14. Владимир

Что ж, как я и предполагал, Руслана не сама смогла найти ту несчастную химчистку. Похоже, судьба в лице Иры ей благоволила. Оставляя деньги в конверте, я предвкушал реакцию девушки. Вариантов было несколько. Самый маловероятный, что она на радостях оставит всю сумму себе. Но за эти дни я успел понять, что Некрасова отнюдь не дура, а значит вряд ли поведется на такую бесхитростную приманку. Однако, главная цель, которую преследовал — понять как она мыслит, посмотреть на реакцию, чтобы уже после вывести на чистую воду охотницу за состоянием.

Вот только этой пигалице удалось сделать ход конем! Уверен, она совершенно специально снова нацепила на лицо ту же улыбочку, с которой прошлый вечером рассказывала как и чем будем развлекать Богдана.

Пока провожал взглядом Руслану, ломал голову как заставить ту признаться в корыстных интересах. Пусть друг обижается, но я не верю ей. Слишком уж она спокойна для влюбленной девушки. И это ее спокойствие подозрительно. В то время, как сам Крестовский разве что пылинки с нее не сдувал.

Определенно здесь было что-то не так. И я собирался разобраться — даже если друг против.

Если бы я только знал, что мне готовил следующий день…

Пятница — суетливый день. А перед предстоящим корпоративом и подавно. Коллеги предвкушали отдых и развлечения — разговоров было только об этом. В который раз порадовался, что в моем отделе преимущественно мужчины, а не девушки, которым только дай повод посплетничать.

Руслана на удивление ничем не выказывала своего превосходства после вчерашнего фортеля — прилежно выполняла все, что я просил. Вообще, если отвлечься и посмотреть на ее работу со стороны, то для человека, который имел минимальный опыт в подобной должности, она справлялась очень неплохо. А в чем-то даже лучше своих предшественниц, набранных по объявлению. Однако, это ничего не значило для меня по большому счету.

За час до обеда, когда наконец разгреб срочные дела, пошел к Богдану. Тот бы хмурым и уставшим.

— Как продвигается? — спросил, закрывая за собой дверь.

— Медленно, но верно, — невесело усмехнулся тот.

— Нужна помощь? — Друг отрицательно покачал головой. — Успеваешь?

— Вероятнее всего да. Но до конца вечера придется просидеть…

— То есть мне снова сопроводить домой твою ценность? — недовольно скривился я.

— Вообще-то не совсем, — немного оживился Крестовский.

— В каком смысле?

— Отвези, пожалуйста, Руслану с Ирой в торговый центр. Ну, и пригляди там за ними, — попросил он.

С минуту я смотрел на Богдана, медленно осознавая, что это не слуховые галлюцинации.

— Это шутка? — наконец, уточнил на всякий случай.

— Нет. Сам видишь, — махнул на три стопки документов, лежащих на столе, — я сегодня вряд ли освобожусь пораньше.

— Так пусть вдвоем гуляют по магазинам. Я там зачем?

— Вов, ты правда не понимаешь? — огрызнулся он. — Я не могу разорваться, но и отпустить одну Руслану не могу.

— Серьезно? — ухмыльнулся я, просто обалдевая от того, во что превратился мой друг из-за этой вертихвостки. — Да что такого срочного ей понадобилось, что нельзя отложить этот поход за шмотками?

— Завтра корпоратив. Ей нужна одежда, — снисходительно пояснил Крестовский. И выглядел он как родитель, объясняющий простые истины несмышленому ребенку.

— То есть ей захотелось принарядиться, чтобы покрасоваться в выходные, и ты решил сделать меня ее личным телохранителем?

— Все не так, Володь, — отмахнулся он. — Просто поверь — ты неправ.

— Тогда объясни, черт возьми, что происходит?!

— Собственно почему я не могу ее побаловать? Она — умная, красивая, добрая девушка. Исключительно порядочная и хорошо воспитанная, — уверенно произнес друг. — Достаточно причин?

— Не особенно. Ты очень изменился, Бодь. Рядом с ней ты становишься…

— Каким?

— Вот таким! Не собой! Понимаешь? Если она такая умная, разве не может понять, что можно и подождать с покупками, пока ты не освободишься? В интернете заказать, в конце концов.

— Ты зря бесишься, дружище, — как-то странно улыбнулся Крестовский. — Когда у тебя появится близкий человек, и ты полюбишь, то поймешь меня.

— То есть ты уверен, что любишь ее?

— Да.

— Но она-то нет, — горько возразил я. — В ее глазах нет влюбленности! Она не увлечена тобой, как ты ей.

Богдан снисходительно улыбнулся и покачал головой.

— Тебе кажется именно так. Но поверь — она для меня очень важный и близкий человечек. И я прошу твоей помощи, Вов. Я могу на тебя рассчитывать?

— Ты же знаешь, что да, — ответил я неохотно. — Но мне кажется, ты слишком слепо доверяешь ей.

— Считаешь меня идиотом?

— Нет, но ты всегда думал головой, а теперь — тем, что в штанах.

Крестовский громко расхохотался — я лишь недоуменно уставился на него, не понимая подобной реакции.

— Ладно, я тебя понял, Вов. И очень благодарен за твое беспокойство. Позже я тебе все объясню, и ты все поймешь. Поверь.

Уверенность в его словах сбивала с толку. Я знал Богдана, как очень умного и толкового парня. Видел его взлеты и падения, как его упрямство пробивало дорогу. Никогда и никем он не дорожил так, как этой девчонкой. Казалось бы, надо порадоваться за друга — ведь он выглядел счастливым. Но почему же мне было не по себе? Почему что-то в этой картинке не складывалось? Умом понимал, что возможно мой собственный опыт мешает поверить в то, что у них и правда все хорошо, но интуиция буквально кричала — что-то не так.

— Но это еще не все, — добавил он чуть погодя.

— Расстелить красную дорожку от машины? — не удержался я.

— Насчет тендера, — ответил он уже совершенно иным тоном. Эта способность переключаться между темами всегда импонировала мне. По голосу всегда можно было понять настрой друга. — Хочу оставить у тебя копии документов.

— Все настолько серьезно?

— Вчера, когда общался с Коротковым, тот мельком упомянул о встрече с отцом.

— Коротков это… Он организовывал тендер в прошлый раз?

— Он самый. Оказывается отец предупредил, что если вдруг мы не успеем сдать документы, то пусть не рассматривают нашу кандидатуру, так как у компании есть несколько более приоритетных направлений.

— Но ведь это не так. — Богдан многозначительно посмотрел на меня. — Ты ведь сказал, что успеешь…

— И он скорее всего понимает это тоже. — Оставалось только тяжело вздохнуть и посочувствовать другу, что тому не повезло с семьей. — Поэтому хочу подстраховаться.

— Ладно, давай, конечно. Когда забрать?

Тот молча протянул мне флешку.

— Уже???

— Это запасной вариант. Основной доделаю к вечеру.

— Ладно, — я забрал вещицу и убрал в карман. — Думаешь, он и правда сможет вернуть проект обратно, если согласишься на его условия?

— Честно? Не знаю. Но в последние пару лет отец явно обзавелся новыми знакомствами. Из-за наших разногласий я не особенно в курсе, так что ничему не удивлюсь.

— Мне жаль, что у вас так…

— Брось. Я уже привык, — ответил друг ровным голосом. Но я все же успел заметить мелькнувшую во взгляде боль. Понятия не имел, что сейчас чувствовал Крестовский. Мои отношения с родителями складывались не очень, но я был уверен, что если приду к ним за помощью, они не попробуют извлечь из этого выгоду.

— Ладно, пойду. Если что — на связи.

— Спасибо, Вов. За все, — слабо улыбнулся он. — И за Руслану особенно.

— Кстати, как поедешь завтра? Можем как всегда на одной машине сами… — Спросил, а потом сам же понял, что вряд ли в этот раз все пройдет, как обычно. Для работников заказывали обычно трансферы от ближайшего метро до выбранного дома отдыха. Но мы с Богданом приезжали сами. Хотя бы потому, что девушки наперебой пытались заманить друга сесть с ними рядом.

— Пока не знаю. Я еще не говорил с Русей, — растерянно ответил он.

— Ясно, — бросил напоследок и покинул кабинет.

Пока шел к себе, пытался успокоить иррациональную злость, которая мешала думать трезво. В приемной быстро прошел мимо Некрасовой, не желая видеть ее лишний до вечера. Оставалось надеяться, что новоявленная принцесса не станет устраивать многочасовой забег по магазинам. Такое я вряд ли смогу выдержать.