Глава 28

— Я не понимаю, почему ты так напряжена, малышка, — голос Тимура хриплый и вибрирующий. Я чувствую, как нарастает властность и триумф в его энергетике, стоит нам только оказаться в номере один на один. Люкс совершенно чудесный. Огромное панорамное окно с видом на реку, настоящая зимняя сказка, огромная кровать, закуски и шампанское... Всё говорит о том, что здесь готовились к нашему приходу... — Это подстава, — выдыхаю я, пытаясь показать ему свою уверенность... Не знаю, получается ли... По-моему, ему плевать. Он подходит и кладёт руки на мои плечи, вставая высоким силуэтом позади. Мы отражаемся в окне. Он выше на голову... — По-моему, логично провести время с удовольствием и комфортом, раз уж мы оказались в такой ситуации... — По твоей вине, Тимур... — Я не Брюс Всемогущий, малыш, — усмехается он. — Выпал снег. Я не могу на это повлиять. Но могу повлиять на то, чтобы превратить это обстоятельство в наше прекрасное приключение. Чтобы было, что вспомнить... Не находишь? Выдыхаю. Его близость щекочет нервы, что уж греха таить. Разворачивает к себе и впивается в губы. Его взгляд без цензуры. От него никуда не деться. И когда медленно, но верно расстёгивает пуговки на моей кофте, я тоже это чувствую... В его власти сейчас... — За последние недели между нами, Алия, произошло столько всего как между мужчиной и женщиной, что сейчас думать о чём-то постороннем просто неуместно... Давай поговорим о нас... — Голыми? — когда его руки умело поддевают замки бюстье, пытаюсь их остановить. Но он неумолим. — Голыми... Мне хочется трогать тебя и смотреть. Хочется дарить тебе удовольствие... Хочется... — выдыхает хрипло. — Это очень будоражит — так хотеть женщину, которая вроде как твоя, но не твоя... Быть в шаге... В полутоне... Для меня всё это тоже в первый раз, малыш... И капец как важно... Влюблён, как мальчишка. И это острее, чем первая влюблённость. Сейчас это не про гормоны. Это про осознание важности и фатальности момента. Ты моя женщина... Раздень меня... Я повинуюсь, конечно же. Потому что охотно играю в его игры и сама провоцирую. Опять поцелуи. Нежные ласки по шее, вдохи, от которых голова кругом. — Ты взяла мой подарок? — берёт за ягодицы и несёт на кровать. — В сумке. Дай достану. — Сам достану... — кладёт на холодные простыни. — А ты пока разведи ножки и поиграй с собой... Я так хочу посмотреть вживую... Так хочу, малыш... Делаю бесстыдно, что он хочет. И мои пальцы уже знают, что моё тело хочет этого тоже. Потому что мы уже не раз вот так игрались ранее, но по телефону... Блеск бриллиантов на изысканном подарке играет в полутьме. Он усмехается. Седлает меня, но не давит. Проводит пальцами по лицу. Нагло ныряет ими в рот. Пошло, намекая... — Оближи, — приказ, который ножами по нутру. Повинуюсь. Смоченными в моей слюне, касается сосков. Вскрикиваю, когда холодный металл сжимается на одном, а потом на втором. Пошло усмехается, когда проделывает то же самое с клитором, подтверждая мои самые смелые догадки о предназначении этой красоты... — Богиня... — удовлетворённый выдох. Отодвигается и стонет. Я пытаюсь пошевелиться, и тут же стону — новые ощущения дарят сто тысяч эмоций на грани... С ума схожу от этой одержимости чёрной в его глазах... Опять пальцы на моих губах. Двусмысленно растирают, трогают, ласкают... — Ты думала о том, что я захочу от тебя, Алия? — край его губы чуть вздёрнут. Усмехается, как искуситель... Я нервно сглатываю. — Иди на край кровати... — тянет меня за собой. — Я хочу этого... С того самого дня, как оценил остроту твоего язычка, это идея фикс, любовь моя...