Глава 7

Я с трудом натягиваю юбку Кати, втягиваю живот, пытаюсь застегнуть молнию. Ну и кто придумал эти проклятые размеры? Катя явно меньше меня, но пятый день подряд в том же лавандовом платье ходить уже невыносимо. Да и коллеги смотрят косо – шушукаются за спиной. Вздыхаю, натягиваю её блузку. В груди туго, в талии жмёт, но в целом – сойдёт. – Ну, хоть какое-то разнообразие, – говорю своему отражению в зеркале и направляюсь в офис. Настроение, как ни странно, хорошее. Сегодня я уже не чувствую себя потерянной, мне есть чем заняться, я не думаю о Максиме, который продолжает названивать с разных номеров. Как только я появляюсь на своём месте, Кирилл Романов открывает дверь своего кабинета и бросает мне взгляд. – Кофе. Чёрный. Без сахара. Я вздрагиваю от неожиданности, но молча киваю. Отлично. Теперь я ещё и кофе-носитель. Пять минут спустя, с чашкой в руках, осторожно захожу в кабинет. Кирилл даже не поднимает глаз, что-то читает в документах. Я ставлю кофе на стол и тут же понимаю, что сделала ошибку. Кирилл смотрит на меня слишком пристально, слишком внимательно, как будто ждал, когда я что-нибудь выкину. И я, конечно же, выкидываю. Рука дрожит, пальцы цепляют ручку чашки, и в следующую секунду горячий кофе льётся прямо на меня. Обжигает кожу, пропитывает блузку, липко оседает на груди. – Чёрт! – я дёргаюсь назад, пытаясь хоть как-то смахнуть с себя этот кипяток. – Ты ходячая катастрофа, – раздражённо выдыхает Кирилл, уже обходя стол. Я пытаюсь уверить его, что всё нормально, но он хватает меня за руку и тащит к дивану. – Сними. – Ч-что? – я в шоке смотрю на него. – Блузку, – повторяет он, уже расстёгивая пуговицы на моём воротнике. – Ты совсем охренел?! – Да, – отвечает спокойно. – Иначе ты так и будешь сидеть с обваренной грудью. Я хочу вырваться, но он слишком быстрый. Ловкий. Мгновение – и моя мокрая, прилипшая к телу блузка оказывается в его руках. Я дёргаюсь, прикрываюсь руками. – Не начинай, Варвара, – Кирилл закатывает глаза. – Чертов лифчик тоже снимай. Он весь в кофе. Я смотрю на него в шоке. – Ты серьёзно? – Нет, шучу, давай-ка подержим мокрую ткань на коже подольше, вдруг ожоги станут сильнее, – съязвил он. Я открываю рот, но ничего не могу сказать. Кирилл сам тянется к застёжке на спине. – Не дёргайся. – Кирилл, чертов Андреевич не смей! Но он уже ловко расстёгивает застёжку, и мои плечи резко оголяются. Я замираю. Он тоже. Его взгляд медленно опускается вниз. На голую грудь. На кожу, горячую от кофе. На соски, напрягшиеся от холода и шока. Он смотрит слишком долго. Слишком внимательно. В комнате слишком тихо. Я чувствую, как по телу пробегает электрический разряд, как становится жарко от его взгляда, хотя кофе уже остыл. – Хватит пялиться, – шиплю я, пытаясь прикрыться. Он лениво переводит взгляд мне в глаза. – Тебе кажется. Но голос у него чуть ниже, чем обычно. Он резко отворачивается, берёт аптечку, встряхивает флакон со спреем. – Сейчас будет холодно. Я только собираюсь сказать что-то ехидное, но потом первые капли касаются кожи – ледяные, колючие, и я дёргаюсь. – Сиди спокойно, – его рука ложится мне на плечо, удерживая на месте. Я зажмуриваюсь, зубы сжимаются так, что сводит челюсть. А потом он вдруг отстраняется. Отходит. Делает несколько шагов назад, будто дистанция реально поможет. Я тянусь к пиджаку, который он молча протягивает, и натягиваю его на себя быстрее, чем когда-либо в жизни. Кирилл молча смотрит. В глазах у него что-то нехорошее. – Иди приведи себя в порядок, – его голос хрипловатый. Я вскакиваю и буквально вылетаю из кабинета, схватив блузку с лифчиком, чувствуя, как уши пылают. За спиной слышу, как он выдыхает и чертыхается себе под нос.