Глава 34

Агата

— Мне кажется, в этот раз лазанья получилась гораздо интереснее, чем в прошлый. Согласна, Аги? Детка?

Я медленно, будто в коматозе вскидываю взгляд на маму.

— Прости, мам. Не расслышала. Что ты спросила?

— Я про лазанью, — мама кивает на мою тарелку, по которой я уже минут пятнадцать размазываю соус бешамель. — В этот раз вкуснее вышло.

— А… Да… Ты права. Да ну у тебя всегда всё вкусно.

— Просто сегодня я протестировала новый рецепт Нимб. Она вчера со мной поделилась, когда мы были в гостях.

— Нимб не могла посоветовать чепуху, — отвечаю отстраненно, насадив на вилку кусочек пасты с мясом, и снова застываю.

Со вчера мой мыслительный процесс затормозился, и до сих пор я не могу прийти в чувства.

Уже и родители, и Рики, и даже Асти по телефону заметили, что я какая-то не такая. И я не могу им ничего объяснить, так как не могу рассказать об истинных причинах своего состояния.

А причина, собственно говоря, одна. И называется она "Артур Ахметов".

— Детка, ты меня беспокоишь. Может, поговорим? Вы что, с Артуром поругались? Он тебя уволил? — вздыхает мама.

— Нет! — я вскидываю на неё тревожный взгляд. — Нет, с чего ты взяла? Он что-то говорил про меня?

— Да нет, — мама пожимает плечами. — Только о том, что у тебя заболела нога, и он привёз тебя с какого-то благотворительного вечера домой. Я просто интересуюсь. Ты обычно нервничаешь, если на работе не всё в порядке. Вот я и спрашиваю.

— Вроде всё нормально, — проглотив вязкую слюну, я всё же нахожу в себе силы затолкать пасту с мясом в рот. — В понедельник в офис. И мы не ссорились.

— Ну хорошо, — мягко кивает мама. — А нога как?

— Прошла. Пока всё же не стоит сильно её нагружать.

— А врач тебе много раз об этом говорил.

— Просто надоедает чувствовать себя инвалидом.

Мама качает головой и подливает чая в стакан. Бросает туда кусочек лимона.

— Какой ты у меня неугомонный ребёнок.

— Я не ребёнок, вообще-то, — отвечаю, наверное, слишком резко.

Я ведь прекрасно понимаю, что мама ничего плохого не имела в виду. Но все эти отсылки к моей незрелости автоматически включают защитную реакцию.

— Прости, мам, — говорю до того, как мама успевает обидеться.

— Всё в порядке, детка. Ты же знаешь, я не хотела тебя задеть.

— Знаю, мам. Ещё раз извини. Да наверное усталость сказывается, поэтому я такая раздражительная.

— Отдыхать тоже важно. Поедешь с нами завтра к Асти?

— Я не против.

— Вот и отлично. А то мне кажется, что я скоро запрет на посещение получу, — нервно хихикает мама. — Так часто у неё бываю. А тут хоть сделаю вид, что на пару с тобой напросилась.

Когда речь заходит об Асти, мамино лицо сразу светлеет.

А я рада, что фокус внимания переместился с меня.

Всё равно я не хочу говорить о себе, да и сказать особо нечего. То, что мне хочется вытащить наружу, я пока не могу обсудить ни с кем.

Приходится вариться в собственных мыслях и ощущениях.

Что только я ни думала со вчера. И о наших с Аром отношениях. И о Рите. Как он с ней расстанется? Что скажет? Как будет вести себя со мной?

Я ждала, что он позвонит или напишет, но с утра со мной связывался только Крупский. Интересовался, как я себя чувствую. Рассказал, что Ар вчера сообщил ему о моём вынужденном уходе с мероприятия.

Я не смогла удержаться и спросила его относительно Риты и Артура. Очень осторожно, как бы между прочим. Конечно, он сказал, что они уехали вместе.

Наверное, было бы странно, если бы Ар бросил её там.

В этом нет ничего такого.

Но и поцелуй между нами… Вдруг Артур и ему не придаёт особого значения?