Глава 13. Свет в конце…

POV. КСЮША

- Придержи её до приезда моих людей. Планы поменялись, мы забираем её.

- В смысле придержи? Ты же сказал отпустить, чтоб пошлялась, отсюда все равно выбраться не получится.

- Ты отпустил ее что ли?

- Да.

- Кретин! Иди догоняй! Она нам живая нужна и собак своих приструни! Попугали, и хватит, скоро её феерическое возвращение! Сын уже вроде созрел, а то против отца пер, связался с этой Констанцией, будь она не ладна, а ведь я был против свадьбы. Дружба дружбой, бизнес есть бизнес, как говорится, давно уже надо было поквитаться с этим лопухом. Специально девку выкрал, специально Тимура подослал, чтобы отвлекся от этой семейки, так нет же, укатил со своей женушкой и даже ухом не повел, а ведь всю юность таскался в Рощино к этой малолетке, что я не знал, что ли?! И папаша их строит из себя святошу, а сам ребенка на стороне заделал! Ну ладно, это тебя не касается, чего я распинаюсь.

- Как вы меня задрали, вас не поймешь! Жил себе спокойно, так нате.

- Или делай то, что говорю, или не видать тебе паспорта и бабла! Документы почти готовы и закончиться твоя бичевская жизнь! Выполняй!

- Ага!

...Проще умереть, - думала, карабкаясь по мокрому склону. То, что Григорич меня отпустил, казалось сказкой. Отозвал собак, указал дорогу. Правда, путь со свалки до ближайшей трассы был не прост. Но я кое-как справилась. Осталось только найти добрых людей и доехать до полиции, и сделать это нужно как можно скорей.

От Тима и Коси я не дождалась звонка, поэтому на эту семейку уже не рассчитывала. Зато знала наверняка – от его отца нужно держаться подальше. И за что он только взъелся на меня, где я могла перейти ему дорогу? Отца искала, так я даже не знаю его имени! Это всё бабуля рыла…вот и нарыла нам неприятностей. Теперь я игрушка, разменная монета в играх нуворишей. Единственное что понимаю точно, так это то, что мой отец – богат. И у него много врагов.

И надо же какое провидение судьбы – один из его недоброжелателей отец Тима…

Я так мечтала о встречи с Тимуром! Так хотела показаться ему повзрослевшей, улыбающейся, чтобы он вспомнил, оценил! И вот судьба меня услышала. Не при таких конечно обстоятельствах все происходило в моих мечтах, но даже так – сойдет.

Я упала на мокрую землю, на мгновение, закрыв глаза. Какой он красивый. И все такой же любимый! И как же до сих пор больно от его нелюбви…

И пусть, что мне так мало лет и влюбилась я в него слишком рано, рано стала взрослой, рано он сделал меня женщиной, но ведь только с ним я узнала, что значит любить и быть любимой. Мне не хватало его словно воздуха! И теперь не хватает, но я верю – еще увидимся и ради этой встречи готова на всё.

Закусила потрескавшиеся губы и выкарабкалась на дорогу. Разбитые ступни в промокших насквозь носках ужасно саднило, голова кружилась от голода, но я улыбнулась, когда фары показавшейся из-за поворота машины осветили моё лицо…

Я выдавила из себя счастливую улыбку и стоя на коленях на обочине замахала руками. Черный автомобиль замигал габаритными огнями, свернул вправо и остановился в метре от меня. Из салона вышли двое мужчин в чёрном, и мое сердце замерло. В это же время в спину толкнули, и я упала прямо в руки бандитов.

- Зачем? – прошептала я одними губами, спрашивая у Григорича, который поджав губы, стоял и смотрел, как эти бугаи тащат меня под руки. – Отпустите! – закричала что есть мочи, но тут же почувствовала удар.

Моя голова безвольно свесилась на грудь, а горячая кровь залила губы и подбородок.

- Ну, теперь для тебя точно всё кончено! – прошипел незнакомец и снова отвесил мне по лицу. В переносице щелкнуло, и адская боль сковала тело.

POV: КОНСТАНЦИЯ

Я проснулась от головной боли. Машинально потрогала рукой постель рядом, простынь прохладная, значит, муж давно встал. А Лев ушел еще вечером, когда привел меня из пещеры домой и продрогшую уложил в постель. Я ревела, уткнувшись в подушку, а парни снова повздорили, а потом я задремала и чем закончилась их перепалка, уже не знала. Да и плевать, что там было! Потому что когда я проснулась посреди ночи, мы долго разговаривали с Тимуром…

Тим сидел за столом, уставившись в телефон.

- Проснулась? – спросил не оборачиваясь.

- Да. Голова раскалывается.

Встал, плеснул из графина воды в стакан, бросил туда шипучую таблетку и протянул мне.

- Пить надо меньше, - усмехнулся.

Я выпила все до дна. Села, подтянув колени к груди. Он сел на край кровати, и мы с минуту смотрели вдруг другу в глаза.

После ночных откровений мы многое прояснили. Пили и говорили. Я ревела, а он, обхватив голову руками, смотрел в пол и кусал губы. Потом снова пили, и снова я мотала сопли на кулак.

Мы любим друг друга. Но к свадьбе нас, несомненно, подвели обстоятельства и неизменная мысль о том, что мы лучшая партия друг для друга. Мы оба думали лишь головой. Холодный расчет – не больше. Мое сердце конечно заполнено им, по-другому и быть не может, но вот его…. У нас у обоих есть тайны, хотя мои конечно не сравнятся с его. Решили на время разъехаться, а потом будь что будет…

- Купил билет? – спросила я, наконец, прервав зрительный контакт.

- Купил. – Он вздохнул. – Не бойся здесь оставаться одна, ладно? И так даже лучше. Потому что если кто-то узнает, что ты ее похищала и держала взаперти…Это ужасно, Кось.

- И не думала бояться! – рявкнула я. Слышать о том, как он говорит о моли – не было никакого желания. – Со своим дерьмом разбирайся сам, точнее с молью. – Я пожала плечами. – Тут львы всякие поблизости ошиваются, так что разберусь.

​​​​Тимур поморщился, а потом выдохнул:

- Давай только без глупостей, - сказал, словно старший брат и меня покоробило.

- Не бойся, изменять не буду, я же не ты.

- Не изменял. Тысячу раз уже повторил. Пришел в клуб, а там она в соплях и слезах. Просто выслушал, дал денег, номер телефона, вызвал водителя и отправил на квартиру. Съемную. Посуточно, чтобы пока побыла там. И только через день встретились в кафе, но там ты уже всё и сама видела.

- Ага, как целовал ручки и щечки, тоже мне Дон Жуан!

- Это было просто…просто жалость. Я виноват перед ней…Когда-то я очень плохо с ней поступил.

- Когда-то, это когда? Когда выбрал меня? Тоже мне!

Я усмехнулась, вспоминая как у нас всё начиналось. Быстро. Стремительно. Я думала, что это любовь, я не ходила, а порхала от счастья, а его сердце оказывается, в это время было еще занято другой!

- Подлец, ты Тим. Считай, разбил сердце обеим.

Он смерил меня долгим взглядом. Но ничего не ответил. Лишь покачал головой.

- И что, все это время вспоминал ее?

- Помнил, - сказал честно. – А в ту ночь, на мальчишнике, я словно в прошлое вернулся. Она оставила в нем след…Но это же не измена. Я не могу взять и стереть воспоминания или переписать то, что было. Я откровенен с тобой и сейчас и ночью был. Меньше всего хочу тебя врать. Ты тоже мне дорога.

Хмыкнула:

- Тоже…

Тим вдруг поднялся и подошел к окну. Закурил. Выпуская колечки дыма долго о чем-то думал, а потом порывисто выдохнул:

- Это еще не все, Кось. Прошу не кричи и не волнуйся.

Я напряглась. Только этого мне не хватало – таким за утробным голосом, как правило, не сообщают ничего хорошего.

- Что такое?

- Тебе из дома не звонили?

- Нет. Не знаю, батарея вчера разрядилась, и я…говори!

Я подскочила на ноги, замерла с колотящимся сердцем у кровати.

- Ну же!

- Твой отец под следствием. Его поймали на взятке.

- Что-о?!

- Тот проект, который они начали с отцом, признали незаконной застройкой и его…в общем пока так, но я все решу.

- О чем ты говоришь вообще?! О господи!

Я кинулась перетряхивать свои вещи и, найдя телефон, поставила его на зарядку.

- А твой?! Что с твоим?

Тим помолчал, пока я копошилась, а потом я замерла и подняла на него взгляд.

- Мой пока на свободе, но я обещаю тебе, что только пока… У меня свои с ним дела и разногласия, которые пересекаются во всех сферах. Наш диалог с ним уже не сможет быть простым.

Тим выдохнул и отвернулся. И только сейчас я заметила, как он похудел, как он сильно похож внешне на отца, но как отличается внутренне.

- Я лечу с тобой! – заявила я истерично и, схватив чемодан, бросила его на кровать.

- Нет! – отрезал Тим. – Это может быть опасно!

- Да! Я возвращаюсь, и это не обсуждается!

- Нет, я сказал! – Тимур обернулся и с силой затушил окурок в пепельнице. – Останешься здесь и попробуешь не нервничать. Мы уже все решили.

- Мы? За меня? С чего это ради?! И кто мы?

Тим перевел взгляд за мою спину и я, обернувшись, фыркнула. Лев виновато поджал губы и отсалютовал мне бокалом с пивом. Пригубил, оставляя белую пенку усов.

- Я обещал ему, что не дам тебя в обиду, спешу выполнять. Так что Констанция, смирись!

***

Тим улетел.

Моль на звонки не отвечала. Как и мои родители.

Я не находила себе места вторые сутки!

Наличие собственного Льва, который крутился у моих ног – не облегчало мне пребывание на этом чертовом острове. Нестерпимо хотелось домой, к родным, обнять, поговорить, да даже моль увидеть и то хотелось. К тому же я постоянно думала – кому же она так сильно перешла дорогу – в её-то годы, за что на нее так взъелись – вопрос риторический и ответа на него я не находила. Но очень хотелось узнать.

Лев был рядом. Приносил мне в бунгало еду и напитки, старался отвлечь, говорил, шутил, поджимал губы, когда я никак не реагировала. Постоянно звал на пляж или хотя бы к бассейну, но я отнекивалась – хотелось лежать и смотреть в потолок. Или спать, чтобы ни о чем не думать.

Мои мучения закончились, когда на связь вышла сестра. Она была подавлена – ведь отца и вправду посадили под домашний арест до выяснения обстоятельств. Запретили пользоваться телефоном и интернетом, а мама как верная жена ни на шаг от него не отходила. Она, уверенная в том, что я под надежной защитой своего мужа приятно провожу медовый отпуск, не хотела меня волновать.

Ах, мама, если бы ты знала!

Поговори с сестрой и, обсудив сложившуюся ситуацию, пришли к выводу, что это какая-то путаница и что скоро всё разъяснится. Наш отец – святой человек! Поэтому это точно какая-то ошибка!

Немного успокоившись, я впервые за два дня выбралась к побережью. Ярко красный купальник смотрелся на мне потрясающе, я знала это наверняка, а длинные ноги и роскошная грудь – всё это не могло оставить равнодушным ни одного встречного мужчину. Лев только успевал провожать злым взглядом моих почитателей.

Его реакция меня забавляла. И на моем лице то и дело появлялась улыбка. О Тиме я старалась не думать, слишком болезненные ощущения появлялись в груди. Наша семейная жизнь закончилась, так и не успев толком начаться. Теперь я это знаю точно.

Наш кораблик разбился о скалы лжи и предательства.

И я вдруг подумала, а чего я грущу! Пора бы и о себе подумать! И посмотрела на Льва другими глазами. Он сразу заметил во мне перемены – улыбнулся, вытянулся, заюморил. Я громко смеясь взяла его под локоть, и мы пошли под ручку к пирсу, у которого пришвартовалась белоснежная яхта.

- А давай тоже? – предложил он, когда мы проходили мимо кучки туристов, что собирались с минуты на минуту отправиться в вечерний круиз по волнам. – Хочешь?

Я вроде хотела, а потому согласно кивнула и позволила за себя заплатить. Лев купил билеты, и мы поднялись на судно.

Огромная палуба белоснежной красавицы располагалась к веселью, потому как у бара разливали коктейли, играла музыка, а напротив уже установили пушки для пенной вечеринки. Вечер обещал быть занятным.

Ах, была – не была! Подумала я и опрокинула в себя текилу. Завиляла под музыку бедрами, плавно раскачиваясь в такт. Рядом тут же нарисовался какой-то француз, балакая со мной на картавом, но Лев ловко его устранил гневно-ревнивым взглядом.

А потом мы танцевали обнявшись.

А потом дегустировали розовый ром. А потом пили кокос и ели маракую.

А потом… вечер окутал водную гладь темнотой, и даже побережье исчезло из виду. Все вокруг кричали и пели, пена кусками и водопадом покрывала тела и лица, а я стояла у бара и замирала от страха. Среди десятка незнакомых лиц мелькнуло одно знакомое, но этот человек никак не мог здесь находиться. Я потеряла его из виду и теперь судорожно пыталась отыскать. Да что человек, если Лев и тот исчез из виду!

- Как вам отдых? – услышала я сбоку и обернулась.

Ухоженная дама в шляпе преклонного возраста никак не гармонировала с эти местом и молодежью, что отрывалась на палубе на полную катушку. Как она здесь оказалась?

- Вы мне? Добрый вечер.

- Вам, кому же еще! – сказала она на английском и улыбнулась. Пригубила из бокала вино. – С лица воду не пить, я всегда так своим дочерям говорила. Мужчину красит не внешность и кубики пресса, а поступки.

- Это да, - я поджала губы, на мгновение задумавшись. – Но разве сердцу прикажешь.

- И это верно, - улыбнулась она. – А еще лучше любой трагедии из-за мужчины в жизни женщины, лечит другой мужчина.

Она кротко рассмеялась, поправляя шляпу. Массивные кольца с бриллиантами сверкнули на ее пальцах с красным маникюром.

- Проверено на себе. – Подмигнула она мне и допила вино.

- Возможно, вы правы, - я усмехнулась, - но на себе проверять не хочу.

- А вот и зря. Зачем горевать по тому, кто тебя не ценит? М-м? Жизнь коротка и надо успевать быть счастливой здесь и сейчас, каждую секунду! Вот с годами я это понимаю. Жаль мне в молодости этого никто не сказал.

- Спасибо за совет.

Я посмотрела на танцующих пассажиров и подумала о Лёве. Быть может и вправду он моя таблетка от этого предательства и стресса? Но разве это правильно по отношению к нему? Да и честно ли к самой себе.

Ответа на эти вопросы у меня не было.

- А может вы и правы, - кивнула я и повернулась к незнакомке, но той словно и след простыл.

Заозиралась по сторонам, но даму в шляпе так и не смогла отыскать. Чертовщина какая-то, подумала хмурясь. Льва тоже на горизонте не наблюдалось, как и знакомого лица из окружения папы. А я точно его видела…

Я облизнула соленые губы и решила спуститься вниз, в уборную. Привести в порядок разбушевавшееся в груди сердцебиение и немного успокоиться. Но как только я вошла в кабину, не успев прикрыть за собой дверь, меня толкнули в спину, а к носу и рту приложили какую-то влажную тряпку.

Вдох-выдох. Нечем дышать.

Кислотный запах сводит дыхание. Уже теряя сознание, я слышала, что в соседней кабинке кто-то целуется, и девичьи стоны неприятно разрезали мою темноту, а потом услышала знакомый до боли голос:

- Мы так и знали, что на тебя нельзя положиться!

Эдуард, помощник отца, которого я знаю с малых лет, обращался к кому-то невидимому для моего взора, но голос этой невидимки я узнаю из тысячи.

- Я не думал, что это она. Я знаю ее с детства, да и потом я не подписывался на эту грязь. Вы просили просто присмотреть! Но то, что он просит сейчас…Не могу и тебе не позволю!

Что он там не позволит я уже не услышала. Отключилась.

А пришла в себя, когда холодные воды океана приняли меня в свою стихию. Больно ударившись о воду, меня сразу же потянуло ко дну. Вокруг меня закрутилась воронкой черная вода, и меня парализовало ужасом и паникой. И как бы я не гребла к поверхности, чувствовала, что неизбежно лечу ко дну. И все-таки я выкарабкалась, потратив все силы.

Закричала что есть мочи, выныривая. Но темная бездна воды с неимоверной силой вновь тянула на дно. Мой крик потонул в накатывающей волне, и я с головой ушла под воду. Барахтаясь, с огромным трудом снова всплыла и наконец, рассмотрела, что яркие огни яхты удалялись, и она уже была в недосягаемости ни для меня, ни для моих криков о помощи.

Меня просто выбросили за борт!

Подумав о том, что все кончено, теперь уж точно я, отплевываясь от воды, вдруг дернулась в сторону, когда кто-то с силой схватил меня за бок.

Конечно же, это была акула! Больше – некому.