Глава 16

Алена

Кукла, в которую играют.

Именно так я чувствовала себя вечером. Я расправила складки на дорогом платье. Красивое, комфортное и не стесняющее движений. Ткань приятно льнула к телу. Но я чувствовала себя куклой – и только.

Я была напряжена, Арсений, напротив, расслаблен и умиротворен.

– Что-то не так? – спросил он.

– Все не так. Ужин в кругу твоей семьи, платье, прическа. Ты вырядил меня, как куклу! Чего ты добиваешься? – мой голос звучал нервно.

– Да ничего. Просто нахожусь в компании красивой девушки, которая в будущем родит моего ребенка. Почему ты сейчас рядом со мной? Об этом мы уже говорили. Не отпущу.

– Забыл закрепить ошейник с поводком…

– Если тебе нравятся такие игры, то я не против поиграть, – пустил в мою сторону порочную усмешку Арсений.

Я дала себе зарок не пытаться спровоцировать мужчину – Арсений намного опытнее меня. Съест и не подавится. Напряжение возрастало с каждым шагом, приближавшим меня к дому брата Арсения.

– Привет. Ты как всегда, немного опаздываешь… – дружелюбным тоном начал говорить Иван, но осекся, увидев меня по левую руку от Арсения.

– Арс? – спросил Иван. – Объясни?

Старший брат Арсения мотнул головой в сторону меня. Его жена, стройная брюнетка, смотрела на меня так, словно увидела живое привидение.

Ах да, я и есть живое воплощение погибшей невесты Покровского.

– Алена, моя спутница, – улыбнулся Арсений. – Познакомься, это мой старший брат Иван и его супруга, Оксана. Их детки – Димка и Наташка.

Лицо Арсения просветлело, когда он говорил о своих племянниках. Они сразу начали крутиться вокруг дяди.

В звонких детских голосах растворилась неловкость от странного знакомства. Но мне было неуютно находиться в доме Ивана. На меня смотрели настороженно, словно ожидали какой-то пакости или подвоха.

Хотя единственный подвох по имени Арсений сейчас сидел на пушистом ковре и собирал замысловатую фигуру из магнитного конструктора вместе с детьми.

При взгляде на него сразу вспомнились слова о том, что он любит детей. Арсений держался естественно, не рисовался и не корчил из себя заботливого дядю. Дети играли с ним с удовольствием.

Племянники Арсения достаточно взрослые, чтобы отличить искренний интерес от мимолетного и фальшивого внимания. Значит, хоть в чем-то Арсений не соврал. Мужчина почувствовал мой взгляд и обернулся, послав одну из своих понимающих и уверенных в себе улыбок.

– Скоро накроют на стол, – сообщила Оксана, жена Вани.

Она как будто хотела спросить меня о чем-то или просто посплетничать, но вынуждена была придерживаться той же линии поведения, что и ее муж. Чтобы не нервничать понапрасну, я наблюдала за возней детей. Эти дети точно счастливы, находясь в своей родной семье.

Внезапно я особенно остро почувствовала, что не знаю о своих настоящих родных ничего.

Я выросла в приемной семье. Мама смогла выносить только одного ребенка – Витька. И того родила сильно недоношенным. Все последующие попытки забеременеть оканчивались выкидышами на разных стадиях. Тогда Трофимовы решили просто взять ребенка из детского дома.

Мама забрала меня из детского дома, когда мне было шесть лет. Витьку тогда уже исполнился двадцать один год. Я хорошо запомнила момент, когда старший брат окинул меня раздраженным взглядом. Он уже тогда конфликтовал с родителями и куролесил, но появлялся у матери довольно часто.

– Притащили хрен знает кого! – процедил Виктор сквозь зубы. – А своего родного сына мало?

Первый день в семье закончился грандиозным скандалом, разбитым окном и потасовкой Витька с отцом. Отец кое-как вытолкал разбуянившегося сына, который уже тогда решил, что его обделяют.

– Намучаетесь с детдомовкой! Счастья она вам не принесет! – крикнул напоследок Витька.

В чем-то его слова оказались пророческими или Витек просто накаркал. В скором времени трагически погиб отец – его сбили на пешеходном переходе. Насмерть. Виновник скрылся с места происшествия. Его так и не нашли.

После смерти отца все заботы легли на плечи матери, в том числе и забота о великовозрастном сыне, от которого было немало проблем. Он тянул из мамы деньги, давил на жалость и чувство вины.

Мама поддерживала его финансово. Витек иногда наглел и начинал требовать свое, причитающееся ему по праву родного сына. Мама терпела его выходки, вздыхая, что кровь у Витька дурная, но все-таки родная. Грозилась, что не станет его капризам и спускать с рук все выкрутасы.

Однажды чаша маминого терпения переполнилась.

В тот раз Витек пришел за очередной подачкой. Мама ему отказала. На удивление старший брат не стал возмущаться, а вполне мирно пообедал с нами за одним столом и ушел. Чуть позднее стало понятно, почему Витек не стал скандалить. Он просто стянул у мамы из кошелька деньги, оставив всего несколько сотен рублей.

Мама не обратилась в полицию, но после того случая разругалась с сыном окончательно. Потом у мамы отказала одна почка – ее пришлось удалить. Здоровье было подорвано…

То ли я, действительно, принесла семье Трофимовых несчастье, то ли просто так совпало…

Вынырнув из мыслей, поняла, что задумалась и потеряла нить разговора. Под осторожными взглядами Оксаны и Ивана я чувствовала себя именно такой – дурной черной меткой, возвещающей о приближающихся неприятностях.

– Ну, пойдем же! Ко мне! – звонкий голос Димки.

– Нет. Ко мне, – упрямилась дочка Ивана.

Дети тащили Арсения в разные стороны. Каждый хотел показать дяде что-то важное.

– Сейчас вернусь! – Арсений ободряюще улыбнулся мне. – Появляюсь меньше, чем через минуту.

Едва за Арсением закрылась дверь, выражение лица Ивана меняется с благодушно-вежливого на холодно-отстраненное.

– Оксана. Выйди на минуту.

– Но…

– Сейчас же! – отослал Оксану прочь Иван.

Она торопливо поднялась и засеменила на выход, не переча мужу. Иван обернулся ко мне.

Иван и Арсений сильно похожи.

Я как будто смотрела на Покровского-младшего, версию из будущего, только с карими глазами и тяжеловатым, гладко выбритым подбородком.

– Сколько? – резко спросил Иван.

– Что?

– Сколько мой брат тебе обещал заплатить за этот дешевый фарс на публику? – нетерпеливо уточнил Иван.

– Не понимаю, о чем вы.

– Не понимаешь? – взгляд Ивана потемнел. – Ты выглядишь, как копия стервы, по которой мой младший брат сходил с ума и ползал за этой падалью едва ли не на брюхе.

Я едва погасила усмешку. Не могла представить Покровского ползающим на брюхе или хотя бы стоящим на коленях. Арсению даже простое «извини» сказать было трудно, как будто шесть букв жгли его глотку.

– Что смешного? Ты понимаешь, что сейчас ты для него как суррогат мертвой невесты? Подмена. Насколько его хватит, чтобы обманываться? – чеканил слова Иван.

Мне был неприятен разговор с Иваном. Взглядом я поискала выход из комнаты.

– Сколько? Я заплачу больше, чтобы ты исчезла из его жизни. Навсегда.

Внезапно мне стало смешно.

– Думаете, что это я за него цепляюсь?

– Думаю? Нет, я не думаю. Я в этом уверен! Ты быстро сориентировалась. Поняла, что можешь получить больше, чем та компенсация за моральный ущерб, которую тебе передали. Аппетит приходит во время еды? – напирал Иван. – Так сколько тебе надо?

Я стиснула пальцы до побелевших костяшек.

Каждый из братьев вел свою игру. Арсений хотел получить ребенка. Иван был убежден, что я сама прицепилась к его младшему брату и был готов откупиться от меня.

– Судя по увиденному в клубе, знакомство с моим братом вышло не самым приятным для целки, да? – грязно усмехнулся Иван. – Хочешь получить быстро и много без неприятных воспоминаний в нагрузку при виде Арса? Гарантирую, что ты его больше не увидишь и не услышишь. Как и он тебя. Назови сумму.

Иван вальяжно развалился в кресле и улыбнулся, как ярмарочный зазывала.

– Сколько ты хочешь получить, Трофимова? Я избавлю тебя от живого воплощения кошмара и моего младшего брата по совместительству.

Всего на мгновение я подумала о том, чтобы податься на уговоры Ивана, на его спокойный, уверенный в себе и низкий голос. Ведь это так просто – сказать «да» и больше никогда не общаться с Покровским-младшим.

Но почему-то я не могла согласиться. Вопреки всему. Изнутри кололо нехорошим предчувствием.

Иван показал себя не как самый благородный человек. Он даже своего родного брата за нос водил при удобном случае. А со мной, с чужим человеком, можно не церемониться.

– У вас столько нет, – ответила я, желая, чтобы Арсений поскорее вернулся и избавил меня от общества своего старшего брата.

Подумать только, я ждала возвращения Покровского-младшего и с нетерпением поглядывала на дверь!

– Да неужели?

– Да. Вы можете исправить поломанную жизнь?

Взгляд Ивана скользнул по моим губам. Он внезапно подался вперед и заявил:

– Я могу исправить кое-что другое. Например, оплатить тебе гименопластику и добавить сверху. Восстановишь целочку, будешь невинным цветочком при деньгах. Вдалеке от всего.

Меня поразил цинизм слов Ивана. Он даже не пытался прикрыть свое истинное отношение ко мне. Ему было плевать, что со мной станет. Иван искренне считал, что младшему брату не стоит пачкаться об меня. Иван хотел просто откупиться от грязи вроде меня.

– Пусть ваши деньги при вас и останутся… – как можно тверже сказала я. – Может быть, вы восстановите на них свою совесть? А на сдачу избавите брата от снобизма.

Взгляд Ивана потяжелел. Я ощутила его всей кожей. Высказываться так резко было не очень хорошей идеей. Но стало уже слишком поздно. Мне казалось, что Иван хотел сказать в ответ что-то резкое и хлесткое, но в этот момент вернулся Арсений. За ним вбежали дети с пультами в руках. Они управляли самолетами и соревновались, чья игрушка лучше летает.

– Нас всех зовут к столу.

Арсений дождался, пока я встану и пошел следом. Он пропустил детей и Ивана, потом придержал меня за ладонь.

– Сколько тебе обещал мой братец?

– Что? У вас соревнование? Кто больше даст? Так, что ли?

– Нет. Просто у тебя на лице все написано. Например, что мой брат нравится тебе даже меньше меня. Или что ты отказалась. Отказалась же, Бабочка?

– Попросила время подумать.

– Врешь, – довольно заявил Арсений. – Но я все равно рад. А теперь давай поужинаем.

За ужином напряжение немного спало. Но расслабляться не стоило. Мне здесь были не рады. Это чувствовалось по скованным, перекрестным взглядам.

– У меня есть к тебе разговор, Иван, – внезапно подал голос Арсений. – Серьезный разговор. Это касается нашей фирмы.

– Что с ней не так? Ты же видел отчеты. Дела идут в гору.

– Семимильными шагами. Именно об этом я и хочу поговорить. Сейчас же, – подчеркнул Арсений.

Иван с прискорбным вздохом отложил столовые приборы в сторону.

– Хорошо. Я уже сыт. Могу с тобой поговорить.

– Наедине. Если только ты не хочешь, чтобы твои дети научились новым матерным словам, – усмехнулся Арсений, давая понять, какой тон будет задан.