Глава 9

Кира

— Так вот... — продолжает Алина шепотом.

Каро, затаившись, греет уши с другой от меня стороны. А сидящая на переднем сидении Леся так и ерзает на месте. Будет знать, как занимать принадлежащее мне по праву место. Я самая старшая из нас четырех, пускай даже всего на неделю Лесю, но факт остается фактом. И когда-то, в тот день, когда родители всем нам дали разрешение ездить на такси, мы решили, что переднее пассажирское — всегда за мной.

— Так вот... Ей двадцать три, представь!...

Алина где-то выведала сведения о Миранде, и теперь с нетерпением и жаром выкладывает их мне. Я слушаю, стараясь не казаться сильно заинтересованной, но не упускаю ни одного слова.

— Она, оказывается, местная, представляешь!? Моя Линка ее знает.

Линка — это ее старшая сестра, и она примерно ровесница Даниловской жерди.

— Почему мы ее не знаем? — задаю резонный вопрос.

— Она училась не то в Москве, не то в Питере, а потом осталась там после окончания вуза.

— Хм... Как она, интересно, познакомилась с этим... как его...

— Денисом? — подсказывает Каро.

— Да, с ним. Как она с ним встречаться начала, если он в Штатах, а она в столице?

— Я не знаю, но вполне возможно, они давно были знакомы, и общались по переписке...

Вполне жизнеспособная версия, да. Тут же вспоминается и больно колет случай, когда я поздравила его с днем рождения, а он не узнал меня, в то время, как с Мирандой мило беседовал каждый день.

Просто отморозок. Даже не верится, что земля носит таких людей.

Глубоко вздохнув, я усилием воли проталкиваю в себя обиду, и улыбаюсь девочкам.

— Ангелина говорит, — продолжает шепотом Алина, — что она нормальная...

— Нормальная!? — переспрашиваю неверяще, — Кто?... Эта дылда?... Ты видела ее?

Леся с переднего сидения смеется.

— Я про характер, Кира, — объясняет подруга, — Ну, мне так сестра сказала. Что она доброжелательная и милая, и все такое...

— Ты издеваешься? — осекаю я, обидевшись, — Она с Даниловым! Она не может быть нормальной!

— Точно!... — спохватывается Алина, — Такая же конченная, как и он.

Я замолкаю, почти мгновенно пожалев о сказанном. Фиг ее знает, эту Миранду. Может, и правда нормальная. На моем дне рождения она не вела себя заносчиво. Может, несмотря на синюшные пятки, ее действительно есть, за что любить.

Может, конченный Данилов влюблен в нее по уши.

Ой, все!...

Отсекаю дальнейшие размышления и пытаюсь вникнуть в болтовню девчонок. Если и дальше так пойдет, то я исполню просьбу Темы, и вернусь домой на этом же такси. А это никак не возможно, я не могу допустить, чтобы он прожил этот вечер, не убедившись, насколько я круче его деревянной этажерки.

Дом Машковцевых встречает нам раскатами музыки и взрывами смеха. Ещё не совсем темно, но лазерные блики уже шныряют по огромному заднему двору, разрезая пространство на геометрические фигуры. У барных стоек, а их тут целых две, очереди. В бассейне яблоку негде упасть, у мангалов кружат специально приглашенные сюда люди.

По моим оценкам народа тут больше, чем в прошлом году, раза в два, и основная часть мне не знакома. Я не представляю, где Машковцевы набрали столько друзей.

Мы с девочками обходим сооруженный специально для сегодняшнего вечера танцпол и останавливаемся у барной стойки.

— Сухое шампанское, — проговариваю я, когда до нас доходит очередь.

Подходит Владислава в коротких белых шортах и голубой рубашке, всех нас по очереди расцеловывает и торопливо, потому что гости продолжают прибывать, объясняет, где можно переодеться и ненадолго уединиться.

Артема я замечаю у бревенчатой изгороди, покрашенной в белый цвет, которая отделяет основную площадь заднего двора от небольшого садика с искусственным прудом. Помню, что в прошлом году на лето в него специально завозили золотых рыб. Куда их дели осенью, мне не известно.

Брат стоит с сигаретой в руках и что-то вкрадчиво, с усмешкой и заглядывая в глаза, рассказыват Миранде. Я стараясь, не выдать своего присутствия, застываю на месте и не свожу с этих двоих глаз.

Где Данилов?... Она же не пришла сюда с Артемом?

С каким бы уважением не относилась я к выбору брата, я бы не хотела становиться с нею подругами. Она не нравится мне. Не понравилась с того момента, как я увидела ее худые пальцы на плече говнюка.

Девчонки воодушевленно щебечут. Каро увидела парня, который ей когда-то нравился, Алина — бывшую подружку, которая едва было не увела ее приятеля. Маша молча с интересом разглядывает публику.

Я продолжаю наблюдать за Темой и подружкой Данилова, пока не замечаю его шагающим к этим двоим.

Мое сердце пропускает удар, а потом с силой ударяется в грудную клетку, вызывая вспышку внутри и последовавшие за ней волны жара, что наполняют теплом даже кончики пальцев.

На нем черные летние брюки и такого же цвета расстегнутая на три пуговицы рубашка. Даже с этого расстояния я вижу, как поблескивает кулон, висящий на серебряной цепочке. Он останавливается около Миранды и моего брата и одной рукой упирается в белый парапет. Курит, как и Артем. Делает затяжку и, выдыхая дым, смотрит на нее сощуренным взглядом. Обычный интерес в нем или мужская заинтересованность, мне не видно, но достаточно того, что он просто смотрит на нее. А потом, именно тогда, когда я решаюсь подойти к ним, вдруг поворачивает голову и выцепляет взглядом меня. При этом делает это так уверенно, словно давно знает, где я стою.

Пялится сквозь облако табачного дыма и даже не думает поздороваться. Я тоже смотрю — не кивая и не улыбаясь, отвечаю ему ровно тем же, и одному богу известно, скольких усилий мне это стоит. Убираю волосы от лица, поправляю висящую на плече сумку, переступаю с ноги на ногу, но не отворачиваюсь, пока Данилов не делает это первым.

Только после этого выдыхаю и сразу же делаю вдох, наполняя грудь кислородом.

Так тебя, паразит. Катись в ад со своей неотразимостью.

— Может, переоденемся в купальники? — предлагает Леся и договаривает шепотом, — Я прошла курс антицеллюлитного массажа, надеюсь не опозориться.

Подружки весело смеются, и я вместе с ними. Черт, что ж так волнительно-то? Словно я собираюсь пройти самый важный отбор в моей жизни.