Глава 20

ГЛАВА 20

ГРОН

Мой капитан никогда не бросал слов на ветер, даже еще когда был мальчишкой. Если сказал, значит обязательно выполнит свое обещание. Вот и сегодня, перед уходом он мне сказал, что если я расстрою его пару или ее сестренку, то потеряю не только свое место управляющего, но и защиту капитана.

Жестоко, но я мог его понять.

Окажись я на его месте, точно так же оберегал бы жизнь и покой своей пары и плевать бы мне было на то, что пришлось бы для этого сделать.

Именно по этому, как только мой капитан и его приближенный воин ушли, я отправился собирать свои вещи. Сегодня меня выгонят, в этом не было сомнения. За всю свою жизнь, я не видел ни одной самки айджев, которая была бы всем довольна хотя бы час, а мне с парой капитана предстояло провести целый день. Ничем ее не расстроить это из разряда невозможного. Все самки избалованны и не думают ни о ком кроме себя.

Как мог, старался избегать встреч с двумя самками которые с огромным энтузиазмом изучали дом в котором я прожил большую часть своей жизни, дом, который стал мне родным. Сколько раз, бродя по этажу самки, я мечтал расставить все эти богатства по всему дому. Развесить шторы, уложить ковры, расставить украшения и подходящую каждой комнате мебель. Я знал, что это невозможно, но мог хотя бы представить, как это было бы на самом деле.

Крики младшей самки вырвали меня из размышлений и воспоминаний. Судя по встревоженному голосу, что — то случилось и не дай высшие если с одной из самок. Я не мог не посмотреть и вышел из своей комнаты под лестницей.

В очередной раз убедился в коварстве самок. Разыграть целый спектакль ради того, чтобы найти меня и ускорить мое увольнение? Они бы могли и не стараться, достаточно было бы пожаловаться моему капитану, что они весь день не могли меня найти и все, меня тут уже нету.

Две самки, не обращая внимания на мой убитый горем вид, потащили меня осматривать дом, все время что — то спрашивая и о чем — то тихо щебеча. Я не стремился им угодить, не хотел участвовать в их бессмысленном разговоре, но они не обижались и не угрожали пожаловаться своим парам. Ругие на их месте уже бы закатили истерику. Странные самки. Странные в хорошем смысле.

Там и тут попадались воины моющие окна, вытирающие пыль, выносящие грубо сколоченную мебель, моющие полы. Никто из них не был счастлив и я больше чем уверен, они так же как и я гадали, зачем маленьким самкам понадобилось наводить чистоту в мужской половине дома. Лично я пришел к одному единственному выводу. Маленькая самка настолько жадна, что хочет забрать себе еще и большую часть, половины капитана.

Поняв ее действия, я даже в какой — то мере обрадовался тому, что мне придется уйти из этого дома, по крайней мере я не буду видеть несчастного капитана и того, что будет твориться в этом доме.

Очнулся от невеселых мыслей уже сидя на своем чемодане, не далеко от дверей, не хотел уходить, не попрощавшись с капитаном. Очнулся, как выяснилось слишком поздно. Снова эта маленькая, жадная самка. Смотрит на меня с каким — то предвкушением, еще немного и облизываться начнется. Едва не сказал ей что я не вкусный. Бред конечно, никто меня есть не собирается, но нездоровый блеск ее глаз откровенно пугал.

Тогда я еще не знал, что она предложит мне воплотить в жизнь мою мечту. Я упирался как мог, отмалчивался и даже откровенно грубил ей, высказывая, все что я о ней думаю. Она не обиделась, но так же высказала мне за твердолобость, узкомыслие и сказала, что еще разорвет все наши шаблоны. Попытался аккуратно узнать у нее что она имела в виду, вдруг мне удастся спрятать эти шаблоны пока маленькая самочка до них не добралась?

— Да прекратите уже строить из себя жертву, — сердито взмахнула руками самка. — Я ему тут пытаюсь предложить должность управляющего, а он нервный как девица на выданье!

Кто такая девица и кому ее собрались выдать, я не понял, по этому ответил только на понятную мне часть.

— Я и так управляющий! — взвился, немного повысив голос и тут же сжался, поняв что наделал, на ЛарИне убивали и за меньшее.

— Аха! — воскликнула самка, направив на меня свой тоненький палец. — Значит разговаривать нормально мы все же умеем! Вот так и говори всегда, а то мямлишь себе под нос, черт разбери что.

— Ну так и? — встала передо мной, уперла руки в бока и принялась тихонько притопывать ножкой. — Истерика прошла? Управляющим будешь?

— Так я вроде уже как… — окончательно растерялся от ее напора.

Она точно не похожа на всех остальных, те бы со мной даже разговаривать не стали.

— А в моей половине? — хитро прищурилась, внимательно глядя мне в лицо.

От такого предложения я не в силах был отказаться и она поняла это по выражению моего лица.

— На самом деле, — схватила меня за руку и потащила вслед за собой. — Больше не будет никакого разделения дома. Правда Ливар говорил о какой — то силе, которая охраняет женскую половину… Отключить ее сможешь? — резко остановилась, впившись в меня взглядом.

Я только и мог, что согласно кивать, горло — то перехватило от волнения. Неужели моя мечта сбудется? А потом спохватился и затряс головой уже отрицательно.

— Я знаю как это сделать, но снять защиту сможете только вы, ведь едва вы переступили через порог, дом признал вас хозяйкой и защиту настроил тоже на вас.

— Ну так чего застыл? Веди меня! Будем снимать защиту и преображать дом!

Теперь уже я едва ли не бежал, таща за собой свою хозяйку. Служить капитану почетно, но служить еще и его паре… Да мне все будут завидовать!

МЕЛАНИЯ

Ни пролетали один за одним. У меня оказалось неожиданно много работы и по большей части — руководящей.

Снять защиту с моей половины дома, проследить за тем, что бы во всем доме не осталось ни пылинки, заказать одежду себе и всем, кого Ливар отрядил мне в помощники — охранники. Самым сложным было преодолеть барьер в общении с мужчинами. Как только я открывала свой рот с какой либо просьбой к любому из воинов, те застывали статуями и даже не моргали, спасал положение только Грон. Видите ли у них не принято, что бы госпожа хозяйка обращалась напрямую к слугам, а если слуга посмеет ей ответить, тем самым поставив госпожу на один уровень с собой, то меньшее что его ждет, это смерть.

— Дурацкие законы, идиотские правила! — возмущенно пыхтя, высказывала вечером улыбающемуся Ливару.

Он всегда улыбался и был до неприличия счастливым когда находился рядом со мной.

— Да на Сарзонии и то было проще! Ну ладно, не проще, но понятнее! — исправилась, поймав недоуменный взгляд любимого.

— Ты вправе менять все что захочешь, — мурлыкнул мне на ушко, поймав меня в объятия, когда я в очередной раз проходила мимо него. — Твой дом — твои правила, — принялся выцеловывать узоры на моей шее, я даже откинула голову, чтобы ему было удобнее, на что мой капитан хмыкнул и принялся спускаться ниже.

— Твои айджи… — выдохнула едва слышно и тут же была перебита.

— Все мое — твое, — рыкнул, втянув в рот мой напряженный сосок.

— Боятся меня, — простонала, выгибаясь в его руках.

— Перевоспитаем, — заверил, накрывая меня своим большим и сильным телом.

А утром я снова проснулась одна. Ливар ушел решать свои супер важные дела, меня же тоже ждали обязанности. Вчера мы наконец — то отмыли весь дом, сегодня мне предстоит отбирать вещи сваленные на моей половине, чтобы украсить ими весь дом. Дело не одного дня, но мне вроде как и спешить некуда. Вообще не представляла чем буду заниматься, когда обустрою в нашем жилище все как мне нравится.

И Ливара перед всеми позорить не хотелось и без дела сидеть тоже. Неожиданно, так вдруг стало себя жалко, да до такой степени, что пришлось всплакнуть, не долго, не сильно, но тем не менее! Поведение, мне никогда не свойственное. Решила, что таким образом, мой организм расслабляется и снимает стресс, наконец — то поняв, что находится в полной безопасности, сытости и роскоши.

Вышла из спальни в боевом настроении и полной готовности творить и вытворять. А еще, вчера Ливар разрешил мне воспитывать и эта последняя мысль сделала меня просто нереально счастливой, настолько, что я не сдержалась и широко улыбнулась идущему мне навстречу воину. Только тот от чего — то споткнулся и постарался обойти меня по широкой дуге. Не стала заострять на этом внимание и пошла составлять список требований для всех, кто меня окружает. И первым пунктом отменила этот их дебильный закон о запрете на разговоры. Вторым пунктом повелела не шарахаться от меня как от чумы. Третьим пунктом…

Просидела без малого несколько часов, а потом пошла вызванивать Ливара, пусть сам разбирается со своими подчиненными. Пока шла, сокрушалась о невозможности вот так вот переписать правила всей этой чудесной планеты с ее не менее чудными обитателями. Решила, как закончу с домом, наведаюсь к нашей королеве, судя по рассказам, общий язык мы найдем.

Ливар внимательно меня выслушал, попросил переслать ему мой список не то требований, не то законов, а уже через десять минут, на коммы окружающих меня воинов, стали приходить сообщения с пометкой срочно, это я у одного из них подсмотрела. Пока воины вчитывались в присланные им сообщения, я со спокойной душой направилась в ту часть дома, которая раньше должна была принадлежать только мне. Мне предстояло решить какая вещь больше подходит для какой комнаты.

Спустя несколько минут, пред мои очи явился ошарашенный первый ошарашенный воин. Мямля и заикаясь, спросил не нужна ли мне помощь, при этом жутко краснел и нервно косился на приоткрытую дверь.

Помощь мне была нужна, о чем я ему и сообщила. Ткнув пальцем на длинную, широкую дорожку, рассказала куда ее нести. Заодно, попросила прихватить товарищей на обратном пути. Так и прошел весь мой день в нервных взглядах, заиканиях и работе. Уже в десяти комнатах, по углам были свалены различные вещи, которым мне еще только предстояло найти свое место. Мы бы управились и быстрее, да только рук не хватало. А когда я заикнулась Грону о найме временных работников, тот только грустно улыбнулся и сказал, что никто их мужчин не пойдет добровольно прислуживать самкам. Причина оказалась проста. Избалованные, привыкшие к вседозволенности, самки айджев творили что хотели и многое сходило им с рук.

— Раньше они не имели права отказаться, но сейчас, наша королева Риита придумала новые правила, которые защищают не только самок, но и всех самцов, — закончил свою речь Грон, а я лишний раз убедилась в том, что с королевой мы подружимся.

Явившийся вечером Ливар, попросил меня организовать ужин в нашей гостиной, а сам, собрав всех воинов, увел их на быстрое совещание, как он это назвал, а мне вдруг подумалось, что сейчас он как начнет раздавать им указания и приказы, да так расстарается, что испортит все то, что удалось мне наладить сегодня. Они меня только бояться перестали!

Обняла любимого на глазах у воинов и шепнула ему на ушко несколько очень убедительных фраз. Мой капитан проникся, прищурил глаза и отпустил всех воинов. До наших комнат мы добрались очень быстро. Подхватив меня на руки, мой гигант перешагивал через несколько ступенек и несся так, будто за ним черти неслись. До еды мы добрались спустя несколько часов, а на утро я снова проснулась одна.

Сегодня должна была прийти швея и принести часть моих заказов. Хихикнула, вспомнив как вытянулось лицо Грона, когда я решила сшить всем айджам, которых ко мне приставил Ливар, добротную форму. Когда пришла портниха в сопровождении нескольких мужчин и начала доставать из больших свертков форму темного цвета, наш управляющий лишился дара речи, до последнего бедняга не верил в мою заботу о бесполезных самцах, и это не мои слова, они все так себя называют. Мол капитан Ливар сам отверженный, вот и собрал вокруг себя таких же бесполезных. Тогда я Грона прилично распекла из — за подобных… даже не высказываний, а мыслей!

— Нуссс, — счастливо улыбаясь, потерла я руки, глядя на насторожившегося управляющего. — Раздевайся! — распорядилась, протягивая ему комплект формы сшитый по его размерам.

Грон деревянным шагом отправился за указанную предприимчивой швеей, дверь, а я от всей души поблагодарила низенькую женщину небывалой красоты. Как оказалось, и она и Грон относились к расе хамидий, который были ни разу ни воинами. Они предпочитали работать на более сильную расу айджев в обмен на небольшую плату и защиту.

Грон вернулся еще более пришибленным, то и дело поглаживая темную ткань на груди и бедрах. При виде нашего управляющего у швеи так загорелись глаза, что я готова была биться об заклад, что совсем скоро они заявят о себе как о паре. Ну что ж, личная швея нашему дому не помешает.21b4bc

Грон в новеньком костюмчике смотрелся намного лучше чем в просторных штанах и рубахе серого цвета. Сейчас его жилистый торс обтягивала эластичная футболка, низко на бедрах сидели не стесняющие движения штаны с множеством карманов. По началу хотела заказать им классические костюмы, но вовремя вспомнила о том, сто они не просто рабочие, они прежде всего воины! Вот и придумала им некую смесь повседневной одежды и военной формы специальных войск, которые носили на когда — то родной Земле.

— И как? — спросила с замиранием сердца.

Стало действительно страшно, я так старалась им угодить, но даже не поинтересовалась мнением воинов, а что если им совсем не понравится?

— Я… госпожа… — поднял на меня глаза Грон, а в них столько растерянности, благодарности и еще много чего. — Спасибо вам, Мелания.

Он впервые мне улыбнулся и назвал меня по имени. На глаза навернулись слезы и я часто-часто заморгала, пытаясь их прогнать.

— Давай, — замахала я на него руками. — Зови остальных, будем их радовать. Надеюсь, — последнее я прошептала едва слышно и скорее для себя и ни как не ожидала, что Грон меня услышит.

— Не сомневайтесь госпожа, — посмотрел мне прямо в глаза. — Им понравится.

ЛИВАР

Оставил свою пару заниматься домом, а сам бросил все силы на завершение своих дел. Теперь все мое время принадлежит ей, маленькой самочке со светлыми волосами и ласковой улыбкой. Я больше не мог занимать свою должность и почти не находиться дома. Киор всюду следовал за мной, делая все то же самое что и я. У него тоже появилась пара, пусть совсем еще маленькая, но она есть уже сейчас.

Заполнил прошение о переводе на ЛарИну, попросил освободить меня от занимаемой должности, по причине обретения пары. Немного подумал и сразу же собрал пакет документов на поиск новой должности. Я не думал, что запросы Лани будут слишком высоки, а значит моих накоплений хватит на первое время. Но все имеет свойство заканчиваться, тем более, как говорят у моей пары на Земле «аппетит приходит во время еды». Я сам сказал ей тратить сколько она захочет, а за свои слова я всегда отвечал.

Пока мне не пришел приказ на отставку, поднял все свои связи и отправил на Сарзонию грузовой корабль с проверенными ребятами. Они попробуют привезти Шока и Кляксу на ЛарИну и будет просто замечательно если они успеют вовремя. Думаю, моя малышка обрадуется такому подарку к нашему полному слиянию на жертвенном камне.

Прошло уже больше двух недель как я пытаюсь закончить все свои дела. Вчера устроил Лани романтический вечер. Нашел самую высокую точку в городе, откуда открывается потрясающий вид, заказал самую изысканную еду, оформил все собственноручно собранными цветами и пригласил свою пару.

Я ужасно волновался поскольку совершенно не знал, понравится ли ей мой сюрприз. Понимал, что она не одна из избалованных девиц, но не переживать не мог. Как выяснилось в дальнейшем, волновался я совершенно зря. Моей малышке все понравилось, она даже расплакалась, за что я готов был сам себя прибить, а потом она мне объяснила, что плакала от радости и счастья, от того, насколько сильно ее переполняли эти эмоции. Я не совсем понял как могут сочетаться слезы и радость, но видимо это как — то возможно, так как по нашей связи я чувствовал что моя Лани действительно счастлива, а еще, чувствовалось в нашей связи что — то новое, необычное, но такое теплое и родное, что мне снова хотелось улыбаться.

Мы еще долго сидели на крыше, за столом и любовались открывшимся видом на город, а потом и звездами.

— Говори уже что хотел, — зевнула моя кроха, удобнее устраиваясь в моих объятиях. — Весь вечер чувствую твое напряжение.

Я только хмыкнул. Глупо было надеяться на то, что я что — то смогу скрыть от своей пары.

— Ты согласна пройти со мной слияние? — спросил и затаил дыхание, а по нашей связи до меня дошли отголоски ее веселья, легкого искристого.

— Мне казалось, что я дала согласие еще там, на корабле, — мягко улыбнулась, заглядывая мне в глаза. — С того момента мое решение быть с тобой и твоей не изменилось.

Крепко сжал ее в объятиях, вдыхая запах ее волос. Малышка пискнула от силы с которой я ее сжал и шутливо стукнув меня по плечу, снова зевнула, а я нахмурился, но вновь поднимать тему ее усталости не решился. В прошлый раз, когда я заикнулся о том, что она должна больше отдыхать, был послан в гостиную вместе с подушкой и ночевал там две ночи. Ради справедливости, должен сказать, что об отдыхе я говорил в довольно ультимативной форме, не стесняясь в выражениях.

Я хоть и промолчал, но тревожиться не перестал. Не спорю, с появлением в моей жизни Лани, все изменилось к лучшему, но то, что она сделала с нашим домом в который мне лишний раз даже заходить не хотелось, было просто потрясающе.

Поначалу, когда мои воины под ее руководством все отмывали, я не видел особой разницы, разве что стены стали светлее, да полы чище. Но придя домой три дня назад я был поражен. Первое что бросилось в глаза, новая одежда Грона и пожалуй, его слишком уж счастливая рожа, но стоило мне шагнуть через порог и я думать забыл о Гроне и его одежде.

Вокруг, везде насколько у меня хватало глаз, было настолько красиво, что дух захватывало. Вроде бы прихожая зала моего дома и одновременно совсем не она. Весь дом преобразился, в какую бы комнату я не зашел, везде было красиво и словно тепло.

— Нравится? — раздался родной, неуверенный голос моей малышки.

— Дом словно ожил с твоим появлением, — обернулся, глядя на мое самое дорогое существо. — Теперь сюда хочется возвращаться.

Видимо, моей паре понравилось то, что она услышала, потому что она буквально засияла от радости и так широко улыбнулась, что я разглядел ее маленькие, белые зубки.

— Домой? — вырвала она меня из воспоминаний.

— Конечно, — встал, держа ее на руках и медленно двинулся на выход. — Ты должна больше отдыхать, — не удержался и тут же поджал губы.

— Завтра, после нашего слияния, несколько дней не вылезу из кровати, — пообещала, уплывая в сон.

— Я тебе в этом обязательно помогу, — тихонько шепнул, судорожно вздохнув от распирающего грудь счастья.