Глава 2

Его глаза наливаются яростью. Зрачки чернеют и расширяются... Ноздри — как два паруса... Я перегнула, конечно. Но уже всё равно. Берегов не чувствую... Брат всегда говорит, что если бы я была пацаном, меня бы точно уже прибили за мой дерзкий характер... Он дёргает на себя ещё сильнее. Так, что теперь я чувствую, что у него там между ног... Господи, это бейсбольная бита?! Может, мне стоит посочувствовать его содержанке?! — Вот как, оказывается, говорить умеешь, стерва... Рот тебе с мылом никто не мыл... Теперь слушай сюда, мелкая сучка, которая весь мозг мне вынесла! Для меня будешь одеваться в развратные пеньюарчики и подставлять все свои дырочки по моему щелчку. Это я с твоим телом такое буду исполнять, что любой фильм для взрослых покажется тебе утренником в детском саду! Будешь моей грязной шлюшкой, которая от одного взгляда моего будет течь! Такие слова тебе больше нравятся? Нормальное общение не для тебя, оказывается? Зря я с тобой пытался быть галантным... — Пусти меня! — толкаю его изо всех сил, а он только сильнее впивается в мои запястья своими клешнями. Точно оставит синяки, гад! Ну и пусть все увидят! Пусть отец увидит и убьёт его! — Мне больно! Тимур хмыкает. — Это не больно, Алия.. Пока не больно. — А потом откидывает мои волосы на одну сторону и впивается в шею. Нагло, дерзко, болезненно. Ужас какой... Это... это же такой поцелуй, который засос оставляет?! Я видела у девчонок в универе, которые с парнями тусят! Вот же гад! Он нарочно! Чтобы остался след! — А вот будет — больно... Но обещаю, тебе понравится... Отлипает и самодовольно смотрит на место, где горит кожа так, словно бы её обожгли... — После танца с отцом будешь танцевать со мной. Снова и снова. По истечении этого вечера каждая собака должна знать, что ты моя. — Отходит он, думал, что победил меня, подавил... Черта с два, Камилов. Ты даже представить не можешь, кто я такая! Иди лучше к своей милой кошечке, смиренно ждущей тебя у двери с тапочками в зубах, пока засосы мне на шее оставляешь. — Я не буду с тобой танцевать, Камилов. И я не твоя... Я ещё не выбрала, чья я. Но поверь мне, выберу. Выберу лучшего... И им будешь не ты. Из принципа. С этими словами берусь за кулон и со всей силы дёргаю его. Плевать, что кожу дико режет от боли. Всё равно не больнее, чем от его чертова засоса. И от правды про его бабу! Поднимаю камень за несколько десятков миллионов перед собой и тут же швыряю его в канализацию крана. — Ты слит, Тимур. Отправлен по стоку... Он сжимает кулаки и становится пунцово-красным. Глаза даже красные. Страшно, блин... Он же не прибьёт меня сейчас?! Тогда день рождения точно закончится кровной местью... Мои родители никогда не простят ему гибели своей самой любимой, милой, прилежной и хорошей доченьки... — Тебе капец, Алия... Не хотел ломать тебя. Думал, что это будет даже забавно — иметь такую дерзкую, взбалмошную жену. Что буду в постели компенсировать, — хмыкает похотливо, зависая глазами на моём декольте. — Но нет. Ты до хрена охренела... Я тебя на колени поставлю... Будешь раздеваться передо мной и целовать каждый сантиметр моей кожи. От пяток до макушки. Будешь самой покладистой и безотказной женой, рот которой будет занят не разговорами, а кое-чем другим... Вопрос принципа. — В твоих влажных фантазиях... — говорю ему, а сама, на самом деле, уже не уверена, что он просто пугает. Тимур Камилов совершенно безбашенный, амбициозный, хитрый и тщеславный тип. И всегда добивается того, что хочет...