Глава 12

АЛЕКСЕЙ

Полторы недели, которые я вынужден провести в командировке, пролетают, как полтора месяца в одиночной камере. Если раньше я с удовольствием летал в командировку, то сейчас ощущение, что посадили на цепь и не отпускают домой. Туда, где меня ждут. И понимание, что теперь я не один, со мной Антон и Слава, греет душу. Как можно скорее решаю все вопросы и закрываю бумажную волокиту. Все то, что не успею сделать и считаю не первой необходимостью, прошу переслать в офис.

И вот я шагаю по зданию аэропорта, удивляясь, что в столь ранний час окажусь дома. Я планировал вернуться поздним вечером, но дико соскучившись по своей маленькой семьей (да, именно так я и считаю), меняю билет и улетаю раньше.

Квартира встречает меня гробовой тишиной и полумраком. Приподнимаю руку, на которой располагаются часы, и смотрю на время. Странно, всего восемь вечера, а никого нет. Ставлю чемодан около встроенного шкафа, снимаю туфли и, обув домашние тапки, иду в гостиную, надеясь, что хоть кого-то увижу.

— С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ! УРАААААА! — взрыв хлопушек с конфетти и счастливый визг домочадцев приводит меня в восторг.

Смотрю на счастливую Славу, глаза которой сияют как чистый изумруд. А рядом с ней в праздничном колпаке на голове стоит Антон и улыбается беззубой улыбкой, но такой счастливой. Сердце сжимается при осознании, что она смогла. Смогла вернуть в этого малыша детскую радость и непосредственность. И сейчас, эта на вид хрупкая маленькая девушка, поздравляет меня с праздником, который я никогда не отмечал ранее.

— Как ты узнала? — интересуюсь смеясь, так как точно помню, что не говорил ей об этом дне. Точнее, вообще никому не говорил, кроме босса. И то он узнал об этом, только ознакомившись с личным делом.

С детства не люблю этот день. И дело не в том, что моя семья была не в состоянии организовать мне праздник и подарить хотя бы простую машинку за пятьдесят рублей. Все намного прозаичнее — это лишний повод устроить застолье с друзьями.

— Совершенно случайно, — виновато пожимает плечами девушка и переводит взгляд на Антона, в руках которого уже находится открытка.

— Поздравишь старшего брата с днем рождения? — присаживаюсь на корточки, чтобы малому было удобнее.

— Конечно, — широко улыбаясь, он подбегает и тормозит в шаге от меня. — Вот. Это мне Слава немного помогала. С днем рождения, Леша. — сделав шаг, он виснет на моей шее и шепчет на ушко. — Я хочу, чтобы она с нами жила.

— Обещаю, она будет жить с нами, — обнимаю его и встаю на ноги, протягиваю руку, приглашая Славу в наши объятия.

Она несмело подходит к нам и мы вдвоем ее обнимаем и целуем в щеки, из-за чего она начинает звонко смеяться. А я за долгое время чувствую себя счастливым. Обнимая дорогих мне людей, пытаюсь вспомнить, когда чувствовал подобное и не могу. Это было так давно, что напрочь стерлось из памяти.

Вечер мы проводим в гостиной с вкусным ужином. Как оказалось, Антон тоже принимал участие в приготовление праздничного банкета. Больше это было заметно по украшенному торту, где детской рукой было написано: «С днем рождения!». Слава говорит, что он очень старался и даже приходилось не один раз переделывать. А я смотрю на него и радуюсь. То, что не смог сделать психолог, смогла сделать она. Права была Эвелина Карловна — ему нужна мама.

Ближе к одиннадцати вечера он начинает клевать носом, и я отношу его в комнату. Включаю ночник, чтобы вдруг не испугался, если проснется ночью и возвращаюсь в гостиную.

Слава стоит спиной ко мне и любуется ночным городом. Я знаю, ей нравится этот вид, она в детстве часто любила находиться у босса в кабинете и смотреть на город. Медленно подхожу к ней и, обхватив за талию, поднимаю, словно перышко, и несу в нашу комнату. Она тихо смеется, обняв меня за плечи. Аккуратно кладу на огромную, заправленную кровать и склоняюсь над ней. Наблюдаю, как ее потрясающие зеленые глаза становятся темнее, как сбивается дыхание. Касаюсь губами ее кожи, одновременно снимая с нее лишнюю одежду. Она нам сейчас не понадобится. Оставив нас полностью обнаженными, продолжаю исследовать ее тело руками и губами, слушать, как она шепчет мое имя, и наслаждаться ею.

Прокладываю дорожку поцелуев от шеи к груди, по очереди вбираю соски и покусываю их. Плавно спускаюсь к пупку, скользя языком и ощущая ее ладони на своих плечах.

— Нет, стой, — Слава упирается ладонями в мои плечи, не позволяя совершить задуманное.

— Принцесса, — зову ее, ловя ее расфокусированный взгляд. — Я хочу получить свой подарок.

Широко развожу ее бедра и спускаюсь, желая попробовать ее на вкус.

— Нет, — слабо сопротивляясь и заливаясь румянцем, еле слышно шепчет Слава. — У меня для тебя другой подарок.

— Расслабься, принцесса, — провожу ладонью по внутренней стороне бедра, чувствуя, как от остроты чувств содрогается ее тело и совсем забываю про другой подарок, который она подготовила для меня.

Опускаю голову и губами касаюсь набухшего бугорка, провожу влажным языком по складочкам и снова возвращаюсь к клитору, вырисовывая на нем замысловатые круги. Вбираю бугорок в себя и добавляю палец, проскальзывая в тугое лоно. Я чувствую, что ей нравится, слышу, как она не сдерживается и выкрикивает мое имя, прикрывая рот ладонью. Добавляю второй палец и вбираю в себя все соки, что она позволяет. Ее тело сотрясает мелкая дрожь, тугой узел внизу живота распускается. Но это только временно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Поднимаюсь к ее губам и целую, затем спускаюсь ниже к груди. Моя рука все так же остается между ее стройных ножек, а пальцы до сих пор в тугих стенках ее влагалища. Панически боюсь отстраниться и потерять эту тонкую нить, что нас связывает.

Снова поднимаюсь и целую ее в губы, вхожу одним резким движением, ловя ее стон. Начинаю двигаться в ней медленно, постепенно набирая обороты. Ее вздрагивающие пышные ресницы, прикушенная нижняя губа и дикий стук сердца — это выглядит возбуждающе, невероятно красиво.

Делаю несколько толчков и кончаю, находясь все еще в ней. Спустя минуту перекатываюсь на спину и утягиваю ее на себя. Глажу расслабленное тело, вдыхаю аромат ее кожи и улыбаюсь.

— Слава, — шепчу тихо, не желая разговаривать громко.

— Да, — ее ладошка скользит по моему плечу, рисуя новые узоры на татуировке.

— Я не предохранялся, — произнося это, я чувствую, как Слава на миг замирает и, затаив дыхание, о чем-то думает.

Глупое желание, но я хочу, чтобы она забеременела и родила мне сына или дочь с такими же зелеными глазами. И пусть бы наш малыш носился по огромному саду, выполненному во французском стиле, а Слава, будучи беременной, за ним присматривала. Да, я не планирую останавливаться на одном малыше.

- Ничего. Завтра схожу к врачу, — она поднимает голову и смотрит на меня своими зелеными омутами. — Он пропишет таблетки. Ну а если окажусь беременной, то быть тебе папочкой.

— Я очень этого хочу, — переворачиваю ее на спину и, оказавшись сверху, целую. — Я люблю тебя, Слава.

— И я люблю тебя, — целует, слегка прикусив губы.

— Где мой подарок? — вспоминаю ее слова и с озорством смотрю на нее.

— Ой, точно, — она испуганно вскрикивает и подрывается с постели. Голая и босая, совершенно не стесняясь, направляет к шкафу, из недр которого достает огромную серебристую коробку, перевязанную золотым бантом.

В предвкушении сажусь на край постели и принимаю подарок. Внутри меня переполняют эмоции: предвкушение, счастье, удивление, восторг. Много чего я испытываю из всего этого в свои тридцать пять лет впервые.

Аккуратно снимаю бант и скидываю его на пол, не спеша, приподнимаю крышку коробки и замираю. Я знаю, что Слава девушка непредсказуемая и может удивлять, но чтобы так. Усмехаюсь и смотрю на нее безумно влюбленным взглядом.

— Как? — интересуюсь тихо, уже догадываясь кто меня сдал.

— Все так же он, — стесняясь, произносит моя девочка и садится рядом, слегка прикрываясь одеялом.

— Знаешь, почему он? — смотрю на нее и понимаю — она не знает и даже не догадывается.

— Нет. Но мне приятно, что я угадала с подарком.

— Угадала, — целую со всей любовью, что живет во мне.

Несбывшаяся мечта детства, получить в подарок Бамбалби сбылась. Совсем не так, как хотел того я. Но я счастлив.

