Глава 28

ЮЛЯ

— У вас всё в порядке? — обеспокоенные нотки в голосе Давида удивляют и немного обескураживают.

— Ну да, — осматриваю весело визжащих Амину и Богдана, плещущихся в «лягушатнике» и обливающих друг друга водой из водных пистолетов, и Надюшку, скатывающуюся с мини горки. — Что-то случилось?

— Нет. Ничего. Просто ты взяла трубку только на третий вызов, — поясняет Цикал с уже совершенно другой интонацией. Расслабленной и спокойной.

— Мы в бассейне. Ребята так шумят, что я не слышала мелодии, — объясняю неспециальный «игнор». — Да и музыка играет.

— Понятно. Значит, у вас весело?

— Не то слово, — довольно хмыкаю в трубку, наблюдая за хохочущей дочкой.

Она такая радостная и счастливая, что ее беззаботность и прекрасное настроение передаются и мне.

Мы с детьми решили устроить очередной день релакса и ничегонеделания. Заранее организовали подогрев бассейна, заказали доставку вредного, но вкусного фастфуда и, прихватив сок и воду, разместились у воды.

Ну, не мы решили, если уж быть совсем верной, а я. Но мелкие не отказались. Эти шустрики всегда рады любому кипишу.

Меня же реально вчера накрыло. Зациклилась я, пусть и не специально, на картинке, как Давид и Дария обнимаются. И ведь понимание, что никаких прав на мужчину не имею, и он — свободный человек, никуда не делось, а в сердце помимо воли зародилась пустота, и ревность вцепилась мертвой хваткой.

Потому и надумала сегодня отвлечься, подсластить, так сказать, горькую пилюлю неуверенности в себе детским весельем.

— А у тебя как дела? — уточняю у собеседника, прямее садясь в шезлонге, на котором до этой минуты валялась.

Нотки беспокойства, которые уловила в начале разговора, ярко отложились в памяти, не позволяя себя игнорировать. Да и настойчивость, с какой отец Амины пытался до нас дозвониться, удивила.

Подумаешь, заняты и не отвечаем. Зачем сразу о плохом подозревать и продолжать дозвон?

Тем более, что мы распрощались только вчера, оставив его в прекрасном расположении духа в обществе сногсшибательной красотки.

По правде говоря, я была уверена, что Давид и сейчас еще в ее компании время коротает. И, вполне может быть, даже в Италию полетел с ней одним рейсом. Такая уж радость фонила при встрече этих двоих.

Раньше вторника и не ждала, что про нас вспомнит.

Оказывается, ошиблась.

— Всё хорошо, конечно, — легко отвечает причина моих беспокойных мыслей. — Что со мной может случиться?

— И то верно, — усмехаюсь собственной наивности. — О чем это я?

Нашла о ком переживать, наивняшка.

О Давиде Цикале?

Да ему, Котова, твои волнения, как собаке пятая нога. Нафиг не нужны.

— Мне приятно, что ты обо мне беспокоишься, — в противовес моим душевным терзаниям произносит мужчина.

Будто тайные мысли читает.

Заботливый какой нашелся!

Распаляюсь без видимой причины.

— А ты меня ни с кем не путаешь? С чего бы это тебя радует мое волнение? — цепляюсь к словам, не успевая удержать язык за зубами. — И вообще, я нисколько не переживаю. Просто спросила.

Заканчиваю и тут же ругаю себя, что говорю, не подумав.

Ну и зачем, Котова?

Поскандалить захотелось? Ревнивую бабу показать?

— Юля, ты за что-то на меня обиделась? — да, Давид не дурак, быстро улавливает негатив. — Скажи прямо, что не так.

— Всё так, — настаиваю на своем и следом выпаливаю давно не дающий покоя вопрос. — А ты вообще… женат?

— Нет, не довелось, — следует спокойный ответ. — Была невеста в Италии год назад. Настоящая, а не та, что отец навязывал, и о которой тебе анонимное сообщение присылали. Но до регистрации брака дело не дошло.

— Невеста сбежала? — хмыкаю, искусственно веселясь.

Глупым вопросом надеюсь сбросить напряжение. Мало того, что новость обескураживает, вызывая нервную дрожь и озноб. Так еще спокойствие и открытость, которые демонстрирует Цикал, напрягают.

Вот на фига он делится со мной, посторонним человеком, личными откровениями?

Мог бы отделаться односложным ответом, а тут…

— Нет, я расторг помолвку. Дария, ты с ней, кстати, вчера познакомилась, была очень расстроена.

Новое открытие сбивает с ног. И я радуюсь, что сижу.

Точно бы колени подкосились от шока.

Получается, вчера я наблюдала встречу бывших влюбленных? А может, уже и не быв…

Нет. Нет. Нет.

Мотаю головой, стараясь не допустить разгула бурной фантазии.

Это не мое дело.

Но важную мысль всё же донести хочется. Потому отслеживаю ребятню, устроившую в бассейне хоровод догонялок, и продолжаю, убедившись, что они полностью заняты собственными беззаботными играми и совершенно не вникают в мои слова.

— Давид, я хочу тебя попросить… через неделю, когда я расскажу Амине об отце… дай ей, пожалуйста, возможность сначала привыкнуть к тебе. Не стоит сразу знакомить со своими подружками. Бывшими и настоящими. Отложи этот момент на некоторое время. Дай дочери адаптироваться к новым вводным. Договорились?

— Договорились, — произносит он после паузы, во время которой я успеваю искусать всю губу, ругая и хваля себя одновременно.

За смелость и дурость.

Все же определиться до конца, чем же был мой поступок, не получается.

— И ты мне, Юля, тогда тоже пообещай одну вещь, — продолжает Цикал.

Я уже ожидаю, что мне напомнят про бывшего жениха или поставят условие про новых ухажеров, но не угадываю.

Умеет отец Амины обескураживать.

— Если вдруг кто-то или что-то покажется тебе странным или подозрительным, ты немедленно сообщишь об этом мне. Хорошо?

— Хорошо, — соглашаюсь, хмуря брови.

Ну вот и что он имел в виду?

Неужели уже стоит волноваться?