Глава 1

Руслана

— Любимый, может, позавтракаем вместе? — обнял мужа со спины, и поцеловала между лопаток.

— Руслана, не делай так, я же говорил, мне неприятно, когда ты трёшься об меня, — раздражённо сказал муж, вырываясь из моих объятий.

— Прости, я не удержалась, — закусила губу от обиды.

Раньше он был не против обнимашек, а что случилось сейчас? Неужели после трёх лет брака он разлюбил меня?

Этот вопрос я задаю каждый день в течение двух месяцев. Что я только не делала, из кожи вон лезу, а он с каждым днём становится холоднее.

Когда последний раз мы целовались, занимались любовью? Все так сухо и безэмоционально.

Чтобы не показать своих истинных эмоций улыбаюсь мужу и иду на кухню, ставлю чайник и на автомате готовлю яичницу.

— Я сегодня буду поздно. Можешь меня не ждать, — раздаётся голос мужа из прихожей.

Звук захлопнувшейся двери, смывают рамки, которые я держу в обществе мужа. Сажусь за стол и закрываю ладонями лицо. Я не плачу, все слезы давно выплаканы. Мне просто больно. Как всё вернуть? Я не хочу терять мужа. Стараюсь успокоиться, повторяя про себя снова и снова:

«У нас все хорошо»

Я просто всё себе придумала. Подумаешь, не хочет обниматься? Может, у мужа проблемы, про которые он мне не говорит. Почему я сразу об этом не подумала? Завтра мы оба должны отдыхать, и я его обязательно спрошу.

Успокаиваю себя этим и завтракаю, после чего собираюсь на работу. Чтобы не терять времени в пробке, спускаюсь в метро и приезжаю в офис на полчаса раньше обычного. Я даже рада, работа помогает мне отвлечься от своих мыслей.

— Руслана Игоревна, Вадим Анатольевич просил вас зайти к нему, — в мой кабинет залетает секретарь Вадима.

Не успеваю сказать и слова, как она выбегает из кабинета, снова куда-то спеша.

— Ничего не понимаю, — хмурюсь я и проверяю часы.

Все верно 8:30, почему босс в офисе? Обычно его и к одиннадцати не дождёшься. Ничего не остаётся делать, как идти к Вадиму в кабинет. Явно что-то случилось, раз он прилетел в офис так рано.

— Наконец-то, почему так долго? — взвинчено спросил Вадим, стоило мне зайти в кабинет.

— Я пришла сразу, как мне об этом сказали, — ответила я.

Благо с Вадимом мы были знакомы ещё со школьной скамьи, и я могла себе позволить не трястись от его вида, как делали все остальные.

— Руська, ты не представляешь! — воскликнул Вадим, разлохматив на себе и без того растрёпанные волосы.

— Что не представляю?

— Мою франшизу хочет купить англичанин, — чуть ли не подпрыгивая на месте, сказал Вадим.

— Какую франшизу? У нас нет никакой франшизы, — нахмурилась я.

И я это знала со 100 % уверенностью, так как являлась руководителем отдела продаж. Если бы мы продавали франшизу, а не только автоматы с зарядками для мобильных телефонов, я была бы в курсе.

— Я решил бомбануть с франшизами, ведь это выгодней чем самим продавать и заниматься всеми доставками, договорами, — раздражённо сказал Вадим.

— Ты меня прости, но я не думаю, что англичан можно удивить автоматами с зарядками, — скептически сказала я.

— Надеюсь, это всего лишь глупые мысли, а не твоя зависть, — сказал Вадим.

— Зависть? Ты о чём? Разве тебе не кажется это подозрительным? И как он тебя нашёл?

— Да, я запилил на несколько сайтов объявление о франшизе, — самодовольно улыбнулся Вадим.

— И англичанин нашёл тебя по объявлениям?

— Да. Что ты заладила, как он тебя нашёл и бла — бла — бла. Я вызвал тебя по делу. Ты должна вести его в курс дела! Он в понедельник приедет, и будет находиться с тобой в одном кабинете, пока вникает в бизнес.

— Вадим, ты хочешь незнакомого человека вести в свой бизнес, даже не узнав о нём ничего, — я была поражена тупостью поступка своего босса.

— Ты бы слышала его акцент, сразу чувствуется — иностранец. Да и бабки он мне предложил в четыре раза больше, чем я просил. Это, мать твою, шикарное предложение, и я не хочу его упустить. Ты меня поняла?

— Вот и занимайся им сам, — раздражённо сказала я.

Мне совсем не хотелось участвовать в этом цирке. Давно нужно было уходить, только людей было жалко, ведь Вадим практически ничего не знает и строит из себя крутого бизнесмена. А у многих работников семьи, это ведь большая ответственность.

— Русь, да я совсем не шпрехаю по английский, если он что-то сморозит, и буду выглядеть тупо, поэтому бери его на себя. А я пока составлю с юристом договор о франшизе.

Мне так и хотелось сказать ему в лицо, что он уже выглядит тупо, доверившись какому-то незнакомому человеку, да ещё поверив в такую сказку. Но я сдержалась, и спокойно вышла из кабинета начальства. Проходя мимо своего отдела, посмотрела на своих подчинённых. Они так старались продать, чтобы заработать хоть на хлеб, а у них такой дебильный начальник. Почувствовав укол вины, закрылась в своём кабинете.

— Руслана Игоревна, можно к вам, — приоткрыла дверь Юля, мой самый юный продажник.

— Что такое, почему ты такая бледная? — нахмурилась я.

Юля неуверенно зашла в кабинет и села напротив меня на стул.

— Я не знаю с кем мне посоветоваться, — сказала Юля, выгибая пальцы на руках в разные стороны от волнения.

Мне так было её жаль. Девочка работает в ночь барменом в клубе, днём — здесь до четырёх, а все, чтобы свою маму вылечить.

— Юля, можешь посоветоваться со мной, чем смогу, тем и помогу, ты знаешь. Тебе нужно график изменить?

— Нет, Руслана Игоревна, я не знаю, что мне делать, — закрыла ладошками лицо Юля и расплакалась.

Не смогла я сидеть на месте и смотреть, как она плачет. Пересадила Юлю на диван и налила горячий чай. Через пятнадцать минут, девочка перестала всхлипывать, даже сделала пару глотков чая.

— Рассказывай.

— Я вчера после клуба пошла пешком домой, — тихо начала Юля и у меня уже волосы дыбом встали.

— В 4 утра? — с ужасом спросила я.

— Нет, нас отпустили пораньше в начале первого.

— Но всё равно, это очень поздно, мы с мужем были вчера в баре примерно в такое же время, и домой поехали на такси, хотя я и предлагала прогуляться. Но Дима отговорил меня, уверяя, что не безопасно в такое время гулять. И я с ним согласна, а ты тем более была одна, — Юля ещё ничего не сказала, а в моей голове пронеслись самые ужасные картины.

— Я пожалела денег, думала, что лучше сэкономить и маме больше отправить, — снова всхлипнула девушка.

— Юля, скажи, пожалуйста, с тобой ведь ничего не случилось? Мне уже плохо, — призналась я.

— На меня напали, — сконфуженно призналась Юля.

— Боже мой, — прошептала я.

— Нет, ничего такого страшного не произошло. Напавший только похитил кулон, который подарила мне мама, и оставил вот это, — протараторила Юля, вытаскивая из своей сумки толстую пачку долларов.

— Подожди. Похититель отобрал у тебя кулон и оставил столько денег за него? — пыталась уловить логику.

— Да. А мне не нужны эти деньги, я хочу, чтобы он вернул мой кулон, а как его найти не знаю. И боюсь узнать. Что мне делать? — снова расплакалась девушка.

— Допустим, что у тебя был очень ценный кулон, о котором ты чего-то не знала. Вот кто-то решил таким способом у тебя его забрать и заплатил за него деньги. Чушь. Дорогая, кулон и правда был самый обычный, ты меня прости, конечно, — сказала я.

— Я не обиделась. Просто не знаю, что мне делать?

— По-хорошему взять эти деньги и оплатить своей матери лечение.

— Но это не мои деньги! — возмутилась Юля.

— Дорогая, конечно хорошо, что ты такая честная. Но ты должна подумать о маме, которой сможешь помочь сейчас, и сама не будешь работать на двух работах.

— Руслана Игоревна, я не ожидала такого от вас, — качала головой девушка в разные стороны и смотрела на меня с разочарованием.

А мне даже не нашлось, что сказать, Юля так и выбежала из кабинета, пока я собиралась с мыслями.

— Вот и зачем я снова полезла? — пробормотала я, смотря на закрытую дверь.

Есть у меня такая черта, как бы всем помочь. Только вот моя помощь всегда выходит боком.

Сильно расстроившись от сложившейся ситуации с Юлей, с Дмитрием, я вернулась вечером домой в плохом настроении. Хотелось поделиться новыми новостями с мужем, спросить совет. Только вот он не пришёл с работы ни в час ночи, ни в три, а в полпятого.

— Где ты был? — спросила я, когда муж, раздевшись, прошёл мимо меня и устремился в ванную.

Любимый развернулся и схватил меня за плечи.

— Я тебе сказал меня не ждать, — раздражённо сказал он. — Достала!

Муж оттолкнул меня и зашёл в ванную.

Николас

Я стоял напротив дома, где жила моя любовь и во мне всё кипело от ярости. Рычание вырывалось из груди. Хотелось растерзать мужчину, который позволил себе, так поступать с моей женщиной. Быть с другой, а потом возвращаться к моей любимой, смотреть в её глаза, целовать её губы.

Сделав шаг, я оказался возле двери в подъезд и только усилием воли смог развернуться и устремиться подальше от этого дома, пока я не убил столь ничтожного человека, который был так дорог для Эмили. Оказавшись за городом, остановился, ярость не исчезла, но я мог быть уверенным, что не убью подонка.

Что ж, теперь я не буду играть честно. Муж моей Эмили недостоин уважения. И моё сердце сжималось от боли, представляя её в его объятьях. Но перед глазами сразу же возникала другая картина, сморщенное личико моей прекрасной Эмили, любовь в глазах, согревающая мою душу, и последний едва уловимый вздох. Воспоминание, которое раньше приносила только одну боль, мгновенно отрезвило меня. Да, она с недостойным мужчиной, но в моих силах все исправить. Она жива и это главное.

Руслана

Поведение мужа было для меня полнейшим шоком. Никогда он не позволял себе так хватать меня и срывать на мне своё раздражение. Словно это я пропадала где-то до пяти утра, а не он.

На ватных ногах, подошла к постели и села на самый край. Слушая шум воды из ванной, понимала, что больше нельзя оправдывать его поведение. Слишком резкие перемены. Такая враждебность, как будто я его злейший враг.

— Ты до сих пор не легла? — раздражённо спросил муж, выходя из ванной в одном полотенце, скинув полотенце, он прошёл в гардеробную.

Я промолчала, ожидая, когда он выйдет, и я смогу посмотреть ему в глаза ещё раз. Но когда Дима вышел, он смотрел куда угодно, только не на меня. Так обычно делают провинившиеся работники, которые не выполнили свой план или вообще не приступали к его выполнению.

— Что происходит между нами? — спокойно спросила я.

После моего вопроса, Дима больше не отводил взгляд, а смотрел прямо мне в глазах с ненавистью.

— Что между нами? Ты мне мозг выносишь не один месяц. За*бала! — кричал Дима.

Я очень добрый человек, всепрощающий и жалостливый по отношению к людям. Могу многое простить и постараться понять. Но с таким характером сложно работать на руководящих должностях, поэтому мне приходилось не раз переключаться, и словно надевать на себя непроницаемую маску непоколебимого руководителя. И сейчас, защищая свои чувства, я посмотрела на Диму холодным взглядом, закрывая своё доверчивое сердце от агрессии. Взяв с постели подушку, вытащила из шкафа плед, подошла к Диме и отдала постельные принадлежности.

— Не понял.

— Ты будешь спать в гостиной. Я не готова после твоих слов и неприкрытой агрессии делить с тобой супружескую постель.

— Ты, — начал муж, сжимая челюсть и делая шаг ко мне.

— Ещё шаг, и я соберу твой чемодан, — предупредила я.

Внутри меня лихорадило от чувств.

— Истеричка, — фыркнул муж и вышел из спальни, громко хлопнув дверью.

Больно, когда самый близкий человек так ранит. Стараясь не обдумывать ничего, потому что знаю, что с лёгкостью могу себя накрутить ещё больше, я легла спать.

Проснувшись на следующий день в обед, я обнаружила пустую квартиру. Дима куда-то ушел и даже меня не предупредил. Странное чувство охватило меня, я словно стою на руинах своего брака. Когда ты вроде стараешься что-то починить, а твой супруг с остервенением продолжает все рушить.

Приготовив себе бутерброды и налив чай в термос, я поехала за город на кладбище. Заехав по дороге в супермаркет, купила папе его любимое печенье, а маме гранатовый сок и пластиковую посуду.

По приезду с грустной улыбкой поздоровалась с местным сторожем, и не спеша побрела вдоль могил. Меня можно посчитать странной, но я люблю кладбище. Это то место, которое может напомнить тебе, что твоя жизнь не вечна. Я смотрю на даты смерти и понимаю, что жизнь может оборваться в любой момент, будь тебе двенадцать или тридцать семь… Не факт, что каждый доживёт до старости. Это заставляет тебя, словно проснуться и понять, как ничтожно ты тратишь отведённое тебе время.

Добравшись до могил родителей, поставила сумку на скамейку, сделанную на заказ, и улыбнулась.

— Мои хорошие, как же я по вам скучаю, — проговорила я.

Налив маме в стакан гранатового сока, я поставила его возле её памятника, а папе поставила тарелочку с печеньем.

— Простите, что так редко получается приезжать, — извинилась я.

Разложив бутерброды и налив горячий чай, я начала делиться с родителями последними новостями. Так было всегда, когда они были живы, я точно так же покупала папе его любимое печенье, а маме сок и ехала к ним, чтобы провести весь день с дорогими для меня людьми.

Мама и папа были бесплодны, все врачи разводили руками и не могли помочь им, только спустя пятнадцать лет брака в сорок два года мама родила меня. Это было чудо, как говорила мне мама, и я всегда ей верила.

Как мне не хватает маминых советов и папиных наставлений. Прекратив рассказывать о себе, я закрыла глаза, а слезы все равно не переставали литься по щекам.

— Простите, что я плачу, — извинилась перед родителями.

— Все мы плачем, когда теряем близких, даже спустя многие годы, — раздался женский голос.

— Вы правы, — ответила я, рядом стоящей молодой девушке.

Она была прекрасна, белые кудрявые локоны обрамляли её личико в виде сердца, большие ярко-зелёные глаза приковывали к себе внимание. Простое чёрное платье, только придавало ей шарма.

— Мне не стоило мешать вам, извините, — грустно улыбнулась девушка.

— Вы не помешали, наоборот отвлекли и не позволили залить здесь все слезами, — улыбнулась я

— Это ваши родители? — спросила девушка и только сейчас я уловила едва заметный акцент в голосе незнакомки.

— Да.

— Ваша рана так свежа, они умерли всего год назад.

— Вы правы, мне до сих пор кажется, что я приеду домой, а мама будет на кухне готовить мои любимые блинчики.

— Мне тоже очень долгое время казалось, что подруга вновь окажется рядом, — голос незнакомки задрожал от нескрываемой боли.

— Вы были так близки? — участливо спросила я.

— Да, и мне кажется, что именно я виновата в её смерти, — призналась девушка.

— Я не буду лезть к вам в душу и расспрашивать, но мне кажется, что вам стоит себя простить. Ради неё вы должны прожить свою жизнь счастливо.

— Вы так добры, мне знакома эта черта, — грустно улыбнулась девушка.

— Моя мама была всегда очень доброй, мне кажется, именно от неё я получила свой мягкий характер.

— Добрые люди очень доверчивы и ранимы, пожалуйста, будьте осторожны, — внезапно, слишком импульсивно сказала девушка, делая шаг ко мне.

— Очень неожиданно, но спасибо за заботу, — растерянно ответила я.

— Я вас смутила, — улыбнулась девушка. — Извините, вы просто напомнили мне подругу, она всегда была очень добрая к тем, кто этого не заслуживал. Возьмите мою визитку, вдруг вам понадобится помощь, знайте, я всегда помогу.

Девушка отдала мне визитку и поспешила к выходу из кладбища.

— Миа, какое красивое имя, — сказал я, рассмотрев визитку.

Убрав визитку в кошелёк, я тоже стала собираться, пора ехать домой. Попрощавшись с родителями, также не спеша пошла к машине.

Внезапная встреча с незнакомкой не давала мне покоя. Эта девушка показалась мне очень странной, хотя может, я себя снова накручиваю.

Сев в машину, отчётливо поняла, что не хочу ехать домой, впервые за три года семейной жизни.

Миа

Каждый шаг от неё давался мне с большим трудом. Хотелось развернуться и схватить Эмили, и убежать в самое безопасное место. Стоило мне выйти из кладбища, как рядом появился Эйдан.

— Малышка Миа, а как же границы? — вскинул бровь Эйдан, обнимая меня за плечи.

— Я не смогла смотреть на то, как она плачет, — ответила, скинув руку Эйдана с плеч.

— Миа…

— Ди, не нужно, — попросила я, устремляясь вперёд.

Но Эйдан догнал меня и прижимал к себе.

— Я знаю, что ты чувствуешь, потому что ощущаю то же самое. Так же хочу защищать её и боюсь, что с ней что-нибудь случится, но мы должны помнить, что Николасу в несколько раз хуже. Представляешь, что творится у него внутри?

— Я боюсь представить, — признаюсь я, поднимая на Эйдана глаза.

Как же мне хочется поцеловать его и раствориться в любимом, но между нами находится пропасть из моих ошибок. Разрываю объятья и делаю шаг назад. В глазах Эйдана появляется разочарование, которое вынуждает меня бежать, снова.

— Мне нужно проверить Арчи, а то он снова мог убежать к той девушке, — проговариваю я и убегаю.

Знаю, что он смотрит мне вслед. Знаю, что чувствует, но я не могу дать ему то, что он хочет.

В нашем новом доме, как всегда, стоит пугающая тишина, которая режет слух.

Медленно захожу в дом, эта привычка выработалась у меня, когда Эмили жила с нами. Всегда быть медленной рядом с ней и осторожной.

— Что ты крадёшься? — спрашивает Вуди, появившись рядом со мной.

— Ничего подобного, — сухо отвечаю я и спрашиваю: — Где Арчи?

— Арчи ушел по своим делам, а ты, Миа, зайди в мой кабинет, — раздаётся голос Николаса.

Морщусь и иду в его кабинет.

Когда успел только узнать?

Захожу к нему, сразу встречаюсь с невозмутимым взглядом, можно сказать задумчивым.

— Прости, — говорю я, присаживаясь напротив него.

Хотя я могла и не садиться, но это так привычно, что невозможно удержаться.

— Миа, прошу, Эмили не должна узнать о нас раньше времени.

— Она плакала, Николас, как я могла стоять и просто на это смотреть? — разозлилась я и отбросила стул в сторону.

Николас зарычал, предупреждая меня.

— Прости, — склонила голову вниз.

— Если ты ещё раз к ней подойдёшь, я отправлю тебя в Лондон, — холодно сказал Николас.

— Не нужно, прошу, — умоляю я.

— Я присмотрю за ней, — говорит Эйдан, заходя в кабинет.

— Хорошо, — успокаивается Николас, он верит Эйдану, как себе.

— Мне не нужна нянька! — рычу я.

— Миа, это не обсуждается!

— Ты всегда строг ко мне, а где твой любимец Арчи? Снова ушел мучить девушку? Как же правила русских, или тебе наплевать? Ты хочешь стравить их на нас?

— Уведи её, она слишком эмоциональна, — приказывает Николас Эйдану.

— Не трогай меня, — рычу и отшвыриваю Эйдана в стеллаж с книгами.

Бросаю вызывающий взгляд на Николаса, и ухожу к себе в комнату, включаю музыку и ложусь на постель. Ненавижу вечность, как же я её ненавижу!

Руслана

Как только я вошла в квартиру, Дима накинулся на меня, с криками и требованием, чтобы я объяснила, где была.

— Я была на кладбище, — отвечаю, как только он прекращает кричать.

Дима замирает и смотрит на сумку в моих руках, его кулаки разжимаются, а в глазах появляется вина.

— Прости, я совсем забыл, — признается Дима.

— Ничего страшного, — отвечаю и прохожу на кухню, чтобы разобрать контейнер с бутербродами и помыть термос.

— Ты даже не спрашиваешь меня, где я был, обиделась? — спрашивает Дима, обнимая меня за талию и целуя в шею.

Мне становится неприятно, я отстраняюсь от таких привычных ласк мужа и молча выхожу с кухни.

— Руслана, — останавливает меня за руку муж и побуждает посмотреть на него.

— Что ты хочешь, Дима? Вчера ты кричал на меня, утром пропадаешь, потом вновь кричишь, и так два месяца. От любых моих безобидных вопросов звереешь. Что с тобой? Ты разлюбил меня, и я тебя раздражаю?

Дима прижимает меня к себе.

— Глупая, что за мысли, я люблю тебя, очень сильно люблю, — шепчет Дима.

Внутри что-то подсказывает, что нет, он не любит. Я не чувствую его любви. Вновь отстраняюсь и, по сжатой челюсти мужа, вижу, как это его злит.

— Не верю.

— Руслана, у меня проблемы на работе, кассовый разрыв, нервы не к черту, — раздражённо говорит муж.

— А причём здесь я? Почему именно на мне срываешь свою злость?

— Ничего я не срываю, ты все себе придумываешь, — злится муж.

— Ты даже сейчас находишься в бешенстве.

Поворачиваюсь и ухожу в спальню, закрывая за собой дверь. Дима заходит вслед за мной и обнимает меня.

— Любимая, прости. Может, пару раз я был груб, — признается Дима, и начинает целовать шею, его руки расстёгивает мою рубашку.

— Дима, я не хочу, — шепчу я.

Но муж, словно меня не слышит, толкает на постель и наваливается сверху. Целует меня в губы, покусывает их, его руки умело возбуждают меня, и я перестаю сопротивляться. Сама прижимаюсь к мужу и ласково отвечаю на поцелуй, перебираю его волосы. Но как только я расслабляюсь, Дима, наоборот, напрягается. Словно ему не нравятся мои ответные ласки.

— В чем дело? — спрашиваю я, когда Дима отстраняется и встаёт с постели.

— Мне нужно ехать в офис, — говорит Дима, направляясь в гардеробную.

— Что? Сегодня выходной, какой офис? — ошарашено спрашиваю я.

— Я должен ехать в офис, — упрямо повторяет муж.

Переодевшись, он молча выходит из квартиры. Мне остаётся только делать выводы, которые я так не хочу принять.

Муж не вернулся ночью домой, об этом я узнала только утром в воскресенье, потому что, наплакавшись после его ухода я выпила успокоительных и уснула. Дима вернулся только к двенадцати часам дня, пьяный и, не разговаривая со мной, лёг в гостиной на диван.

Хорошо, что Вадим отправил мне документы на изучение, я смогла хоть немного отвлечься. Муж проспал весь день, проснулся в десятом часу вечера, после чего собрался и снова ушел.

Такое поведение я больше не могла выносить. Собрала все необходимые вещи и поехала в однокомнатную квартиру родителей. Может, неправильно уезжать из своего собственного дома, ведь квартиру мы покупали с общего накопленного бюджета, но мне нужно разобраться в себе.

Арчи

К сожалению, у меня отсутствует честь, как у Николаса, у меня не такой мягкий характер, как у Мии, и я не такой терпеливый, как Эйдан. Про Вуди даже думать не хочу, и я совсем не завидую его мускулам.

Нет, я самовлюблённый козел и эгоист, который всегда получает то, что хочет. А хотел я только одного, вернуть подругу домой, ту единственную, которая меня всегда понимала и поддерживала. Правильно, ведь её окружали одни зануды, все такие правильные, совсем не давали ей веселиться.

Я уверен на 100 %, что именно из-за этого она и не решилась стать вампиром. Но ничего, Арчи все исправит и покажет своей подруге настоящую жизнь бессмертного. А для этого мне сначала нужно снова свести её с Ником.

Только вот один человечишка мне мешает, давно бы убил, если бы не запрет Ника. Но ничего, Арчи нашёл свою лазейку, как избавиться от муженька. Последние два дня я увлекательно познавал профессию фотографа.

Правда мои модели были всегда обнажены, почти всегда, но меня это не смущало, можно сказать заводило.

Да, я долбанный извращенец, но и хрен с ним.

Отсняв достаточно материала, дождался подходящего момента, когда человечишка снова свалит к своей зазнобе. Только хотел подложить под дверь Эми конверт, как увидел её выходящий из подъезда с чемоданом. Меня редко можно удивить, но чтобы моя Эми с таким решительным лицом уходила от мудака, я даже представить не мог.

Моя очаровашка-стесняшка сама ушла и не стала все терпеть до последнего, я-то думал, даже конверт может не сработать.

Хм, становится все интересней. Пожалуй, я приберегу конверт, и воспользуюсь им в нужный момент. Пускай у малышки Эми прорезаются клыки, пока она человек, ведь мир вампиров так жесток.

Проводив Эмили до её нового дома, решил навестить свою личную вкусняшку, такую аппетитную, но запретную. Забравшись к ней, через дверь балкона я смог понаблюдать интереснейшую картину. Моя вкусняшка металась по кровати и стонала. Мастурбацию я отсек сразу, ведь девочка практически разрывала простынь руками. Да и под одеялом никого не было. Значит, вкусняшке плохо.

Поморщившись над своим идиотизмом, я решил помочь вкусняшке.

С каких пор Арчи — Мать Тереза?

Девочка была в бреду и даже меня не заметила, когда я подошёл. Прижав вкусняшку к постели, зафиксировал руки и слегка укусил за пальчик. Кровь может сказать многое особенно для вампира.

Моя вкусняшка больна.

— Ты… — бормотала вкусняшка. — Верни кулон.

Вот жадина, нашла о чём вспомнить.

Поднявшись, я отбросил одеяло и увидел худющую вкусняшку. Мать честная, это как можно было себя до такого довести.

Рыкнув, пошёл на поиск кухни, и как следовало ожидать, обнаружил пустой холодильник. В шкафчиках нашёл только одну пачку какой-то лапши, и вообще квартирка была вся обшарпанная, мебели практически не было. Стремненько, если на современном языке.

Когда я вернулся, как понимаю в зал и в спальню в одном флаконе, вкусняшка держала в руках деньги и протягивала мне.

— Отдай кулон, — сквозь сжатые зубы сказала вкусняшка.

У меня просто сегодня удивительный день, все удивляюсь и удивляюсь.

— Я не верну тебе мой трофей, — усмехнулся я. — И деньги не возьму, у меня таких бумажек дома навалом, а вот у тебя даже пожрать нечего. Тебе не кажется, что стоило вытащить одну бумажку, и купить себе поесть.

— Отдай кулон, и забери деньги, — повторила девушка, как попугай, честное слово.

— Правильная девочка, — улыбнулся, обнажив клыки и девушка шарахнулась от меня, вжимаясь в спинку кровати.

— Читала про Красную шапочку? — спросил я, и глаза девушки расширились.

— Читала. Так вот, если ты не потратишь все эти деньги за три дня, я тебя съем — улыбнулся я и навис над вкусняшкой.

Глубоко вдохнув её запах, я застонал. Увиденное сегодня, запах её крови, все действовало на меня, как афродизиак, хочу вкусняшку, и я обязательно её получу, но сначала она поправится.

Рыкнув от раздражения, все-таки Николас на меня влияет своей правильностью.

— Чтобы ела нормально, поняла, вкусняшка? И покажись врачу, — приказал и быстро свалил подальше от девчонки.

Что-то я слишком возбудился, пойду нотаций послушаю от Ника, сразу вся эрекция пропадёт.

Стоило мне зайти в дом, как раздался голос Николаса.

— Арчи! — прорычал он, и я довольно улыбнулся.

Упал

* * *

Руслана

Убравшись в квартире родителей, я легла спать, но выспаться у меня не получилось. Дима с двух часов ночи звонил мне беспрерывно до четырёх, когда я не ответила не на один звонок, решил приехать лично.

— Открой, сука! — орал Дима, стуча по двери.

— Дима, уйди, — проговорила я, прислонившись к двери спиной.

— Шлюха, ты там с любовником! — орал Дима.

Закрыв глаза, а я обняла себя за плечи и снова тихо заплакала.

— Я ухожу от тебя, Дим, — сказала я, когда он перестал стучать и кричать.

— Что?

Открыв дверь, я встретилась с шокированным взглядом любимых глаз.

— Я подаю на развод.

— Что ты такое говоришь, родная?

Снова та же манера общения, что и раньше, у Димы, словно раздвоение личности.

— Я не буду жить с человеком, который меня постоянно оскорбляет, который меня не уважает.

— Ты долбанная истеричка, — разозлился муж и схватил меня за руку, сильно сжав пальцы, он причинял мне такую боль, что я застонала.

— Отпусти.

— Что не нравится? Мне тоже не нравятся, когда мне ебут мозг, поэтому собрала свои вещички и быстро домой.

— Дима отпусти, мне больно, — сказала я, пытаясь вырвать и вторую руку, попавшую в плен мужа.

— Проблемы? — раздался грубый голос крупного мужчины в спортивном костюме.

— Иди куда шёл, мужик. Я проблемы со своей женой решу сам, — отрезал Дима, пытаясь затолкать меня в квартиру.

— Отпусти её, — мне послышалось рычание.

— Отвали!

Парень в костюме практически оторвал от меня мужа. Подмигнув мне, он скрутил мужа и повёл его вниз по лестнице.

— Не переживайте, я всего лишь вышвырну его за дверь, — раздался голос мужчины, когда он увидел, как я смотрю на них вниз, в проёме лестницы.

Мужчина и правда не соврал, через пару минут он поднимался по лестнице в полном одиночестве.

— Вы в порядке? — заботливо спросил мужчина.

Кивнув, я, не отрываясь, смотрела в глаза мужчины. Ярко-зелёный цвет. Такой насыщенный, как у девушки, точь в точь. Возможно ли такое совпадение?

— Я пойду, а то жена ждёт, — смущённо улыбнулся мужчина.

— Да конечно, извините, я задумалась. Спасибо, что помогли.

— Мне не сложно. Берегите себя и не открывайте дверь неадекватным людям.

Мужчина стал подниматься наверх, а я зашла в квартиру и, только закрывая дверь, поняла, как мои руки трясутся.

Неужели Дима может причинить мне физическую боль? Ударить меня? Это пугало и ужасало одновременно. Смогу ли я простить его, когда он вновь изменится и перестанет так себя со мной вести? Скорее всего, да, но забуду ли я? Нет. Я начну бояться мужа, а жить в страхе я не хочу.

Арчи

Наблюдая за тем, как Вуди выбросил человека из подъезда, я восхитился его терпеливостью. Зная, на что способна эта гора мускулов можно было предположить, что он оторвёт ему голову.

— Советую убраться подальше, пока я добрый, — сказал Вуди и зашёл в подъезд.

Человек встал и плюнул на дверь подъезд, вызвав рычание у Мии. Вот кому явно следует успокоиться. Она слегка присела и оскалилась, наблюдая за человеком, и скорее всего мне сейчас придётся сдерживать злую вампиршу, а это так себе занятие.

— Николас запретил, — напомнил я.

Но стоило, человеку отойти подальше от подъезда, как Мия рванула за ним.

— Фак! — рыкнул я и побежал за ней.

Успел снести её в сторону, прежде чем она оторвёт человеку голову. Она была так близко от него, что человек почувствовал неладное, когда его обдуло лёгким ветерком, засуетился, ускорив шаг. Правильно человек иди, пока тебя не сожрали.

— Отпусти меня, Арчи! — рычала Миа.

— Ага, чтобы потом Ник оторвал мне голову? — язвительно спросил я.

— Ты слышал, что он сказал? Что он говорил Эмили? — рычала малышка Миа.

Обняв нашу чувствительную девочку, пытался успокоить, как рядом появился Эйдан.

Вот мне просто везёт, теперь этот смотрит на нас, как будто я её тут трахаю. Что за ревность идиотская, я просто обнял.

— Миа, — сказал Эйдан, пытаясь её оторвать от меня.

— Уйди! — рыкнула Миа, крепче обнимая меня.

Да мать твою, мне вот этого явно не надо.

— Она уснула, можем уходить, — сказал Вуди, подходя к нам.

Воспользовавшись тем, что Миа ослабила хватку, отошёл от неё, и Эйдан успокоился.

— Вот и отлично. У меня ещё много дел, — улыбнулся я и дал дёру подальше от парочки, которая так и стремится меня втянуть в какой-то ненужный мне треугольник.

Николас

Стоять на крыльце и ждать было невыносимо. Но я знал, что убью ублюдка, оторву ему голову, поэтому, как только его увидел возле дома Эмили, вернулся домой и приказал всем избавить Эмили от проблемы. Оставшись дома, мучительно ждал новостей.

— Можешь отмирать, босс, твоя милашка Эмили в безопасности, и человек жив, — сказал Арчи, появившись рядом.

Облегчение накрыло меня с головой.

— Спасибо, — искренне поблагодарил Арчи, и зашёл в дом.

Как только все вернулись в доме, стоял галдёж и шум, вызванный ссорой Мии и Эйдана. Сколько я не пытался им объяснить, что они должны прекратить детский сад и снова сойтись, так нет, глупые принципы всплывали наружу и затяжное расставание продолжалось. Даже мой пример им не помог, а только ещё больше заставил отдалиться. Глупо тратить отведённое время на ссоры, как они не могут это понять?

Налив в бокал крови из пакета, я вышел на балкон. Удобно устроившись в кресле, стал с волнением ждать рассвет. Удивительно, как пройденный год может показаться секундой, а всего лишь ночь, перед важным днём, вечностью. Наконец-то, наступил рассвет, и на моих губах расцвела улыбка.

Сегодня я вновь появлюсь в твоей жизни, моя дорогая Эмили.

* * *

Руслана

После концерта, который устроил Дима, я так и не смогла уснуть. Просидев до семи утра на кухне, лихорадочно искала выход из сложившейся ситуации, при котором смогу сохранить семью. Но как бы этого не желало сердце, умом понимаю, это конец.

Дима перешёл черту, которую я очертила в самом начале наших отношений. Ещё в университете, на втором курсе, когда только зарождались наши чувства, я просила только об одном: уважать меня.

Пример моих родителей показал мне, что уважение супругов залог крепкого и счастливого брака. Даже если не брать в пример брак, уважение играет свою роль в любых обстоятельствах. Дружба, отношения с подчинёнными, отношения к своим родственникам, родителям.

Именно на уважении к окружающим, я выстраивала свою жизнь и считаю, что поступила правильно. Дима тогда принял мою позицию и на протяжении трёх лет брака не нарушал границу. Были ссоры, но не одного плохого слова в свой адрес я не слышала и себе не позволяла на эмоциях обидеть мужа.

Тогда что случилось сейчас? Он меня разлюбил, тогда почему не скажет об этом прямо?

Расстроенная и невыспавшаяся поехала на работу. Как назло, в офисе с утра кипела работа, все носились по офису, мой отдел висел на телефонах и усердно продавал автоматы.

Что происходит? Их утром ведь работать практически не заставишь, только лениво перезванивать горячие заявки.

— Вадим Анатольевич просил вас зайти к нему, — мимо меня пронёсся наш бухгалтер.

С раздражением зашла к себе в кабинет и изумилась. Мой диван и шкаф исчез, теперь вместо них стоит новый рабочий стол.

— Франшиза, — застонала вслух.

Совсем забыла об авантюре Вадима. Он всё-таки решил скинуть на меня англичанина! Бросив сумку на свой стул, пошла к Вадиму. В кабинете шеф уже был не один, а в компании статного темноволосого мужчины. Со спины, по крайней мере, он выглядел именно так.

— А вот и наша несравненная Руслана Игоревна, — подскочил со стула Вадим.

Мужчина повернулся и словно приковал меня к месту своими зелёными глазами. Я застыла не от того, что мне просто подозрительно везёт на зеленоглазых в последние дни, я застыла от откровенного взгляда мужчины. Меня бросило в жар, и в то же время неприятный холодок прошёлся по позвоночнику.

— Здравствуйте, — пересилив ступор, сказала я.

— Здравствуйте, Руслана, — ответил англичанин.

Его голос был таким тягучим, низким. Внутри всё затрепетало.

— Николас, Руслана Игоревна введёт вас в курс дела, — распинался Вадим, явно пытаясь избавиться от англичанина.

— Хорошо, — кратко ответил англичанин и встал со стула.

Когда он подошёл, мне пришлось приподнять голову вверх, чтобы смотреть на его лицо, а не на грудную клетку и широкие плечи, на которых просто идеально сидел серый костюм.

Первый раз я чувствую такое волнение в обществе постороннего мужчины.

— Пройдёмте в мой кабинет, — прочистив горло, сказала я и поспешила из кабинета Вадима.

Пока мы шли по коридору, я ощущала его взгляд и от этого мои щеки горели огнём.

Да что со мной?

— Проходите, — сказала я, открыв дверь в свой кабинет.

— Дамы вперёд, — улыбнулся Николас, смутив меня тем самым ещё больше.

Николас

Учащённое сердцебиение Эмили разгоняло её кровь по жилам, соблазняя тем самым мою вампирскую сущность вкусить потрясающий нектар любимой. Если это я ещё мог контролировать, то сладкий аромат возбуждения Эмили, переносил с трудом.

— Это ваш стол, — смущённо сказала она, показывая мне на пустой стол.

— Мне кажется это лишнее, — заметил я. — Мне будет удобно сидеть напротив вас, когда вы будите обо всём рассказывать.

Эмили нахмурилась, но не стала мне возражать.

— Николас, можно вопрос? — спросила Эмили, присаживаясь за стол.

— Конечно.

— Зачем вам нужна наша франшиза? Сложно поверить, что для вас это выгодная инвестиция, — прямо сказала Эмили.

— Для меня это убыточная инвестиция, — так же прямо ответил я.

— Тогда зачем? — нахмурилась Эмили.

— Из-за любви, — улыбнулся я.

— Из-за любви? — брови Эмили взлетели вверх.

— Я покупаю эту франшизу из-за вас.

* * *

— Что? Вы шутите? — в голосе Эмили были заметны панические нотки.

Она совсем себя измотала, круги под глазами, бледность, как у вампира, тысячелетиями не видевшего солнца. Скорее всего, не то время я выбрал для правды. Само вырвалось, когда она рядом, только руку протяни, я теряю рассудок.

— Конечно, шутка, — улыбнулся я. — Это у нас такой юмор, люблю разыгрывать людей. И предпочитаю не обсуждать свои финансовые вложения с кем либо, кроме своих консультантов, — пришлось отрезать любопытство Эмили, пока она не готова услышать правду, лучше ничего не спрашивать.

На мгновение растерявшись, Эмили смогла взять себя в руки.

— Извините, вы правы, это не моё дело, — через силу улыбнулась Эмили.

— Вы мне расскажите о продукте, который продаёт ваша компания, желательно все в мельчайших подробностях.

— Да, конечно, — сконфуженно ответила Эмили.

И пока она рассказывала, я впитывал в себя любое различие между своей Эмили и новой Русланой. Невероятное сходство, но в тоже время Руслана другая, и мне нужно это принять.

— Что-то не так? Вы расстроены? — нахмурилась Эмили.

— Я немного проголодался, мы не могли бы сходить в кафе и перекусить?

Эмили посмотрела на свои часы, потом бросила быстрый взгляд на толстую папку, лежавшую на краю стола.

— Думаю, мы можем отлучиться на полчасика, — пересилив себя ответила Эмили.

Пожалуй, Эмили чувствует передо мной вину за свою любознательность, из-за этого решилась уйти с работы в разгар рабочего дня. Это мне на руку, не могу слушать, как бурчит её живот. Мне необходимо утолить голод любимой женщины.

— Я как раз видел недалеко отсюда хороший ресторан, — улыбнулся, сам в это время не представлял, как буду выкручиваться.

Ведь для меня есть человеческую еду, это словно человек будет есть землю. Противно и мерзко. Но что не сделаешь, ради любимой.

— Отлично, — наиграно взбодрилась Эмили.

Дмитрий

Наблюдая Руслану в обществе вампира, я еле сдерживал свою сущность под кожей.

— Она дружит с вампиром, разве это не повод, наконец-то, избавиться от неё? — нашёптывала Софи.

— Она моя жена, — зарычал я.

— А я твоя пара, — рыкнула Софи.

— Прости, для меня сложно менять свою жизнь, — повернулся к Софи.

Жёлтые глаза любимой женщины, отражали её боль.

— Ты убиваешь меня, продолжая оставаться в прошлой жизни. Ты больше не человек, пойми, рано или поздно ты не сможешь себя контролировать в её обществе и убьёшь! Тебе пора отпустить.

— Я не могу! — зарычал я.

Отбросил от себя Софи, и бросился бежать подальше от неё. Ненавижу себя, ненавижу того, кем я стал.

Софи догнала меня, затащив в нелюдимый угол, поцеловала.

— Прости любимый, ревность сжирает меня изнутри, — шептала Софи.

А я рычал от её запаха, выпуская когти, частично меняя своё обличие, и Софи склонила голову вниз, подчиняясь мне. Похоть бурлила по жилам, и я с яростью накинулся на свою пару, позабыв про свою жену.