Глава 11. Черная дыра

POV. КСЮША

Пришла в себя, когда чужие руки повалили меня на что-то мягкое и дурно пахнущее. Грозным рёвом гаркнули на собак. Я открыла глаза, бессильно содрогаясь от страха. Ополоумевшим взглядом посмотрела вокруг: что-то типа шалаша. Прямо там, посреди свалки. А надо мной возвышается темной фигурой человек, с виду не менее опасный, чем все вокруг, но зато псы, поджали хвосты и отбежали подальше.

Я даже не удивилась.

Все происходящее со мной последние дни и так походит на дешевый триллер, в котором мне почему-то отвели главную роль. Оказывается, быть заложницей у жены Тимура, были еще цветочки… Кто этот человек?

Чего ждать от него?

И почему его так боятся собаки...

- А-а, - я тихо застонала. Все тело болело и ломило. Замерзшая, я не чувствовала ни ног, ни рук. - Жива?

Я кивнула.

Бомж – высокий и чуть сгорбившийся, в грязной замусоленной одежде, с растрёпанными волосами и длинной кучерявой бородой, смотрел на меня с прищуром.

- Вроде жива. Спасибо.

- И за что тебя так? – пробасил он, обнажая полубеззубый рот.

- Н...не знаю. – Сказала совершенно искренне. – Отец захотел избавиться, видимо. Больше врагов у меня нет. Зря бабушка его так долго искала и вот, видимо, нашла.

Сказать – сказала, а поверить в это, силы нужны.

- Дела-а, - пробасил незнакомец. – Ну сейчас ты в относительной безопасности. Псов я отогнал прочь. Они хоть и дикие, но меня слушают.

- Спасибо, - еще раз повторила и всхлипнув, спросила: - А это правда, что я здесь не первая девушка? Они сказали, что эти псы кого-то уже растерзали!

Мужик хрипло засмеялся.

- Вот год здесь ошиваюсь и что-то ни разу не видал. Припугнули знатно. Наверное.

- Понятно. Но страшно все равно. А у вас есть телефон? Можно мне позвонить?

Вопрос скорее глупый. Откуда у него телефон.

Но он протянул мне дешевый мобильник, улыбнулся черным беззубым ртом.

- Дорого стоить будет, сечешь?

- Поняла. – Чуть замешкалась, но тут же решительно добавила: - Заплачу, не переживайте. Сполна.

Гудки были неимоверно долгими, бесконечными. Мое сердце с шумом билось о ребра, пока я ждала ответ. И когда он, наконец, взял трубку, и я услышала его серьезное «ДА», не сдержалась и зарыдала.

Господи, как я люблю тебя, Тим. И как я перед тобой виновата…

- Это ты? – спросил он, не веря.

- Я. Тим, мне снова нужна твоя помощь!

- О, боги, Ксюша! Что это за телефон? Откуда ты звонишь? Где ты была?

- Я…мне одолжили. Тим мне страшно, помоги.

- Почему ты сбежала? Я же просил сидеть в квартире, Ксана!

Он снова назвал меня, как и раньше и мое сердце в очередной раз наполнилось болью.

- Я…я просто хотела…

Не знаю, что я хотела. Тим снял для меня квартиру, заполнил холодильник едой, оставил телефон и деньги и просил лишь сидеть тихонечко и ждать, пока он разбирается с моими обидчиками. Но я в тот дождливый вечер решила выйти из дома. На пять минут, в страшенный ливень, от которого не разобрать было ни улиц, ни домов, ни лиц – кто бы меня в такую непогоду нашел? Всего лишь в аптеку, что была на углу – от побоев болело тело, но меня угораздило попасться под колеса машины…его жены.

- Прости, я так виновата.

- Я в роуминге сейчас, скорее всего, прервется. Скажи где ты и я что-то придумаю. Верь мне, слышишь?

- Это свалка. За городом.

- Что?! Свалка? Какая еще свалка? – напряженно.

- Я … я не знаю.

- Точнее, Ксюша!

Я спросила, как Тим велел. Услышав ответ, передала ему. Он замолчал, и я лишь едва различимо слышала его дыхание.

- Не доверяй ему – кто дал тебе телефон. Они лишь хотят запугать тебя, а может для меня весь этот спектакль, и он может быть заодно с ними. Если бы хотели, чтобы ты исчезла, поверь, ты бы уже исчезла – раз и навсегда.

- Поняла, - я кивнула, со всей силы сжимая трубку. Мужчина стоял в метре от меня и, не моргая смотрел, сверлил меня острым взглядом, прожигая насквозь. И он точно все слышал. В гнетущей тишине, в которой стих лай собак, и где даже ветер перестал гонять пакеты, да консервные банки – он не мог не слышать голос Тима.

- Мне страшно, - выдохнула я, не зная к кому больше обращаюсь – к себе, к Тиму или к этому незнакомцу.

- Я найду тебя, - заверил Тим, а потом замолчал и спустя минуту вдруг холодно произнес: - Перезвоню.

- Но Тим! Мне надо…

Не дослушал. Просто положил трубку. Мой крик умер в мерцании черной от луны земли.

- А деньги то не попросила, - усмехнулся мужик и протянул руку за телефоном. – Не слишком печется по тебе твой дружок.

- Он…он просто занят.

Мужчина хмыкнул, скалясь:

- Конечно, бывают куда более интересные вещи чем, когда твоя девка вот-вот погибнет. – Выставил вперед пятерню и загнул первый палец: - ее могут растерзать дикие и голодные псы.

Загнул второй:

- От переохлаждения тоже никто не застрахован. – Третий: - во сне обглодают крысы, они здесь размером с приличную кошку.

- Не надо, прекратите, - взмолилась я, затрясся головой.

Четвёртый:

- От ран, у тебя все ноги в крови. Заражение крови и досвидос.

- Перестаньте, я заплачу вам, обещаю, просто немного подождите. Ну неужели вам меня не жалко?!

Пятый:

- От рук обезумевшего и безжалостного маньяка, который давно не видал таких малышек.

Я не успела и вскрикнуть, как он бросился на меня, и в ту же секунду я ощутила смрад и запах нечистот, что ударили в нос. Он повалил меня навзничь, уселся сверху и зажал рукой рот.

Перед глазами пронеслась картинка двухнедельной давности…

В этот вечер ничего не предвещало беды. Я, как и всегда хлопотала по дому: приготовила обед, померила бабуле давление, помыла крыльцо, проверила почтовый ящик – ба, вдруг решила найти моего родного отца и вот уже месяц отправляла ему письма. Где она взяла его адрес не говорила, да и кто он такой тоже. Только сетовала на то, что она уже старая и жить осталось совсем ничего, а одну меня оставлять в этом мире страшно.

Мне не нравились такие разговоры, но поделать с этим я ничего не могла. Если она поставила цель, то обязательно к ней придет. Жаль, что я не в нее. Все худшие мои качества достались мне от матери…

Почтовый ящик был пуст, впрочем, и не удивительно – кому нужна восемнадцатилетняя девица с кучей проблем. А ведь у отца своя семья, свои дети – об этом я случайно услышала, когда ба разговаривала по телефону с подругой. Вот так и живем…

После обеда пошла к озеру, что-то напала такая ностальгия и тоска, что меня как магнитом туда потянуло. Это и было фатальной ошибкой, началом отправной точки, после которой моя жизнь перевернулась с ног на голову. Просто Бац! И я уже совсем не та тихая наивная девчонка.

Мужчина в красной кожаной куртке долго пялился на меня, когда меня, зашуганную и избитую выволокли в центр огромного склада. Я как сейчас помню липкий пот, струящийся по спине и влажные опилки, в которые упиралась коленями и ладошками. Пахло мазутом, а под высоким сводом потолка трещали крыльями птицы. Не то голуби, не то воронье.

- А что похожа, - сказал он тогда и засмеялся. – Сразу видно – одна кровь.

Поверить в то, что это мой отец – не могла. Да и не он это был, как я потом догадалась. Жаль только, что не успела сказать об этом Тиму. Но он бы мне всё равно не поверил. Ни в жизнь. Никогда.

А потом мое плечо отозвалось мимолетной болью, и мир померк.

«Твоему папашке понравится», - постоянно твердил толстосум в красной куртке.

Время слиплось в бесконечную кашу. Не разбирала ни лиц, ни дат, ни время суток. Синие от ударов дубинками ноги облачили в чулки, на худое тело кружевное белье. В ту ночь я приступила к работе…

- У парня мальчишник. Его друзья оплатили девочку по его вкусу: маленькая, худенькая, темноволосая, с оленьими глазами – ну в точности, как и ты. – Местная хозяйка хмыкнула, толкая меня в приват комнату. – Только он не знает о сюрпризе и как говорят не ходок по таким местам. И, тем не менее, он сейчас спустится – над нами клуб, в котором он отдыхает. Ты должна сделать всё, что он скажет, даже если не можешь. Считай проверка, после которой либо пан, либо пропал.

- Что это значит?

- Подумай на досуге. Но для тебя ничего хорошего. Ты никому не нужна, а твоя бабка бессильна. Тебе даже искать никто не станет. Заруби себе на носу.

- Я не хочу…не умею, не буду!

Она громко рассмеялась.

- Ох, надо же! Не умеет она! Трахаться много ума не надо, ты в свои соплячие года это уже давно знаешь. Раздвинешь ноги и сделаешь все, что он скажет. И помни – здесь повсюду за тобой следят…

Я узнала его сразу, но не сразу смогла поверить. А когда немного пришла в себя, мы смотрели друг на друга бесконечно долго. Мы не виделись два года! И все эти два года, я тосковала по нему…

А потом он помог мне сбежать…

***

- Да заткнись ты, не ори! – прошипел мужик, и я почувствовала рвотные позывы. Чуть повернула голову и закашлялась. – Там ходит кто-то, заткнись! А то отдам им, и дело с концами. Жить хочешь или нет?!

Я замерла, закрыв рукой нос и рот.

Мужчина слез с меня и ногой, словно мешок, пнул в сторону. Я проползла куда он велел и затаилась в углу навесного «домика», в котором было настелено что-то подобие лежанки. Вжалась в самый угол, потому что в метрах двадцати по склону кто-то и вправду шел, освещая себе путь фонариком.

Если это за мной, то мне конец – подумала устало и вздрогнула, когда обрушился лай собак. Луч фонаря заскакал по темноте, и мужчина ретировался.

- Вроде ушел, - пробасил мой бездомный и юркнул в убежище. Сел напротив и кивнул:

- Ну и что будем с тобой делать?

- Так вы не с ними?

- Я ни с кем. Я один. Я сам по себе. Ясно?

- Ясно.

- На, возьми, носки. И вот.

Он протянул бутылку желтой воды, чтобы я смыла с себя кровь. Ступни были изрезаны, но я совсем не чувствовала боли, лишь так, ее отголоски. От стресса и шока у меня отключились рецепторы.

- Еще есть кому позвонить? – спросил он. – И учти, это будет последний твой звонок с этого номера. Подумай хорошенько и не оплошай, а то дружочек твой не особо я как я понял заинтересован.

В гулящей голове бегущей строкой заплясали имена и телефоны: бабушке – не вариант, хоть и хотелось, Тим уже свое слово сказал, звонить ему второй раз бессмысленно, подруга Ольга сама нищая и такая же безотцовщина, как и я, за нашей спиной никогда не стояло крепкое отцовское плечо; а больше позвонить то было и не кому.

Я мотнула головой, мужик разочаровано цокнул и сплюнул, а потом меня осенило. Кося, его жена…Затея безумная, но разве она меня бросит? Разве она не спасала меня эти пять дней, сама того не ведая…

Я набрала по памяти её номер. Запомнила, когда она диктовала его курьеру, что позвонил ей, когда она приезжала в деревенский дом. Не знаю, как так вышло, но эти цифры наколкой отпечатались в моей голове.

- Да? – ответила Кося почти сразу же. – Имейте в виду – я в роуминге.

- Кось, прости, это я, Оксана. Мне нужна твоя помощь.

- Эй! Сначала деньги! – грозно рыкнул мой спаситель и, судя по тону – если я ему не заплачу, он легко может из спасителя перейти в убийцу. Меня все равно уже похоронили, а значит сделать это проще простого.

- И денег привези. Мне заплатить надо.

Звучало пипец как нагло. И она охренела там, я поняла это по сбившемуся дыханию и тишине. Я прямо увидела ее безумные и очень красивые глаза. И понимаю Тима, он не мог не влюбиться в неё.

- Ты охренела, овца?! – закричала она ожидаемо в трубку. – Это что сюр такой? А на хрен бы ты не пошла?

И бросила трубку.

Мужчина злорадно хмыкнул и выхватил телефон из моих рук.

- Отсосешь и так быть, я тебя оставлю в покое, а потом сама отсюда дочапаешь куда-нибудь.

И нет, мне не послышалось. Я булькнула в ответ что-то нечленораздельное и сложилась пополам от рвоты.

***

POV. КОНСТАНЦИЯ

- Кто звонил? – спросил Лев, заглядывая в моё лицо.

Меня передёрнуло.

Испорченное и без нее настроение, теперь окончательно пошло под откос. Меня прямо трясло всю! Всё бесило и хотелось от души кому-нибудь залепить.

Я со стоном пнула белоснежный песок и ускорила шаг, направляясь прямиком к огням прибрежных баров. Лев засеменил следом.

- Понятно, не до меня сейчас, - усмехнулся он. – Ладно, как остынешь, можем поговорить. Я просто тут помолчу в сторонке.

Я метнула на него гневный взгляд. Он улыбался, смотрел как кот из Шрека, и я невольно и сама прыснула смехом.

- Дурак, блин! – слетело с губ, прежде чем я подумала.

- Да пойдет, - подмигнул он. – Можешь еще как-нибудь на мне оторваться. Обзывай, бей – все равно.

Я резко остановилась.

- Серьезно? – спросила с вызовом, усмехнувшись. – Все стерпишь?

- Да легко!

- Ладно, - протянула, задумавшись, а потом посмотрела в глаза и серьезно спросила: - Что ты видел в ВЫХИНО?

Он изогнул брови.

- Как что? Картинка конечно удручающая, но…

- Ты не понял меня! Что необычного ты видел там?

То, что ему есть что сказать, я даже не сомневалась.

- Девчонку видел. – Сказал он, став серьезным. – В твоем доме. Она пряталась так нелепо, так что…

- Ясно.

Я развернулась, почти побежала.

- Я так понимаю, ты не удивлена? – быстро нагнал он меня. – Расскажешь, что это было?

- Нет!

- Точно? Если нужна помощь, то я…

- Я сказала нет! – крикнула я и ударила его ладонью в грудь.

Он выдохнул и улыбнулся, а потом обхватил мои запястья и прижал к себе.

- И все-таки, давай расскажи…

Я сникла в его руках, дрожа всем телом, а потом зачем-то раскрыла рот:

- У Тимура другая. И эта бестолочь попалась мне под колеса, я ее не видела, там было темно! Пришлось спрятать…а потом все вообще пошло под откос…

Лев молчал, переваривая услышанное. Я чувствовала, как бьется его сердце, а потом уткнулась носом в его грудь и закрыла глаза. Сразу почудилось что я не на островах, а там в деревне, жаркое лето и мне не двадцать с хвостиком, а всего десять.

- А помнишь, мы так же обнимались на огороде, когда веткой сирени ты попала мне в глаз. – Сказал он, усмехнувшись. Сжал сильнее.

Я цокнула. Такого не помнила, но запах цветущих цветов ощутила на яву.

- Всегда знал, что ты опасная женщина! – завершил он и гортанно рассмеялся, поднимая мое лицо к небу.

- Очень смешно! – пробубнила я, не открывая глаз. – А теперь давай поплачем. Она исчезла, а меня огрели в Выхино по голове. Признавайся, это был ты?

- Сумасшедшая! Нет, конечно. Так давай ее найдем? Хочешь завершить начатое?

- Нет. Хочу развестись и удостовериться что эта хрюша в безопасности. А Тим пусть катится ко всем чертям.

Лев хмыкнул, сильнее сжимая меня, хотя, казалось бы, куда сильнее – я и так почти не дышала от его натиска.

- Эй, парень, поосторожней! Я тебе не саночки, меня надо ласково и нежно!

Вырвалась и посмотрела на дисплей телефона. Вроде немного отпустило…Что ж, теперь можно и перезвонить этой падле.

- У-у-у, - простонала. – Вот она у меня где!

Гудков не было долго, а когда наконец на том конце провода сняли трубку, я выдохнула:

- Где ты и что случилось?!