Глава 11
Наряжаться на ужин к Дионису я особо не стала. Надела свои неизменные джинсы и свободную футболку, отлично скрывающую жирки на талии. Чуть дольше раздумывала, стоит ли краситься. В конце концов, пару раз мазнула тушью по ресницам и нанесла светло-розовый блеск на губы.
— Поздно вернешься? — поинтересовалась Аяме, которая тоже прихорашивалась у зеркала к свиданию с Нобу.
— Не собираюсь задерживаться, — отозвалась я, параллельно выбирая между балетками и босоножками на танкетке.
— Надеюсь, ты мне потом расскажешь, с кем встречалась? — заговорщицки улыбнулась Аяме.
— Возможно… — ответила уклончиво.
Откровенничать о том, что иду в гости к богу виноделия, я ни с кем не собиралась: это могло породить сотню слухов и домыслов. Хватит мне постоянных хихиканий и подтруниваний по поводу Диониса со стороны Паши и Ханны.
— Если это Николя, то вы можете пойти с нами, — предложила соседка, хитро поглядывая на меня. — Мы собираемся прогуляться в сад, что за Академией… Говорят, там есть чудесный водопад…
— Это не Николя, — разочаровала я ее.
С тех пор как Аяме завлекла меня на танцы вместе с французом, она постоянно пыталась сделать из нас парочку. Нобу полностью разделял ее стремления, а Николя, заручившись их поддержкой, с каждым днем становился все более активным в своих ухаживаниях. Например, вчера за обедом при всех подарил мне розу, неизвестно где взятую. Было и приятно, и неловко одновременно, особенно если учесть, что я цветами не балованная. Но гогот и присвистывание от доставучей рогато-хвостатой парочки старшекурсников едва не заставил вернуть Николя розу обратно. Позже я попыталась отчитать его и попросила больше не совершать таких поступков на глазах всей Академии, но, похоже, не очень-то убедила, поскольку получила в ответ:
— Я не стыжусь прилюдно проявлять своих симпатий, а тебе и подавно не следует этого стесняться. Это лишь малое, что я могу для тебя сделать…
Ну и о каком спокойствии тут можно говорить? Боюсь, в следующий раз он споет мне серенаду под окном или выкинет чего похлеще. Вот уж подфартило с поклонником. И что он во мне нашел? Неужели любит девушек в теле?
Идти одной по подвесному мосту было немного страшно: а вдруг нечаянно упаду? Пролечу сквозь облака и шмякнусь на землю бездыханной лепешкой. Я и так высоты побаиваюсь, а тут такие перспективы…
Выдохнула с облегчением, когда моя нога наконец ступила на твердую почву. Далее оставалось чуть подняться на горку — и вот они, белокаменные чертоги Олимпийских богов. Я покрутила головой, пытаясь вспомнить, в какой стороне находятся покои, принадлежащие Дионису. Внезапно одна из дверей приоткрылась, и я устремила свой взгляд туда, надеясь, что это бог виноделия. Однако вместо него на крыльце показался… Кей. Он резко остановился, встревоженно уставившись на меня. Что, тоже не ожидал такой встречи?
— Ника, ты уже здесь? — Дионис выскочил откуда-то из-за угла и с радостной улыбкой кинулся ко мне. — А я хотел за тобой сходить, провести через мост…
Беспокойство в глазах Кея сменилось интересом, он перевел взгляд с меня на Диониса, затем обратно, и спешно направился к мосту, даже не удостоив нас кивком в знак приветствия.
— Что он здесь делал? — вопрос вырвался раньше, чем я успела о нем подумать.
— Ты о Кее? — спросил Дионис, поглядывая на меня с подозрением.
— Да, он наш куратор, — зачем-то уточнила я.
— Полагаю, что шел от Геры… — прозвучало в ответ с легким сарказмом.
— Они дружны, да? Мне показалось, их отношения намного теплее, чем должны быть между ректором и студентом… — любопытство прорвалось наверх, и я уже не могла остановить поток своих вопросов. А Дионис был одним из тех, кто мог дать на них более-менее правдивые ответы.
— Дружны? — усмехнулся тот. — Идем ко мне, и я немного расскажу тебе об их дружбе…
В столовой, где я уже успела как-то побывать, несколько сатиров торопливо завершали сервировку ужина. При виде разнообразия закусок, у меня потекли слюнки. Но вот незадача: а как же быть с моей диетой?
— Боюсь, я не смогу всего этого попробовать, — с сожалением призналась я. — Хирон прописал мне особой режим питания… Если можно так выразиться.
— Не волнуйся, — Дионис подмигнул мне, — здесь его запреты не действуют… Можешь есть, что захочешь.
— И еда не сгорит по пути мне в рот? — я с сомнением покосилась на ломтики ветчины.
— Уверяю, этого не случится…
— Ну ладно, — я уже занесла вилку над одним из блюд, чтобы положить себе кусочек побольше, но потом остановилась. Нет. Это будет неправильно. Я ведь следовала диете всю неделю и даже успела привыкнуть к ней. Сейчас же, получается, нарушу ее. Это нечестно хотя бы перед самой собой…
Дионис удивленно посмотрел на меня.
— Пожалуй, я ограничусь сыром и овощами, — бодро улыбнулась я. — Ну и оливок немного возьму…
— Все-таки хочешь похудеть, — понял Дионис, ухмыльнувшись.
— Не сочти за кокетство, но да, — ответила я спокойно. — Да и ничего плохого в этом не вижу. Мне это точно не помешает.
— А ты самокритична. И прямолинейна. Обычно женщины стесняются говорить на тему своей фигуры с мужчинами, — бог виноделия продолжал ухмыляться.
— Мужчины? Женщины? Где? — я в шутку стала оглядываться. — По-моему, здесь ужинают двое друзей, разве не так? Поэтому мне нечего стесняться…
— И еще язвительная, — наградил меня очередным эпитетом Дионис. — Но мне это нравится…
— В таком случае, подай мне вон тот салатик… — невозмутимо попросила я. — Он же с помидорками, да?
Дионис передал мне блюдо и поднялся:
— Хочешь, я тебе кое-что подарю?
— О, нет, — махнула я рукой. — Лучше не надо. В последнее время сюрпризы меня не радуют, а пугают.
— Это не сюрприз. Но тебе точно понравится.
Дионис подошел к шкафу, похожему на буфет, и распахнул створки, за которыми скрывались несколько десятков всяческих бутылочек, склянок и пузырьков.
— О, у тебя и здесь есть лаборатория, — заметила я, вспомнив последнее занятие по виноделию, на котором мы пытались сделать настой от икоты. Для этого пришлось брать ингредиенты и прочие принадлежности в небольшой лаборатории, по соседству с аудиторией. И там тоже находился огромный стеллаж, заставленный закупоренными емкостями разных форм и объемов.
— Нет, сюда я перенес некоторые настои для личного пользования, — Дионис взял какой-то пузырек, а затем поставил его передо мной. — Будешь пить по глотку каждое утро натощак, быстрее похудеешь…
— Что-то типа китайских таблеток для похудения? — я с сомнением покрутила пузырек в руках. — А плохо мне от него не будет? Как насчет побочных эффектов?
— Если не доверяешь, давай обратно, — Дионис, явно обидевшись, сделал попытку забрать пузырек, но я не позволила.
— Я попробую, — и спрятала его в сумочку. — Спасибо…
— Так что там насчет Кея? — напомнила я спустя несколько минут. — Ты обещал рассказать про его дружбу с Герой…
— Да какая там дружба? — Дионис презрительно скривился. — Ваш Кей очередной любовник Геры…
Вот оно как… Любовник, значит. Хоть я ожидала нечто подобное, на душе все равно стало как-то гадко. Даже есть перехотелось. Отложила вилку в сторону и поинтересовалась:
— И как на это смотрят другие боги? Ее муж, например? Да и остальные… Все-таки студент и ректор Академии…
— А кто на это что может сказать, если дело касается Геры? — в голосе Диониса вновь послышалось презрение. — Да и среди остальных богов непорочных не найти. Все хороши! Прости, Ника, но Олимп — обиталище разврата…
— Тебя это тоже касается? — нервно усмехнулась я.
— Во многом, — согласился Дионис.
Откровенно, что сказать. Мое настроение незаметно скатилось еще на несколько пунктов. Впрочем, какого целомудрия можно ожидать от бога виноделия?
— Но ты не обременен браком, — произнесла все же. — А Гера… Как на это смотрит Зевс?
— Никак. У них у каждого своя жизнь. Гера же та еще… — последнее слово Дионис произнес одними губами, но, поверьте, сравнение, которым он наградил богиню, легко угадывалось.
— Я вижу, ты не очень благоволишь ректору, — произнесла я с иронией.
— А с чего мне быть к ней благосклонным? — криво улыбнулся он. — Что она мне хорошего сделала? Убила мою мать, узнав о ее связи с Зевсом?
— Твоя мать была смертной? — тихо спросила я.
— Да… Полубогиней… — Дионис принялся задумчиво вращать в руках свой бокал с вином. — Моя бабка богиня Гармония вышла замуж за царя Кадма. И моя мать Семела была одной из их дочерей. Когда Гера узнала, что Семела забеременела, как всегда впала в ярость. Она приняла вид старой кормилицы моей матери и внушила ей желание увидеть возлюбленного Зевса в его божественном обличии. И когда Зевс очередной раз пришел навестить мою мать, та попросила его выполнить одно из ее желаний. Отец согласился и поклялся водами Стикса, что сделает как просит Семела. А это самая страшная клятва, которую не могут нарушить даже верховные боги. И тогда моя мать попросила его обнять себя в том виде, котором он обнимает Геру. Он и предстал в сиянии своих молний, которые превратили мою мать в пепел. Зевс успел извлечь меня из чрева матери и отдал на воспитание моей тете, сестре матери Ино. Гера потом еще несколько раз пыталась избавиться и от меня, но, как видишь, не вышло. Последнее время поутихла, но ненавидеть не перестала. И я отвечаю ей взаимностью, — последняя фраза прозвучала особенно жестко и эмоционально.
— Гера, получается, жуткая собственница. Сама, с твоих слов, ведет далеко не праведный образ жизни, а мужа пытается уличить в измене… — заметила я.
— Нет. Сперва Гера была весьма и весьма благочестива, образец супружеской верности. Все-таки она в первую очередь покровительница брака. Но любопытно, что папочку моего соблазнила она сама. И поженились они втайне, а потом еще триста лет скрывали свое супружество… Зато от ревности Гера просто слепла. Готова была убить каждую его новую любовницу. Но отцу невозможно было привить верность, вот она и решила тоже в отместку пуститься во все тяжкие. Поговаривают, что мой сводный братец Арес и вовсе мне не братец. Нагуляла Гера где-то его… — едко произнес Дионис.
А мне Геру чисто по-женски было жалко. Иметь такого полигамного мужа — врагу не пожелаешь. Если же еще и характер ревнивый, то все, тушите свет! В общем, нелегко ей. И ее измены в отместку даже можно понять. Правда, с Кеем я ее никак не могла представить.
Словно подслушав мои мысли, Дионис заговорил дальше:
— А вашего Кея она сама привела на Олимп два года назад. Сразу определила его в Академию. Никто не мог понять, откуда он взялся и зачем ему учиться в Академии…
— Наверное, чтобы стать богом, — я сделала попытку улыбнуться. Почему-то возвращаться к теме с Кеем мне было неприятно.
Но ответ Диониса меня поразил:
— В том то и дело, что ему это не надо. Он уже бог, понимаешь? И рожден им. Божественную сущность невозможно спрятать от других богов. Правда, непонятно, из какого он пантеона, но точно не из нашего, Западного. Скорее всего, Северного. Мы тут долго между собой спорили, но так и не смогли определить, кто он. Кей отлично скрывает свое прошлое, и не только под маской, а Гера, похоже, ему в этом помогает.
— Подожди… — эта информация никак не укладывалась у меня в голове. — Но ведь в Академии учится пара богов с других пантеонов… Почему тогда…
— Ты Ятоку имеешь в виду? — хмыкнул Дионис. — Так там божественной сущности с гулькин нос. Немудрено, что Восточные не хотят брать его к себе на Небеса… А с Кеем все иначе. Он силен, понимаешь? Ладно… Скажу так. Он, возможно, не уступает в силе мне. Или тому же Аполлону.
— Даже так?.. — пробормотала я. — Тогда я совсем запуталась… Ничего не понимаю.
— Если боги Олимпа не понимают, то куда уж тебе, детка, — губы Диониса расплылись в очередной ухмылке. — Да что мы этому любовничку Геры так много внимания уделяем! — шутливо возмутился он в следующую минуту. — Давай о тебе лучше поговорим! Как первая неделя обучения?
— О, великолепно! — наигранно восхитилась я. — Все как я мечтала!
— Никак не примиришься? — понимающе улыбнулся Дионис. — Ничего, скоро привыкнешь…
— Думаю, это не случится никогда, — упрямо ответила я. — И, да. Хотела попросить тебя об одном одолжении. Не ставь мне, пожалуйста, больше высоких оценок! Две десятки за первую неделю — это слишком!
— Почему? — вновь ухмыльнулся Дионис. — Они вполне заслужены!
— Заслужены? — возмутилась я. — Да на первом занятии я едва пару фраз сказала! А настой от икоты недодержала на огне! Хорошо, что это никто не заметил, но ты ведь знаешь, что я не справилась с этим заданием!
Дионис поддался чуть вперед и поманил пальцем, чтобы я сделала так же. Когда же расстояние между нами сократилось, он, понизив голос, произнес:
— Считаешь, я не понял, что ты задумала? Хочешь провалиться по всем предметам и вылететь из Академии на первой же сессии?
Застигнутая врасплох, я покраснела и дернулась было назад, но Дионис перехватил мое запястье, удерживая.
— Так вот, детка. Я не дам тебе такой возможности, — продолжил он с загадочной улыбкой. — Ты будешь получать у меня только лучшие отметки, заслуживаешь ты их или нет. И экзамен ты у меня сдашь блестяще. А при таком раскладе, если студент хорошо успевает хотя бы по одному предмету, его ни за что не отчислят. Так что не надейся…
— Не пойму только, зачем это тебе? — мне все-таки удалось вырвать руку из его хватки. — Какое тебе дело до моих успехов?
— Я же неоднократно повторял: я чувствую себя в ответе за тебя, — просто ответил Дионис. — И хочу, чтобы из-за своего упрямства ты не лишила возможности остаться здесь, на Олимпе.
— А меня ты спросил, хочу ли я этого? — снова взвилась я.
— А чего ты хочешь? — прозвучал встречный вопрос. — Вернуться в свой Университет? Получить неинтересную и нелюбимую профессию и посвятить ей всю свою жизнь? Ты уверена, что хочешь этого?
Я не нашлась что ответить. Дионис задел за больное, но согласиться с ним, значит, признать свое поражение. Поэтому отвела взгляд в сторону и быстро сменила тему:
— А десерт сегодня ожидается?
— А как же фигура? — весело поддел меня Дионис.
— У меня ведь есть твой чудотворный настой, — хитро улыбнувшись, напомнила я.
Остаток вечера прошел в более непринужденной обстановке. Ни о верховных богах, ни об учебе больше не заговаривали, обсуждали лишь нейтральные темы. В основном Дионис интересовался моей жизнью в Москве, а я охотно о ней рассказывала. Потом же неожиданно в гости к виноделу заглянул Гермес — невысокий поджарый молодой человек с живыми глазами, полными лукавства. Ужин получил обратный ход, и вновь на столе появились закуски и кувшины с вином. Я же, подозревая, что у братьев-богов намечается грандиозная попойка, засобиралась в общежитие. Пришлось, конечно, выдержать шквал уговоров остаться подольше, но я выстояла. Однако назад шла в сопровождении двух не очень трезвых богов, которые на мосту решили еще и песни попеть. Хоть вокруг и не было ни души, я все же старательно делала вид, что их не знаю.
— Ника, — у ворот Академии Дионис взял меня за плечи и проникновенно заглянул в глаза. Правда, из-за выпитого вина ему потребовалось некоторое время, чтобы сфокусировать свой взгляд. — Я еще не все сказал тебе, что хотел. Поэтому нам надо повторить ужин. Надеюсь, это случится очень скоро…
— Непременно, — я улыбнулась и выскользнула из его объятий. Не хватало, чтобы нас заметил кто-то из студентов. — Спасибо за отличный вечер…
Помахав на прощание, я поспешила на территорию Академии. Уже на подходе к общежитию вновь вспомнила все то, что сегодня узнала о Кее. Кто же он такой на самом деле? Нарви… Кажется, так его называла Гера. Может, стоило рассказать об этом Дионису? Вдруг это даст ему подсказку и поможет приблизиться к разгадке прошлого Кея? Ладно, поговорю об этом с виноделом в другой раз…