ГЛАВА 24

ЯН Запрокидываю голову вверх, подставляя лицо горячим струям воды, что бьют сильным напором. Небольшое рассечение на брови неприятно щиплет, кожа вокруг припухла, и, вероятнее всего, уже к вечеру образуется синяк. Меняю воду с горячей на холодную, остужаю голову. Нужно успокоиться, в комнате меня дожидается Ярослава. После стычки она снова стала напряжённой, её лёгкость в общении исчезла, и всему виной появление Демидова и моя несдержанность. Выключаю воду, выхожу из душевой кабины, беру полотенце, становлюсь напротив зеркала. Смотрю на своё лицо в отражении и кривлюсь от неожиданной боли в спине, словно мне между позвонков вонзили кол. Руками хватаюсь за край раковины, чтобы устоять на ногах, в глазах темнеет, глубоко дышу. Давно я не испытывал такого. Стою пару минут неподвижно, пока боль не становится чуть меньше, а перед глазами пропадают чёрные пятна. – Сука! – цежу сквозь зубы, прекрасно понимая своё состояние. Во время драки мы снесли своими телами пару столов, удар спиной был сильным, и появившаяся боль говорит об одном: мне нужно вновь возвращаться в клинику, необходимо провести обследование, и это не всё. Уеду сейчас, значит, оставлю Ярославу одну, а этого мне ой как не хочется делать. Вскипевшая вмиг злость на ситуацию притупляет чувство боли настолько, что я могу выйти из ванной. Захожу в комнату, где на диване сидит Яра, девушка поднимает на меня взгляд, её зрачки расширяются, и следом она резко отворачивается. Улыбаюсь на её реакцию, расправляю зажатое в кулаке полотенце, обматываю его вокруг бёдер. В пару шагов оказываюсь рядом, нависаю сверху, Яра в мою сторону не поворачивается, одной рукой опираясь о спинку дивана, второй подхватываю её подбородок, поворачиваю её лицом к себе. – Посмотри на меня, – прошу Ярославу, так как её глаза крепко зажмурены. Её тело слегка потрясывает, на щеках румянец, жилка на шее бьётся в такт ускоренному сердцебиению. Шумное выдох, и она распахивает потемневшие стального цвета глаза. Не говорю ни слова, наклоняюсь ближе к её лицу и целую в слегка приоткрытые губы. На языке вмиг образуется её вкус, отзываясь пульсирующим чувством в паху, Ярослава не отстраняется, позволяет себя целовать, и в то же время не отвечает на мой поцелуй, но длится это совсем чуть-чуть, стоит мне углубить его, как девушка начинает отвечать. Желание подмять её под себя здесь и сейчас накатывает волнами, маленькие и нежные ладони Яры скользят по моему обнажённому торсу, распыляют меня ещё больше. Под действием возбуждения забываю про боль в спине, подхватываю Ярославу, чтобы уложить её, с громким глухим стоном чуть не падаю на колени, чудом успеваю вернуть девушку на место и руками схватиться за спинку дивана. Боль в этот раз в тысячу сильнее той, что была в ванной комнате, всё тело покрылось липким потом. Дышу словно загнанный зверь, тяжело и громко. – Ян? – встревоженный голос Ярославы доносится до меня сквозь гул в ушах, – Ян, ты чего? – горячие руки девушки опускаются на мои холодные, влажные от пота плечи. Стараюсь побороть боль и ответить ей, что всё хорошо, но куда там, я сейчас даже слово вымолвить не могу, кажется, мой ад повторяется снова. Боль не утихает, ноги дрожат так же, как и руки, мысленно покрываю себя всеми возможными ругательствами за свою вспыльчивость. Сам же кинулся на Демидова, когда мог просто забрать Ярославу и уйти из того ресторана и дальше наслаждаться задуманным планом. – Ян, не молчи! Что с тобой? Тебе плохо? У тебя что-то болит? – сыплются вопросы от взволнованной девушки, – ответь, что с тобой?! – её голос срывается на крик. С огромным трудом присаживаюсь на диван, Ярослава помогает мне в этом, даже не зная, что со мной, и насколько сильно боль в спине оглушает меня. – Ян? – перепуганные глаза Яры блестят, – давай я вызову скорую? Я видела, как сильно вы наносили друг другу удары, – быстро тараторит Ярослава. – Найди… Мой… Телефон… Позвони Артемию, скажи, чтобы приехал, – с трудом прохрипел. Ярослава кинулась из комнаты в поисках моих вещей, телефон должен быть в кармане пиджака. Медленно откинул голову на спинку дивана, прикрыл глаза. Чёртов идиот! Угробил себя по собственной глупости! Расслабился, забыл о предписании врача, теперь же неизвестно, что будет дальше. Ещё раз пройти тот ад, в который меня отправил отец Ярославы, я не готов. Злясь на себя и на погибшего Катанцева, сжал ладони в кулаки, мышцы напряглись, добавляя мне новую порцию боли. Эта тварь сдохла, а я продолжаю страдать. В комнату вихрем влетела Ярослава, опустившись передо мной на колени, трясущимися пальцами стала тыкать в экран телефона. – Здесь блокировка, – дрожащим голосом проговорила девушка, протягивая мне телефон. Не забирая мобильный из рук Яры, ввёл пароль, отвёл её руку с телефоном от себя, меня поняли, девушка стала искать номер моего друга, кидая на меня тревожный взгляд. Смотря на неё испуганную, растрёпанную, с припухшими губами от нашего поцелуя, вдруг понял, что больше не испытываю к ней ненависти за содеянное её отцом, не испытываю ни малейшей неприязни, мне не хочется её мстить, Арт прав, она не виновата, что её папаша оказался мразью. – Алло, Артемий, это Ярослава, – торопливо заговорила девушка, сильно прижав телефон к уху, не спуская с меня своего стального взгляда, – Яну плохо, – практически выкрикивает, – я… я не знаю, что с ним, – взгляд становится растерянным. – Спина, Яра, – хриплю девушке, помогаю ей сообщить другу, что со мной. – Он говорит, что у него что-то со спиной, – быстро передаёт другу информацию. Арт матерится громко и выразительно, его слышу даже я, Ярослава не обращает на это внимание, она не морщится от бранных слов Арта, она сидит на коленях у моих ног, не сводя с меня взгляда, тянется к моей руке своей и сжимает мои пальцы в своей маленькой ладошке. Её жест тёплой волной проносится по всему телу, смотрю на неё в ответ и понимаю, что не смогу отпустить её, не хочу расставаться с ней. Если я вновь не окажусь в инвалидном кресле, то любым способом добьюсь её расположения, копаться в себе и разбираться в своём желании даже не буду. Артемий вновь оказался прав, я влюбился год назад в Ярославу, и эта любовь не прошла, я её спрятал глубоко в себе и каждый раз подавлял её чувством мести, винил всю её семью в гибели своих родителей, в том, что пришлось перенести мне. – Нет, мы не дома, мы… мы, – по сбивчивой речи понял, что Ярослава совсем не владеет собой, она взволнована и напугана. – Мы на съёмной квартире, – подсказываю девушке, но она не успевает передать эту информацию, друг слышит меня, отключается перед тем, как сообщил, что скоро будет. – Ян, – тихо заговорила Яра, – скажи мне, что случилось, ведь после драки ты чувствовал себя нормально, если бы ты получил серьёзную травму, то уже в ресторане бы свалился, а ты проехал за рулём больше получаса, принял душ и… и, – она взмахнула руками, показывая на меня. – Травму я получил давно, – не вдаваясь в подробности, стал пояснять, почему-то говорить об аварии совсем не хотелось, даже появился неожиданный страх, страх того, что после этого Яра замкнётся в себе, она же по сей день не верит, что её отец убийца и вор, – и, видимо, в драке неудачно ударился спиной, – после этих слов почувствовал себя трухлявым пнём. – Как ты её получил, Ян? И что за травма? – заглядывая в мои глаза с жалостью в голосе, задала вопрос Яра. – Ты действительно хочешь знать об этом? – слегка склоняю голову на бок, – мой рассказ тебе не понравится, Ярослава, – предупреждаю девушку. Прикусывает нижнюю губу и кивает головой в знак согласия. – Мой отец и Катанцев были партнёрами, и всё было хорошо, компания процветала, затмевая на рынке другие компании. – Сделал глубокий вдох через ненавистную боль, начал говорить, заметив удивлённый взгляд Ярославы, – одиннадцать лет назад твой папаша захотел слиться с конкурентами, его доля в бизнесе была мизерная, поэтому его голос ничего не решал, он стал уговаривать моего отца, чтобы он согласился на сделку. Ярослава приподнялась на ноги и присела на край дивана, внимательно слушая. – Мой отец, конечно, не соглашался, он сам строил бизнес с нуля, твой отец примкнул к нему позже. Катанцев три недели таскался хвостом в надежде услышать положительный ответ, поняв, что отец не скажет ему заветного «да», пошёл на преступление, – на последнем слове Ярослава нахмурила бровки, её тело напряглось. Боль в спине стала стихать, но не настолько, чтобы я мог легко подняться на ноги. – В день трагедии мы всей семьёй были на юбилее мэра города, Катанцев тоже присутствовал, между ним и отцом произошёл небольшой скандал, они даже чуть не подрались, вмешалась моя мама и увела отца. В итоге мы решили покинуть мероприятия, отец пылал огнём, всю дорогу мама успокаивала его. На полпути к дому наша машина взорвалась, родители погибли, их не успели довезти до больницы, я же, разбив собой лобовое стекло, вылетел из салона, сломав множество костей, включая позвоночник. Взгляд Ярославы стал стеклянным, она крепко сжимала свои кулачки, личико побледнело ещё больше. – Я остался жив благодаря Артемию, он и его отец увезли меня в лучшую клинику Швейцарии. Пока я был в коме, Катанцев заявился в клинику, обманом заставил подписать документы на продажу компании мою тётю. Женщина, убитая горем, не соображала, что делает, из-за твоего отца я потерял всё, он забрал у меня родителей, десять лет нормальной жизни и детище моего отца. Мне провели кучу операций, несколько лет я провёл в инвалидном кресле и встал на ноги только из-за чувства мести, именно она двигала мною все десять лет, что я провёл в аду. По щекам Ярославы текли крупные, тихие слёзы, она не издавала ни звука и не шевелилась, её взгляд был пуст, в нем словно пропала жизнь. От громкого звонка в дверь девушка вздрогнула, прикрыв глаза на секунду, вытерла ладошками дорожки слёз с лица, она медленно поднялась на ноги и тихой поступью отправилась открывать дверь моему другу. – Что у вас произошло? – в коридоре раздался взволнованный бас Арта. Не получив ответа, друг быстрым шагом зашёл в комнату. Смерив меня взглядом, Арт подошёл ближе. Не заметив за его спиной Ярославу, заволновался. – Ярослава, – позвал девушку. Оглушающая тишина из коридора ударила по нервам, попытался приподняться, но тяжёлая рука Арта пригвоздила меня на место, друг нахмурился, повернув голову к дверному проёму. Сделав пару широких шагов, Арт посмотрел в коридор, после чего резко рванул вперёд и скрылся из виду. Ухватившись руками за подлокотник дивана, встал на ноги, превозмогая боль, двинулся в коридор. – Тише, тише, – донёсся голос друга, а следом громкий всхлип Яры. Дойдя до двери, опёрся рукой о косяк, увидел, как Арт, присев на корточки, прижимает к своей груди сидящую на полу Ярославу. Плечи девушки сотрясались от рыдания, она крепко обнимала себя за плечи, уткнувшись лбом в свои колени. Внутренности от такой картины скрутило в тугой узел, небольшим шагом дошёл до парочки, но вот опустится вниз не смог, спину вновь скрутило. – Объясни мне, Ян, что у вас произошло, – подняв на меня взгляд, задал вопрос Артемий. – Потом всё, – отмахнулся от друга, не сводя взгляда от Яры. Состояние Ярославы говорило об одном, она поверила в мои слова и наконец поняла, каким человеком на самом деле оказался её папаша. Как же всё быстро изменилось, еще пару дней назад я бы радовался такой картине, сейчас же хочется отрубить себе руки за грубые прикосновения к её телу, вырвать язык за все сказанные слова в её адрес и ослепнуть, чтобы не видеть её боли. – Нет, Ян! Ты сейчас мне всё расскажешь! – грубо возразил друг, крепче сжимая в своих лапах хрупкое тело Яры, от того, что он прикасается к ней, стала закипать ревность. – Она просто всё узнала и поняла, кем являлся Катанцев на самом деле, правда всегда горькая, друг, – ответил Арту, гася в себе ревность, в данный момент она неуместна, кроме него сейчас никто не сможет помочь Яре, я даже присесть с ней рядом не могу. Друг кивнул. – Что у тебя со спиной? – задал следующий вопрос, подхватывая Ярославу на руки, – давай-ка, девочка, мы перенесём тебя на диван, – а это уже было адресовано Яре. – Подрался с Демидовым младшим, – разворачиваясь обратно в комнату вслед за другом на руках с Ярой. Арт от моих слов остановился, посмотрел на меня широко распахнутыми глазами. – Где вы столкнулись? Почему подрались, даже спрашивать не буду, и так понятно, причина вашей стычки у меня на руках, – кивнул на Ярославу, которая продолжала плакать, но уже не так сильно сотрясалась. Успокоить её словами нам не удастся, только успокоительное, которого в этой квартире точно нет. – В ресторане, – ответил другу, наблюдая, как она укладывает девушку на диван. – А вы там что делали? – прищурил глаза друг, резко развернулся в мою сторону. – Глупый вопрос, что можно делать в ресторане, Арт? – с большим трудом присел на диван рядом с Ярославой, стал гладить её по волосам и спине. – Тебе не надоело ещё терзать её? Может, хватит своих игр? – Игры окончены, ты был прав, друг, во всём был прав, – произнёс глухо, – отвези нас домой, там Алла Алексеевна с девочкой, думая, Ярослава успокоится, взяв ребёнка на руки, и вызови врача. Я оказался прав, как только Яра взяла на руки свою дочь, её слёзы высохли, а на губах появилась едва заметная улыбка. Пока ехали до дома в полной тишине, думал, как сделать так, чтобы не расставаться с Ярой, если мне понадобится вернуться в клинику. Вариант был только один, забрать её собой, вот только тащить маленького ребёнка в стены лечебницы не хотелось от слова совсем, там ей точно не место, и в то же время вновь разрывать мать и ребенка я не мог, и так натворил дел. Ярослава с девочкой на руках поднялась наверх, я и Арт остались внизу дожидаться врача. – Завтра прилетает мать Яры и отчим, их нужно встретить и привезти сюда, – оповестил друга. – Ты сейчас неудачно пошутил? – друг напрягся. – Нет, Арт, я не шучу, встретишь их и привезёшь, позже Яра позвонит им и предупредит, мы для них уже придумали «сказку нашей любви». – Отпусти её, Ян, пока не поздно, отпусти, – вновь завёл свою пластинку. – Я уже не могу её отпустить, понял, что люблю, и поэтому срывал на ней всю ненависть к Катанцеву, – сжав переносицу двумя пальцами, признался другу. – А если она не захочет быть с тобой? Запрёшь её в этих стенах? Будешь с силой затаскивать в постель? Заставишь полюбить… Друг не договорил, в гостиную зашёл охранник и врач, вызванный Артемием. – Ян Валерьевич, позвоночник вы не повредили, причина вашей боли – спазм мышц, такое часто случается при перегрузке, резких движениях, ну или при получении травм, как случилось в вашем случае, – снимая медицинские перчатки, вещает доктор. – Вы уверены? – задерживая дыхание и перекатываясь на бок, – или же мне стоит пройти обследование? – ответ доктора меня радует, но проверить всё же стоит. – Обследование вам, конечно, лучше пройти. Вы можете прямо сейчас отправиться вместе со мной в нашу клинику, и я сам лично проведу все процедуры, это не займёт много времени, – поясняет мужчина. – Хорошо, я буду готов минут через десять-пятнадцать. – В таком случае для более безопасной транспортировки вас в клинику я вызову спецмашину. Больше не говоря ни слова, мужчина достал телефон из кармана белого халата, направился на выход из дома. – Тебе помочь? – спросил Арт, когда я стал приподниматься с дивана. – Нет, – покачал головой, опуская ноги на пол. Дав указания Павлу следить за Ярой в оба глаза, и дождавшись приезда спецмашины, отправился в клинику. Местная платная лечебница не сильно отличалась на вид от той, где я пролечился десять лет. После возвращения на родину это первый случай моего обращения за медицинской помощью. Обследование продлилось не больше часа, вызванный Артемием врач работал быстро и профессионально. После того, как снимки были готовы, доктор подтвердил свой ранее поставленный диагноз. Спазм мышц оказывается очень больной вещью. От предложения поваляться на больничной койке отказался, получив рекомендации и рецепт на сильнодействующие обезболивающие, вернулся обратно домой с огромным облегчением на душе. – Ян, нужно поговорить, – переступая через порог дома следом за мной, произнёс Арт. – Что-то срочное? – оперевшись рукой о стену, повернул голову к другу. – Это касается смерти Катанцева, – осматриваясь по сторонам, тихо ответил Арт. Говорить об этой мрази совершенно не хотелось, но весть о том, что его смерть не случайна, не даёт покоя, и разобраться в этом всё же придётся. – Давай в кабинет, – кивнул головой и черепашьим шагом двинулся вслед за обошедшим меня другом. До кабинета шёл пару минут, проклиная Демидова младшего и ругая себя последними словами. Сделанный обезболивающий укол в клинике за время пути до дома, как мне казалось, снял болевые ощущения, но при ходьбе боль возвращалась, хоть и не так остро. Добравшись до кабинета, с глухим стоном опустился на диван, откинувшись на спинку, вытянул ноги. – Говори, – произнёс другу, ловя его задумчивый взгляд. – Мои ребята в слежке за Демидовыми и их ближним окружением стали свидетелями одной интересной встречи. Начальник службы безопасности семьи Демидовых, Кажухин, вчера встречался с одним из бывших охранников Катанцева… – Решил устроиться в охрану Демидовых? – перебил друга. – Да нет, – покачал головой, – на работу обычно приходят устраиваться открыто, а не общаться на окраине города с капюшоном на голове, с опаской осматриваясь по сторонам, это и привлекло внимание моих парней. После встречи с Кажухиным бывший охранник был словен парнями, поначалу он молчал, но после «МИЛОГО» разговора парни выяснили подробности связи между встречающими, бывший охранник рассказал всё. В общем, он шестёрка Демидова, – пробасил Артемий. – Смерть Катанцева дело рук Демидовых, – понял, к чему клонит друг. – Да, дружище, эту сволочь убили по заказу Демидова старшего, за рулём находился бывший охранник. Кстати, он-то и отправил Катанцева на тот свет, вколол ему какой-то дряни, от которой сердце перестаёт биться через пару минут. По какой причине Демидов решил убрать Катанцева, охранник не знает. Но не это главное, Ян, – сделал паузу друг, смотря на меня пылающим от гнева взглядом, – это не первое его преступление по приказу Демидова, – прорычал Арт. Поведение друга насторожило, он зол и с трудом сдерживает себя. – Эта шестёрка, что сейчас находится в руках моих ребят, по приказу Демидова одиннадцать лет назад подложила взрывное устройство в машину твоей семьи, тем конкурентом, с которым Катанцев предлагал твоему отцу объединить компании, является Демидов. Катанцев был пешкой в игре Демидова…