Глава 40

Арсений

Свет пробивается в окно, полоской ложась на кровать. От солнечных зайчиков, что согревают лицо и заставляют жмуриться, перекатываюсь на другую сторону. Там, где тень.

Утро в Африке встречаю с широкой улыбкой на лице. И дело даже не в прошлой ночи, которую мы, не соврать, провели великолепно. Просто она меня простила, приняла таким, каков я есть на самом деле.

А я всего лишь по уши влюбленный мажор.

Еще до конца не разлепив глаза, рыскаю по кровати рукой в поиске беглянки, которой нет под боком, как это было ночью. Улыбка моментально сползает с лица, когда приходит понимание, что на огромном матрасе я нахожусь один. И появляется снова, когда, приподнявшись на локтях, нахожу ее взглядом на лоджии.

Она стоит по колено в бассейне, руками тревожит водную гладь и чему-то смеется. Я не знаю, что творится в ее красивой голове, но осознаю, что ей идет моя рубашка. Именно так. Надетая на голое тело. В ней она выглядит изящно.

Тихо выбравшись из постели, направлюсь к ней, мечтая окунуться в прохладную воду. Она замечает меня сразу. Стеснительно улыбается и, опустив голову, прячет за распущенными волосами лицо. Смущается.

Захожу в воду, руками касаюсь ее плеч, целую обнаженный участок шеи. Она вздрагивает, но не отстраняется. Наоборот, опирается на меня, позволяет себя обнять.

— Поплаваем? — шепчу на ухо, когда понимаю, что долго так не смогу стоять, а ей… еще рано.

Она кивает и шагает вперед, затем, разомкнув мои руки, уходит под воду. Недолго думая, следую за ней. Под водой хватаю ее за щиколотку, тяну на себя и, крепко обняв, целую. Вы когда-нибудь целовались под водой? Нет? Я тоже. Могу сказать одно, это охренено. Особенно если с любимой.

Накупавшись, посмеявшись, покидаем бассейн. Я выхожу первым и не то что проглатываю язык, я забываю, как двигаться. Мокрая. Абсолютно мокрая, она выходит следом. Белая рубашка прилипает к ее стройному телу, очерчивает все прелести женской фигуры, включая торчащие соски темно-бордового цвета.

«Все хорошо?» — показывает на языке жестов, отчего кажется еще сексуальней.

— Да, конечно. — Силой заставляю себя отвести взгляд и не смущать ее лишний раз. Все будет. Со временем.

«Какие планы на сегодня?» — мило улыбаясь и делая глоток свежевыжатого апельсинового сока, интересуется Мари.

Оказывает, пока я спал, она заказала завтрак, и теперь с огромным аппетитом ест тост с авокадо и помидорами черри. Вкус на любителя. И что-то мне подсказывает, что без сестренки здесь не обошлось.

— Знаешь, есть у меня одно дело, которое я не успел завершить вчера, — произношу, лукаво улыбаясь и рыская рукой за спиной. Точно помню, что, когда ночью пошел к ней, спрятал под подушку, которая занимает свое место на плетеном кресле.

«Я слушаю». — Ее глаза полны любовью, она готова слушать меня вечно.

— Мари, — произношу сипло, опускаясь перед ней на одно колено. Все как полагается, никакого пафоса. — Знаю, что, возможно, для тебя я не идеальная кандидатура на роль мужа, но я очень хочу им быть. Честно, обещаю, ты во мне больше никогда не разочаруешься. Да, мое прошлое местами отвратно, но то оно и прошлое. И да, я не собираюсь отказываться от денег, наоборот, я хочу заработать для нашей семьи больше. Прошу, поехали со мной в Москву… У меня там есть хорошая квартира, но если хочешь, можем купить дом. Я буду работать в отцовской фирме, а ты учиться. Есть место в МИГО, оно за тобой. Поженимся, сыграем свадьбу, какую только захочешь. Хочешь, на пляже, когда солнце будет заходить за горизонт. Хочешь, можем организовать пир в самом настоящем замке, где все будет украшено хрусталем. Все, что хочешь. Все будет. Я люблю тебя, правда. — Сжимаю ее дрожащие ладони и наблюдаю, как скатываются слезинки из глаз. — Ты выйдешь за меня замуж? — интересуюсь, раскрыв перед ней бархатную коробочку с обручальным кольцом из белого золота с россыпью бриллиантов.

«Да», — простое «да», сказанное на языке жестов, навсегда отпечатается в моей памяти. Затем на груди, в виде татуировки.