Глава 9
Ощущение реальности вернулось вместе с сильной головной болью. Я поморщилась и открыла глаза.
— Ника! — мою ладонь тут же крепко сжали. Я с трудом повернула голову и встретилась с встревоженным взглядом Диониса. — Наконец-то ты очнулась, детка… Я думал, что с ума сойду от беспокойства…
— Где я? — мне с трудом удавалось фокусироваться на окружающих предметах. Единственное, что было понятно: я нахожусь уже не на стадионе, а в помещении, похожем на палату. И лекарствами пахло, как в медкабинете Хирона.
— В больничном крыле, — подтвердил мои догадки Дионис. — Ты пробыла без сознания почти час…
— А футбольный матч уже закончился? — вспомнила я об игре.
— Какой матч? — со вздохом произнес бог виноделия. — После того, что с тобой случилось, все и думать о нем забыли! Как тут можно продолжать игру?
— Так-так-так… — в палате появился Хирон. — Вижу, Ника пришла в себя. Как самочувствие, дорогая?
— Бывало и лучше… — я слабо улыбнулась.
— Бахус, выйди, — попросил Диониса кентавр. — Мне надо еще раз осмотреть Нику…
— Я жду за дверью, — знаком показал мне тот и покинул палату.
— Голова очень болит? — заботливо спросил Хирон.
— Еще и гудит, — ответила я.
— Еще бы, так прокатиться по лестнице, — вздохнул кентавр, осторожно ощупывая мои руки. Когда он дотронулся до плеча, я вскрикнула. — Сильно болит только тут?
— Наверное, да… — я сглотнула, пытаясь справиться с внезапно подкатившей тошнотой. — Остальное терпимо. Кажется, будто по мне проехались бульдозером…
— У тебя все тело в ушибах, а вот плечо вывихнуто. И сотрясение… — констатировал Хирон. — Сейчас наложу тебе на плечо лечебную мазь и повязку. И от головы дам пилюльку, а потом ты поспишь… Тебе нужно больше отдыхать.
— Когда мне можно будет вернуться в общежитие? — поинтересовалась я.
— Раньше чем через неделю отсюда не выйдешь, — «обнадежил» доктор. — Мои лекарства, конечно, быстро на ноги ставят, но без присмотра пока тебя оставлять не собираюсь. И потом еще минимум две недели тебе будут запрещены любые физические нагрузки…
— А ведь все еще удачно закончилось, — продолжил он, втирая мазь мне в ушибленное плечо. — Если бы кто-то из преподавателей не среагировал быстро и не затормозил твой «полет», все могло быть намного хуже…
Я сразу вспомнила, как почти в самом низу лестницы мое падение резко замедлилось, будто вмешалась некая сила со стороны. Странные ощущения…
— Кто-то из преподавателей? — зачем-то переспросила его я.
— Скорее всего… Студенты на такое еще не способны, — спокойно отозвался Хирон. — Может, даже Гера, или Афина, или Дионис… Вон он как за тебя волнуется, больше остальных… — в его тоне проскочила едва уловимая усмешка.
Дионис… Наверное, действительно он…
— Но и другие тоже переживают, конечно, — тут же поправился кентавр. — Пока тебя Дионис нес сюда ко мне, за ним целая толпа шла… Еле выгнал всех, чтоб не мешали.
— Наверное, однокурсники, — осторожно предположила я.
— И однокурсники, и преподаватели… Я сказал им, чтоб завтра приходили…
И преподаватели…
— И преподаватели тоже?..
— Да, Фемида, Аполлон, Гермес, ну и Геракл, конечно… Тот сильнее всех убивался, ведь это он запустил мяч не в ту сторону…
— Из преподавателей больше никого не было?.. — само вырвалось у меня.
— А тебя кто-то конкретно интересует?
— Нет, — поспешно ответила я. — Конечно, нет…
Значит, мне все же почудилось, что Кей тоже был там… Наивная. В глазах вдруг стало горячо от предательски набежавших слез, но я быстро-быстро заморгала, прогоняя их прочь.
— Вот и все, — тем временем проговорил Хирон, оставляя мое плечо в покое. — Теперь ложись поудобней… И старайся как можно меньше двигаться. Я принесу тебе лекарство.
— Можно? — не успел кентавр уйти, как Дионис был уже тут как тут.
— Заходи, — я усмехнулась.
— Хирон сказал, что не отпускает тебя, — с сожалением сказал он. — Может, принести тебе что-нибудь из твоих вещей?
— Думаю, Аяме сама догадается, что мне надо. Спасибо.
— Наверное… — согласился Дионис, накрывая мою ладонь своей, а затем переплетая наши пальцы. — Она, кажется, даже интересовалась у Хирона, что тебе может понадобиться.
— Дионис… Это ведь ты не дал мне разбиться? — спросила я. — Ты остановил мое падение?
— Я… Нет, — он посмотрел на меня с сожалением. — Кто-то успел это сделать за секунду до меня… Но я очень благодарен ему.
— Наверное, кто-то из преподавателей, — повторила я слова кентавра, у самой же сердце сжалось от призрачной надежды.
«Это не он, Ника, — осадила я себя тут же. — Прекрати даже думать об этом…»
— Так, голубки, прощайтесь, — снова объявился Хирон. — Больной нужно отдыхать. Все посещения только завтра…
— Пока, — Дионис улыбнулся и, ни чуть не стесняясь кентавра, поцеловал мою руку на прощанье. — Завтра увидимся…
А ночью мне приснился Кей. Будто он тоже пришел навестить меня сюда, в лазарет… Я снова видела его глаза, полные тревожной нежности… Чувствовала его осторожные прикосновения к моей щеке и губам…
— Ника… — он тихо произносил мое имя, и от его голоса внутри все начинало сладко ныть.
Так хотелось обнять, прижаться к нему, но тело совсем не слушалось меня, я не могла даже рукой пошевелить.
Из сна меня вырвал жуткий грохот, и первые несколько секунд я не могла понять, что произошло. Громыхание повторилось, на этот раз сквозь шум дождя, и комната на миг осветилась яркой вспышкой.
Гроза… Это всего лишь гроза…
Ливни на Олимпе — редкое явление. С легкой руки Зевса случаются они раз в месяц и всегда только ночью. Наверное, сегодня как раз по расписанию дождь…
От пережитого испуга во рту пересохло, и я, кое-как поднявшись и включив бра, потянулась стакану с водой, что стоял на прикроватной тумбочке. Внезапно мой взгляд упал на пол, где отчетливо виднелись влажные следы.
«Кто-то был здесь?» — взволнованно застучало сердце.
Кривясь от боли в плече, я встала с постели, прошла к двери и выглянула в темный коридор. Вновь блеснула молния, и в ее свете мелькнул чей-то силуэт. Я непроизвольно вскрикнула и отшатнулась.
— Ника? — раздался цокот копыт, и вскоре мои глаза смогли даже в темноте различить кентавра. — Почему ты не в кровати? Ты ведь спала.
— Гроза испугала, — призналась я, переводя дыхание. — Еще и мокрые следы на полу в палате нашла…
— Это я недавно заглядывал к тебе, — Хирон подошел ближе, и стало заметно, как его тело и волосы блестят от влаги. — Выходил на улицу поправить козырек у входа, а то его чуть ветром не снесло. Надо будет сказать Гефесту, чтобы посмотрел, — добавил он самому себе, а потом снова обратился ко мне: — Потом решил глянуть, как ты себя чувствуешь…
— Ясно, — с облегчением улыбнулась я.
— А теперь марш в постель! — скомандовал доктор. — И можешь не бояться — я сплю по соседству…
Весь следующий день я почти ни на минуту не оставалась одна. С самого утра ко мне вереницей потянулись «проведывающие». Первыми пришли Аяме и Нобу. Подруга принесла кое-что из моей одежды и гигиенические принадлежности и помогла мне переодеться.
На смену им явился Пашка, принес маленькую упаковку сока и шоколадку. А потом всю дорогу вздыхал и сетовал, что это он виноват в том, что со мной произошло. Мол, если бы не его идея с футболом, ничего бы не случилось.
— Хватит уже ныть! — оборвала я его после очередного такого захода. — Никто ни в чем не виноват! А футбол был отличным! И его обязательно надо повторить.
— Гера сказала, что в следующий раз лично займется организацией и безопасностью студентов. А нам с Гераклом сделала серьезный выговор за случившееся.
— Ладно, не расстраивайся. Скоро все забудется, а синяки мои сойдут, — подбодрила я друга. — Лучше скажи, как там у вас дела с… Ханной? Она так энергично болела за вашу команду. И мне показалось, что на футбол она принесла тот самый шарфик, который ты ей дарил когда-то.
— И от которого она нос воротила? — уточнил с усмешкой Пашка.
— Именно, — кивнула я.
— Странная она какая-то стала… — задумчиво сказал он. — Раньше слушать меня не хотела, а теперь сама с разговорами лезет…
— И…? — я выдержала многозначительную паузу. — Тебе разве это не приятно? Ты же об это только и мечтал весь прошлый год.
— Не знаю, — Пашка пожал плечами. — Вроде, мечтал… И, вроде, приятно… А, вообще, Ника, я не знаю, — он посмотрел на меня как-то затравленно. — Я уже сам себя не понимаю.
— Разрываешься между Теоной и Ханной? — понимающе улыбнулась я.
— Ага, — с тяжелым вздохом отозвался друг. — Мне уже как бы и с Теоной нравится общаться… С ней интересно и просто. Знаешь, каково это, когда рядом с человеком тебе не надо никого из себя строить и ты можешь оставаться самим собой? Так вот с Теоной я так себя и ощущаю… А Ханна… Ханна — это как мечта… Которая вдруг начинает сбываться. А кого бы на моем месте выбрала ты? — вдруг озадачил он меня вопросом.
— Мечту или комфорт? — печально усмехнулась я, подумав о Дионисе и Кее. — Не знаю, Паш… Здесь я тебе не советчик. Кто б мне сейчас помог разобраться в себе…
— Скучаешь по Кею?
И почему этот парень понимал меня лучше других? Иногда даже лучше Аяме.
— Я боюсь отвечать на этот вопрос, — ответила я тихо. — Да и какой смысл? Что это изменит?
— Не хочешь с ним поговорить?
— А ты считаешь, это нужно? Ты же видишь, как он со мной обращается…
— Но именно это и удивительно, — заметил Пашка. — После всего, что у вас было… Знаешь, вы когда были вместе, выглядели такими счастливыми. Я вам даже завидовал. Думал, если б у меня так с Ханной было… А теперь вы словно чужие. Разве так может быть?
— Может, — моя улыбка вышла подавленной. — Как видишь, ему даже неинтересно, как я себя чувствую после вчерашнего.
— Но вдруг он еще навестит тебя? — не очень уверенно предположил Пашка, на что я лишь снова удрученно усмехнулась.
Я оказалась права: Кей меня так и не навестил ни в этот день, ни в последующие. Похоже, за это время у меня перебывали все знакомые-приятели и даже ряд преподавателей. Все, но только не Кей…