25. Владимир

Разговор с Богданом лишь сильнее убедил меня, что он не услышит моих предостережений. И ведь по сути что мешало ему просто не торопиться, узнать девчонку получше? Хотя я знал что. Сам был таким же доверчивым идиотом, которому снесло голову от чувств. Любовь — слово, которое всегда было мне малопонятным. С родителями отношения складывались так себе — они были куда больше увлечены вечными ссорами между собой, чем моим воспитанием. Так что учить взаимоотношениям меня было в общем то и некому. Правда в то время меня это мало заботило — я просто привык так жить. И чем старше становился, тем меньше задумывался о том, чтобы когда-нибудь завести семью.

Пока не появилась Лиля. Женщина, сумевшая забраться под кожу и оставить во мне свой яд. Та, кто обещала столько всего, а потом — просто воткнула нож в спину. И для надёжности провернула пару раз.

Сейчас во мне уже не осталось злости или ненависти — все сгорело в агонии, длившейся не один день. Бывшая невеста смогла сделать так, что я раз и навсегда разочаровался в женщинах, в чувствах к ним, в своей способности что-то испытывать. Лишь благодаря Богдану я в тот момент не скатился на самое дно — беспробудно пил почти неделю, когда узнал, что Лиля не только бросила меня за пару дней до свадьбы, но и подставила перед Крестовским, забрав проект, над которым я работал не один месяц. Отец друга тогда рвал и метал. До сих пор не знал, чего стоило Богдану отстоять меня перед ним.

И сейчас я отчётливо видел со стороны, как он собирался совершить ту же глупость, что и я. Один в один. Нет, конечно, Руслана не была похожа на агента корпоративного шпионажа. Скорее всего все куда прозаичнее — друг для нее просто денежный мешок, рядом с которым она неплохо устроилась. И даже если Богдан разозлится, я не собирался отступать. Потому что он — не бросил меня. И теперь — моя очередь.

Поэтому я решил действовать иначе. Увидев Некрасову в непривычном амплуа на банкете, понял, что можно зайти и с другой стороны. Конечно, будь у меня выбор или не касалось бы дело Крестовского, не стал бы мараться об это, но…

Но это был реальный шанс проверить Руслану. Или вывести на чистую воду. Мысль, что Бодя прав, и я вижу то, чего нет, из-за собственного горького опыта, я старательно игнорировал.

И первая же ситуация подтвердила мои догадки — план может сработать. Девушка растерялась и смутилась. По-детски, с покрасневшими щеками. А ведь я даже не делал ничего по большому счету.

Хотелось довести дело до конца, как можно быстрее, но я настойчиво удерживал себя, справедливо решив, что спешка может ее спугнуть или насторожить. Поэтому начал с малого — с вежливости и улыбки. Видел в ее глазах настороженность и понимал, что сделал верный выбор.

Я планировал подвести к нужной ситуации постепенно, но судьба решила за меня — когда бумаги разлетелись, а Некрасова бросилась их собирать, бормоча извинения, решил что глупо упускать возможность.

И сделал то, что должен был.

Реакция Русланы оказалась красноречивее любых слов. На какой то миг я даже почти поверил, что она вот такая — доверчивая, искренняя и чистая. Румянец на девичьих щеках выдавал всю степень смятения. И мне до странного стало приятно, что я являлся причиной этого. За все время, что видел ее с женихом, ни разу она не смотрела на Богдана вот так — пусть с неосознанным, но все же желанием.

И только когда моя подчинённая сбежала, я с удивлением осознал, что и сам был в жутком напряжении все это время. Решив, что первый рубеж пройден, не стал смущать жертву ещё больше, давай той возможность осмыслить, прокрутить в голове произошедшее. Следующий этап был намечен на завтра.

Вот только утром Руслану будто подменили…