Глава 8

Улоф хмыкнул и застегнул ширинку, после чего взглянул на молодую девушку, что собирала свое нижнее белье с кровати.

– Позови Сьюзи, – произнес он и поправил рубашку.

– Да, господин, – поклонилась та и быстро собрав оставшееся белье, прикрыла наготу платьем и быстро покинула комнату.

Молодой парень же, потянулся и взглянул на окно, за которым был изумительный вид на Москву.

– Неужели тут всегда такая погода? – спросил он сам себя и подошел к стеклу, за которым над городом текли серые тучи.

За спиной раздался стук и сын правителя Швеции обернулся.

– Господин? – показалась на пороге еще одна служанка.

– Заходи, Сьюзи, – кивнул парень.

Горничная вошла, закрыла за собой дверь и подошла к принцу.

– Все готово? – спросил парень, рассматривая девушку.

– Да, господин, – ответила служанка и запустила руку в декольте, откуда достала небольшую зеркальную пластинку и протянула ее Улофу. – Тридцать секунд, после снятия и вы вернетесь в свой облик.

– Хорошо, – кивнул парень и взглянул на артефакт, в зеркале которого застыло изображение служанки. – Где лежит второй?

– Второй, в техническом помещении. Одежда уборщика. Третий на улице, под камнем, у того самого столба.

– Понял, – вздохнул парень.

– Будьте бдительны, господин. Судьба всей Швеции в ваших руках. Нам нужна нужна эта дуэль…

Парень взглянул на девушку, а затем на артефакт у него в руке.

– Мастер зеркал тревожится за судьбу младшего сына Швеции? – хмыкнул он.

– Мастер зеркал беспокоится за судьбу всей Европы, – ответила девушка. – Русским в судьбе Европы места нет.

– Это звучит более правдоподобно, – хмыкнул Улоф и одел на себя цепочку с артефактом.

Мгновение, скрип кожи, короткий стон принца и вот он уже превратился в точную копию служанки и принялся снимать с себя одежду. Сьюзи занялась тем же, но в отличие от своей копии, она начала увеличиваться, постепенно превращаясь в копию принца.

– Готов? – спросил мастер зеркал, после того как принц переоделся.

– Готов, – ответила копия служанки.

– Помни – никаких художеств. Нужна дуэль. По всем правилам.

Все медленно, но неотвратимо приближалось к краху.

Да, тогда я этого еще не осознавал.

В смысле, не осознавал всего масштаба.

Я пытался отмахнуться от проблем с девушками и дурацкого чувства вины. Да, необоснованного и логика не раз приводила меня к тому, что я в любой ситуации прав, но… Дурацкое чувство вины меня до конца так и не покидало.

На секунду отложив в сторону юмор и все мои планы, ночью в кровати Наумовой, подушка на которой все еще ей пахла, я много думал.

Война…

Нет, умирать я не собирался, но в такой ситуации, частенько твоего желания не спрашивают.

А что я могу?

Беречься?

Безусловно, но риски то остаются.

А потом пришла мысль: «А если меня не станет?».

В роду, по факту, я один.

Что дальше?

Род просто закончится.

Наследников нет и не предвидится, черт знает сколько.

Значит нужно его сделать.

С кем?

Ну, а кого я хоть немного знаю?

Наумова, да Демидова.

Но есть проблема с этими двумя. Что одна, что другая стукнутые. Если на них не найти управу, они либо будут постоянно дуться, либо доканают меня. Проблема, конечно, но еще большая проблема, как к ним подступиться.

Игнорирование, общение только по существу.

Так и не найдя выхода, я углубился в артефакторику.

Вы ведь, не думаете, что я про гроб забыл?

Нет, не забыл.

Правда, все наши попытки оказались тщетными.

Если для проклятья на уничтожение рака был конкретный и четкий ответ, то вот на счет всего, что касалось двигателей на магической тяге ответов было масса и все они были чертовски сложными.

Таблицы, коэффициенты, принципы, эффекты…

Признаюсь – я думал по быстрому чему-то научусь и мой гроб, если не полетит, то хотя бы поедет, но реальность оказалась куда суровее. Без основ, лезть в серьезную артефакторику – гиблое дело.

В общем, предложение профессора оказалось как нельзя кстати.

– Итак, – произнес Ляшев и со вздохом взглянул на выполненное задание троицы, что стояла перед ним. – Когда я говорил медленно и осторожно вливаем силу, то я не это имел в виду.

Гарри вздохнул и посмотрел на кучку праха, что осталась у него, вместо куска кости, размером с ладонь. Затем он перевел взгляд на расплавленный кусок камня, что растекся лужой перед хмурым Борисом, на специально огнеупорной доске. Вздохнув, он поднял взгляд на дыру в потолке, от самодельного накопителя сделанного Катей.

– Это случайность, – произнес молодой некромант, опустив взгляд на профессора артефакторики. – Мы, видимо, что-то все же сделали неправильно.

– Вообще-то вы все сделали правильно, но когда я говорил медленно – это значит медленно, – хмыкнул Ляшев.

– Я вроде бы все делала медленно, – буркнула Катя.

– Вы не совсем понимаете, что значит медленно в артефакторике, – вздохнул старичок. – Я понимаю, что вы боевики и у вас совершенно другие задачи. Вам нужно делать все резко и быстро и по вашему «медленно» в артефакторике называется «сверхбыстро». А если сюда еще наложить вашу основу каналов в теле и ваш объем силы, то… Получается то, что получается.

– И что нам с этим делать? – хмуро спросил Борис.

– Учиться. Учиться и тренироваться, молодые люди. Поймите, от скорости поступления силы, зависит очень многое. Материал имеет свой коэффициент сопротивления той или иной силы. Каждый материал имеет структуру и резкое переполнение наружней части материала силой вызывает своего рода напряжение. И как только это напряжение доходит до определенной точки, то сила выбрасывается вовне. Чаще в виде стихийного выброса, но есть и другие варианты, – пояснил Ляшев и поднял голову к потолку, где находилось довольно ровное отверстие.

– Сложно, – вздохнул Борис.

– Да, согласен, но вы только представьте перспективы, если вы научитесь такому контролю. Извечная проблема тех, кто имеет большой резерв – оперирование малыми объемами, для вас станет… сущим пустяком.

– А есть какая-то… Какой-нибудь способ, чтобы визуализировать насколько у тебя точный контроль? – спросил Гарри.

– Есть, – кивнул старичок и принес со стола несколько голубоватых кристаллов, один из которых протянул Гарри. – Попробуй направить в него самую малую порцию силы, на которую способен.

Мрак-Беленький положил кристалл на ладонь и нахмурившись направил силу в него, отчего внутри прозрачного артефакта сразу появилась черная сфера, размером, заполняющая почти все его пространство.

– А теперь смотри, как делаю я, – взял с его руки артефакт профессор и положил на свою открытую ладонь.

Сначала в нем появилась светящаяся точка. Затем она выросла и почти заполнила кристалл, но внезапно снова сжалась до точки. Свет стал снижаться, и постепенно точка превратилась в белую небольшую сферу. Она вытянулась в линию, затем в спираль, а под конец представления образовала крохотную ромашку со стебельком и листиком.

– Это как? – спросил Гарри не сводя взгляда с кристалла на руке старичка. – Этим артефактом можно управлять?

– Нет. Я все это проделал силой, – спокойно произнес Ляшев. – Контроль, дамы и господа. Контроль – вот по настоящему чудовищная сила. А прием, когда сила перестаёт излучать свою суть называется «Оперирование сверхмалыми объемами стихии».

– А имеет ли значение контроль… в боевых условиях? – спросил Боря задумчиво почесывая подбородок.

– И да, и нет, – пожал плечами Ляшев. – С одной стороны – да. Заклинания с таким контролем будут чудовищны по своей силе. Вот, к примеру, какое заклинание вы сейчас проходите на практике?

– Ну, стандартные стихийные стрелы, – пожал плечами Боря.

– Так вот, представьте такую стрелу огня, что может пробить серьезную защиту водного мага.

– Вода антагонист, – напомнил Боря.

– Если такая стрела будет на уровне контроля сверхмалого объема, то она при соприкосновении с защитой, просто локально ее испарит и пройдет как нож в масло. Понимаете? Конструкция стрелы огня, подразумевает потери. Огромные по артефакторным меркам потери в виде тепла. Мало того, что они при таком контроле исчезнут, так еще и суть самой стрелы будет усилена во много раз. Усиление температуры на кончике приведет к тому, что прежде чем она столкнется с силой воды и самой конструкцией щита, она испарит воду. А вода, как мы знаем, основа магии любого водного мага. Понимаете?

– Воздух тоже выжжет? – спросил Гарри.

– Да. С землей же, проще будет действовать грубой силой.

– Если все так прекрасно, то в чем подвох? – спросила Катя.

– Во первых, чтобы иметь такой контроль надо серьезно и долго готовиться, – развел руками Ляшев. – Это очень серьезная и сложная подготовка, к которой потом еще и привыкать надо.

– Но оно же того стоит, – вмешался Гарри.

– Да, в плане сражения один на один – согласен, но вот если мы говорим о современной войне, то выходит не так радужно. Во первых – контроль такого уровня предполагает абсолютную концентрацию творящего. Вам надо объяснять, что такое боевой маг, замерший на несколько секунд, для сотворения идеального заклинания?

– И так понятно, – кивнул Боря.

– Хорошо. Во вторых – массовые заклинания, или заклинания на площадь, такого эффекта не дадут. Тут все равно все будет зависеть от силы.

– Но огненная стрела же…

– Нет. Это так не работает. Да, имеет смысл вкладывать контроль в конкретные заклинания, но допустим в то же «Адское пекло» контроль вкладывать смысл нет. Жарче не станет, защиту не прожгёт и площадь не увеличится. Понимаете? Ради десятка, от силы полутора заклинаний, упираться в контроль на несколько десятилетий смысла нет. Контроль – это удел артефакторов. Настоящих, тех кто работает с силой, без помощи костылей и может делать удивительные вещи. Жаль, конечно, но нынче артефакторы – это обычный обслуживающий персонал, который закончил колледж и клепает однотипные артефакты на фабриках. Талантов нынче совсем мало.

– Это из-за того, что артефакторика сложная, – буркнула Катя. – Никто не хочет идти туда, где сложно.

– Предрассудки, – кивнул Ляшев. – Искусство исцеления намного сложнее, но все почему-то считают сложной артефакторику. А еще есть предубеждения, что в артефакторы идут только те, у кого резерва кот наплакал.

– А это не так? – спросил Боря.

– Нет, конечно. С малым резервом в артефакторике не будет легче ни на грамм, но общественное мнение постепенно превращается в реальную тенденцию. Студенты, выбравшие в качестве специализации артефакторику все слабее и слабее.

– Вам просто нужен нормальный маркетинг, – хмыкнул Гарри. – Создать общественное мнение, проводить пропаганду среди молодежи.

– И как вы себе это представляете? – усмехнулся Ляшев. – Стоять с транспарантом «Артефакторика – это хорошо!»?

– Так вы только отпугнете, – хмыкнул Борис.

– Я бы… Я бы предложил… – тут Гарри покосился на друга и подмигнул ему. – А почему бы не организовать гонки?

– В смысле? – нахмурился старичок.

– В прямом. Берем и объявляем в университете гонки. Условия просты: может участвовать каждый, но при условии, что гоночный артефакт изготовил сам студент… или группа студентов.

– Скопируем «Большой заезд волшебства»? – хмыкнула Катя.

– Можно, а можно и обязать, чтобы основа для гоночного артефакта не имела отношения к гонкам, – кивнул Гарри и посмотрел на хмурого профессора.

– Это уже не наука, а какое-то развлечение.

– Давайте говорить откровенно, – вздохнул Гарри. – Я к вам пришел не только из-за безвыходности моего положения.

– А зачем тогда?

– Есть у меня одна… кровать. И вот жутко мне хочется, чтобы она ездила, а в перспективе даже летала.

– Вы понимаете о чем говорите? Дерево не лучший вариант для таких нужд. Надеюсь она хотя бы железная?

– Ну, тут можно что-нибудь придумать, но суть не в этом. Я вам говорю, что именно развлечения, зрелищность привлекут внимание к артефакторике, как таковой. Кому из молодежи интересны формулы и таблицы? Никому. Кому интересны гонки… да пусть на том же диване? Всем!

– Кхэм, – кашлянул Ляшев и задумался.

– Да, на это потребуются средства, – кивнул Гарри. – надо будет арендовать трек, пригласить целителей, придумать приз, но тут учится приличное количество аристократов. Можно придумать взнос или элементарно найти спонсора.

– Это… слишком неординарная мысль, чтобы принять ее так просто, – произнес профессор. – Но рациональное зерно в нем есть, тут этого не отнять.

– Призом вообще можно сделать год бесплатного обучения в университете, – заметила Катя. – Университет ничего не потеряет, от команды победителей.

– Смастерить какой-нибудь кубок еще, чтобы аристократу было чем хвастаться, – добавил Борис.

– Да… Идею надо обсудить с ректором, – закивал Ляшев. – Кстати, он меня ждет к шести.

– Без десяти шесть, – заметил Гарри, указав на часы на стене.

Профессор вздохнул и покосился на ребят.

– Тогда нам пора заканчивать.

– Да, профессор! – хором произнесла троица и принялась быстро собираться.

Когда они вышли, за ними поспешно покинул лабораторию.

– Гарри, когда я сказал, что Ляшев нас пошлет с идеей самоходного гроба, я не думал, что ты настолько коварен, – задумчиво произнес Борис, глядя на удаляющуюся спину профессора.

– Да, я сам не ожидал, что так разговор выведет, – пожал плечами Гарри. – Зато теперь у нас есть прямая индульгенция на то, чтобы заставить гроб ездить.

Борис закивал головой, а Катя усмехнулась и спросила:

– Поедим?

– Я за, – кивнул Боря.

– Я бы тоже не отказался, – кивнул Мрак-Беленький. – В столовую? Думаю там еще должно было что-то остаться.

Ребята двинули по коридору, к выходу из корпуса. Гарри как обычно чуть впереди, а за правым плечом Борис с Катей, держась за руку.

– Гарри, – произнес Боря, когда они дошли до лестницы и начали спускаться. – Ты извинился?

– Демидова плакала, а Наумова сама не своя. Косячит на практике, – кивнула Катя.

– Мне не за что извиняться, – вздохнул Гарри. – Я ни на грамм не соврал, когда тогда напился.

– Ты мог бы извиниться, хотя бы для того, чтобы их успокоить, – буркнула Екатерина.

– Кать, меня бы кто успокоил. У меня скоро у самого крыша поедет. Мои проблемы и мои обиды, что-то никто сглаживать не торопится, – раздраженно ответил Гарри.

– Что случилось? – с опаской спросил Борис. – Обидел кто?

– Жизнь, мать ее, обидела. Сначала меня, как ослика, манят морковкой с проклятьем бесплодия, затем оказывается что у него есть «Абсолютный период» в пять лет и его не снять. Тут же мне книга сует предупреждение о детях и о том, что сначала дети, а потом проклятье и развлечения с кем хочешь. А тут еще Васильев сообщает что скоро война и стране нужны сильные маги и будь его воля он бы меня насильно со всеми одаренными скрещивал. Уверен, будь его воля, он бы и мужиков ко мне отправлял.

Гарри спустился на пролет и обернулся на друзей.

– А теперь еще давайте сюда рода запихнем, Демидову, которой черт пойми что надо, Наумову, что ночью пытается меня сожрать, Орлову, которая даже в ванную зайти не может, чтобы трусики переодеть и наконец стояк такой, что я уже ходил к целителям за препаратами, чтобы поспать нормально.

– У них такие есть? – нахмурилась Катя.

– У наших нет, – буркнул Гарри и продолжил спускаться по лестнице.

– Гарри, – позвал его Боря.

– Нет, друг мой. Ни в одной проблеме ты помочь не можешь, – обернулся к нему молодой некромант.

– Нет, я хотел спросить – какие у Орловой? Ай!

Боря покосился на Катю, что со угрозой взглянула на него.

– Что? Исключительно из спортивного интереса, – пояснил Мусаев.

– Темно зеленые, спортивные, – буркнул Гарри.

Катя подтолкнула супруга и они нагнали молодого некроманта.

– Слушай, если тебе нужны дети, так женись, – задумчиво произнесла Катя. – Ты же в выборе не ограничен так?

– Ага, объявление во дворце у Романовых повешу. Чтобы у нас свара новая началась среди знати. Перед войной – самое то, – буркнул Гарри.

– Нет, погоди, а чем тебя Наумова не устраивает или Демидова? – задумчиво произнесла Екатерина. – Обе к тебе не ровно дышат. И ту, и другую ты знаешь.

– Возьмет одну – вторая сразу врагом станет, – покачал головой Боря.

– Так пусть обеих возьмет, – пожала плечами Катя.

– Я их двоих не вынесу. Да и ссориться постоянно будут. К ним двоим отдельный контроллер нужен, как минимум, – вздохнул Гарри. – И еще как-то ситуацию разруливать надо…

– Жалеешь, что все им сказал? – спросил Боря.

– Тогда нет. Сейчас думаю – зря, – вздохнул Гарри.

Ребята вышли из корпуса и отправились к общежитию.

– Тебе будет сложно вернуть хотя бы те же отношения, – произнес Боря.

– Знаю. Сам думаю, как к ним подступиться, – с тяжелым вздохом произнес Гарри и нахмурился, когда заметил Орлову, что шла к ним быстрым шагом. – То, что Наумова и Демидова отличный вариант я и так понимаю. Да и строгую старшую жену для них найти можно. Вон, хотя бы как Орлова.

– Гарри, – подошла к ним Елена. – Приказ Васильева – тебе запрещено покидать стены университета.

– Я и так никуда не хожу, – буркнул в ответ тот. – И ты по пятам за мной постоянно ходишь.

– Это приказ.

– Вот, кстати, – взглянул на друга Гарри. – Строгая, исполнительная и преданная! Идеальная старшая жена.

– А ты уверен, что ей это надо? – хмыкнул Борис.

– Орлова, ты бы за меня пошла замуж?

Лена смутилась, оглядела Мусаевых и нехотя ответила:

– У меня обязательство перед семьей и мне необходимо…

– Допустим со всей семьей принял бы вас в род Мрак. Пошла бы?

– Я… мне… – растерялась Орлова.

– Единственный минус, – вздохнул Гарри, взглянув на Борю и кивнув в сторону растерянной Елены. – Полное отсутствие самостоятельности. Приказа не было и все. Критическая ошибка и перезапустите систему.

– Никто не идеален, – кивнул Борис с легкой улыбкой.

Компания двинулась в сторону общежития.

– Но так-то кандидатура действительно идеальная, – хмыкнул Гарри. – Орлову бы в старшие, Наумову и Демидову в младшие жены и все. Баланс отношений и размеров груди.

– Ты пошляк, Гарри, – заметила Катя.

– Да. Пошляк, сумасброд и похотливый кабель. Ну, и некромант, на секундочку, – кивнул Мрак-Беленький и обернулся, взглянув на замершую в нерешительности Лену. – Ты как? Идешь или тебя надо перезагрузить?

Девушка молча кивнула и догнала их.

Гарри с тяжелыми мыслями, в сопровождении Мусаевых и Орловой добрался до общежития и, зайдя в комнату, с тяжелым вздохом направился к кровати Наумовой, стоявшей у окна.

– Гарри, – нерешительно произнесла Орлова. – Я самостоятельная. Просто… думала, что вопрос с подвохом.

– Хорошо, – кивнул Гарри.

– Можешь задать его еще раз? – спросила Лена.

Гарри, усевшийся на кровать, хмыкнул и осмотрел девушку. Стройная, подтянутая. Грудь второго размера, волосы рыжие, веснушек на лице нет, но плечи и верхняя часть груди ими усыпана. Платье подчеркивает стройную талию, ножки прямые. Плечи чуть широковаты, но это из-за мышц.

– Орлова, пойдешь за меня замуж старшей женой, чтобы эти две мне мозг не вытрахали? Только учти, что мне налево ходить придется. Даже если я не захочу, – глядя в глаза произнес Гарри.

– А моя семья?

– Твою семью возьму в род. Будут боевым крылом рода Мрак.

Елена сглотнула и не отводя взгляда переспросила:

– Это не шутка?

– Лен, если то, что мне сказали правда – скоро война. Я бы на месте врагов, прибил бы чужого некроманта первым. А в роду только я. Мать простолюдинка, отчим тоже. Одна София, но она даже на ноги встать пока не может. Наследников нет. А я ни в ком не уверен. И если уж своей жизнью я распоряжаться могу, то с судьбой рода… Рисковать не имею права.

– Ты… ты меня не знаешь, – тихо ответила девушка.

– Да. Но мне хватило времени, чтобы понять твою преданность. Мне будет достаточно того, что ты так же будешь верна роду, – пожал плечами Гарри и стянул с ног носки, после чего снял пиджак и принялся расстегивать рубашку. – Мне неприятно об этом говорить, но никаких чувств любви и прочего я к тебе не испытываю, но как говорится, лучшие отношения строятся не на чувствах, а на взаимовыгодном сотрудничестве. Как-то так, Лен. Откажешься – даже не обижусь.

Парень откинул одеяло покрывало и край одеяла.

– Ты уж прости, я совсем вымотался.

– Я согласна, – ответила Елена.

– Хорошо. Одной проблемой меньше, – вздохнул Гарри и достал из штанов телефон, где набрал номер Сидорова. – Алло? Привет. Как дела? Что делаешь?