БОНУС

— Доброе утро, малышка, — дверь моего кабинета распахивается и на пороге появляется Арман в безупречном костюме тройке. Наглая сволочь закрывает дверь прямо перед носом моей горе подруги-секретаря, и не просто захлопывает, а поворачивает ключ в замке и как ни в чем не бывало подходит к окну и открыв то, выкидывает связку в форточку вместе с брелоком. На этом моменте ошалевшая я отмираю и незамедлительно огрызаюсь, со стуком поставив стакан воды, который держала в руках, на стол.

— Совсем охренел? Может, сам туда же прыгнешь теперь?

— Второй этаж, киса не мелочись, — сбрасывает с плеч пиджак и опустив его вместе с портфелем на кожаный диванчик подходит к столу. Садится в кресло напротив меня и вальяжно разваливается, как будто всю жизнь тут так сидел. — Ангелина Викторовна, а ты ничего такая… училка…

Двусмысленно облизывает взглядом мою грудь, спрятанную под белой блузкой, и я физически подавляю желание поправить ворот и застегнуть пару пуговиц.

— Ты зачем пришел, Арман? — губы едва двигаются, и я чудом не запинаюсь на полуслове, когда Хасанов переводит на них взгляд, и я понимаю, что красная помада натолкнула его на определенные мысли. Так! Надо заканчивать этот беспредел. Я тут директор школы, кабинет мой! Значит пора вести себя соответственно…

— Соскучился.

— Извини, но у меня масса дел, и нет времени на пустую болтовню…

— Ангел, — обрубает на полуслове и снова выбивает из колеи этим острым взглядом. Он не давит, просто насилует раскладывает меня на этом столе прямо сейчас в своей гребаной башке. Извращуга! — Сколько ты берешь за час?

Мои глаза распахиваются, как и рот, и все что я могу сделать только закрыть его, чтобы не выглядеть дурочкой, но меня прям бомбит. В смысле сколько беру? Он охренел?

Вот так нагло сидит и пялится на мою реакцию, откровенно наслаждаясь двусмысленностью вопроса. Так хочется взять эту стопку тетрадей и заехать по наглой роже, но я понимаю, что это не соответствует статусу руководителя, а должна держать марку.

С трудом беру себя в руки и, сделав вдох, выпрямляю спину надеясь, что такая трансформация не слишком глупо выглядит.

— Надеюсь, ты без труда найдешь дверь, сейчас попрошу Полину открыть ее…

— Сколько, Ангел? Пять? Десять тысяч? Не обломайся, озвучь таксу.

— Ты предлагаешь мне деньги? — удивленно замираю, глядя в лицо надменному нахалу. — Хочешь меня купить?

— Называй это как угодно, смысл один.

— Я не беру индивидуальные занятия, — пытаюсь наделить неприятный разговор деловым подтекстом, но удается плохо.

— Назови сумму.

— Я не продаюсь, — поднимаюсь, наклоняюсь вперед опираясь на дубовую столешницу. Пускай убирается к чертям! А точнее к своим бабам, которые раздвигают перед ним ноги. — Меня не интересуют твое предложение, Арман. Вопрос закрыт.

— Любопытно, какой будет скандал, когда выяснится, что будущая жена депутата Ольховского спала с его злейшим врагом, — смакует каждое слово изучая мою реакцию. Медленно поднимается как хищник, крадущийся к добыче. Давит взглядом, а выпрямившись — еще и размерами. Сложно забыть какой он огромный, но если захотеть, то можно все, да? Опирается на столешницу в сантиметре от моих рук и так же наклоняется, опаляя мятой своего дыхания мои губы. Хочу отпрянуть, но я одеревенела под этой давящей аурой и теперь могу лишь хлопать ресницами и молчать. — Рад, что ты меня правильно поняла. Жду тебя завтра в восемь. Надеюсь, адрес ты помнишь?