Глава 24

Хех.

Да, с тех времен я ходил лысым.

Не поверите, но сейчас вспоминаю, и рука сама тянется, чтобы погладить волосы, которых давно нет.

Может быть, оно и к лучшему.

Всё-таки каждый раз смотреться в зеркало и понимать, что страж теней уделал тебя с одного удара — не самые приятные воспоминания.

Мда.

Не знаю, почему он разрешил мне оставить ключ того проклятия. Может потому, что я смог встать, а может просто из жалости. Может быть ему вообще было плевать на руны и волновало только вторжение в его стихию.

Но тряхнуло меня тогда знатно, да…

Что же до того случая с орудиями…

Да какие, к черту, это были орудия?

Это были мощнейшие говнометы во всём мире — гарантирую!

Хе-хе-хе…

Мда.

В общем, после наших испытаний “под коньячок” Катя устроила обыск и изъяла почти четыре литра высококачественного, редкого и крайне дефицитного продукта.

Знала, засранка, где искать.

Мда.

В итоге она еще и супругам моим пожаловалась.

Ну, подумаешь, воняет немного. Всего-то надо было дом отмыть или дождик хороший сообразить. Да, тайная канцелярия примчалась с тремя боевыми группами. Да, Георгий Святославович ругался так, что лицо раскраснелось.

Но факт остается фактом! Два заряда с силой огня и смерти при столкновении дают отзеркаливание.

Да, до уборки нас не допустили, отчитали и развели по разным углам. Меня дома заперли, заставив снова слушать нудные просьбы, уговоры и предложения, а Борю вообще, говорят, три дня кормили одной овсянкой. Без хлеба и соли. И две недели держали в роли евнуха, не подпуская к супружескому телу.

Катя бывает страшна в гневе.

Меня же… Меня два месяца не отпускали в гости, а когда я начал звереть и рычать на всех, то наконец сжалились и отпустили, но под присмотром Софии и Лени.

Может потому что я стал злым, а может потому что все, кроме родственников, заходя за периметр наших земель, тут же бежали в туалет? Наверное, второе.

Да, пара курьеров обоср… обгадились прямо у ворот.

Мда.

Как бы там ни было, но сопровождающих мне всучили. Мою сводную сестру, на тот момент оканчивающую университет для одаренных, и моего старшего сына Леню.

Хах!

Знали бы, как мы развлекались — десять раз подумали бы.

И да, немного повзрывали.

Кто сказал, что ловить рыбу магическими взрывами — браконьерство?

Кстати, заяц, которого запихали в зад горного орла, которого запихали в зад волку, которого запихнули в зад медведю — не пострадал.

В смысле пострадал, но исключительно психологически.

Все животные были исцелены и отправлены с огромными глазами полными боли и отчаяния по своим делам в предгорье Кавказских гор.

Зачем мы это делали?

Ну, закралось сомнение об адекватности старинных сказок про кощея бессмертного и его способ спрятать свою смерть. И два пьяных одаренных в возрасте, понукаемых двумя молодыми дарованиями, решили восстановить цепочку из старинных сказок.

Зайца ловили, летая пьяными по окрестностям. За волками пришлось улетать в горы. Медведя не нашли — пришлось выкрасть из цирка. По пути наткнулись на кружащегося в высоте орла и так же его спеленали, справедливо решив, что ощипанный орёл сойдет за утку.

Нет, Лене и Софии пить не давали, но им и так было достаточно весело.

В общем, опытным путём было установлено, что подобное провернуть вполне возможно, но без целительских комплексов и без достаточно мощного артефакта сделать подобное будет кра-а-а-а-айне проблематично.

Хех.

Мда.

Подобные вылазки были моей отдушиной от каждодневной рутины. И знаете, я могу сказать с полной уверенностью, что наши совместные попойки с Мусаевым были именно теми моментами, когда я действительно жил. Жил, развлекался, спорил и проигрывал пари.

Особые тёплые чувства вызывают воспоминания о гитаре.

Да, я всё же взял её в руки снова.

София подпевала, Борис мычал, изображая бэк вокал, Леня отстукивал ритм, подражая барабанам…

Это было отличные, тёплые и душевные моменты под аккомпанементы одной из моих любимых групп из прошлого мира.

Кстати, во время очередной пьянки, мы все же додумались попробовать сыграть “по-настоящему”.

Электрогитары, барабаны, микрофоны, усилители и поседевшие овцы.

Ага.

Нет, это не София. Она как раз взяла бас гитару. Петь пытался я.

Отвратно, к слову, получалось поначалу. Овцы тому четкий показатель.

Но, как говорится, время и труд всё перетрут.

Мы как раз готовились к моему юбилею.

Сорок пять лет.

Супруги были немного удивлены моим желанием организовать большой приём, но сопротивляться не стали.

Как итог, арендованный у Романовых малый приёмный дворец с залом на полторы тысячи человек и приглашения всем родам без исключения с ограничением до десяти человек.

Народу была — тьма.

Хе-хе-хе…

И все они были нашими первыми слушателями.

Хи-хи-хи.

Мда.

Хороший был юбилей.

Удался.

* * *

Просторный зал с голубым мрамором на полу и лепниной на стенах наполнялся людьми.

Знатная аристократия группами прибывала одна за другой. Пышные платья, дорогие украшения богатых и влиятельных родов соседствовали с чопорными традиционными смокингами не столь удачливых и изворотливых аристократов. Однако несмотря на всё неравенство между родами, никто не воротил носа и не выказывал неприязни.

Все были в гостях рода Мрак.

И все имели личный разговор и предупреждение от Светланы, в девичестве Наумовой.

Зал не был пустым, хоть и по традиции посередине зала было свободное место для традиционных танцев. По краям зала стояли столы на десять персон, а также диваны и журнальные столики. Решение таким образом разместить мебель было не самым популярным, к тому же один из углов зала пустовал, но Гарри настоял на такой расстановке.

— Доброго здравия! — с улыбкой произнёс глава рода Демидовых, заметив Евгения Наумова, что с супругой, одетой в шикарное платье с бриллиантовым колье, вышел от компании неподалеку от них.

— Доброго, Семен Аркадьевич, — кивнул он.

Супруга Наумова вежливо кивнула и улыбнулась.

— Как ваши дела, Евгений Викторович? — вежливо поинтересовался Демидов. — Я, простите, с этими разъездами по фабрикам и заводам совсем потерялся из светской жизни.

— Весьма и весьма успешно, — кивнул Наумов. — Вам ли не знать, как родство с родом Мрак открывает все двери.

— И делает наши предложения весьма интересными, — с улыбкой добавил Демидов. — Да, Евгений Викторович. Родство с родом Мрак многое значит, но не стоит забывать, что подобные приёмы могут со временем перестать действовать… А то и вообще вызывать отвращения. Не наживайте врагов и живите своим именем и головой.

— Прекрасно вас понимаю и уже сталкивался с этой проблемой.

— Даже так?

— Несмотря на то, что род Мрак сделал для империи, до сих пор находятся те, кто недоволен статусом рода.

— Неблагодарные будут всегда. Увы.

— Да, — вздохнул Наумов. — Пора бы и привыкнуть к выходкам Гарри.

Наумов усмехнулся.

— Вы про тот взрыв в горах?

— И про него тоже, — улыбнулся Евгений Викторович и пригладил седую бородку. — Знаете, я слышал, что ветер дул в сторону Ставропольских уездов в тот день. Знатная вонь там стояла.

— Ну, где поместье Мусаевых, а где Ставрополье, — нахмурился Демидов. — Расстояние не малое, а там не реки из дер… кхэм… В смысле, люди любят преувеличивать.

— Не без этого, но молва прошла знатная.

— Куда без этого, — кивнул Семен Аркадьевич.

В этот момент в зал вошёл Георгий Романов в сопровождении супруги и двух сыновей. Соблюдая этикет, к ним тут же подошли аристократы с толикой императорской крови. Демидов же вздохнул и покосился на своего собеседника.

— Кстати, интересная вещь всплыла.

— М-м-м-м? О чём вы?

— В качестве разминки связался я тут с Яковлевым. Слышали о них?

— Не доводилось… Хотя постойте. Это простолюдины. У них, вроде как, социальная служба?

— Нет. Социальный проект. Эти ребята собрали кучу народа и по всей стране занимаются социальными опросами.

— Какой с этого толк? — смутился собеседник.

— А такой, что можно узнать очень много интересного. Я когда с торговой сетью по всей стране занимался, очень сильно помогло.

— Даже не знаю…

— Ну, вот к примеру. Как по вашему, когда сахар больше всего народ раскупает?

— Ну, — нахмурился Наумов. — На праздники, наверное?

— Ну, лет так сто назад так и было, но сейчас раскупают в основном по осени и в середине лета. Ягода по лесам идёт, и народ варенье варит. Понятное дело, что в городах оно немного по-другому.

— Пасха, — нахмурилась супруга Наумова. — На пасху народ яйца берёт. Много.

— Кстати, да. И таких мелочей Яковлевы вскрывают много. Признаться, без их помощи мне бы пришлось тяжко, но я не об этом. Я задал им интересный вопрос. Как народ у нас к Гарри Мраку-Беленькому относится?

— А вот это действительно интересно, — вскинул брови Евгений Викторович.

— Так вот по результатам восемьдесят процентов народа относятся к нему как чудаковатому тёмному магу, что порой устраивает пакости, но за страну болеет, а пакости творит по большому счету безобидные и то со скуки.

Наумов улыбнулся.

— Да, я тоже был удивлён. Уж не знаю, что тут повлияло. Может то, что Мрак больше десятка социальных проектов держит, а может то, что он за свои “шуточки” всегда отвечает и испорченное оплачивает, но… Результат интересный.

— Очень и очень интересный, — кивнул собеседник и покосился на Романова, который уже начал принимать остальных аристократов. — Что же, Семен Аркадьевич, пришло и наше время поздороваться с императорской семьей и представиться наследникам.

— И то верно, — кивнул Демидов, погладив руку своей супруги и отправившись вместе с Наумовым к императорской семье.

В это же время, немного в стороне, вежливо отделавшись от гостей и расположившись на диване, сидели три супруги Мрак в великолепных вечерних платьях.

— Даша? — тяжело вздохнув, спросил Светлана. — У тебя что-то есть?

— Нет. Я проверила все контуры. Никаких намёков на силу смерти нет.

— Лена?

— Ничего, — поджав губы, ответила женщина. — Мы у тайной канцелярии анализатор проклятий Гарри взяли. Пусто. Ни малейшей реакции. Даже к императорской гвардии сунулись. Они гарантируют, что в защитные контуры зала не вмешивались.

Светлана недовольно поджала губы и ещё раз тяжело вздохнула.

— Свет, может быть он… просто так?

— Затворник, нелюдимый некромант, что готов сам на себя проклятье поноса наложить, лишь бы на приём не идти, внезапно устраивает такое сборище? Нет! — мотнула головой Светлана, задумчиво глядя, как очередная группа аристократов расшаркивается с императорской семьёй. — Нет, он однозначно что-то задумал.

Пока женщины задумчиво рассматривали императорскую чету, с которой поздоровались на правах гостей первыми, и обдумывали варианты выходок своего благоверного супруга, в свободном углу начали суетиться слуги, вынося что-то под плотными пологами.

— Кстати, а куда он делся? — первой заметила Дарья. — Он после встречи императорской семьи куда-то исчез.

— Вроде как, в туалет или… — нахмурилась Светлана и оглядела зал, тут же заметив суету в углу, где секретничали барышни. — А это что такое?!!

* * *

Гарри тяжело вздохнул и оглядел стоявшую перед ним первую рок-группу из одаренных.

— Леня, чтобы не произошло, не взрывай барабан, — произнес он, глядя на молодого парнишку.

Тот тяжело вздохнул, утёр кулаком нос и кивнул.

— Софа, не торопись с соло. Мелодию надо выдержать. Я дам знак, если ты опять ускоришься.

Девушка, поправила ремень бас гитары, покрытой рунами, и кивнула.

— Дедушка Аму, — взглянул на старого вампира Мрак-Беленький. — Честно, не ожидал.

— Ты сам предложил, — пожал плечами старый знакомый. — “Я буду рад, если вы выступите со мной на моём дне рождения на соло-гитаре”. Не твои ли слова?

— Да, но… три месяца на десяток песен… Вы же не умели играть, — произнес Гарри и тут же нахмурился. — Не умели, ведь? Правда?

— Ну, кое-что я все же умел, но не на таком, — хмыкнул вампир и взглянул на свою гитару, на которой кровью были написаны руны. — Кстати, я узнавал. Никто не делал так с силой.

— Вы имеете в виду, что никто не играл при помощи силы? — хмыкнул Гарри. — У меня не было другого выхода. Никто не позволит мне вмешаться в местное освещение и расставлять тут колонки, тянуть удлинители. Я месяц между репетициями создавал вашу маскировку. Местная защита на вас бы среагировала.

— Столько трудов ради десятка песен? — улыбнулся старик.

Гарри вздохнул, улыбнулся до ушей и кивнул.

— Они запомнят это надолго.

Некромант взглянул на друга.

— Боря?

— Мы войдём в историю как самые отбитые одаренные, — с улыбкой произнёс он.

— Это мы ещё посмотрим, — хмыкнула София, одетая в чёрное платье с белыми рюшечками.

Гарри взглянул на Леонида, что смутился и тут же сказал:

— Я всё понял! Ничего я взрывать не буду!

— Господин? — подал голос слуга, просунувший в дверь голову. — Всё готово.

Мрак-Беленький размял шею и кивнул.

— Наш выход, господа!

Группа одаренных направилась в дверь, оказавшись в огромном зале, заполненным народом.

С принесенных в угол вещей сорвали покрывала. Под ними оказалась барабанная установка для Леонида, а также пара стульев без спинок и четыре обелиска, покрытых рунами и сложными схемами.

Не успела одаренная рок-группа встать по местам, как среди расступившихся гостей показались супруги Мрак.

— Беленький! — зашипела Светлана. — Не смей, слышишь?!! Даже не думай!!!

Гарри вышел вперед, достал артефактный микрофон и, с улыбкой глядя на своих жен, произнёс:

— Ребята, запускай! Первой — Месть Гарри!

Засветились огненные руны на гитаре Бориса. Он ударил по ним, и зал наполнился протяжным воем электрогитары. Затем по струнам ударил дедушка Аму, отчего тут же написанные кровью руны дрогнули, а часть из них начала кровоточить, словно гитара была живой. Последней по струнам ударила София, гитара которой начала сочиться черным дымом, что медленно и не торопясь опускался на пол.

— Раз, два… Раз, два, три, четыре! — крикнул Леня, ударяя палкой о палку.

Соло начал старый вампир, тут же выпустив силу. Зал наполнился мелодией, в которую включились вторая электрогитара и бас гитара. Пошёл ритм от Леонида.

Гарри, глядя в глаза супругов, набрал полную грудь воздуха и начал песню:

На угол начали оглядываться гости. Непривычные звуки привлекали внимание, и многие понятия не имели, что происходит.

Однако после первого куплета гитары вошли в резонанс, и стены поплыли. Вместо шикарной обстановки вокруг людей образовался лес. Посреди зала, там, где было место для традиционных танцев, сформировался небольшой лагерь разбойников, где валялось несколько мёртвых тел, горел костер и у него на боку лежал котелок с кашей.

Трое людей у костра лежало неподвижно, но двое наседали на третьего, ритмично нанося ему удары по голове.

Леонид, бивший по барабанам, улыбался до ушей. Каждый его удар сопровождался снопом ярких оранжевых искр, что разлетались в стороны. Тьма, что туманом спускалась с гитары Софии, стала настолько густой, что закрывала её ноги в белоснежных колготках. Гитара Бориса, как и он сам, окуталась голубым пламенем. Старый вампир же, впервые вступая на публике, умудрился перенервничать и слегка отпустил контроль. Его черты лица заострились, уши вытянулись, а лёгкая улыбка превратилась в оскал.

Музыка утихла, иллюзия распалась, и в полной тишине Гарри, державший “микрофон”, являвшийся по сути управляющим артефактом всего представления, поднял руку, привлекая внимание ошарашенных зрителей.

— Доброго вечера всем, кто пришёл на мой юбилей! — произнес он. — Я крайне рад всех видеть!

— Беленький!!! — зашипела Светлана.

— Для тех, кому может стать плохо во время выступления — на каждом столе есть вазочка с конфетами. Зеленые конфеты — валидол! Красные — от рвоты. Желтые — если вам покажется, что вас хотят убить! — с улыбкой до ушейпродолжил некромант, не обращая внимание на разъяренное шипение супруги. — Если вам покажется, что рядом с вами вампир — вам не кажется!

Мрак-Беленький обернулся к группе и с улыбкой скомандовал, не давая зрителям очнуться от шока происходящего:

— Хороший пират — мёртвый пират! Заводи!

Дедушка Аму начал очень быстро выводить соло, а стены тут же поплыли, и публика оказалась на палубе огромного парусника. В лицо ударил морской ветер, а над головами хлопнули от ветра паруса.