Глава 16

АХТУНГ!

КРОВЬ ГЛАЗА ШВАЙНЕ!

АФТАР ИЗЕШТРИПЕН, НАХТУНГ НЕ ПОПРАВЛЯЙТЕН!

– Твою мать, – тихо произнёс Георгий, осматривая огромную воронку, которую оставила команда «Булгур» на взлётно-посадочной полосе. – Аналитики уже подсчитали, как они это сделали?

– Нет. Аналитики пока тоже в ступоре, – покачал головой Васильев. – По их расчётам тут взрыв был на семьсот эрг.

– Откуда тут могло взяться семьсот эрг? – хмуро спросил глава тайной канцелярии.

– Мы тоже в недоумении. Мрак-Беленький уже прошёл проверку, и у него объём не больше ста двадцати эрг. Пока наши аналитики склоняются к версии магического усиления и направленного взрыва, но точных данных не хватает. Если бы от болида Гарри остался хотя бы осколок с парочкой рун – было бы проще.

– А что вообще ничего не осталось?

– Только сгнившая труха, – кивнул Васильев.

Романов недовольно вздохнул.

– Каждый раз, когда он начинает действовать самостоятельно, начинается полный… – Георгий не договорил и, тяжело вздохнув, махнул рукой. – Зачем посылать группы ликвидации, если он сам каждый раз себя чуть на тот свет не отправляет? Теперь ещё и как-то объяснять его безумную выходку и чёрную комету над Москвой дворянскому совету. Ещё и схему того безумия, что он натворил надо как-то из него вытянуть.

– Аналитический отдел выдал записку по разработке… нового варианта оружия.

– Это какого?

– Сверхдальние магические заряды. Если допустить, что у нас будет носитель с характеристиками, хотя бы приближенными к тому, что сделал Гарри, то мы сможем бить почти на пять сотен километров очень мощными зарядами.

– И что это даст? – хмуро спросил Романов.

– Удары по тылам противника, – пояснил Васильев. – Помните служебную записку Соколова по обеспечению наступающей армии?

– Ту, которую засекретили?

– Её самую. Если у нас будет оружие, способное на такую дальность – это может повлиять на всё ведение боевых действий, – кивнул следователь. – Нужно брать Гарри в разработку.

– Предлагаешь, сунуть его в какое-нибудь конструкторское бюро?

– Нет. Слишком своенравный, – покачал головой Васильев. – Проще будет создать вокруг него это самое бюро, чем пытаться засунуть его в сложившийся коллектив.

Что случилось с нашим гробомобилем?

Ну, в принципе, я был уверен, что у нас получится, и несколько раз перепроверял схему. И да, у нас бы всё получилось, если бы не один нюанс.

Дело в том, что письмена рода Мрак начали взаимодействовать с рунами.

Да, это разные структуры, и они должны были работать параллельно и никак не пересекаться, но вот кто знал, что так произойдёт?

Нет, если бы был достаточно умный артефактор из рода Мрак, он бы указал на мою ошибку и то, что ключевой знак проклятия, расположенный на днище, согласно всем правилам проклятий соединяет две цепочки рун.

А что будет, если две руны Сальдо соединить? Правильно, будет смешение потоков и выброс силы. А куда будет направлена сила на днище? Естественно – вниз. А перераспределение потоков тут же нарушает всю конструкцию, и мы получаем что?

Да, кто бы знал, что там получается!

Я летел в этом гробу и пытался не задохнуться от рук Кати, которая реально пыталась меня придушить. В какой-то момент я думал, что мы столкнёмся с самолетом, и я умру другим способом, но пронесло. В итоге, когда сила в артефакте всё же начала иссякать, и мы начали снижаться, я почти возликовал, но… Как оказалось, рано.

От мощнейшего удара наш гроб немножечко взорвался.

Взорвался так, что оставил огромную воронку на взлётно-посадочной полосе, а силой ударной волны снесло несколько заброшенных зданий.

После приземления я получил в глаз от перепуганной Кати и выслушал всё, что она думает о незапланированных полётах.

Добравшись до города, мы отзвонились, и нас забрал артефактный минивенчик тайной канцелярии.

Ну, а потом…

Потом меня пропесочил Георгий Святославович, Ляшев, Васильев, мама, Света, Даша и Елена.

Одним словом – последствия для меня были тяжелыми.

Особенно, если учесть, что победу нам не засчитали.

Я много спорил, доказывал, местами даже угрожал, но Ляшев остался непреклонен. Согласно написанным нами же правилами победитель тот, кто первым прикоснется к финишной ленте.

Как вы понимаете, к финишной ленте прикоснулись первыми не мы.

– Какой-то ты помятый, – с довольным лицом произнесла Катя, смотря на Гарри, поднявшегося из-за соседней парты. – Не спалось?

Молодой некромант с усталым выражением лица взглянул на подругу и тяжело вздохнув ответил:

– Наказание отрабатывал.

Борис улыбнулся и уточнил:

– А в качестве наказания были жены?

– Угу. Выжали досуха, – пробормотал парень и размяв шею, подхватил свой рюкзак. – Идем к Ляшеву?

– Пошли, – кивнул Боря. – С прошлой лекции о нашей бездарности и безрассудства, он вроде как отошел.

– Кстати, а зачем к нему ходить? – спросила Катя. – Мы же вроде как решили закрыть тему с гонками.

– Не закрыть, а ограничится организационными моментами, – вздохнул Гарри. – Да, и артефакторика походу станет моим основным предметом.

– Ритуалистика, – напомнил друг.

– Да, но она идет с третьего курса, – кивнул Гарри.

Компания покинула лекционный зал и направилась в сторону артефактной мастерской.

– Что теперь? – спросил Боря, шедший под ручку с супругой. – Есть какой-нибудь проект?

– Ну… – Гарри тяжело вздохнул. – Можно, конечно, попробовать заставить очередной гроб летать, но…

– Как-то скучновато, – кивнул Боря.

– Да… – кивнул Мрак-Беленький. – Если уж и ввязываться во что-то, то… Надо чтобы хоть цель какая-нибудь достойная была. А то как-то скучно.

– Супер нежить? – задумчиво произнес Мусаев.

– Только через трактат, – покачал головой Гарри. – Надо бы заняться им, а то я в последнее время запустил это дело.

– А может вы чем-нибудь серьезным займетесь? – спросила Катя.

– Есть предложения? – хмыкнул Гарри.

– Ну… можно повторить мусорные поля как у персов, – пожала плечами девушка.

– На самом деле мне эта идея с мусором не очень нравится, – пробормотал Гарри. – У персов куча ресурсов, включая металлы, превращается в прах. А это, на секундочку, деньги.

– Ну, а у нас оно просто гниет, – пожал плечами Боря.

– Вот тебе и задачка, – тут же засияла Катя. – Сделать так, чтобы на помойках весь мусор перерабатывался.

– Ну, скажешь тоже, – пробормотал Гарри. – Нет, способ как разлагать пластик, или ту же бумагу с древесиной – это запросто. А вот сортировка – это уже…

Тут молодой некромант умолк и задумчиво почесал подбородок. Боря молча шел с легкой улыбкой, понимая, что другу в голову пришла очередная довольно оригинальная идея. Катя непонимающе перевела взгляд с друга на супруга.

– Боря, ты когда нибудь думал о том, чтобы создать свою собственную форму жизни? – спросил Гарри, поймав за хвост довольно своеобразную идею.

– Нет. А зачем?

– Ну… если мы можем заставить дивгаться умертвий, то почему бы не… Сделать умертвий, способных размножаться?

– Это ты к чему? – спросила Катя.

– К тому, что по идее, сделать умертвий, способных к размножению и поглощению… Пусть будет алюминия… То такое умертвие будет… Своего рода жить на помойке, плодиться и накапливать внутри себя определенный элемент. Затем это умертвие, можно будет убивать и забирать из него скопленный пусть тот же алюминий.

– А не проще… заставить его гадить или нести яйца из того же алюминия? – спросил Мусаев. – Да и… когда кончится алюминий, то это умертвие и на столб за проводами может забраться. А если они расплодятся? Что тогда?

– Тоже верно, – задумчиво произнес Гарри. – Но согласись – идея с псевдо жизнью сортирующей мусор – вполне жизнеспособна.

– Согласен, – кивнул Боря. – С чего начнем?

Ребята остановились у входа в лабораторию.

– Начнем не как обычно, – ответил Гарри. – Давайте посоветуемся с тем, кто в этом хоть что-то понимает.

Парень открыл дверь в лабораторию и вошел внутрь, обнаружив там Ляшева и еще одного незнакомого человека в военной форме.

– О! на ловца и зверь бежит! – радостно хлопнул в ладоши профессор.

– Добрый день, молодой человек, – кивнул ему мужчина. – Я к вам по делу. Вы, я так понимаю, Мрак-беленький Гарри?

– Он самый, – кивнул парень и покосился на друзей.

– Моя фамилия – Редкозубов. Я представляю военное ведомство разработок нашей империи.

– А я тут причем? – нахмурился Гарри.

– Ваш последний полет вызвал… Довольно серьезный переполох среди военных чинов, а также среди научной элиты нашей отчизны.

– Ну… полетали немного, – буркнул молодой некромант и почувствовал, как его в бок ткнула Катя.

– Полетали… Да. Конечно, вот только ни одна система, контролирующая воздушное пространство нашей родины, не смогла не только среагировать, но даже точно проследить ваш полет.

– В смысле?

– В прямом. Наши артефактные ракеты, предназначенные для устранения вражеских летающих объектов не смогли не то, что поразить вас. Они даже не долетели, воткнувшись в землю бесполезными болванками.

– По нам били системы ПВО? – вскинул брови Гарри.

– Вы летели на высоте двести метров, без опознавательных маячков. Никого не предупредили и не поставили в известность. Как иначе, реагировать на ваш полет?

– Ну… – смутился Гарри.

– Вот по этому, по решению непосредственно императора, было принято решение о создании конструкторского бюро, директором и основоположником которого было решено назначить вас, господин Мрак-Беленький.

Молодой некромант впал в ступор.

– В смысле конструкторское бюро? – спросил Гарри. – Я даже университета не закончил!

– Те кто его закончили, не могут даже близко приблизиться к вашим результатам, – пожал плечами военный и взял папку со стола, которую протянул Гарри. – Мы ознакомили с результатами вашего полета всех наших военных артефакторов и они в один голос заявляют, что подобное просто невозможно ни с технической, ни даже с теоретической стороны.

Гарри хмуро взял папку и спросил:

– И что мне теперь делать?

– Для начала ознакомиться с содержимым папки. Там правила документооборота и уровни секретности. Далее вам надо набрать штат и попробовать повторить свой полет… без пассажиров. Ну, а дальше мы с удовольствием с вами обговорим дальнейший путь развития вашего оружия.

– Блин, а я хотел псевдо жизнью на основе некромантии заняться, – пробормотал Гарри и заметил как Редкозубов приподнял бровь. – Что?

– Откуда вам известна программа «Антижизнь» шведов?

– Что? – вскинулся Гарри. – Какая «Антижизнь»?

Военный кашлянул, покосился на Ляшева и буркнул:

– Не суть важно. Давайте ближе к делу!

Сказать, что это было неожиданно?

Однозначно – да!

Я ожидал чего угодно, но только не военных с серьезной физиономией предлагающих открыть мне конструкторское бюро и работать во славу родины.

Нет, не поймите меня неправильно, я то может как раз что-нибудь подобное и хотел. Тут тебе и ресурсы, и редкие материалы и даже полигон для испытаний, но…

Твою мать, мне же тогда было только семнадцать!

Что я понимал в современном оружии? Как мне с этим поступать? Что вообще делать?!!

Нет, я с одной стороны понимал, что проклятия и артефакторика могут наворотить дел, но с другой… Что я то с этим должен был делать?

Благо, после моей отповеди, до вояки дошло, что я, мягко говоря кандидатура для «директора» слабоватая. И слава всем богам, что Ляшев, искренне соболезнуя моему положению додумался предложить в качестве директора свою кандидатуру.

У меня как камень с души свалился.

Да, я знаю, что престарелый профессор мечтал о наградах и признании. Да, я прекрасно понимал, что это его шанс на успех и его возможность доказать всем своим коллегам свой профессионализм, а кое-кому и откровенно утереть нос.

Однако, я так же понимал, что вывезти еще и конструкторское бюро, а я на секунду даже не особо понимал что это такое и как оно работает, я откровенно не смогу.

В итоге, после долгого, почти часового разговора, было решено создать опытное бюро на базе университета под руководством Ляшева и в котором буду работать я и вся команда Булгур.

К слову, название КБ «Булгур» я отстоял.

Ну, а после беседы с Ляшевым, пришло понимание, что я действительно многого не понимаю.

Начнем с того, что нормальные современные артефакторы пользуются персональным компьютером, где с помощью программы рассчитывают напряжение, цепочки рун и прочую довольно нужную, но крайне скучную и нужную работу.

Слава богам, все нужные программы и оборудование, Ляшев заказывал сам.

Дальше, несмотря на мой «уникальный» подход, в штате должны были быть обычные артефакторы. Разумеется, никто артефакторов со стороны никто нанимать не собирался. Всю рутину, Ляшев с превеликим удовольствием повесил на нас.

Нас – это я, Катя, Боря и три мои супруги.

Да, для того, чтобы не сидеть и не ждать, пока нам выделят кристаллы с силой, было мягко говоря, не лучшим вариантом.

И да, теперь наш учебный процесс сильно поменялся.

Знаете, я никогда не думал, что артефакторика легкая или простая наука, но я никогда не представлял, НАСКОЛЬКО это сложно.

Материаловедение?

Руны?

Артефактные структуры?

Пф-ф-ф.

Вы еще видели систему сопряжения структур с учетом и техник, и материалов и внешнего излучения.

Вот это действительно – сложно.

Что же касается первого нашего заказа от военного ведомства, то…

Месяц.

Месяц у нас ушел на то, чтобы просто понять, что мы сделали, как и почему это сработало именно так.

И это при том, что с нами был профессор аретфакторики.

– Успокойтесь, Лев Семенович, – махнул рукой мужчина с зализанными назад волосами. – Да, я согласен, что феномен достаточно необычный, но не надо забывать, что там был некромант. Возможно, что все дело в том, что сила смерти внесла свои коррективы и случилась простая диссоциация. Выброс Крамара.

– Знаете, Евгений Сергеевич, – вздохнул старичок со сверкающей лысиной на голове. – Может быть так оно и есть, но если эти «Булгур» смогут повторить то, что произошло у Великих Лук, то у нас с вами будут проблемы.

– Никто нас с должностей не снимет, – хмыкнул собеседник.

– Да какой, к черту, снимут? Нам с вами финансирование зарежут и направят его туда, где разработка более перспективна. Вот это по настоящему страшно.

Лев Семенович вздохнул и покосился на полигон, на котором троица подростков что-то химичила с продолговатым предметом, по форме напоминающим гроб.

– А еще этот Ляшев, – недовольно проворчал старичок. – Сидел у себя в университете, учил основам. Нет, выскочил, старый хрыч.

– У вас с ним что-то личное? – вскинул брови Евгений Сергеевич.

– Можно и так сказать, – буркнул в ответ конструктор. – Основы он, конечно, знает. Прекрасно знает, но в сложные задачи я не слышал, чтобы он совался. Да и, простите меня старого скрягу, но делать артефакты на коленке в университете и решать простейшие задачки, не тоже самое, что иметь под боком производство и изготавливать по настоящему серьезные вещи. Мало изготовить артефакт, надо уметь его еще делать в огромных количествах и как можно дешевле.

– Согласен, – кивнул мужчина. – Это задачи другого уровня, решать которые надо уметь.

– Вот и скажи мне, с какого лешего этим студентам выделили целое КБ и стандартную программу конструкторских коллективов? Мы с тобой не один десяток лет варимся в этой теме. А эти? Кто они вообще и понимают ли, что делают? Да у них один профессор и шесть студентов! Что они могут?

В этот момент, раздался хлопок и с полигона в небо устремился снаряд, оставляющий черный дымный след в воздухе.

– Гарь от топливного элемента? – нахмурился старичок.

– Скорее резонанс Ньюра, – покачал головой Евгений Сергеевич.

Старичок недовольно поджал губы, прикинув, какую скорость набрал снаряд и обернулся. На его глазах Редкозубов и Васильев из тайной канцелярии напялили темные очки, следя за полетом прототипа.

– Они что-то знают, – недовольно пробормотал старичок и то же достал выданные ему очки.

Когда он повернул голову, то обнаружил, что снаряд приближается к скале, которая располагалась в десяти километрах от места пуска.

– Это сколько у него… – пробормотал Лев Семенович, но замер открыв рот.

Снаряд в виде гроба долетел до цели и по глазам ударила яркая вспышка, а спустя несколько секунд его чуть было не сбила с ног ударная волна.

На горизонте в небо поднимался огромный черный гриб.

– Евгений Сергеевич, – ответил старичок, сняв очки и наблюдая поднимающийся гриб. – Готовьтесь к сокращению финансирования.