Глава 2

Агата

— Куда ты меня тащишь? — я не пытаюсь кричать, потому что не хочу утром оказаться звездой интернета. Стараюсь не привлекать лишнее внимание к нам.

Ян ставит меня на пол возле ступеней, сразу наваливается, припечатав к стене. Его ладонь обжигает бедро, а губы находятся в опасной близости от моих.

— Я же сказал, что тебе придется ответить задницей. Хочешь, чтобы я сделал это на глазах у всех? Маленькая извращенка, — его низкий вибрирующий голос действует на меня возбуждающе.

Горячее мужское дыхание, которое я чувствую на коже, награждает меня россыпью мурашек по всему телу. Стоять на тонких каблуках становится все сложнее.

— Я вообще не хочу, чтобы ты делал со мной что-то. Найди себе другую дуру, чье имя утром не вспомнишь, — фыркаю, толкаю его ладонями в грудь. Божечки, какой он твердый…

— А-га-та, — специально тянет по слогам, врезает колено между моих бедер, чтобы я перестала дергаться. — Твое я вспомню, не сомневайся.

Какой же он все-таки наглый. Излишне самоуверенный. В глазах одна только усмешка в ответ на мои попытки сопротивления.

Он будто уже заранее знает, что я сдамся, потому что женщинам сложно устоять, когда его сильное накачанное тело так близко.

Самое ужасное, что я и правда хочу поддаться…

— О чем ты думаешь, милая? Ты так кусаешь свои губы, что мне хочется залезть в твою голову и узнать все непристойные мысли, которые там крутятся, — его губы прижимаются к моему виску, он скользит ими вниз, пальцы перемещаются на ягодицу.

Где взять силы, чтобы оттолкнуть его, когда голова кружится, а между ног уже болезненно пульсирует? Я никогда такого не чувствовала. Настолько не хотела мужчину.

Секс в моей жизни всегда был каким-то ровным. Спокойным. Ноги не подкашивались, дыхание не учащалось. А здесь просто все и сразу.

В голове пробегает шальная мысль.

Возможно, с ним у меня получится достичь оргазма? Наконец, ощутить на себе все, о чем рассказывают подругами после ночи с парнем…

— Придется мне решить за тебя, детка. Потом не говори, что я не позволил тебе сбежать.

Ян коротко целует меня в губы, а потом подхватывает на руки так легко, что я в очередной раз пускаю слюни на все его мышцы. На нужный этаж он поднимает меня на руках, я молчу, немного надеясь на то, что вот сейчас его идеальный образ разрушит одышка.

Но нет. Он вообще ни капли не запыхался за десяток лестничных пролетов со мной в виде дополнительной нагрузки. Да где вообще делают таких?!

— Ты что-то колешь себе? Сидишь на стероидах? — крякаю, когда он подбрасывает меня возле двери его номера. — Ну все уже, отпусти. Пошутили и хватит на этом, достаточно, — болтаю ногами, откидываю голову, зажмурившись. Наслаждаюсь последними секундами момента.

— Все натуральное, — Ян усмехается, прикладывает карту к считывателю. Раздается щелчок, он ловко открывает дверь, продолжая удерживать меня на весу. — В смысле «пошутили»? Я вполне серьезно собираюсь стащить с тебя трусики и втрахать в матрас этой ночью.

— А силенок хватит?

Почему я продолжаю дразнить его? Почему просто не могу заткнуть свой рот и не усугублять ситуацию?

— Вот и выясним.

Мы оказываемся в номере Яна. Дверь за нами закрывается.

Я только тогда прихожу в себя. Это ведь была не я. У меня в жизни не бывает такого, я не сбегаю из бара с почти незнакомыми мужчинами и не позволяю им так развязно целовать меня.

Мычу в чужие губы, изворачиваюсь так, чтобы скинуть руки Яна со своего тела.

Он не отступает. Наваливается на меня, опять пригвоздив к стене, медленно задирает подол моего платья.

— Отпусти… — едва слышно прошу, голос пропал от горячей близости литого тела.

— Поздно, малышка. Так тебя хочу, что ширинка щас лопнет.

Пока я задыхаюсь от возмущения, Яну все-таки удается лишить меня платья. На мне еще остались трусики — последний шанс сбежать из его рук и не совершить самую большую ошибку в своей жизни.

Вздрагиваю, когда невесомое кружево трещит по швам.

— Что ты себе!.. — последнее слово, «позволяешь», я глотаю, потому что умелые мужские пальцы начинают ласкать меня снизу.

— Какая ты мокрая, Агата, — ухмылку на губах можно разглядеть даже в тусклом свете. — Ш-ш, расслабься. Дай мне тебя подготовить.

Ян сразу толкает в меня два пальца, подушечкой большого нажимает на клитор, размазывает по нему выступившую влагу. К моему бедру прижимается невероятно каменная эрекция.

— До кровати дойдем чуть позже, — рычит мне в волосы, резко отрывает от стены, чтобы в следующую секунду прижать к ней уже грудью.

Ягодицы обжигает несколькими болезненными шлепками. Я хочу возмутиться, но меня дергают за волосы и запечатывают рот диким глубоким поцелуем. Его язык вытворяет какие-то невероятные вещи, мы периодически сталкиваемся зубами. Он рычит, впечатывая мои бедра жестче в свой пах, я шиплю, когда тяжелая ладонь опускается на то же место на заднице.

На мгновение теряю близость Яна, он отстраняется, чтобы стащить с себя футболку. Вот так, кожа к коже, ощущается еще восхитительнее. Я растворяюсь в непрекращающемся удовольствии, изнываю от настырных ладоней, которые мнут, ласкают, шлепают…

Подчиняюсь, когда он давит на мою поясницу.

Ян заставляет меня прогнуться, бесстыдно расставить ноги для него. Сзади раздается шуршание ремня, звук расстегивания молнии. Между ягодиц ложится обжигающе-возбужденный член, я всхлипываю, когда чувствую, его размеры.

Низ живота оплетает тянущим желанием, на внутренней стороне бедер мокро…

— В первый раз будет быстро, — рычит около уха, сжимает сосок, оттягивает. — Выдержишь, малышка? — ладонь скользит по животу к чувствительной развилке, пальцы снова ныряют внутрь. — Ты такая узкая.

Ян припадает губами к моей шее, водит языком по коже, всасывает кожу. С каждым разом все сильнее.

— Не смей! — взвизгиваю, когда понимаю, что он задумал. — Не смей меня метить!

— И что же ты сделаешь? — развязно спрашивает и возвращается к моему горлу. Я дергаюсь от вспышки резкого огня.

Он укусил меня! Укусил и оставил засос на том же месте.

— Тебе что, шестнадцать? Чертов малолетка… — пищу, потираю пальцами шею под грудной смех сзади.

— Отомстишь потом, девочка. Хоть всего меня «изрисуй», — Ян продолжает смеяться, трется членом о мою промежность, пока его крепкие ладони мучают грудь.

— Да тебя еще на первый раз не хвати…

Я задыхаюсь, вместо ответа получив жестокий беспощадный рывок бедрами. Он входит в меня сразу весь, не позволяет привыкнуть, прорываясь глубже.

Срывается на три мощных толчка в качестве наказания за слишком длинный язык и только потом замирает, растянув меня на максимум.

— Ты в порядке? — хрипит мне на ухо, когда замолкаю.

А я даже стонать не могу, когда все мое тело разом взрывается от переизбытка ощущений. Боль от его размеров смешалась со сжигающим меня удовольствием, а пальцы Яна на чувствительном бугорке между ног и груди вытолкнули меня за край.

Внутренние мышцы продолжают пульсировать вокруг твердого члена, я скребу ногтями обои и прикусываю губу до крови.

— Только не говори, что ты уже… — он удивляется, медленно толкнувшись внутри моего еще не отошедшего от оргазма тела. — Да-а, малышка, ты определенно кончила.

Мне одновременно и стыдно, и до безумия хорошо.

— Давно не было, крошка, или это я настолько горяч? — издевается.

— Самодовольный…индюк… — кое-как выдавливаю из себя.

Из груди вырывается вскрик, когда Ян снова резко ведет бедрами. Его пальцы, испачканные моей смазкой, толкаются в мой рот.

— Молчи, чудо. Разрешаю только стонать.

Отстраняется, чтобы снова проскользнуть на всю длину своего члена. Наваливается на меня, вжимает в стену грудью, пальцы порхают по складкам, задевают каждый раз клитор. Дразнит. Распаляет снова. Там все ужасно чувствительно после первого оргазма…

Оказалось, я могу. Полноценно. С мужчиной. За несколько чертовых минут и всего пару толчков.

Боже… Ян вздергивает меня повыше и входит теперь под другим углом. Задевает какую-то особенную точку внутри.

— Мамочки… — я пищу, качаясь на носочках своих лодочек.

— Здесь только папочка, малыш, — усмехается в открытую, делая очередной толчок навстречу.

Прижимается к моим ягодицам и вылизывает шею. Мучает твердые горошины сосков шершавыми подушечками.

У меня подгибаются колени, когда Ян в очередной раз доводит меня до грани, но специально замирает, оттягивая мое удовольствие.

— Не можешь устоять передо мной? — влажно целует чувствительное место за ухом, разворачивает меня лицом к себе и подхватывает под бедра.

Туфли слетают и бьются о пол, я обвиваю мужскую шею и ударяюсь затылком о стену, когда меня очень медленно растягивают новым проникновением.

Вместе с откровенными жадными поцелуями Ян начинает набирать темп. Мои соски трутся о его грудь, когда он ударяет бедрами. Воздух наполняется пошлыми звуками, на коже выступают капельки пота.

Сгораю от лавы под кожей, улетаю в окутывающий меня туман. Я сцепляю зубы, когда напряжение во всем теле взлетает до самой высокой отметки. Больше не могу терпеть.

Мои ногти действительно оставляют следы на спине Яна. Он рычит, когда я царапаю его плечи, вбивается в меня со всей силы, так невыносимо грубо и сладко одновременно, что я не могу даже сделать вдох между беспрерывными стонами.

В слабом освещении номера его глаза почти черные. Дьявольски прекрасные. В них плещется тьма, она разрастается от каждой моей реакции, от каждого вскрика и нового сжатия мышцами раскаленной, перевитой венами длины.

Скулю, падая головой на его плечо, когда уже вот-вот… Когда еще несколько выпадов бедрами и мой рай.

Мои стоны становятся громче, в горле саднит от неконтролируемых хрипов. Я раньше думала, что так не бывает, а сейчас умираю в руках мужчины, о котором я знаю лишь его имя, и хочу еще.

— Давай, малышка. Покажи, как тебе хорошо, — Ян хрипло шепчет мне в губы, когда я сжимаюсь вокруг него до боли.

Кончаю, потерявшись вообще во всем.

В мире. В Яне. Во всех своих ощущениях, от которых каждую клетку разносит на миллиард таких же.

Я вцепляюсь в его плечи, обессилив. Вздрагиваю от рваных выдохов возле моего уха и пульсирующей болью хватки на бедрах. По ноге стекает теплая сперма.

Господи, я никогда не забывала о презервативах! Всегда параноидально следила за этим, пару раз отказывая из-за их отсутствия.

— Т-ты… Ты… — захлебываюсь собственным голосом.

— Я успел, сладкая. Сука, в заднем кармане же были, — успокаивает меня, водит носом по влажным волосам. — Не переживай, я чист. Обычно не трахаюсь без резинок, а с тобой нахрен забыл обо всем.

Он опускает меня на пол, отходит, удостоверившись, что я могу стоять. Футболкой стирает мутные потеки с моих бедер.

Где-то на комоде вибрирует его телефон, Ян бросает взгляд на экран.

— Важный звонок, детка. Кровать с мини-баром в твоем распоряжении, я быстро, — наклоняется, лизнув мой сосок, подмигивает и уходит на балкон, оставляя меня в полной растерянности.

Мозги начинают вставать на место. Что я наделала, боже? Как вообще могла опустить до такого?

До грязного секса с первым встречным…

Я быстро натягиваю на себя мятое платье, прижимаю туфли с сумочкой к груди и смотрю по сторонам. Никак не получается найти белье. Плевать, пусть остается здесь, Ян все равно разорвал его в клочья.

Выбегаю из номера, дрожащими руками ищу ключ-карту в клатче. Я прижимаюсь спиной к двери, когда оказываюсь внутри, дышу так, будто пробежала несколько километров.

— Агата, — практически сразу раздается в коридоре, дверь вибрирует от стука. — Открой, твою мать. Не зли меня, девочка.

Но я не открываю.

Прячусь в своей скорлупе прежнего правильного мира, где нет места таким вот Янам.