Глава 41.

Ник.

Я прекрасно понимал, что после всего того, что пережила Ника, в идеале нужно бы было оставить её на время в покое и дать нормально прийти в себя и успокоиться.

Но желание поставить метку грызло меня изнутри, заставляя зверя сходить с ума.

И если я понимал, что Ника может возненавидеть меня за мои действия, за причинённую боль (ведь это довольно болезненный процесс), то волку этого не объяснить. Он с самого первого дня, когда узнал о нашей с Доминикой парности, требовал пометить свою истинную, толкая меня на безумства и делая параноиком, напрочь затмевая разум.

Прошло уже больше часа после того, как Ника потеряла сознание, и я снова начинаю нервничать, в любую минуту готовый сорваться и притащить Михаила. Всё это время я не отходил от кровати ни на минуту, чтобы оказаться рядом, если Нике что-то понадобится, когда она придёт в себя.

Смотрел на свою истинную и ненавидел себя за то, что отказывался от неё. Я даже представить себе не могу, что в этот момент испытывала моя девочка, которая с самого начала обо всём знала.

Я ведь реально мог всего этого лишиться.

Мог навсегда остаться один, озлобленным и одичалым.

Но сейчас я приобрёл нечто ценное. То, что не купишь ни за какие блага. Свою пару. Свою истинную. Свою семью. Ту, что в скором времени подарит мне наследника.

Совсем скоро в этот мир придёт новый человечек, волчонок, наша с Никой плоть и кровь.

Ещё ни разу не удавалось мне рассмотреть Доменику столь пристально, как сейчас. Совсем ещё молоденькая девушка. Ровный тон кожи, аккуратненький милый носик, нежные черты лица. И очень соблазнительное тело, от одного взгляда на которое, у меня кровь бурлила с самого первого дня нашего знакомства.

Она совершенна и создана специально для меня. Только для меня.

И я сам же чуть всё не разрушил, отказавшись от пары, дарованной мне матушкой Луной.

Только с ней я смогу быть счастливым, обрести полное единение со своим внутренним зверем, поддерживая энергетический баланс. Только она сможет принять меня целиком и полностью именно таким, кем я являюсь. И только с ней у меня может быть потомство, и никто другой больше не сможет родить от меня.

Доминика зашевелилась, а я притих, не зная обороняться ли мне за то, что сделал ей больно, или ждать снисходительности.

– Как ты? – осторожно поинтересовался у неё, не решаясь нарушать разделяющего нас расстояния, когда малышка наконец открыла глаза.

– Нормально, – хрипло ответила Ника, прикрывая глаза и стараясь дышать ровно.

– Было очень больно? – задал самый глупый вопрос в своей жизни, от которого хотелось самому себе треснуть по голове чем-нибудь тяжёлым, чтобы мозги встали на место.

Ника хихикнула, но от моего зоркого взгляда не укрылось, что при движении она слегка морщилась.

– Да, как тебе сказать? Так, пустяки. Как будто меня укусил оборотень, разрывая плоть своими клыками, – отшутилась она.

– Милая, как бы я хотел забрать себе всю твою боль, но, к сожалению, это было невозможным. Метка ставится довольно болезненно для партнёрши и этого нельзя изменить, как не пытайся.

– Я в порядке, Ник. Тебе не о чем беспокоиться.

– Я бы так не сказал, – поник я, чувствуя вину перед этой храброй девочкой, – За такой короткий промежуток времени, что мы с тобой знакомы, ты уже столько из-за меня пережила.

– Не во всём была твоя вина.

– Да, но это ничего не меняет.

– Это меняет всё. Хватит винить себя во всех грехах, к которым ты не имеешь никакого отношения.

* * *

Утром следующего дня мы наконец решили выбраться из дома и навестить родителей. Я не переживал по поводу своих родных, ведь они, как никто другой, хорошо меня сейчас понимали, моё желание запереться с парой дома и любить до изнеможения.

Но боюсь отец Ники не отличается терпеливостью и, если в ближайшие дни не появимся мы в доме родителей, то появится он, на пороге нашего временного убежища. А меня эта перспектива не особо прельщала.

– Как ты себя чувствуешь? – уже по привычке спросил Нику, пока ждал, когда она соберётся.

– Всё хорошо, – мило и искренне улыбнулась она мне.

Моя пара крутилась перед зеркалом в спальне, меряя один наряд за другим, никак не останавливаясь на чём-то конкретном. Она словно специально дразнила меня, виляя своей аппетитной попкой, расхаживая по комнате в одном лишь комплекте нижнего белья белого цвета, что так гармонично смотрелся на её шикарном теле.

– А может ну их? – встал с кровати и походкой хищника медленно стал приближаться к Нике, через зеркало смотря глаза в глаза своей паре и ухмыляясь, заметив, как её дыхание стало чуть активнее.

– Мы уже пообещали, что придём.

– А мы позвоним им и перенесём на завтра. Уверен, что они нас поймут.

Я уже тем временем подошёл вплотную к своей возлюбленной и притянул к себе за талию, ложа руки на её, ещё пока плоский, животик. Туда, где под моей ладонью растёт и развивается наша кроха, сын или дочка.

– Это будет выглядеть очень некрасиво с нашей стороны, – старалась ещё сопротивляться нахлынувшему возбуждению моя девочка, но получалось у неё это всё хуже.

– Думаю, они простят нас хотя бы за то, что мы немного опоздаем, – и резко развернув к себе Нику, впился в неё голодным жадным поцелуем, стирая все сомнения.

Из дома мы всё-таки вышли, когда на часах было задолго после обеда. Не удержавшись, мы, как изголодавшиеся, стали дарить друг другу наслаждение, словно соревнуясь и доказывая, кто любит больше.

Любовь – это именно то чувство, которое я испытываю по отношению к Нике, и ощущаю, что это чувство взаимно.

– Ну наконец-то мы вас дождались, – накинулась на нас с порога мама, скорее для вида, при этом гордо улыбаясь и нисколечко этого не скрывая.

– Мы очень торопились, но почти перед самым выходом что-то пошло не так, – отшутился я и перевёл взгляд на свою пару, крепко державшую за руку. Ника стояла красная, как помидор, прекрасно понимая, что мама догадалась на что я намекал.

– Ник, а ну прекрати мне смущать девочку. Её сердечко скоро из груди выпрыгнет от волнения. Проходи милая, и не обращай внимания на этого балбеса. Как же я рада вновь тебя видеть, – мама раскрыла свои руки для объятий, в которые Ника с благодарностью нырнула.

– Спасибо, Вам. Я тоже очень рада встрече.

После того, как матушка отпустила мою пару, она и меня не оставила без внимания, крепко притянув к себе.

– О, Луна, как же я благодарна тому, что всё разрешилось и хорошо закончилось.

– Да, мам. Нам больше не о чем переживать.

– Пока вас дождешься, состариться можно, – в шуточной форме произнёс отец, выходя в прихожую вместе с остальными членами семьи и отцом Ники.

Пока каждый обнял Нику, при этом наговорив множество комплиментов и поздравив нас с завершённым обрядом приобретения пары, благодаря которому мы с Доминикой уже по сути являемся мужем и женой, в дверь позвонили.

– Извините, а Вам кого? – спросила мама пришедшего.

– Я могу войти? – поинтересовалась гостья, а я не сразу понял, что голос оказался мне знаком.

Мама отошла в сторону, пропуская незваную гостью, которой оказалась, уже хорошо мне знакомая ведьма.

– Что Вы здесь делаете? – насторожился я, машинально загораживая Нику собой.

– И снова здравствуй, Никита, – как всегда спокойно и сдержанно ответила она, при этом очень пристально разглядывая мою пару.

– Силён пацан, – губ ведьмы коснулась едва заметная улыбка, а сама женщина опустила глаза на живот Ники, – Вот, что значит, когда оба родителя рождены быть лидерами, – закончила она свой монолог, подняв глаза и заглянув в глаза моей истинной.

– О чём ты говоришь? – прозвучал вопрос от отца, который смотрел на ведьму недоверчиво, но женщина лишь хмыкнула, проигнорировав альфу.

– Кто ты такая? – не выдержал я, – Сначала ты заявляешься на порог нашего дома именно в тот момент, когда Арина…, – я виновато посмотрел на Нику, мысленно матеря себя за то, что ей снова приходится слышать имя моей пары, которую я потерял и из-за которой ужасно принял нашу с малышкой истинность, – находилась в тяжёлом состоянии и заявляешь, что наш с ней ребёнок зло. После ты появилась, когда я умирал от душевной боли и потери своей истинной и нерождённого ребёнка. Это ты давала не координаты, где якобы, из твоих слов, пряталась моя ныне обретённая пара. Но прямо перед моим приездом ей вдруг удавалось улизнуть, словно она обо всём знала и пряталась от меня. Теперь вот сейчас, когда пропала Ника. Откуда ты обо всём узнавала? И почему именно моя жизнь тебя интересует? Что тебе нужно от меня?

Если до этого я не особо обращал внимание на случайное появление ведьмы в моей жизни именно в те моменты, когда я находился в отчаянии или гневе (честно говоря, я вообще даже не помню, как она появилась в нашем посёлке), то сейчас мне показалось это более чем странным.

– А меня вовсе не твоя жизнь интересовала, – ведьма гордо перевела свой взгляд на меня, и только сейчас я замети, что в ней есть что-то знакомое, потом она снова посмотрела на мою пару. Мне даже показалось, что взгляд женщины смягчился и сделался виноватым.

– Вилена, – отошёл от ступора Владимир, казалось, не веря в то, что видит.

– Здравствуй, Володя, – губ женщины коснулась нежная улыбка, с нотками боли и тоски.

– Мама, – прошептала Ника вмиг пересохшими губами, стоя по левую сторону от меня.

– Мама? – одновременно произнесли мы с отцом, шокированные открывшимся известием.

* * *

– Давайте пройдём в гостиную, – первой в себя пришла мама, – Там нам будет удобнее поговорить.

Сопротивляться и спорить никто не стал, последовав предложению мамы.

Пока мы рассаживались, переваривая информацию и настраиваясь на разговор, мама уже сбегала на кухню, заварила чай и принесла на разносе в гостиную, протягивая всем чашки с ароматным травяным чаем, который я так терпеть не могу.

Ника же отказываться от чая не стала, обхватив кружку обеими руками и втянув в себя его аромат. Её руки слегка подрагивали от волнения, а сама малышка опустила глаза в чашку и не решалась посмотреть на свою мать.

– Итак, Вилена, – первым заговорил я, привлекая внимание всех присутствующих на себя, – То, что матерью моей истинной оказалась ведьма, стало для меня открытием. Но, как Вы понимаете, вопросов от этого у меня появилось ещё больше. Именно поэтому Вы не хотели помогать Арине? Вы ведь наверняка уже тогда обо всём знали.

– Я всё расскажу. И обязательно отвечу на все ваши вопросы. Но думаю, будет разумнее начать всё с самого начала!? – женщина сделала недолгую паузу, собираясь с мыслями, и продолжила, – Я, по своему происхождению и рождению, отношусь к одной из самых влиятельных, сильных и могущественных ко́венов ведьм – Лунная Сова.

– Элементальные ведьмы, – пояснил отец, чуть нахмурив брови, – Ведьмы, работающие с четырьмя основными элементами: землёй, водой, воздухом и огнём. Этот ко́вен очень известен и почитаем среди других существующих видов нашей страны. Ведьмы этого клана широко практикуют предсказывание, а также являются бесподобными лекарями, помогая многим видам бороться с неизлечимыми болезнями.

– Всё верно, альфа. Моя мама родилась особенной, уникальной – как её называли в клане, за что её растили и берегли, как нечто ценное. Мама родилась в полнолуние с меткой симфонии, что дало ей преимущество перед другими. Она росла, из девочки превращалась в молодую привлекательную девушку. Про неё прознали, да и не могло её рождение оставаться в тайне надолго. Мама была слишком ценным экземпляром, такие, как она рождаются раз в сотни лет. Девушка, из могущественного ко́вена, обладающая невероятной силой, и единственная кто может родить от любого оборотня. Союз двух видов в дальнейшем мог дать самое могущественное потомство. За мамой стали увиваться многие оборотни, не только волки, но и другие виды. Так как ни одному оборотню, насколько бы сильным альфой он не был, было запрещено трогать ведьму и принуждать её к союзу, если только она не является его истинной парой, то единственным их вариантом оставалось привлечь её внимание на себя и влюбить. Ох, на какие только хитрости не шли оборотни, чтобы обаять маму. Но…выбрала в итоге она моего отца.

– Постойте, постойте, – не верил я своим ушам, – Вы хотите сказать, что являетесь гибридом? В Вашей крови течёт кровь оборотня, а это значит…

– Что в крови Никиуши тоже течёт кровь оборотня, – закончила женщина за меня, – Да. К этому я подойду чуть позже.

– Кто является Вашим отцом? – спросил отец, – Альфой какого клана он является?

– Являлся, – уточнила ведьма, – Моего отца не стало через пару лет после смерти матери.

– Так, и всё-таки? Чьей дочерью Вы являетесь?

– Моё настоящее полное имя – Эфрон Вилена Велизаровна, – гордо подняла подбородок женщина.

– Эфрон? – удивилась моя мать, шокировано переведя взгляд на отца.

– Альфа стаи «адский коготь».

– Может быть, нам кто-нибудь пояснит, что значит это ваше беззвучное мысленное переглядывание, понятное только вам? – не выдержал я.

– Велизар Эфрон был альфой стаи «адский коготь». Альфой был по рождению, заняв главенство после того, как его отец решил уйти на покой и на старости лет уделить всё свое время и внимание своей обожаемой супруге, паре и матери их единственного отпрыска. Подробностей никто не знает, так как эта история оберегалась очень тщательно, но кое-что всё-таки вышло в свет. Он был молод, горяч и привлекателен, пользовался популярностью у противоположного пола. Парню не было ещё и тридцати, когда он закрутил интрижку с ведьмой, вроде как даже поговаривали, что она родила от него ребёнка, хотя в это мало кто верил. Позже он встретил свою истинную, про ведьму все забыли, говоря якобы она переехать жить в другой регион, но через 7 лет молодой и здоровый мужчина умер при весьма загадочных обстоятельствах, оставив свою пару и двоих сыновей. Больше мне ничего не известно, – после чего отец перевёл взгляд на Вилену, давая ей возможность рассказать свою версию событий.

– К сожалению, всё было не так радушно, как это преподнесли другим, дабы не очернять память моего отца. Мама встретила папу, когда ей только исполнилось 19, отцу же было уже 27. Их встреча была случайной, ведь со слов папы он был наслышан о моей маме, но сам не преследовал цели заполучить её себе. Отец был человеком, слишком преданным своей стае и своим традициям. Он мечтал однажды встретить свою истинную и создать настоящую сильную и крепкую семью. Чувства между ними вспыхнули молниеносно, снося все преграды и принципы отца никогда не связываться с женщинами других рас, тем более с ведьмами. Их роман набирал обороты день ото дня, и они сами не заметили, как полюбили друг друга безвозвратно. Только их союз с самого начала был обречён на провал.

В стае не приняли выбор отца, а ко́вен поставил маму перед выбором – либо они, либо волк. Не трудно догадаться, что мама выбрала любовь всей своей жизни. Через пару месяцев мама забеременела, а ещё через девять месяцев родилась я. Родители так и не смогли расстаться, но и жить вместе открыто тоже не могли. Так мама перебралась в пригород, решив жить среди обычных людей, а отец обеспечивал нас всем необходимым, периодически навещая. Длилась их идиллия ровно до тех пор, пока отец не встретил свою истинную пару. Его человеческая натура стала метаться, у него не получалось сделать выбор, ведь он любил мою мать, но вот волк… Волк этот выбор сделал сразу, как только почувствовал аромат своей пары и поставил на ней метку, не откладывая это на потом. Папа продолжал нас навещать и помогать, иногда оставаясь на ночь, из-за чего его зверь стал сходить с ума, не понимая, как человек до сих пор не поставил точку в отношениях с ведьмой. Зверь стал очень озлобленным и сильно изматывал отца, часто бунтовал и перехватывал контроль. В ту ночь…, – Вилена замолчала, опуская глаза, полные боли, в пол, а затем продолжила, – отец, снова собирался к нам. Тогда до его истинной дошёл слух о том, куда именно ездит её суженный и с кем проводит время. Она закатила ему истерику, но папа не стал её слушать и менять свои планы. Мне было всего четыре года. Отец остался у нас на ночь, и ночью в порыве страсти, усыпив бдительность отца, волк вошёл в частичную трансформацию, разорвав насмерть маму. В себя папа пришёл только утром, увидел, что натворил. Именно он отвёз меня в ко́вен, где меня приняли, и попрощался. Попрощался навсегда. А ещё через три года отец умер, так и не сумев себя простить и полностью принять свою истинную пару, из-за которой убил свою возлюбленную. Он умер от тоски по ней.

Я тем временем стала ребёнком ко́вена. У меня не было определённого опекуна, меня растили всем ко́веном. Растили очень строго, ограничивая во многом. Существовали определённые правила, которые я не имела права нарушать, иначе меня могли изгнать за непослушание, ведь я была сиротой. А одна я вряд ли бы долго протянула. Когда ведьмы узнали, что я не унаследовала от отца ровным счётом ничего, они очень обрадовались этому. Говорили, что не придётся убивать волчицу внутри меня. Но вот от мамы мне досталось многое. Вся её сила и особенности передались мне, которые ведьмы гасили до моего восемнадцатилетия, боясь, что я выйду из-под контроля. После своего совершеннолетия я смогла выбираться в люди и выезжать в город. Поступила в университет на медицинский факультет, где и познакомилась с Владимиром, – Вилена посмотрела на отца Ники, и её губ коснулась нежная улыбка, – Сначала мы стали просто друзьями, но позже поняли, что стали относиться друг к ругу больше, чем друзья. В ко́вене про наш роман быстро прознали, скорее всего за мной наблюдали, и заставили бросить Владимира, не забыв напомнить о том, что стало с моей матерью из-за неправильного выбора. Но я выбрала любовь, как до этого моя мама. Тогда ведьмы полностью отказались от меня, предупредив, что доступ в ко́вен отныне закрыт всем, кто хоть как-то связан родством с моей мамой. А ещё они лишили меня моей силы, доставшейся мне от матери. Поэтому я стала самой простой ведьмой, у которой остался незначительный дар, с которым я родилась, ну и немного досталось от отца, ведьмы ошиблись думая, что я не унаследовала совсем ничего. Я вижу будущее людей. А от папы получила чуткий слух, зоркий взгляд и превосходный нюх.

Мы с Володей расписались ещё, когда были студентами. Я рассказала ему всё о себе. Кем являюсь, кто были мои родители, введя его в наш мир и поведав тайну существования других видов и рас людей. Он принял всё с достоинством, принял меня такой, какой я была. Мы стали жить в любви и гармонии. Закончили университет. Я устроилась работать медсестрой в местную больницу в городе, Вова стал строить карьеру профессора. Ещё через несколько лет родилась наша малышка. Наша Доменика. Первый год её жизни стал для нас волшебным. Малышкой, Ника была очень спокойным ребёнком. Мы полностью погрузились в воспитании нашей девочки. Но после того, как Никуше исполнился год, мы поняли, что она родилась особенной. Ника унаследовала силы сразу нескольких видов – ведьм и оборотней. Наша девочка родилась волчицей с невероятной силой ведьмы. То, что пророчили мне, рождённой от ведьмы и оборотня, лишь через поколение передалось моей дочери.

– Ника родилась с внутренним зверем? – закипал я от гнева и ярости.

– Да.

– Но, сейчас в ней не ощущается волчицы, – отчеканил грубо сквозь зубы, – Что Вы сделали?

– Ничего. Если меня не будут перебивать, я всё расскажу по порядку.

– Продолжайте.

– Известие о том, что наша малышка родилась с волчицей внутри, немного выбило нас из равновесия. Мы понимали, что однажды придёт время и у неё случится оборот, но мы совершенно не знали, чем сможем ей в этот момент помочь. К тому же, была велика вероятность, что мы тем самым раскроем тайну об оборотнях, чего делать категорически было опасно. А ещё чуть позже мне пришло видение. Я увидела то, что сильно меня напугало, что могло навредить Нике. И решение пришло само собой. Я заколдовала мамино ожерелье, которое Доменика должна была носить не снимая, плюс мы с Вовой добавляли ей в еду и напитки усыпляющие капли. В совокупности этот ритуал помог надолго усыпить её волчицу и спрятать естественный запах Ники от оборотней, в том числе от тебя.

– О какой опасности Вы говорили? Кто мог навредить Нике?

– Белоусов.

– Что? Но как?

– Отец Арины уже очень много десятков лет связан с тёмными ведьмами, которые практикуют чёрную магию и тёмные силы. У него была мания, паранойя породниться с альфой, выдав за его сына свою дочь. Он стал вынашивать этот план ещё, когда Арине не было и года. Только он прекрасно понимал, что просто договорной союз может разрушиться, если у тебя Никита появится истинная, да и плодов никаких это не принесёт. Его же такой сценарий развития не устраивал. Он обратился к ведьмам, которые поведали ему о том, что у цели Белоусова уже есть пара, просто она ещё не пришла в этот мир. Именно по этой причине мне пришлось оставить Нику с Владимиром, а самой исчезнуть из них жизни. Через меня могли бы добраться до Доменики и избавиться от неё. А так с помощью чар, я смогла спрятать их ото всех ведьм. Тогда Дмитрий решил действовать, обратившись к чёрной магии. Его предупреждали, что тёмная сила всегда берёт что-то взамен и, как правило, всегда имеет какие-то последствия. Его предупреждали, что магия может сработать, как для каких-то целей, так и против них. Но его это не остановило. С помощью тёмных сил на Арину были наложены заклинания, при помощи которых ты почувствовал в ней якобы свою пару, хотя парой тебе она на самом деле не являлась. Это всего лишь чары, приворот.

– Это не может быть правдой, – с трудом разлепив пересохшие губы, выдавил из себя.

Я не мог поверить в то, что рассказывала Вилена.

Я просто не мог в это поверить!

Это не могло быть правдой.

Мы любили друг друга. Мой волк не мог ошибиться, он признал в ней свою пару. Свою истинную. Ту, что дарована Луной.

– Но это так.

– А ребёнок? Если бы Риша не была моей истинной, она не смогла бы понести от меня.

– Никита, ты услышал лишь то, что тебе захотелось услышать, – как глупому ребёнку, сдержанно ответила мать Ники, – Когда ты попросил у меня помощи, я ведь сразу тебе сказала, что ребёнок в чреве Арины зло, именно он её и убил. Это не был ребёнок, зачатый двумя возлюбленными и благословенный свыше. Это был ребёнок, зачатый при помощи тёмных сил. Вот о чём предупреждали Дмитрия, когда говорили, что использование чёрной магии всегда несёт последствия. Вы действительно могли бы прожить очень долгий срок вместе, и никто никогда бы не узнал, и даже не подумал о том, что вас связала магия, а не истинность, если бы Арина не забеременела.

– Хорошо, допустим всё именно так, как Вы говорите. Но позже, когда Риши не стало, почему Вы не рассказали мне всю правду? Почему пускали по ложному пути, когда я искал Нику?

– Тогда ты ещё не был готов принять новую правду, не был готов принять вашу истинность. Белоусов вмешался не только в жизнь своей дочери, но под раздачу также попали и вы с Никой. Он нарушил баланс, вмешавшись в жизни нескольких людей. Тогда ты мог бы навредить Нике, ведь именно с этой целью ты её и искал.

– Но ведь мы могли бы никогда не встретиться с Никой. Я же даже не собирался возвращаться обратно в посёлок, если бы не обстоятельства.

– Тут ты не прав. Я же уже говорила о том, что смогла увидеть жизнь Ники, её будущее. И я видела, что вы будете вместе. Я точно знала, что ты примешь её тогда, когда придёт время.

– Пару раз случалось такое, что Ника могла выбросить силу, сама того не ведая. Её сила сильно била по волкам. Плюс, она смогла установить со мной ментальный контакт, когда почувствовала опасность для малыша. Вы можете это как-то объяснить? – меня давно мучал этот вопрос и мне хотелось узнать на него ответ.

Вилена посмотрела на Нику и улыбнулась, словно гордясь за свою дочь.

– Ника альфа-самка.

– Альфа-самка? – папа готов был подпрыгнуть на кресле, на котором сидел, но сдержался, а потом и вовсе присвистнул, – На моём вику такие не рождались.

– Ника очень сильна, и как только её волчица пробудится от долгой спячки, Вы ещё удивитесь насколько. А союз двух сильных будущих альф даст очень сильное потомство, и дети Никиты и Доменики будут очень могущественными, почитаемыми и уважаемыми. Никита и Ника сильны, их дети будут ещё сильнее.