даже пропустила главное.

— Да! — выкрикнула, борясь с пересохшими губами.

Посмотрела виновато на Витю. Он был бледен, но улыбнулся мне.

— Объявляю вас мужем и женой! Новобрачные, прошу вас, обменяйтесь кольцами!

От этого заявления женщины регистратора я ещё больше растерялась и покрылась красными пятнами.

Получается я не только вопрос пропустила, я ещё и ответ Виталия прошляпила.

Идиотка! Какая же ты, Лилия, идиотка!

Соберись тряпка!

Счастливо улыбаясь, я протянула Виталию руку. На безымянный палец село ещё одно колечко. Классическое золотое. Оно своей простотой только подчеркнуло то кольцо, с которым Витя делал мне предложение. Я так же надела Вите кольцо на палец, пришлось постараться, не сразу налезло, ещё муж мешался, пытаясь украдкой помочь пальцем.

— Поздравляю! А теперь немного бюрократии! Муж и жена, скрепите свой нерушимый союз росписью в акте регистрации брака!

От слов регистраторши по залу прокатился смех гостей и неловкий момент моего молчания окончательно в нём потерялся.

Я расписывалась неуверенно и подпись у меня вышла корявая, совсем не такая, как в паспорте, но никто на это не обращал внимания. После меня расписался Витя и мы вновь встали перед столом в ожидании последнего пункта. Поцелуй. Я облизнула пересохшие губы, готовясь к самому нежному и полному любви поцелую, в доказательство своего согласия, но перед нами пролетела птичка обломинго.

— Лилия и Виталий! Поздравляю вас с рождением вашей семьи и вручаю это свидетельство о браке в надёжные мужские руки! Гости могут поздравить жениха и невесту! — заорала регистраторша, всучив Вите наше свидетельство о браке.

Вновь заиграл Свадебный марш, и все кинулись нас поздравлять.

— А поцелуй?! — возмущённо выкрикнул Витя вслед этой тётке, которая всё же умудрилась подпортить нам регистрацию.

Хотя… Я тоже была хороша. Стояла ни бе, ни ме, ни кукареку.

— А не надо было опаздывать! Поцелуетесь за дверью! У меня уже другие брачующиеся ждут из-за вас.

— Это она от зависти, — мудро посмеялся Витя и поцеловал меня быстро.

Чмокнул, можно сказать.

Ну и правильно!

Не портить же праздник из-за вздорной бабы.

— Поздравляем!

Обе мамы заголосили хором наперебой и попытались нас обнять, но, как бы не так. Желающих было много, но подруга моя самая пробивная.

— Дайте я вас расцелую! Ух! Люблю вас!

Лариска хоть и небольшая, миниатюрная, а растолкала всех и обняла нас с Витей разом. После таких её слов и искренних эмоций вся ревность и злость на неё развеялась в момент.

— Лариска! Совесть имей, старшие вперёд!

Любовь Богдановна потеснила её и тоже обняла, поцеловала, поздравила.

Только моя мамочка уже не рвалась, а скромно стояла в сторонке в ожидании.

— Мамуля, ты чего такая? — я с улыбкой сама первая обняла её крепко, и Витя тоже в стороне не остался.

— Будьте счастливы, мои хорошие. Берегите друг друга, — у мамы глаза стояли на мокром месте, и мы обе понимали почему.

Папа до этого дня не дожил и замуж выдать меня не успел.

— Обязательно, Наталья Николаевна, это вы даже не переживайте! Лиля за мной, как за каменной стеной! — громогласно заявил Витя.

Непривычно было до сих пор говорить и думать, что уже муж.

— Просим всех покинуть зал! — выкрикнул охранник, жестом отослав моих подруг и двух друзей Вити в сторону выхода.

— Все поздравления примем в ресторане! Ждём всех в «Кирове»! — огласил Витя, беря меня под ручку и уводя из зала.

— Куда мы идём? — спросила я, понимая, что не к выходу.

— Целоваться! Я без первого супружеского поцелуя не останусь, а до горько не доживу.

С этими словами ловко и незаметно для остальных затащил меня в угол окна, где мы скрылись за толстой пыльной портьерой.

Витя как с цепи сорвался и судя по его страсти, он решил в этом укромном местечке получить не только поцелуй, а сразу и первую брачную ночь.

— С ума сошёл? — рассмеялась тихонько, придержав шаловливые руки мужа, — Нас сейчас с позором выгонят.

— Всё, всё, — Витя выдохнул и прижимая меня к себе упоительно поцеловал.

Когда мы выбрались все пыльные из-за портьеры, уже все наши гости были на улице, и наверняка рассаживались по машинам. Мы пробирались к выходу через толпу приглашённых другой пары, и даже здесь не обошлось без поздравлений, хотя мы даже не знали друг друга.

Только стоило нам выйти на крыльцо загса, как на нас посыпался рис с монетками и крики горько.

— Ты бы дожил, — шепнула Вите, что было зря.

Рот открывать не стоило, туда сразу попали крупинки риса, а выплёвывать их было некрасиво.

— Нет, — фыркнул новоиспечённый муж, — Помер бы в страшных муках!

Поцелуй под крики горько на всю улицу был головокружительным. Эмоции зашкаливали и в груди прочно поселилось ощущение, будто бы паришь где-то над землёй. И полёт этот длился долго, гости сбились на шестом десятке и просто перестали считать.

Уже в ресторане состоялось то самое знакомство со всеми друзьями Виталия. Даже не ожидала, что меня лично представят каждому и каждой. Многие были с жёнами, девушками, и даже детками. Имён, естественно, я и половины не запомнила.

Только трёх Андреев отметила, одному было лет пять, другой был с девушкой, а меня интересовал холостой.

Всё же я не успокоилась до конца и мне было важно Ларису пристроить в хорошие руки. Отлучившись с подругой в дамскую комнату, решила выяснить как ей потенциальный жених.

Поправляя макияж, спросила её;

— Понравился?

— Как там твой супруг сказал? Мужчина не должен быть красивей обезьяны? — уточнила Лариса.

— Что-то вроде того. Андрей симпатичней, разве нет? —

— Вот то-то и оно. Красавец такой, уведут ведь, — фыркнула Лариса, копаясь в моей косметике.

— Знаешь, если мужик кобель, то его уведут, даже если левый глаз фанерой заколочен.

— Ну не знаю, сомнения меня терзают. Те самые, смутные. Не люблю таких мужиков, мне бы как у тебя. Попроще, — заявила подруга, вызывая у меня нервное подёргивание века.

— Витя красивый, статный, — заступилась за мужа, уставившись на подругу.

— Это да, но он у тебя такой, я даже не знаю, как объяснить. Простой, надёжный. Ты с этим Андреем разговаривала? Наглый, надменный, и холодный как эти его клиенты, — проворчала Лариса, дав понять, что с другом Виталия у неё ничего не сложится.

— Мне показался вполне. Может, присмотришься?

— Я уже присмотрелась к его часам. Хорошо нынче могильщики зарабатывают. Однако. Надо завещание написать, чтобы меня не хоронили если что. Дорого.

— Лариса! Типун тебе на язык!

— Ну а что? Такие часики знаешь, сколько стоят? Как квартира, и тут уже дело не в том что он мне не нравится, это я ему не пара. Гусь свинье не товарищ! Хрю! — взвизгнула Лариска и расхохоталась, прижимая пальцем нос.

— Какая самоирония, — не посмеяться с подругой было невозможно.

— Но один плюс всё же есть, хотя это скорей твоему мужу.

— Какой? — не поняла Ларису вовсе.

— Такой весь из себя золотой, а свадьбу вашу почтил своим присутствием, — подруг закатила глазёнки и звонко цокнула.

— А, ну Витеньку все любят, ты же помнишь, он у нас душа компании, — произнесла с улыбкой слова своей свекрови.

Она всегда так говорила о сыне, мы сотни раз слышали с Ларисой.

Освежив макияж, мы собирались выходить из дамской комнаты, я на секунду задержалась у большого зеркала встав в профиль.

— Надо же, животик не видно совсем, а их точно двое? Срок уже нормальный, у подружки моей на двенадцатой неделе уже заметный был, — заметила Лариса.

Из-за живота мне надо было радоваться, но я на самом деле переживала. У многих на таком сроке уже был виден животик с одним малышом, а у меня двойня и намёк появлялся только если плотно поем, хотя врач меня успокоила.

— Двое, двое. Врача спрашивала, она сказала это нормально. Прикрепились к задней стенке, и вроде как это нормально, — говорила я шёпотом, ещё не хватало, чтобы кто-то услышал эти разговоры.

Лариска тоже дура, взяла и вслух сроки все сказала.

Мы вышли из туалета, и я с облегчением вздохнула. Никого рядом не было, в центре зала было шумно. Ведущий нашей свадьбы проводил какой-то конкурс, и все гости собрались там. Одни смотрели за весельем со стороны, другие принимали непосредственное участие.

— Блин! Вот это я пропустила, — огорчилась подруга, наблюдая, как девушки пытаются лопнуть шарик о своих партнёров противоположного пола.

— Тоже хотите так попрыгать? — негромко спросил Ларису тот самый Андрей из коробчёнки.

На его скучающем лице появилась тень насмешки и у меня взыграло чувство собственничества. Никто не смеет обижать мою подругу!

— Извините нас, — насильно улыбнулась Витиному другу, уводя опешившую Лариску под рученьки.

— Это что было? Ну и хамло, гусь облезлый, — бубнила подруга, ища на столе взглядом свой бокал.

— Кто? Где? — спросил подоспевший супруг, приобняв меня.

— Ну этот твой, из коробчёнки, Лариске нахамил, — из-за громкой музыки я говорила громко, а она резко прервалась и как назло Витин друг вновь оказался рядом.

— Кто из коробчёнки? — с любопытством спросил Андрей, он же гусь, он же хамло.

Закинув в рот виноградину, он переводил свой с меня на Витю, с Вити на Ларису и ждал ответа.

— Так ты, — без сантиментов сообщил Витя своему дружку.

— Серьёзно? А чего не табакерка? — негромко спросил он моего мужа.

Витя жулик.

Развёл нас с Ларисой, то-то я и думала, что больно уж название странное для похоронного агентства.

Эти разборки были интересны только нам четверым, а ведущему нужно было всех напоить. По залу пронёсся его голос, искажаемый плохо настроенным микрофоном:

— Прошу всех гостей взять бокалы и выпить за счастье молодых! — объявил он.

Все выпили и снова горланили нам горько, требуя поцелуев, на радость, Витеньке.

После этой паузы выяснить что-то о табакерке с коробчёнкой не вышло. Ведущий передал микрофон моей уже свекрови.

У неё в руках была бархатная коробочка, я сразу догадалась что там то колечко, о котором говорила Лариса. Фамильная ценность и принимать её мне было стыдно. Забыв о причёске, я снова нервно зачесалась.

— Лилечка, доченька, — начала Любовь Богдановна.

Она волновалась и её голос заметно дрожал. Я вышла к свекрови и подошла ближе, сдерживая слёзы. Так всё было трогательно, и так недостойно меня.

— У меня для тебя есть подарок, — Любовь Богдановна растерялась и микрофон ей мешал, поэтому она вернула его ведущему и отмахнулась, когда тот попытался ей помочь.

Всё что она мне говорила осталось в итоге только межну нами.

На безымянном пальце левой руки засияло ещё одно колечко, с необычайной красоты розовыми камнями.