Глава 1

Смотрю на целую кучу подарков в углу комнаты и моя улыбка становится все шире и шире с каждой секундой. Я даже не могла подумать, что нам с Брендоном на помолвку подарят столько всего. Его родственники, мои родственники. Его друзья, никто из моих друзей…

— Ты опять прячешься ото всех, трусиха, — руки жениха сжимают мою талию и я, глубоко вдохнув, быстро к нему разворачиваюсь, прогоняя прочь любые непрошенные мысли…

— Не правда, я просто дала тебе лишний повод меня потискать, можешь не благодарить, — хихикаю и смотрю в его бесстыжие глаза.

— Я сейчас тебя так отблагодарю, — рычит жених и, уже через секунду затащив меня за угол, впивается в мои губы. — Я уже дождаться не могу, когда ты станешь моей женой. Есть все шансы, что я не доживу до брачной ночи. Как, в прочем, и ты.

— Я в тебя верю, у тебя все получится! — Шепчу ему в ответ и закусываю губу чтобы не застонать от того, как его губы скользят по моей шее и заставляют дрожать моё тело в его руках.

— Хочу тебя, малыш. Хочу так, что уже сил нет.

Его рука скользит по моему животу… спускается все ниже и ниже… поддевает подол платья…. Пальцы уже вовсю заставляют мурашки пробежать по коже, а Брендон все не останавливается. Его пальцы скользят по моему бедру к резинке трусиков и как раз в тот момент, когда он уже почти нарушил все границы приличия мы слышим мелодию звонка в двери.

— Блять, ну что им дома не сидится-то, а? — рычит жених в мои губы, и я вижу сколько злости сейчас в его глазах.

А я рада, что очередные внезапные гости так вовремя нас прервали. Рада, что не дали нам зайти дальше, совершая ошибку, прямо здесь и сейчас. Когда за стеной куча гостей. Когда наши с ним родители находятся в этом доме за одним столом.

— Пошли, — схватив за руку, он тащит меня вперед, а я, еле успевая перебирать ногами, бегу за ним. Пока еще беззаботно реагирую на подобные шалости.

И, самое главное, он сам созвал всех этих людей, устроил этот чудо-праздник, а сейчас начинает злиться. И он такой милый в проявлении своих эмоций. Мне кажется иногда, что я вот могу прожить жизнь. Просто находясь рядом и разглядывая его лицо. Изучая и наслаждаясь каждой клеточкой его тела.

— Дорогой, это скорее всего твой брат, как всегда, опаздывает, — говорит Глория и я чувствую, как Брендон сжимает мою руку.

— У тебя есть брат? — мои глаза увеличиваются в размере, потому что впервые за полгода я слышу о том, что у него есть брат.

— Сводный, — его голос звучит совсем не дружелюбно, а с лица пропадает улыбка. Таким я его вижу нечасто. Для такой реакции у него действительно должен быть существенный повод. Брендон очень хороший и добрый. Нужно очень сильно постараться, чтобы он кого-то невзлюбил. И, кажется, его сводный брат как раз попал в список нелюбимчиков.

— Странно, я никогда не слышала…

— Мы далеко не лучшие друзья, и я в душе не гребу какого черта он приперся! — жених резко дергает меня за руку, и я кривлюсь от того, как прострелило плечо. Да что мать его происходит?!

— Ты откроешь дверь?! — Глория уже переходит на крик и мне это совершенно перестает нравиться. Атмосфера накаляется. Кажется новому гостю тут не очень рады, хотя он еще не успел даже переступить порог этого дома.

Почему я слышу о брате только сейчас? Почему Брендон так реагирует на его приезд? Что между ними произошло? Если честно, то я уже обижена на своего жениха за то, что он не рассказал мне об этом всем. Это так же странно, как если бы я умолчала о своей сестре. С которой, между прочим, у меня отношения тоже далеко не теплые. Хотя, в последнее время, мы обе стараемся их наладить.

— Если хочешь, я могу сама открыть дверь, — видя, как он, переступая через себя, все-таки идет к двери решаюсь предложить самой решить эту проблему.

Но Брендон как будто меня не слышит. Подходит к двери. Нажимает на ручку, а у меня по непонятной причине сердце начинает выпрыгивать из груди. Я не вижу того, кто стоит за дверью, не вижу этого парня, но у меня уже отвратительное предчувствие.

Дверь резко распахивается, первое, что я вижу — это пару дорогих ботинок, которые переступают порог нашего дома. После я скольжу глазами вверх по идеально выглаженному костюму. В руке у парня большой букет роз, такой огромный, что я, наверное, даже не смогла бы его обнять двумя руками. Мой взгляд поднимается выше и с каждой секундой сердце как будто сходит с ума.

Когда мои глаза поднимаются и уже во всю изучают улыбающееся лицо парня, моё сердце с огромной скоростью падает вниз, сталкиваясь с полом. Разбивается на кучу мелких осколков, которые впиваются в тело изнутри, впиваются настолько глубоко, чтобы я прочувствовала каждый из них.

Потому что парень смотрит прямо на меня. Не сразу, но он как будто предчувствуя, выцепляет меня глазами среди остальных.

Время замедляется. Сужается до нас двоих. Улыбка, пусть даже натянутая и наигранная по такому случаю, сползает с его лица, как только я понимаю, что он меня узнал.

Мне кажется, что даже его дыхание становится резким и рваным. Движения прерывистыми. Глаза темнеют, а яростный взгляд не предвещает ничего хорошего.

Наверное, я сейчас выгляжу не лучше. С одной лишь поправкой: он в ярости. Я — в страхе. Он готовится к броску, а я не знаю, как на этот раз удастся от него спастись.

Тайлер Николсон — подонок, который испортил мою жизнь. Тот, который до сих снится мне в кошмарах. Тот, который стал моим первым парнем. И пока что единственным в интимном плане. Тот, из-за которого я совершила столько дерьма, что я даже боюсь вспоминать об этом.

Я нахожусь как будто в ступоре, не могу пошевелиться даже когда он, сверля меня глазами, делает шаг вперед, приближается ко мне настолько близко, что я начинаю задыхаться.

Он протягивает мне огромный букет цветов и в эту же секунду наклоняется и произносит первую фразу, сказанную спустя год с нашей последней встречи:

— Я скучал, малышка. Ты ведь рада, что я вернулся? — тихо говорит мне на ухо, когда вкладывает в мои задеревенелые руки букет. Так, чтобы никто не услышал. А потом добавляет, но уже для всех, — очень приятно. Ты, должно быть, Эрика. Брат ничего о тебе не рассказывал, но мы наверстаем это. Не так ли?

***

Обстановка напряжена до предела. Нервничаю не только я, но и Брендон. Судя по тому, что я ничего не слышала о его сводном брате, потому что мой жених говорил, что он единственный ребенок в семье, я теперь прекрасно понимала почему.

Тайлер Николсон — явно не самая приятная тема для обсуждения. И далеко не самый желанные человек в наших жизнях. И, тем более, на свадьбе.

Когда я думала, что все обошлось, что моя жизнь в корне поменялась, я была этому дико рада. Рада тому, что весь ужас прошедших лет остался где-то позади.

Что в прошлом остался человек, из-за которого я совершила кучу ошибок, о которых теперь жалею. Я вообще жалею, что его встретила в своей жизни.

— Да, это — Эрика, — делая вид, что счастлив, говорит мой жених, обращаясь к своему брату, но я-то его знаю. Брендон не рад. И близко не рад увидеть родственничка, — Я ей о тебе не рассказывал, Тайлер, потому что не планировал ваше знакомство. В принципе. Никогда, — тихо говорит Брендон, когда жмет руку своему брату. Делает это так, чтобы никто не слышал, но мне удается.

На суету в прихожей сбегается все приглашенные, которые находятся в гостиной за столом, вследствие чего просто не дают возможности развернуться дальнейшему диалогу. Однако, кое-что мне удается расслышать в разговоре двух парней:

— Надеюсь, ненадолго? — говорит Брендон.

— Нет, ненадолго, — с улыбкой говорит Николсон и идет вглубь дома. Как раз на окрик матери, приглашающих всех вернуться ко столу.

А мне не вовремя становится интересно каким образом они братья? По отцу или по матери?

Как только Глория, мать Брендона, видит Тая, она набирает в легкие воздух и сдержанно улыбается.

— Привет, Тайлер. Как добрался? — это не сильно похоже на материнское приветствие.

— Сынок, — раздаётся раскатистый голос Кевина, отца Брендона… и, судя по всему, Тая тоже, — я рад, что ты смог приехать.

А Брендон останавливается рядом со мной и кладет свою руку мне на талию.

— Да, похоже, отец — единственный, кто ему тут рад, — со смешком говорит Брендон, а я его стукнуть хочу от беспомощности.

Надеюсь, Тайлер не собирается делать ничего такого, чтобы могло навредить нашим с Брендоном отношениям. Я даже мысленно молюсь о том, чтобы он перерос свои непонятные поползновения в мою сторону, которые у него случились год назад.

Год ведь прошел — мысленно я завыть готова. Успокаиваю себя тем, что он вряд ли решиться на что-то пока в доме столько гостей. Пока помолвка в самом разгаре, а уже через несколько недель и сама свадьба.

— Пошли за стол, — подталкивает меня Брен.

И я иду. От волнения почти спотыкаюсь на месте, когда понимаю, что по очередной “счастливой” случайности буду сидеть как раз напротив Николсона.

Он тоже это понимает и сразу начинает улыбаться как мартовский кот. Вот только в этом взгляде кроме похоти поблескивают огоньки опасности. Какой-то затаенной злобы. Ярости.

Неужели это направлено на меня?

Да быть такого не может. Для того чтобы парень реагировал на меня таким образом, он как минимум должен был узнать о том, что это я загрузила в сеть видео.

Но он не знает. Не может знать. После случившегося в прошлом году, он еще месяц пробыл в городе, перед тем как его отец титаническими усилиями не отмыл, но обтер его от позора и отправил в другой штат. Так вот, если бы Тайлер знал, что это была я… он бы пришел. Правда? Сразу бы пришел и просто прибил меня, или что там он еще желал автору “слива”. А так…

Ему явно было не до меня. К тому же, заявление о попытке изнасилования я не подавала…

Должно быть, мне показалось. Мне просто обязано было сейчас показаться. Этот парень больше не представляет для меня никакой угрозы.

Вдох. Выдох. Вдох…

— Ты тут надолго останешься? — интересуется Глория, пока я накладываю себе на тарелку порцию еды.

— Нет, — еще раз повторяет парень, но уже для всех, чем сильно меня успокаивает.

Мне нужно просто перестать предавать этому большего значения, чем оно того заслуживает. Несколько дней пролетят незаметно. Впереди предсвадебные хлопоты, суета… пресса и так подняла шумиху вокруг женитьбы Брендона. Думаю, что отбиваться от репортеров и фанаток Брена куда тяжелее, чем от приставаний Тая. Так что я должна буду справиться.

Прогнав все эти мысли в голове, я улыбаюсь сама себе. Расслабляюсь и слышу, словно гром среди ясного неба, голос Тая:

— … навсегда. Мне предложили играть за ту же команду, что и Брендон. Я только что принял решение согласиться. — произносит Николсон прямо глядя на меня ив его глазах поблескивают огоньки азарта.

Вилка падает из моих рук, и я начинаю заходиться в кашле из-за того, что не успела пожевать кусочек курицы и он отправился не в то горло.

Наверное, мне послышалось. Надеюсь, что мне послышалось. Иначе я сейчас буду стоять в первых рядах в очереди за билетами на Марс.

Время замирает. Даже нет, не так. Время как будто останавливается, а после включается замедленная съемка.

Внутри все как будто покрывается корочкой льда, медленно и противно замерзает. Я поднимаю свои глаза. Набираюсь смелости, чтобы посмотреть вперед, туда, где сидит Тайлер. Посмотреть на того, который только что озвучил мой приговор.

По-другому я просто не могла воспринять сказанное им.

Я хочу увидеть в его взгляде, что он пошутил, что это была глупая шутка, чтобы меня позлить, заставить испугаться и у него это прекрасно получилось. Я напугана настолько, что боюсь сделать вдох. Я боюсь, что он сейчас раскроет то, о чем говорить не стоит. Боюсь, что он узнал о том поступке, который я совершила и теперь хочет сравнять меня с землей. Я боюсь всего, что связано с ним.

Боюсь того, что вся та жизнь, которую я оставила год назад, стала возвращаться. Просто сменился город и вспомогательные персонажи. Главные герои остались те же.

Однако, больше всего я боюсь того, что начинает со мной происходить. Мои глаза цепляются его руку. Длинные пальцы, такие красивые и такие…. Внутри, там, где все было покрылось льдом все начинает жечь, потому что такое ощущение что сейчас там все ошпарило кипятком.

Я смотрю на его пальцы и вспоминаю как они меня касались. Как скользили по моему телу и заставляли меня стонать его имя. Хрипло выкрикивать его в порыве страсти.

По спине скатывается струйка пота, а мои глаза скользят выше. Теперь я изучаю его вздымающуюся грудь под обтянутой тканью рубашки… Я помню, как водила пальцами по его коже, помню, как проводила по ней языком, вдыхая его аромат. И я отчетливо помню, как упиралась руками о эту грудь, когда он сажал меня верхом.

В горле все пересыхает.

Мои глаза жжет от непрошеных слез, и я прикусываю щеку изнутри. Мне нельзя показывать свои эмоции, нельзя давать понять, что одно его присутствие настолько выбивает меня из колеи. Но мои глаза скользят дальше. К его губам… Губам, которые заставляли меня терять голову, заставляли меня забыть обо всем. Когда-то этот человек был тем, ради которого я была готова на многое. Он был тем, из-за которого я совершила кучу ошибок. Он не просил. Оно как-то само собой получилось.

Тайлер был моим личным дьяволом, заставляющим меня грешить и грешить. Когда он был рядом, мои мысли тоже нельзя было назвать чистыми. Он вызывал бурю эмоций и желаний. От того, что я хотела его прибить, то того, что я его просто хотела…

Глаза скользят по его губам, которые сейчас слегка усмехаются. Его поцелуи обжигали, превращали меня в ненасытную… жадную…

И почему я вспоминаю об этом сейчас? Как я вообще могу думать о чем-то подобном, когда рядом сидит мой парень на нашей же помолвке. Тем более, когда мой парень — его брат.

Что-то в груди начинает жечь. Жечь до такой степени, что мне, наконец, удается прийти в себя, сбросить все эти воспоминания.

Тайлер Николсон был единственным, кто прикасался ко мне так откровенно. Единственным, кому было позволено все, чего он хотел.

С Брендоном у меня еще ничего не было. И не, потому что я хотела набить себе цену, а потому что теперь для меня было важно знать, что это будет для парня что-то значить. Что близость, между нами — это серьезно.

Мои глаза наконец поднимаются вверх, начиная изучать его лицо, которое сильно изменилось за этот год. Я не могу понять, чем именно, но только до тех пор, пока не заглядываю ему в глаза. Наглые. Показывающие, какое наслаждение он получает от происходящего.

Он смотрит на меня с прищуром и таким вызовом, что мое дыхание перехватывает.

Он изменился. Этот мерзавец действительно изменился за то время, которое я его не видела. Возможно, это прозвучит ужасно неправильно, но он стал только лучше. Только красивее, только привлекательнее и я не могу этого не замечать. Но вот что-то в его взгляде меня смущает. Пугает до дрожи. Предупреждает об опасности.

Никогда я не видела ничего подобного в его взгляде. Никогда там не читалось столько скрытой угрозы, направленной конкретно в мою сторону. Мне что-то интуитивно подсказывало, что за этот год парень сильно изменился внутри.

Если раньше он был безрассудным и наглым, то сейчас на меня смотрел холодный и мстительный подонок, который вел свою игру. Против меня.

Если раньше он меня хотел завалить к себе в постель, то сейчас ему было важно меня победить. Меня и своего брата. Одним махом. Словно только ради этого он затеял все происходящее. И Тайлер явно не собирался размениваться по мелочам, внезапно огласив всем за столом, что остается жить в этом городе.