Глава 4

Что ж, вопрос о наряде пришлось закрыть, так как повлиять на него было не в моих силах. Поглубже вдохнув и выдохнув, я занялась текущими делами. Проверила готовность комнат к приезду гостей, общую чистоту замка, исходящие ароматом блюда на кухне. Кажется, слуги перестали противиться моим распоряжениям и выполняли свою работу на совесть. Это радовало. Успокоившись, что все идет, как надо, я не смогла противостоять искушению заглянуть на минутку к деду Хопу. Пока мы с Танни набирали для старика лакомства, Монни даже не взглянула в нашу сторону, с головой погрузившись в приготовление своих кулинарных шедевров для предстоящего фуршета. Хотелось надеяться, что вечер пройдет без срывов. Старик нас сегодня не ждал. Он поднял седую голову, оторвавшись от чтения, и машинально запустил башмаком, оказавшимся у него под рукой. – Ой! – взвизгнула Танни, прикрывая голову от летящего в нее снаряда. – Ой! – крякнул он, осознав, что сделал, спустя долю секунды. Я бездумно выставила пятерню, защищаясь от ботинка, и перед нами, как и в прошлый раз, появилась прозрачная стена, вспыхнувшая голубым светом. И пропала, как только ботинок оттолкнувшись от нее, полетел обратно к хозяину. – Дед Хоп! – возмутилась я. – Вы же обещали больше не бросаться вещами! – Извиняйте, нечаянно, – то ли действительно сожалея, то ли ерничая, проскрипел старик. – Привычка. – Так и убить можно, – заметила Танни, проходя в комнату. Последнее время девочка рядом с дедом Хопом чувствовала себя непринужденно, несмотря на выходки старика. Да и тот стал относиться к Танни гораздо мягче. – Вас-то? С мощнейшим на Лаэре щитом? – усмехнулся дед Хоп. – Могла прийти Нира, – заметила я. – Она наловчилась уворачиваться, – отмахнулся старик, не желая признавать свою неправоту. – А остальным здесь делать нечего. Ладно. Сами-то зачем пожаловали? Кажется, говорили, что сегодня дел будет полно, не до меня окажется. – Новости есть, – счастливо поведала я. – Кто-то помер? – А кто вас более всего порадовал бы? – с детской непосредственностью полюбопытствовала Танни. – Что вы оба такое говорите! – ужаснулась я. – У меня совсем другие новости. Я вчера сама подпитала энергией иллюзию! Правда, меня храмовник подстраховывал, но он сказал, что я прекрасно справилась. – Не может быть! – подпрыгнул дед Хоп на постели. – Может, – подтвердила Танни, уже собравшая сплетни на кухне о моих вчерашних экспериментах. И кто только разболтал? Вроде в зале никого кроме нас с храмовниками не было. – Рихая до полночи тренировалась с храмовником Биллоу, пока сама не увеличила иллюзию. Сегодня вечером посмотрим, что получилось. Старик фыркнул. – Быть может, за вами зайти, дедушка Хоп? Перед праздником? Вместе бы посмотрели? – предложила девочка. – Не дойду, – проворчал тот. – Да и не хочу. Кажется, я уже не раз говорил, что мечтаю и сам обо всех забыть, и чтобы про меня никто не вспоминал. Не желаю видеть весь этот сброд, что понабьется сегодня в замок. Тем более родственничков лицезреть… тфу! Танни пожала плечами, не понимая старика. Сама она ждала вечернего представления со жгучим нетерпением, и никакие гости или хозяева не могли ей испортить предвкушение от праздника. – Что я там не видел, – продолжал дед Хоп с неподдельным пренебрежением. – Было время самолично приглашал иллюзионистов и оценивал их работу. – Как так? – удивилась Танни. – А кем вы в замке значились? – наконец за все время нашего знакомства сообразила спросить я. – Кем-кем, экономом, конечно. Как-никак у брата кровного служил. Да и образование отец мне достойное дал, хоть я и слабый маг, а вместе с братом в храме Оракула обучался. Так что… – Да что ж вы раньше-то не рассказали? – накинулась я на деда Хопа. Мне приходилось по крупице собирать нужные сведения, а тут под боком у меня притулился кладезь знаний о местных обычаях, светских правилах, а главное – об управлении замком. – Так ты и не спрашивала. Меня понесло. Я принялась задавать вопросы. Все, что мне не удалось узнать у Ясмидары и храмовников, пришлось разъяснять деду Хопу. – Рихая Лия, – вмешалась Танни в наш разговор спустя полчаса. – Скоро гости начнут съезжаться, а вы еще хотели что-то с храмовниками доделать. – Дык, и я не понимаю, – подхватил дед Хоп, – чего возле меня сидишь, кажись и сама давно со всем справилась. – Сама могла ошибиться, да и местные устои мне пока малознакомы, – пояснила я, не находя в себе силы уйти. – Завтра придешь, позанимаемся, а потом еще поспрашиваешь, – пообещал старик. – А зачем рихае заниматься, она же теперь умеет и сама заряжать заклинания? – не поняла Танни. – Заряжать, возможно, и умеет, хотя очень сомневаюсь, что с иллюзией не произошла случайность. Но для магов главное не зарядка, а развитие собственного дара. – У всех-всех магов есть свой особенный дар? – спросила девочка. – Конечно. Только не каждый его развивает. – И какой у вас? – Самый бесполезный – делаю вещи мягкими. – И теплыми? – подсказала Танни, вспомнив про подозрительный тюфяк. – А вот чтобы сплести заклинание на тепло, мне требуется много, очень много времени и сил. Маги способны заниматься не своим делом, но с огромным трудом и еще большей энергозатратой. Уж проще подпитывать чужие готовые заклятия и оттачивать собственный дар. – А у рихаи Лии ведь дар – щит? – Понятное дело! Она даже, не взяв под контроль магию, легко творит щиты. Какой еще у нее может быть дар! Я, уже направившаяся к выходу, притормозила и обернулась к деду Хопу. – А зачем он нужен? – поинтересовалась я. – От чашек и тапок летящих обороняться? – Не только. От боевого заклинания может уберечь. – И такая магия есть? – Есть. Маги-боевики ей владеют. Они защищают границы Лаэры от урлоков и мигонов. И здорово ценятся, остальные-то просто мечами машут, а эти молниями да огнем швыряются. Но еще более в цене защитники и щитовики. Им даже не нужно проживать в приграничных храмах. Установили охранные заклятия или раскинули щит и свободны, подзарядить их может любой маг. И чем более способные и сильные щитовики с защитниками, тем надежнее контур или купол, устанавливаемый ими. – Это вроде той охранки, что вокруг замка, от всякой нечести? – Да. И еще есть заклятие в библиотеке. Тоже из того же арсенала. И охранная магия вокруг рихатов. В общем, востребованы всюду. То, что Рэнн забрал тебя из междумирья, наверное, единственный его поступок, который я полностью одобряю. Если бы не он, пропала бы ни за что такая девка! Я рассказывала любопытному деду Хопу, как оказалась на Лаэре, и он сделал собственные выводы. Впрочем, я с ним согласна, если бы не Рэнн, могла застрять в междумирье, или, чего доброго, сломать себе шею прямо на глазах у братьев. – Ладно, хватит лясы точить, наверняка сегодня еще дел невпроворот, идите уже, – напомнил нам дед Хоп о предстоящих заботах и указал на дверь. – Завтра придете, там и поговорим. У нас с тобой, Лия, времени предостаточно, успеешь и все выспросить, и научиться чему захочешь. На том и расстались. С храмовниками, как и договаривались, встретились в бальном зале. Снежных дел мастера принесли крошечные статуэтки изо льда, от которых веяло прохладой. – Какие прекрасные, – выдохнула я, склоняясь над изящными женскими фигурками, и из моего рта вылетело облачко пара. – Нужно много магии, чтобы поддерживать их в летний день и не позволять таять, – посетовал храмовник, держащий поднос с миниатюрными ледяными скульптурами. – Сначала следует их увеличить, – подсказал Биллоу, – а уж затем заряжать заклятие холода под завязку, чтобы продержались вечер. Это два разных вида направления потоков магии. – Поможете мне, рих? – попросила я мужчину. Раньше мне не приходилось разделять свою энергию по видам назначения. Просто вливала в сплетенное заклятие, и магия сама текла по нужному руслу, либо укрупняя объект, либо увеличивая срок использования. Тут задача выдалась сложнее, без мага-профессионала не обойтись. – Конечно, рихая, – поклонился храмовник. В паре мы увеличили четыре ледяные статуи и наполнили их энергией. Расставленные по углам зала, они должны были не только услаждать взор гостей, но и охлаждать комнату – вечер обещал выдаться жарким. На Лаэре подобная ледяная роскошь здорово выручала в отсутствии кондиционеров. Правда, мало кому была по карману. Оставшиеся шесть фигурок мы укрупнили до размера вазона, и я назначила их подставками под холодные закуски и десерты. Специалисты по фейерверкам вручили мне мешочки с радужными горошинами. – У каждого шарика десять выстрелов. Периодичность интервалов установим по вашему желанию, – отчитался самый старый храмовник с седой бородой и продемонстрировал взрыв крошечного фейерверка, рассыпающегося мерцающими разноцветными звездами. – Восхитительно! – захлопала я в ладоши от восторга. Часть горошин мы разложили по столам в качестве украшения мини-салютами, а остальные, открыв одно из окон, вынесли на улицу. Вне помещения я не страшилась устроить глобальный взрыв, потому довольно быстро увеличила заготовки для ночного фейерверка, а храмовники настроили их на постепенное срабатывание друг за другом. Оставались музыканты, но как помочь магам, чьи результаты оказались нематериальны, я не знала. Мужчины включали мелодии щелчком пальцев и так же выключали. И все бы хорошо, будь звучание музыкальных инструментов погромче. Намного громче, если честно. – Нужно подпитать заклятие, – просили маги, но я лишь разводила руками. – Как можно заряжать то, чего не видишь? – чуть не плакала я. Не знаю, кому было обиднее: мне, остающейся без музыки на балу, или храмовникам, которые старательно сплели чудесные мелодии, но не имели возможности познакомить с ними публику. – Заклинания не нужно созерцать, их важно чувствовать, – подсказывал мне рих Биллоу, однако у меня ничего не выходило. Для меня было важно в первую очередь видеть объект подзарядки. – Неужели в вашем мире нет усилителя звука? Мужчины пожимали плечами. – Рупор? Колокол? Труба? – Труба? – зацепился за знакомое слово рих Биллоу. – Если труба выручит, то можно спросить у кузнеца, у него должна быть. Ну, или сделает новую. – Труба не обычная, а конусом, – пояснила я. – Не думаю, что кузнеца затруднит подобная мелочь. Мы бросились к входным дверям и наткнулись на Асью, как раз входящую в замок. – Рихая Лия, – почтительно поклонилась она. Чудеса! Горничная прониклась ко мне уважением? – Могу я вам чем-то помочь? – Хм, интересная формулировка вопроса «И куда же вы во главе толпы мужиков соизволили намылиться?». – Нам нужен кузнец! – выпалила я. – Подождите немного, я сейчас его позову. – Асья сурово посмотрела на мои домашние туфельки, в которых я чуть не выскочила не просто на улицу, а к хозяйственным постройкам. – Спасибо, – смутилась я и жестом предложила храмовникам вернуться в бальный зал. Спустя пять минут перед нами появился громадного роста мужчина в наспех натянутой рубахе прямо поверх кожаного передника. Смуглый и мускулистый, он разительно выделялся на фоне тонкокостных храмовников. Правда, до моего мужа все же слегка недотягивал по габаритам. – У меня есть воронка для пива, как раз такая, какую вы описываете. Принести? – обрадовался кузнец, услышав наши пожелания. Спустя еще пять минут огромная металлическая труба в форме усеченного конуса лежала на пуфе, а рядом шептали, постукивали и смешно перебирали пальцами маги-музыканты. – Готово! – наконец отчитались они. Бородатый храмовник махнул рукой и из воронки для пива полилась сказочная мелодия, заполняя просторы зала сладостным звуком. Есть! Я мысленно поставила галочку напротив еще одного выполненного дела. А маги-музыканты восторженно забормотали о том, что теперь они могут назначить цену на свои услуги, главное приобрести полезное приспособление. – Рихая Лия, – с придыханием зашептала Танни, дергая меня за рукав. – Рихтан Рэнн вас ищет. Скоро гости начнут съезжаться, вам нужно их приветствовать у дверей. – Хорошо. Забегу на минуточку на кухню, а потом сразу в свои покои одеваться. Так же, как Танни дрожала от одного имени Рэнна, меня потряхивало, стоило представить реакцию мужа на мое платье из иллюзий. Храмовники, конечно, мастера своего дела, но одеждой, уверена, ни разу не занимались. Наверное, поэтому я не торопилась возвращаться к себе. Зашла на кухню и обсудила оставшиеся вопросы, снова заглянула в бальный зал, выглянула на улицу и уточнила, как проходит работа по налаживанию фейерверков, и даже поднялась на третий этаж, чтобы в сотый раз проверить готовность комнат для гостей. – Рихая Лия, – взмолилась Танни, хвостиком следующая за мной и непрестанно напоминающая о необходимости привести в порядок хотя бы мои волосы, если уж мне не хочется переодеваться. – Да, пора, – вздохнула я и направилась к своим покоям, у которых топтались подозрительно довольные храмовники. Мне стало тревожно. Что они могли напридумывать, чтобы улыбаться настолько широко? – Рихая, переоденьтесь, пожалуйста, в любую удобную одежду, – попросил меня кто-то из магов. – Лучше легкую, сегодня жарко. Я, не глядя на мужчин, отправилась в спальню и выбрала укороченные штаны и рубашку без рукавов. Раз уж мне не суждено сегодня выглядеть прилично, так хоть от жары не стану помирать, как остальные. – Отличный выбор, – без тени издевки оценили мой наряд храмовники. – Велика вероятность, что несоответствия реальности с иллюзией не произойдет. Мне протянули крошечное платьице, меньше моего мизинца. – Мы все понемногу вложились, – пояснил рих Биллоу, неверно истолковав мой удивленный взгляд. – Поэтому вышло так быстро. Даже снежные мастера и специалисты по фейерверкам подключились. Ой-ей-ешеньки! Что же настолько разношерстная компания могла создать? – Давайте увеличим, – нетерпеливо предложила я, не в силах выдерживать пытку неизвестностью. Мы с Биллоу простерли ладони над кукольным платьицем. Несколько мгновений, и к моим ногам с шуршанием свалился ворох удивительной ткани, переливающейся всеми цветами радуги. Я ахнула и потянулась к ней, но мужчины меня опередили. – Еще не готово, – сказали они и, набросившись гурьбой, принялись отрывать от изделия и прикладывать ко мне куски иллюзорного наряда. Оказалось, что оно легко разбиралось на части и так же просто соединялось в единое целое. Одним словом, конструктор. Подогнав платье по моей фигуре и поправив мелочи, храмовники с довольным видом отступили от меня. – Рихая Лия! – вплеснула руками Танни и потянулась ко мне, но тут же боязливо отпрянула. – Ах, какая красота! Помявшись немного, она, озаренная идеей, бросилась в спальню с криком: «Туфельки!» А я застыла, не дыша – в открывшейся для обзора зеркальной панели отражалась сказочная фея. Ни у кого другого просто не могло быть подобного наряда! Да что там, я даже, призвав всю свою фантазию, не придумала бы что-то отдаленно напоминающее это платье. Белый лиф, искусно вышитый морозным узором и усыпанный ледяными кристаллами, подчеркивал грудь и утягивал тонкую талию, откуда ткань, плавными линиями скользя по бедрам, уходила в многочисленные складки к полу. Невесомая прозрачная дымка, переливающаяся и искрящаяся, скромно прикрывала плечи и шею, пышными облачками обнимала руки до самых пальцев и живым снежным вихрем спускалась от пояса по подолу. По всему этому великолепию порхали перламутровые бабочки с кружевными крылышками и тянулись белоснежные побеги роз. Зима и лето. Жизнь и сон. Смешение, казалось бы, не сочетаемых вещей смотрелось гармонично и захватывало дух. – Невероятно! Изумительно! Волшебно! – бормотала я, поворачиваясь к зеркалу то одним боком, то другим и рассыпая крошечные снежинки вокруг себя. – Ваши слова, рихая, для нас лучшая награда, – с поклоном сказал бородатый храмовник. Ну, вылитая Золушка, только вместо феи-крестной – толпа магов. Главное теперь, чтобы прекрасный наряд в полночь не превратился в тыкву. – Как долго можно ходить в платье и не бояться остаться без него? – задала я тревожащий меня вопрос с замиранием сердца. Сейчас как «обрадуют», что в любой момент сие чудо испарится, и буду я весь вечер отираться у занавесей, готовая по первому признаку сразу же спрятаться. – Пока иллюзия на вас – платье питается вашей магией, рихая, можете не волноваться, – успокоил меня снежных дел мастер. И я выдохнула с облегчением. Это дивное платье на самом деле мое! Оно не исчезнет и прослужит мне так долго, как потребуется! Кроме того, не помнется, не порвется и не испачкается! – Идеальный наряд! – с чувством прошептала я. – Спасибо, рихая. – А почему платье белое? – спросила любопытная Танни, надевая на меня расшитые бисером бальные туфельки на мягкой подошве. – Разве на приемы надевают белое? – Семья в трауре. Белый будет в самый раз, – ответил ей рих Биллоу, и Танни часто закивала, соглашаясь. – Рихая Лия отдаст дань уважения и живым, и мертвым. – Не знаю даже, как вас всех благодарить, – проговорила я, борясь с подступившим комом в горле. – Это мы вам безмерно благодарны, рихая, – возразил маг. – Сегодня впервые в жизни у нас есть возможность показать свои способности, несмотря на низкий магический потенциал. – Благодарим! – прокатился хор шестнадцати голосов. Головы храмовников склонились. – И от наших братьев музыкантов тоже примите благодарность, – добавил рих Биллоу. – В платье есть и их чары, если прислушаться. – Маг хитро улыбнулся в ответ на мои взлетевшие от удивления брови, но пояснять не стал. А сама я спросить не успела. В дверь постучали и на пороге появилась Асья с плоской невзрачной коробкой в руках, которую несла с таким торжественным видом, будто ей доверили королевскую тиару. Увидев меня, она замерла и открыла рот. Ее взгляд пробегал по платью снова и снова. Наверное, горничная долго так простояла бы, но на ее счастье Танни подала голос, приводя девушку в чувства. – Красиво, правда? – хвастливо спросила девочка, будто самолично создала диво-дивное. Асья стушевалась, коротко кивнула и поторопилась открыть коробку. Что любопытно, я почти не ошиблась в содержимом. На бархатной тонкой подушечке лежала фероньерка несказанной красоты. В переплетении тончайших узорных веточек из драгоценного металла блистали прозрачные камни, рассеивающие по комнате лучики света. – Рихтан Рэнн просил вам передать, рихая, – сказала Асья, вручая мне коробочку и бросая выразительный взгляд на мужчин. – Вместо шляпок, которые вы недолюбливаете. Храмовники поняли намек и шустро откланялись. А Асья усадила меня в кресло и, принеся из спальни чемоданчик с парикмахерскими принадлежностями, взялась причесывать. – Можно мне не делать корону? – взмолилась я, вспомнив сосиски на голове, какие обычно она мне укладывала по местной моде. – Я бы хотела распущенные волосы. – Распущенные нельзя, – строго заметила Асья. – Особенно замужним. Намек на вольное поведение хозяйки даст повод пересудам. Лучше уложим на затылке локонами, – чуть подумав, предложила горничная. – Они здорово подойдут к фероньерке, присланной рихтаном Рэнном. – Хорошо. – Как подобная прическа может выглядеть в местном исполнении я, разумеется, не представляла, но очень надеялась, что в случае чего, хотя бы налобное украшение из драгоценных камней спасет положение. Впрочем, мои страхи были напрасны. В этот раз Асья оказалась в ударе. То ли платье ее настолько вдохновило, то ли сподвигло уважение, каким она прониклась ко мне в последнее время, так или иначе, а волосы она уложила лучше, чем идеально. Собранные спереди романтичными волнами и закрепленные на затылке, они игриво ниспадали на спину крупными завитушками. У меня никогда не было подобной густоты волос, какую невероятным образом удалось Асье продемонстрировать в прическе. Завершающим штрихом стала фероньерка, прикрывающая лоб и заканчивающаяся изящной каплей с крупным драгоценным камнем между бровей. Неужели дивная красавица из отражения в зеркале – я? – Думаю, неплохо, – поскромничала Асья, оценивая собственную работу. – Восхитительно! – выдохнула я. – Потря-аса-ающе! – протянула Танни. – Мне такую красотищу ни в жизь не сделать! Асья довольно покраснела. Я счастливо рассмеялась и, вскочив с кресла, закружилась по комнате. Вместе со мной заплясали мириады крошечных мерцающих звездочек, потянулась приятная для летного дня прохлада и… заиграла чарующая мелодия. Прислушиваясь к нежным звукам незнакомого мне инструмента, я остановилась. Затихла и музыка. – Что это было? – спросила саму себя, но ответила словоохотливая Танни. – Это от вас, вернее от вашего платья, рихая! – захлебываясь от восторга провизжала она. – Рих Биллоу же сказал, что над нарядом поработали маги-музыканты. До чего здорово! – Это звуки серениса, – в свою очередь пояснила Асья. – Очень редкая и дорогая музыка. Как такового инструмента серениса не существует, но когда объединяются несколько магов с разными дарами, то иногда у них выходит создать серенис. Звуки одновременно изящные, насыщенные, густые, бархатно-нежные, и при этом яркие, волнующие. Ума не приложу, как удалось привязать ее к движениям вашего платья. Да и сам наряд… невероятный! – девушка развела руками, с восторгом переводя взгляд с меня на платье и обратно. – Скажите правду, рихая, откуда у вас подобное чудо? – Места надо знать, – не удержалась от язвительного замечания Танни, похоже, жутко гордая, что оказалась посвящена в маленькую тайну. – Подарили, – улыбнулась я. Больше ничего объяснять мне не пришлось. В дверь постучали, и в открывшийся проем заглянула голова молоденькой служанки, имени которой я не знала. – Рихая Лия, гости подъезжают. Рихтан Рэнн ж-ждет вас внизу. О-очень просил пот-поторо-поторопиться. – При упоминании хозяина девушка стала запинаться. Так и вижу, как Рэнн отдает ей распоряжения своим громоподобным голосом, вгоняя в дрожь прислугу. – Уже бегу, – подхватилась я. – Асья, Танни, пойдемте. Обе горничные засуетились. Асья бросилась распахивать передо мной дверь, а Танни попыталась схватить шлейф от подола моего платья, но каждый раз цапнув за ткань и приподняв руки, оставалась ни с чем. Мордашка ее при этом выражала такое недоумение, что я не удержалась и прыснула в кулак. – Глупышка, ты чего? – шикнула я на нее. – Это же иллюзии. Возьми лучше сумочку, раз тебе так необходимо что-то держать. Танни радостно подхватила расшитый бисером серебристый кисет, сделанный в комплект с моими туфельками, и с важным видом прошествовала вслед за мной.