Глава 1

– Гляди! Солнышко! – кричит коллега, выводя меня из загруза. Юля поворачивается ко мне и, тыча пальцем в окно, смеется. Оборачиваюсь. Боже! – Угомонись, – мне становится очень смешно. – Это стеклопакеты в новостройке поставили, отражается. Но кому какая разница? Девчонки уже стоят у окна: выглядывают, глубоко в оконный проем ныряя. Таня даже фотографирует, громко при этом хихикая. – Оптическая иллюзия, – продолжаю над ними подтрунивать. – Цыц! Мы переехали в самый солнечный город России, и что? Солнца нет с прошлого года. Даже февральских окон не было. У нас солнечные ванны, – продолжает коллега. Приходится обернуться. Стоят мои котики – выставили мордашки. «Ну чем не пай девочки?!» – Иди к нам, – зовет Юля. – Я лучше быстрее закончу. Задерживаться сегодня не вариант: обещала Егору испечь маковый рулет. Юля делает несколько шагов в мою сторону, хватает спинку моего стула и тащит к окну. – От работы даже сама знаешь кто дохнет. Тобой мы рисковать не можем! Дружно смеемся ровно до тех пор, как у моего стула не отваливается колесико, к слову сказать, приклеенное на клей, вот уже несколько дней как. После просто неприкрыто ржем. – Прости, я забыла, – сквозь смех можно понять, что Юля не ожидала и очень растерялась. – Рано я камеру отключила, – деланно вздыхает Танюша – единственное не пострадавшее лицо. – Прости, я не хотела. – Ну всё, можно начинать отсчет до того момента, как Юля себя накрутит и займется самобичеванием. – Давай ты мое кресло возьмешь? – Умница, нашла выход. – Да брось ты! Мы ведь госслужащие, надо быть готовым ко всему, – отмахиваюсь от нее и начинаю отряхиваться. – Побыстрее заменят. Буду признательна, если ты завхозу напомнишь. А пока – есть стулья посетителей! Беру один из двух стоящих рядом стульев. – Я так и знала, что ты этот выберешь! Приподнимаю брови, реально не понимая, к чему ведет Татьяна Анатольевна, гроза всех местных отельеров. Ха – ха. – Ну, такой мужчина на нем восседал, – продолжает меня подкалывать, активно бровями поигрывая. Опять она за своё! – Ты и стул как-то пометила, на который он садился? – иногда она может удивить даже меня. И сама себя удивляю: сразу же поняла, кто это – он. – Этот просто чище, – начинает смеяться. А я закатываю глаза преднамеренно, что для меня нечастое явление. Дверь в кабинет резко распахивается, вплывает Елена. Прекрасная – это как раз про неё. – Девочки, там цветы доставили, такие шикарные… Мы сразу подумали: для Карины, – выдает Лена, как всегда очень манерно. Смотрю на Таню, а она на меня – только бы не заржать! – Но нет, Карику их не отдали, – разводит руки в стороны, мол, вот такая досада. – Ия, милая, забери. Молодой человек на посту охраны ждет. Я подожду тебя тут. Интересно, от кого? – задумывается, пальчиком по губам постукивая. – Норильск на юг прибыл? – уточняет лукаво. Боже, ну почему мы тогда так неудачно поужинали вместе с Денисом?! Никого не трогали и оп – коллеги мои совершили визит в то же заведение. – Лен, ты все и так знаешь, – не спешу за цветами, надо отряхнуться для начала. Взъерошена, как после курятника. – Дружбы между мужчиной и женщиной не существует, как не крути, как минимум один хочет… – Лена прерывается, замечая моё состояние потрепанное. – Что у вас произошло? – её взгляд прилипает к моему накренившемуся стулу. – Мы летали, немного, – отвечаю беззаботно. – Я же говорю, авиация у тебя в крови! – посмеивается Таня. Три, два, один. Как скоро распространится слух, что вдобавок ко всему я порчу имущество казенное? Когда забираю цветы, мне тоже становится любопытно, от кого они. На праздники – да, я безошибочно могу определить, какие кто прислал. Круг возможных претендентов не слишком обширен, но никто из друзей не станет дарить без повода. Открытка отсутствует. «Ладно, главное, приятно». – Обалдеть! Тут только ведро подойдет, – когда возвращаюсь, в кабинете толпится половина отдела. – Кто прислал? – Дай понюхать! – Девочки, вот уж событие, – не скажу, что повышенный интерес к моей личной жизни вызывает во мне радостные чувства. – Цветы как цветы. – Семь веточек розы кустовой – это цветы как цветы. А тут явно кто-то постарался и потратился. – Смотри, Лен, даже орхидеи есть… и пионы. Так ми-и-ило смо-о-отрится, – Олеся складывает ладони на груди и чуть ли не пища тянет гласные. – Я не знаю от кого, они без записки, – оставляю букет, начинаю работать. В глубине души мне интересно, это естественно. Как и любая другая девушка, я уже придумала, что они от самого желаемого из всех возможных вариантов. Однако рационализм говорит о том, что нет, это точно не он. Так не бывает. – Так нельзя, малышка! Жизнь проходит. Поверь мне. Лет десять и ты уже не так сильно будешь нужна Егору. Думай о будущем. Посмотри, – Лена подходит ко мне со спины, кладет руки на плечи. – Мужчина явно настроен серьезно, старается сделать тебе приятно. И ему удалось, разве нет? Разворачиваюсь к ней лицом. Удивительная женщина. Любой, кто с ней знаком, подтвердит. Ужалить может посерьезней тайпана, но в её заботу не поверить нельзя: чувствуешь кожей. Хочется зарядиться, поднимаюсь и обнимаю – знаю, она это любит. – Удалось, конечно же. Ты права.