31

Малышка поджимает губы и отворачивается, мол не мое дело, а я едва держусь, внутри все будто обливают раскаленной лавой.

Ну конечно же, это ее папаша устроил. Гребаный мудак. Ненавидел его с самой первой встречи, на переговорах. Он тогда показался мне скользким типом, готовым пойти на все, только бы получить заветную подпись на контракте.

Мерзкий мужик с потными ладонями. Даже странно, что у него родилась такая дочь.

— Значит, тебя зовут Арман… — голос Лины выдергивает меня из тяжелых мыслей, и я перехватываю ее взгляд, в который раз поражаясь какого удивительного цвета у нее глаза. Они могли бы принадлежать кошке или тигрице настолько явен в них оттенок янтаря. — Очень сложно назвать имя в момент знакомства, да?

Позабавила эта надменность пропитанная нотками упрека. Поджимаю губы, только бы не улыбнуться, и с удивлением обнаруживаю, что от ярости на ее папашу не осталось и следа. Близость Ангела как всегда развеяла все дурные мысли, и я почувствовал себя легче. Чего не скажешь и маленькой пантере, которая все сильнее злится, будто кто-то сорвал чеку, и граната вот-вот рванет.

— Так сложно было сказать: привет, я Арман, твой гребаный жених? — стоп, она и так умеет? Повышает голос и выглядит при этом еще соблазнительнее. Нет, она не похожа на мелких истеричек, которые орут как резанные, предъявляя какие-то претензии, что ты не перезвонил и не пошел с ней на ужин к родителям. Она напоминает разъяренную пантеру, которая сейчас вцепится в твое горло. Но почему-то не страшно. — Ты лжец!

Толкает в грудь, но я успеваю перехватить ее запястья и дернуть на себя, притесняя малышку к стене. Её мягкое податливое тело сейчас напряжено, но я все равно чувствую все его изгибы и ощущаю, как постепенно внутри просыпается зверь. Зверь, которому было мало одной ночи с ней. Зверь, который уже готов предъявить этой маленькой сучке за то, что выгнала его как использованный товар. Зверь, который дорвался и получил наконец то, чего жаждал до дрожи: власть над этой маленькой яростной пантерой.

— Не надо разбрасываться словами, Ангел, — угрожающе рычу, хотя прекрасно понимаю, что никогда не сделаю ей больно. — И не шуми, иначе мне придется заткнуть твой сладкий ротик прямо посреди коридора. Хочешь?

Пухлые губы сжимаются и Лина сверкает сердитым взглядом

— Умная девочка, — разжимаю руки и веду ладонями ниже, к тонкой талии, которая сейчас скорее напоминает часть статуи, а не живой тающей в моих руках девушки. — Ты сказала ему, что переспала с мужчиной и он тебя разукрасил, да?

Безотчетно сжимаю пальцы, и ярость минутой назад улегшаяся вновь поднимается, растекаясь по венам. Нужно увести ее в безопасное место, а потом мы с ее папашей потолкуем.

Тяну малышку к двери, благо мы почти дошли, но она упирается, продолжая злиться.

— Куда ты меня тащишь? — впивается второй рукой в мою кисть, и мой взгляд невольно скользит по ее изящным пальчикам, и дрожь прошибает тело от мыслей, что на моей спине следы от этих бордовых ноготков. — Пусти!

Пробует вырвать руку, но я открываю дверь и подталкиваю Ангела в комнату, тут же захлопнув ее снаружи. Полотно содрогается, когда пантера ударяет по нему, и я все-таки позволяю себе улыбнуться и щелкаю замком, опуская ключ в карман.

Пусть немного посидит, а нам с тестем предстоит долгий разговор.