63

Арина

Удивительное ощущение — когда тебя одновременно разрывает пополам от страха и от страсти. А ведь эти два слова даже похоже начинаются… Но означают вроде бы совсем разное, однако, как выяснилось, дополняющее друг друга. Получался причудливый коктейль, от которого я дрожала, чувствуя, как одновременно учащается и дыхание, и сердцебиение.

И не только у меня. Хотя, я уверена, Саша не боялся так, как я. Волновался — да, может быть. Но нетерпения и желания в нём было гораздо больше.

Да, сейчас, в полумраке незнакомой спальни, мне было гораздо проще называть его Сашей. Ну какой «Александр», тем более — «Александр Андреевич», если в какой-то момент я поняла, что способна только стонать? Протяжно простонать: «Са-а-аша!» — я ещё могла, но ни о каких полных именах речь точно больше не шла.

Я чувствовала себя оголённым проводом — дотронься, и шибанёт током так, что в голове помутится. Только шибало не одного Бесова, а нас обоих, но при этом и остановиться было невозможно, немыслимо, нереально…

И если от Александра я чего-то подобного и ожидала — конечно, я понимала, что он не станет сдерживаться и потрогает меня везде и всюду, и расцелует, и полижет… Да-да, и это тоже, конечно! То от себя я не ждала подобной раскрепощённости, особенно учитывая страх. И, протягивая ладонь к Саше, хмелея от собственной наглости, я ощущала себя человеком, который хочет погладить тигра.

Тигр оказался очень горячим. А местами ещё и настолько твёрдым, что я дурела и глупо улыбалась, слушая его стоны и понимая — ему нравится. Нравится, несмотря на то, что я совсем ничего не умею, по крайней мере на практике. В теории-то мы все сейчас продвинутые.

Но мои скудные познания оказались не в силах соперничать с реальной жизнью. Потому что в тех невеликих фантазиях, которые порой посещали и меня, не хватало тактильных ощущений, звуков, запахов. А это, как выяснилось, главное.

Вкус его губ. Тяжесть его ладоней на моих бёдрах. Его движения, с одной стороны, нежные, но с другой — стремительные и порой жёсткие, жадные… Горячее дыхание и шёпот возле уха:

— Ариша…

То, как Саша произносил моё имя, тоже почему-то было особенным. От этого бурлило в крови, и внутри меня поднималась такая сильная волна восторга и какой-то абсолютной, безудержной любви, что я не сомневалась — будь я не человеком, а океаном, затопила бы всю планету.

Реальность возвращалась ко мне медленно — вместе с нежными поцелуями и бережными прикосновениями. Однако абсолютная расслабленность уступила место неловкости, когда я поняла, что лежу на мокром.

— Извини, пожалуйста, я не думала, что будет столько крови… — начала было я, пытаясь сесть, но Саша тут же уложил меня обратно на подушку и грозно навис надо мной.

— Арин, даже не вздумай договаривать, — строгий тон мог бы напугать, если бы не нежность и забота, с которыми Александр смотрел мне в глаза. — Ты же не думаешь, что я стану закатывать истерику из-за испачканных простыней? Это мне нужно просить прощения. — Лёгкий поцелуй в плечо едва не заставил меня мурчать, словно кошка. — Было очень больно?

— Ну… я совру, если скажу, что вообще не было, но… мне понравилось. Особенно в начале, когда ты довёл меня до… ну… до этого… Эй, не смейся! — Я попыталась достать до его рёбер, чтобы коварно защекотать, но была перехвачена на подлёте к цели.

— Рад, что тебе понравился оргазм. — Нежный поцелуй коснулся моих губ. — Обещаю начать с него и в следующий раз.

Тут я оживилась:

— А когда у нас следующий раз?

— Не раньше завтрашнего утра, — с этими словами Бесов встал с кровати и аккуратно потянул меня за собой. — Но, прежде чем я сменю постельное бельё, пойдём отмываться сами.

Лёжа спустя полчаса на перестеленной кровати в обнимку с мужчиной своей мечты, я засыпала уставшая и совершенно счастливая.