глава 21
Влад весь день думал о Олесе, и ее состоянии. Искренне переживал за нее и ребенка, представляя, как тяжело ей сейчас приходится.
Но еще чаще думал об Артеме.
Влада тяготила сказанная им ложь, и всё сознание претило тому, чтобы продолжать лгать дальше. Он ставил себя на место друга и каждый раз убеждался, что хотел бы знать о ребенке, не смотря ни на что. Поэтому сегодня парень думал просить Олесю сказать Артему правду. А если девушка не согласится, то он намеревался заводить неприятный разговор до тех пор, пока не добьется своего и не снимает тяжкий груз с плеч, очистив свою совесть.
Закупившись очередной партией продуктов, после работы Влад поспешил в больницу, пытаясь пробраться вчерашним путем в палату девушки. Не вышло.
– Здравствуйте, я к Велюхиной, – сказал Влад, подойдя к окну справок. – Как к ней можно пройти? Через приемное не пускают.
– И не пустят. Там вам не проходной двор, – недовольно сказала женщина средних лет. – С какого отделения она?
– Не знаю. С сотрясением где у вас лежат?
Женщина поджала губы в задумчивости и стала листать тетрадь.
– В травме лежат, где ж еще...так...так...такая у них не значится, – сказала она, пройдясь по спискам, и посмотрела через стекло. – Вы точно фамилию не перепутали?
– Нет, всё верно, – нахмурился Влад. – Она вчера только поступила, но я уже был у нее в палате. Может, не успели записать? Позвоните, пожалуйста, в отделение, спросите в чем дело.
– Давайте позвоним, – безразлично ответила женщина. Она по памяти набрала внутренний номер и перекинулась с кем-то парой фраз. Кивнула, будто собеседник мог ее видеть, и положила трубку.
– Выписалась ваша Велюхина. Еще до обеда, – огорошила новостью тут же.
– Такого быть не может, – опешил Влад. Он моментально переменился в лице, не доверяя словам женщины. – Вы ее с кем-то путаете. Она не в том состоянии, чтобы идти домой.
– Пациентку Олеся зовут?
– Да...
– Значит она.
Влад стоял и ошарашено смотрел на женщину по ту сторону небольшого окошка, не зная чем еще крыть.
– Она не могла выписаться, это полный бред. Вообще, тут либо ошибка, либо полный бардак творится, – мгновенно обозлился он. – Позовите сюда главного, будем выяснять, что происходит в этих стенах за закрытыми дверями.
– Главного, это кого? Министра здравоохранения? – скептически скривилась женщина.
– Можно начать с заведующего отделением, где девушка лежала. А там как пойдет, – вполне серьезно ответил парень.
Заведующего пришлось ждать долго. Почти час. Влад уже был готов с боем прорываться в отделение, но вовремя себя одергивал. И когда статный мужчина в белом халате, наконец, появился внизу, парень был готов спустить на него всех собак.
– Добрый вечер, – недовольно сказал врач. – Мне сказали у вас ко мне вопросы?
– Да вопрос в общем-то один: что с Велюхиной?
– Вас интересует диагноз? В этом я не могу помочь, информация только для доверенных лиц.
– Я знаю диагноз. Мне интересно, почему она вдруг перестала числиться в вашей больнице.
– Потому что ушла.
– Как она могла уйти?! – вспылил Влад. – Если из вас никто не заметил, у нее серьезная травма!
Не смотря на гнев Влада, врач был вполне спокоен, но смотрел на парня недобро.
– Уважаемый, если вы не знали, то под расписку больницу может покинуть любой желающий. Лечение – дело добровольное. А ваша Велюхина от лечения отказалась. Так какие ко мне претензии?
– Она едва голову держит вертикально! Как вы могли ее отпустить?
– Еще раз вам говорю, я не могу никого держать в больнице силой, если это напрямую не угрожает жизни. А о мотивах, побудивших Велюхину покинуть лечебное учреждение вам лучше спросить ее саму. Всего доброго, мне нужно идти к пациентам.
Не дожидаясь ответа, врач развернулся и скрылся за дверь, оставляя Влада в полном недоумении. Как на зло зазвонил телефон, оглашая фае негромкой трелью.
– Я вообще-то весь день ждал твоего звонка, – глухо сказал Артем, не удосужившись даже поздороваться.
– Знаю. Я хотел поговорить с тобой после больницы.
– Ты уже был там, разговаривал с Олесей? – напряженно спросил Артем
– Утром заезжал.
– И что она сказала?
– Сказала, что не хочет с тобой встречаться.
Повисло молчание.
–Тогда я приеду к ней без ее разрешения, – твердо заявил Артем.
– Бесполезно. Она сбежала с больницы.
* * *
У Олеси началась самая беззаботная жизнь за последние месяцы. Смешно сказать, но именно в больнице она, наконец, почувствовала себя спокойно, уверенно и защищено. Призрачная иллюзия благополучия растянулась почти на двенадцать дней, когда у нее были положенные пациенту кровать, тумба, обеды по расписанию, и в меру заботливые медсестры. За это время Олеся успела прийти в себя, отдохнуть и подумать о ближайшем будущем. План был не ого-го какой, но что делать после выписки она приблизительно знала. Отложенные деньги, включая небольшую сумму, перечисленную Надеждой Сергеевной, были отложены на главные нужды будущего – жилье и еду. Леся рассчитывала оплатить два месяца съема комнаты, а небольшие остатки бережно тратить на питание. Стоило подумать и о новой работе, причем сразу же после выписки, не дожидаясь, пока кошелек опустеет до состояния пыльной коробки с паутиной.
О чем Леся вообще старалась не думать, так это об Артеме и его отношении к ней. Сколько бы девушка не анализировала их совместное проживание, вывод напрашивался один – не стоило и начинать. Как Олеся ни старалась понравиться Артему – лучше не становилось. Наоборот, по итогу вышло, что она ему надоела до оскомины на зубах, а сама Леся потеряла гордость и обзавелась парой ужасных воспоминаний. Ни тех, когда он говорил ей гадости, нет, а тех, когда он жадно предавал ее с другой женщиной.
Но как бы больно не было Лесе, она решила, что больше глупой дурочкой не будет. Свое падение она стала считать посылом свыше, стимулом перевернуть страницу жизни, начать все заново и попытаться быть сильной хотя бы ради ребенка. Неизвестность «завтрашнего» дня пугала до жути, впереди был трудный путь, но Леся старалась быть оптимистичной. Она не первая мать одиночка, и не последняя. А дела сердечные... что ж Олеся никому не расскажет как замирает ее сердце при воспоминании об Артеме, глубоко запрет всё, что чувствует, иначе в очередной день не сможет встать с постели и жить дальше.
А вот о Владе девушка думала с благодарностью, хотя и испытывала неловкое чувство вины по отношению к нему. Замечательный мужчина, добрый, не жадный, открытый, но слишком заботливый, и однажды, возможно, забота переросла бы во влюбленность. Только Олеся знала, что ответит на это предательством, ведь она никогда не почувствует к нему и доли того, что чувствует к Артему. А если и ответит на ухаживания то исключительно из чувства благодарности... Хотя не стоит об этом и думать, слишком мизерный процент того, что заботливый Влад воспримет ее как женщину, она ему не ровня, пусть и со стороны все кажется возможным.
Леся отдыхала. От всего. Днем, наетая до сыта, дремала на кровати под яркими, почти весенними лучами солнца, пекшими сквозь двойные деревянные окна, ночью крутилась с боку на бок пытаясь найти удобное положение, с утра и вечером цедила чай с соседками, в общем без занятия не оставалась. А однажды почувствовала удар, изнутри, и не сразу поняла что случилось. Вскочила с кровати и застыла с круглыми глазами посреди комнаты. Женщины перепугались, а как узнали причину, довольно заулыбались – малыш дал о себе знать. Леся потом два дня проходила с рукой на животе, ждала толчка, но малютка снова притихла.
Так беззаботно пролетели дни и слова доктора о запланированной на завра выписке Олеся восприняла даже с грустью. Но этот день все равно должен был настать, а значит пришло время идти дальше.
Леся подготовилась. Сразу нашла несколько вариантов жилья в аренду, и получив после обеда выписку, поехала по самому, как ей казалось, перспективному из адресов. Комната на двух студенток в приличном районе, цена отличная, и проживание с бодрой бабушкой, как показалось по телефону, не скрягой.
Леся позвонила в звонок у обитой черным дерматином двери полная энтузиазма, но, конечно, немного волновалась перед первой встречей. Возле входа завозились, кто-то посмотрел в глазок, потом щелкнул два раза замком и дверь распахнулась. На пороге застыла улыбающаяся дородная беловолосая бабушка в переднике.
– Олеся? – спросила она шустро. Девушка кивнула и бабушка тут же поманила ее за собой. – Идем, заходи, дорогая. Я Лидия Степановна, будем знакомы.
Олеся вошла и сразу почувствовала, как с кухни тянет свежеприготовленным борщом и чем-то жаренным. Девушка любила, когда в доме пахло вкусной едой, и считала, что в таких жилищах обитает светлая и чистая энергия.
– Ты раздевайся, сапоги сюда ставь, а куртку сюда вешай, и пойдем комнату посмотрим, – командовала бабушка, показывая Олесе где и что должно лежать.
– Да я и так вижу, что у вас хорошо, – приветливо улыбнулась девушка, снимая с шеи шарф. – У вас очень уютно.
Леся расстегивала пуховик и любовалась коридором, нешироким, но чистым и светлым, увешанным какими-то приятными мелочами, в виде картин, тарелок и старых портретов.
Леся скинула куртку без задних мыслей, но Лидия Степановна увидев живот девушки поменялась в лице.
– Олесенька, ты же сказала, что студентка, – удивилась она. – Ты не говорила, что на сносях.
– Я вас и не обманула, – тут же потупилась Олеся. – И да, у меня будет ребенок...
– Золотко, но тогда я не могу сдать тебе комнату. Я слишком старая женщина, чтобы слушать детский плачь по ночам, у меня ведь давление! Да и Венера не сможет к лекциям готовиться.
– Простите, Лидия Степановна. Я как-то не подумала, что нужно вас предупредить, ведь я все равно не собиралась оставаться у вас после рождения малышки. Я думала потом снять отдельную квартиру.
– Значит, ты ко мне еще и ненадолго? Ой, ой, ой, Олеся. Нехорошо так. Мне ведь потом снова студента ищи, а объявление денег стоит. Ой, молодежь, – бабушка недовольно всплеснула руками, но увидев понурую Олесю, смягчилась. – А больше пожить тебе не у кого? Может родители или жаних?
– Нет, в городе я одна...
– Ой, беда... Ну что с тобой делать-то?... Эх, – тяжело вздохнула хозяйка, – оставайся, что же, выгонять тебя на холод теперь?... Идем, с Венерой познакомлю, соседкой твоей новой.
Олеся облегченно выдохнула. Кажется, пронесло.
Комната оказалась просторной. Большой платяной шкаф в углу при входе, две кровати по сторонам с темно-вишневыми коврами на стенах, и небольшой стол у окна, за которым что-то конспектировала худощавая рыжеволосая девушка в очках. Незнакомка, на вид чуть больше двадцати, лишь мазнула по вошедшим взглядом, и продолжила делать записи.
– Твоя кровать, Лесечка, эта, – указала бабушка вправо. – В шкафу есть пустые полки, на столе тоже место имеется. Сами с Венерочкой разберетесь как разместиться, да Венера?
Девушка, наконец, обратила внимание на посетителей, показав свое недовольное лицо.
– Конечно, Лидия Степановна, – наконец соизволила она сказать. – Извините, я немного занята, у меня завтра сдача проекта. Я потом с вами пообщаюсь.
– Ой, извини, золото. Работай – работай, – ретировалась бабушка и поманила Олесю в коридор. – Венерочка у нас на четвертом курсе факультета иностранных языков. Такая труженица, на красный диплом идет, – шепотом стала говорить Лидия Степановна, как только прикрыла дверь в комнату. – У нее к языкам дар! Представляю, каких высот она добьется. Она уже два раза в Китае была, ездила по обмену. А в этом году в Европу полетит с группой, всего шесть человек набирали, и она первая в список попала! Такая умница, такая талантливая, и родители ей так гордятся! Да и весь институт!
Лидия Степановна заливалась соловьем, а сама вела Олесю в ванную комнату. Там показала как работают старенькие краны, разрешила пользоваться стиральной машиной, но первое время под присмотром, наказала собирать воду с пола после купания и не пользоваться чужими шампунями и терками. Леся только кивала, боясь перебить хозяйку.
На кухне девушке выделили полку в холодильнике, и нашли место под остальные продукты. Бабушка разрешила пользоваться ее посудой, при условии возврата в том же виде, в котором взяли, а после готовки велела приводить плиту в порядок. Олеся была рада строгой и чистоплотной хозяйке, ощущая себя снова, словно в нормальной семье.
После окончания скромной экскурсии по квартире Олеся, наконец-то смогла зайти в комнату и присесть на кровать. Венера так и не обратила на нее внимание. Склонилась над книгами и все писала-писала. А Олеся стала тихонечко разбирать вещи, положила возле себя самое необходимое, а остальное понесла в шкаф.
Как оказалось, место в шкафу осталось только на самом верху. Леся попыталась дотянуться, но подросший живот упирался в нижние полки и не давал сложить наверх одежду.
– Венера, – обратилась она к чопорной девушке. – А мы можем полочкой с тобой поменяться? Мне до верха никак не достать.
Венера повернулась, поджав губы.
– До завтра не терпит? – грубо ответила она. – У меня срочное дело.
– Конечно, извини, – понуро ответила Олеся и вернулась на кровать.
– Давай только без обид? – сказала Венера мягче, посмотрев на Олесю. – Мне эти сопли не нужны, некогда мне в милых соседок играть, понимаешь?
– Да, я не обижаюсь. Просто не думала, что сильно мешаю.
– Сегодня – сильно. А завтра мы с тобой во всем разберемся. Я не стерва, ты не думай, но у меня слишком важное дело, чтобы отвлекаться.
– Я понимаю. Мне Лидия Степановна сказала, что ты на красный диплом идешь. Я уважаю учебу. Сама недавно также засиживалась.
– Сейчас дело не в дипломе, я стажировку за границей зарабатываю. Это мой билет в безбедное будущее. Я из простой семьи и мне приходится всего добиваться своим трудом. Но я не жалуюсь, ты не думай, просто сразу хочу объяснить ситуацию, чтобы потом без недомолвок.
Олеся улыбнулась, почувствовав в словах девушки сталь.
– Ты решительная.
– Приходится. Но об этом завтра. Мне, правда, нужно доделать проект.
– Всё, больше не отвлекаю.
Олеся легла на кровать и прикрыла глаза. Тепло. И сонно. И еще немного лениво. Она повернулась на бок и со счастливой улыбкой вновь оглядела комнату. Старенькая. Но уютная, душевная и домашняя. То, что было нужно после стольких месяцев мучений. Новый дом, без дорогой мебели, до которой страшно дотронуться и повредить, без казенных коек и самое главное без страха быть выгнанной на улицу в любое время дня и ночи. Это место ее на ближайшие два месяца и теперь все точно будет хорошо.
* * *
– Артем, тебя долго еще ждать? – на повышенных тонах спрашивал друга Николай.
– Колян, я не приеду.
– Ты охринел?! Мы два часа тут в сухую сидим, и в итоге ты нас кидаешь?!
– У меня не получается, ясно?!
В динамике Артема зашуршало.
– Темыч, ну ты чё? – спокойно сказал Влад, вместо Николая.
– Привет Влад... Мне, правда, никак не вырваться. Я колесо проколол, когда к вам ехал, пришлось менять. Пока менял – позвонили с работы, сказали на производстве кто-то повредил руку, поехал выяснять. Там переругался с начальником смены и теперь завален бумажками по инциденту. Завтра будет выяснение, и мне нужно успеть всё подготовить.
– Темыч, тебе самому не кажется, что ты просто нас избегаешь? А вся эта хрень – глупые отмазки, которыми ты прикрываешься.
– Может быть. Но если у меня нет настроения, я не обязан никуда ехать. Тем более мне сейчас не до веселья.
– Ты пропускаешь день рождения нашего друга.
– Вышлю подарок курьером.
– Темыч, я не к тому. Ты последнее время забиваешь на всех нас. Так нельзя.
– Слушай, давай ты не будешь прикидываться бабой и выносить мне мозг, ладно? Хочешь поговорить – приезжай завтра. Всё, мне некогда.
Артем отключился. Он знал, что поступает хреново, но и заставить себя веселиться на пустом месте тоже не мог. Снова принялся за работу – разгребать кучу бумаг с перерывом на глоток виски, которое теперь постоянно находилось у него на столе. Артем прошелся по отросшей щетине и заново стал вчитываться в строчки. Последнее время он заметил за собой непонятную рассеянность, не мог сосредоточиться на смысле прочитанного, все время куда-то уплывал. Да и настроение было на нуле. Даже Рита стала тыкать ему угрюмостью, хотя особым весельем он и так никогда не отличался.
Артем перевернул лист и застыл. Каким-то невероятным образом страница с чертежами детской кроватки оказалась в рабочей папке. Именно та кроватка, что до сих пор стояла на складе, и которую он никак не решался отправить в продажу.
* * *
Олеся обжилась на новом месте и очень радовалась удачному выбору квартиры. Хозяйка отличная, дома тепло, и новая соседка вполне нормальная девушка, хотя Леся ее толком не видела за прошедшие дни – Венера все с проектом возилась, перекраивала и дорабатывала что-то, в общем снова была занята, хотя и нашла время освободить место на нижних полках.
Олеся же отлеживалась, рассчитывая дать себе еще неделю отдыха для восстановления сил, но и засиживаться не стоило, нужно было скорее найти работу и пополнить скудные запасы тощего кошелька.
Как-то она обедала с хозяйкой и, пользуясь моментом, решила расспросить ее про социальные учреждения города.
– Лидия Степановна, а где у вас тут центр занятости находится? Я по карте в телефоне так и не поняла. Сразу несколько адресов выходит, и какой верный – неизвестно.
– Ой, Олеся, нашла что у меня спросить, – улыбнулась бабушка. – Посмотри на меня, я жешь древняя, и уже пару десятков лет как не работаю. И, тьфу-тьфу, не собираюсь. Мне пенсии и сдачи комнаты на прожитье хватает. Поэтому нет, помочь тебе в этом вопросе не могу.
– Жаль, – расстроилась Олеся. – Придется все адреса объездить.
– А позвонить узнать можно?
– Не берут трубку нигде.
– Ах, ну это нормальная политика. Сама иной раз в энергосвет не могу дозвониться, приходиться лично ругаться ездить. Я уже сделала вывод, что там без моей брани скучают, вот и ждут личного визита.
Олеся улыбнулась.
– Они просто так скучают, без ругани. От вас столько энергии, даже я рядом подзаряжаюсь. Вот пообедаю и возьмусь свои дела делать с новыми силами.
– Это правильно, не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня. Истина!
Олеся так и сделала. После обеда взяла все документы и поехала по первому же адресу искать центр занятости населения...и не угадала, попала в корпус переподготовки кадров. На входе девушку быстро развернули охранники и отправили в другую часть города, где непосредственно занимались трудоустройством.
Олеся не сетовала на длинные переезды, считая сегодняшний выход затяжной прогулкой. Единственное что ее беспокоило, так это то, что от тряски в автобусе стало потягивать низ живота. Да и погода хоть и радовала теплом, а все же зима иногда, как сегодня, показывала свои коготки и нет – нет примораживала даже при ярком дневном солнце. Поэтому таскаться даже по легкому морозцу совсем не хотелось.
Олеся добралась до нужного здания уже поздновато, но статная высокая женщина приняла ее в своем кабине без лишних разговоров.
– Значит, решили встать на учет? Документы принесли?
– Все, какие были. – Олеся достала папку и положила на стол. – Я еще насчет работы хотела спросить? У меня совсем опыта нет и я в положении... Получится ли найти для меня место?
Женщина замялась.
– Работа без опыта в той или иной мере подразумевает физическую активность. Переводя на русский, поясняю, сидячую работу трудно найти, если нет опыта и образования. Но мы попробуем подобрать. Садись за компьютер, посмотрим, что мы можем предложить тебе на сегодня.
Олеся воодушевленно устроилась за монитором и стала ждать указаний.
– Вот смотри, эта наша база данных, здесь все вакансии с подробным описанием. Зарплата, график, адрес, на странице есть всё. Выписывай, что покажется подходящим, и будем делать направления.
Леся кивнула и принялась за работу. Вакансий действительно было много, но появилось огромное количество «но». Ей почти ничего не подходило. Как ее и предупредили, объявлений о работе в офисе не было, в основном рабочие специальности и вакансии для узких специалистов, а она не относилась ни к тем, ни к другим. Из простого Леся могла бы устроиться гардеробщицей, но долго ли она сможет носить туда – сюда тяжелые пальто посетителей? А может пойти уборщицей и снова мыть полы? Так и это совсем не просто, тем более таская за сбой ведро по тому же офису или больнице. Была отличная вакансия вахтерши, но адрес указали пригорода, а ездить туда и долго и дорого.
Олеся все же нашла пару вакансий и выписала их на лист.
– Вот, я нашла несколько подходящих должностей, – сказала она женщине. – Оператор в такси, сторож, продавец–консультант, и еще несколько менее привлекательных и более тяжелых должностей.
Женщина посмотрела на Олесю с сочувствием, но ничего не сказала.
– Отлично. Значит, с них и начнем. Сначала по этим адресам съездишь, потом может еще что подвернется.
– Я не совсем поняла, – насторожилась девушка. – Как понять потом? Меня могут нигде не взять?
– Конечно. Работодателю тоже важно чтобы ты справилась с обязанностями. У нас бывает люди по много месяцев ищут работу и не находят, а ведь они без каких-либо... ограничений. А у тебя ситуация куда сложнее.
– Но мне нельзя даже неделю простаивать, – растерялась Олеся. – Значит, вы не даете гарантию, что я могу найти работу?
– У нас нет гарантий. Но зато ты будешь получать пособие, до тех пор, пока не устроишься.
– И большее?
Женщина невесело улыбнулась.
– А как ты думаешь?
Леся опустила голову, задумалась.
– Выходит, я на проезд по трудоустройству больше потрачу?
– Вполне возможно...
– Значит, бесполезно вставать на учет, – грустно заключила девушка. – Тогда я лучше сама попробую найти работу. Извините, что побеспокоила.
Олеся вернулась домой ни с чем, но опускать руки и не думала. Весь вечер просидела в интернете, выискивая вакансии. Набралось много и очень неплохих.
– Что это там у тебя? – спросила Венера, выключая настольную лампу. Она уже закрыла очередной увесистый учебник, за которым сидела последние два часа, решив, что с нее на сегодня хватит.
– Работу ищу. Оказывается на сайтах предложений больше чем в центре занятости.
– Да? И что же ты там нашла? – как-то скептически спросила девушка.
– Да много чего и везде более чем достойная оплата. Вот на склад требуются рабочие собирать шариковые ручки, работа не пыльная, сиди да крути. Или вот еще: требуется сотрудник в офис для составления договоров, без поиска клиентов. Или вот эта неплохая вакансия: менеджер по пропускам, нужно записывать время прихода и ухода рабочих. Идеальная работа!
– Мда...Ты же понимаешь, что должности «менеджер по пропускам» не существует?
– Ой, и пусть не существует, – улыбчиво отмахнулась Олеся. – Лишь бы работа такая была.
– Глупая, что ли? Мошенникам решила навар сделать? Послушай лучше мою историю. Как-то был период у меня на втором курсе, папу сократили, и родители не могли помогать мне деньгами, а значит и я не могла позволить себе снимать эту комнату. Но и речи не было о переселении в общежитие, там вообще учиться невозможно, отвлекают постоянно, тусовки, тараканы и вообще. И я стала просматривать объявления о трудоустройстве, где можно мало работать и много получать. Нашла. Пошла. В одном месте просили на свои деньги выкупать материал для работы, в другом книги для двухнедельной стажировки, в третьем оказалось, что это вообще агентство и оно может помочь мне найти нормальную работу за определенную плату. В итоге, знаешь, что я поняла, что настоящая работа там, где обещают копейки при полной загруженности. Так что мой тебе совет, обходи стороной объявления, где всё слишком ванильно, ничего хорошего из этого не выйдет.
– Да нет, я и сама не стану платить или что-то покупать, не с чего. Просто было бы не плохо устроиться в одно из таких мест...Если честно, мне уже даже обуваться сложно, и физически работать я не смогу. Вообще не представляю как выкрутиться.
Олеся приуныла, но рыжеволосая соседка ободряюще сжала ее плечо.
– Ничего, что-то подвернется, главное будь настойчивее и не ведись на бесплатный сыр.
Венера встала, взяла полотенце из шкафа и пошла в ванную.
– Так куда ты в итоге устроилась? – окликнула ее в дверях Олеся.
– Официанткой в ночной клуб. Отличная школа жизни. Платили мало, работала до дрожи в коленях, зато усвоила многие уроки жизни и за себя постоять научилась.. потому что по факту каждый сам за себя.
Венера, задумавшись на секунду, потерла грубый рваный шрам на запястье, а потом вышла, оставив в воздухе недосказанность.
Олеся едва дождалась начала рабочего дня, чтобы скорее начать обзванивать работодателей. Не всегда разговор клеился как хотелось, Леся то запиналась, то не знала что ответить, каждый раз волнуюсь как на экзамене, но все-таки умудрилась назначить четыре встречи на день. Правда переживала, что если пройдет первое же собеседование, остальные три придется отменить, а это некрасиво, ведь она сама напрашивалась.
Девушка привела себя в порядок, надела лучшие вещи из своего гардероба и вышла из дома. Первая остановка была в студенческом общежитии, там требовалась вахтерша на проходную. Большая девятиэтажка показалась неуютной, а комендант и того хуже. Он был таким строгим, с огромными злыми глазами и жутким басом, что Леся даже побоялась остаться с ним в одной комнате. Девушка с неохотой оставила куртку в коридоре и зашла в кабинет.
– Нет – нет, и еще раз нет, – громко заявил мужчина с порога, глянув на Олесю без верхней одежды. – Ты нам не подходишь.
Олеся опешила. Она даже слова сказать не успела и сразу получила отказ. Как же так?
Мужчина тем временем стал набирать чей-то номер на стационарном телефоне.
– Оля, я сказал тебе тщательнее выбирать кандидатов и кого ты мне присылаешь? Такую же соп...молоденькую девчонку как и сами студенты, да еще и беременную? Хороший пример для подражания, нарочно не придумаешь! А главное всегда на глазах!
Леся прикрыла живот руками. От высказанных в ее присутствии слов стало неловко и даже стыдно за себя и свое положение. Она ведь и правда молодая, еще не успевшая получить образование, соплячка, и каждый видел в этом что-то неправильное... только говорить это таким ужасным тоном было не обязательно. Можно было высказать свое мнение и после ее ухода, проявив хоть каплю человечности.
– Извините, – сказала Леся, крепко поджав губы от обиды, а может больше для того, чтобы из глаз не брызнули слезы. Она мигом выскочила в коридор, схватила свою куртку и помчалась на улицу, на бегу застегивая пуховик. Нет, нельзя так вести себя с людьми, им от этого больно.
Олеся не спеша шла по тротуару, то и дело утирая хлюпающий нос. До следующего собеседования было два часа, достаточно времени, чтобы морально привести себя в порядок, но очень хотелось отменить все встречи и пойти домой. Она боялась снова нарваться на еще одного прямолинейного человека, и вновь выслушать о себе горькую правду. Но Леся понимала, что хочется иди или нет, а через месяц питаться будет нечем, поэтому стоит наступить на горло своему страху и продолжить поиски работы.
Через два часа она стояла в дверях цеха хлебопекарни под пристальным взглядом дородной женщины – начальницы цеха, и ежилась, от мысли, что ее оценивают как какой-то товар.
– Ты не выдержишь, – мотнула женщина головой. – Не обижайся, но взять тебя не могу, у нас смена двенадцать часов, девчонкам сесть некогда, всё на ногах, да еще при такой жарище. А ты хрупкая и в положении, загнешься в первый же день. Работать с тестом не просто, побереги и себя и ребенка, поищи работу полегче.
Женщина говорила искренне, и Олесе только стоило сказать спасибо за заботу, но язык от горечи не хотел шевелиться. Снова отказ.
Леся ушла ни с чем, но время на раскачку не было, ее уже ждали в другом месте. Девушка быстро проехала несколько остановок на автобусе и вышла возле торгового центра. Среди ярко освященного глянцевого холла стояло несколько «островов». Один из них сверкал бижутерией, разномастными статуэтками и прочей милой ерундой, он то и был пунктом назначения. Внутри стеклянной башни сидел мужчина и откровенно скучал, облокотившись на узенький прилавок.
– Здравствуйте, я Олеся, – широко улыбнулась девушка, посмотрев на мужчину.
– Олеся? Очень приятно, – приосанился тот. – Я вас уже заждался.
– Простите, задержалась слегка.
– Ничего. Я никуда особо не спешу.
Мужчина приподнялся, показывая свой высокий рост и худощавое телосложение, откинул прилавок и вышел в просторный холл, незаметно разминая затекшие ноги. – Вот это и есть место работы, – сказал он, указывая на свою стеклянную постройку. – У нас что-то наподобие сувенирной лавки или мелочей для дома, называйте как хотите. Реализуем вещи для души, так сказать. Но еще у нас есть услуги печати, сканирования и ксерокопирования. Надеюсь, с техникой проблем у вас нет? Справитесь?
– Если покажите как, то конечно справлюсь, – улыбнулась Олеся.
– Ну и замечательно. Здесь действительно нет ничего сложного. Я вам все покажу и расскажу. Нюансов много, но вы молодая, разберетесь.
– Так вы меня берете? – удивилась Олеся. Судя по словам мужчины, он был настроен серьезно.
– Это уже вам решать.
– А вас не смущает, что я в положении и через несколько месяцев уйду в декрет?
– В любой непростой ситуации всегда можно договориться, – как-то странно ответил мужчина.
– Это как?
– Давайте для начала обсудим график, – вместо ответа предложил он. – Два через два с десяти до десяти. Вас точно устраивает?
– Более чем.
– Иногда буду внеплановые выходы.
– Я только рада! Дополнительный заработок мне не помешает.
– Ну как сказать дополнительный. Не совсем так. Это, что-то вроде отработки...
Леся смотрела на мужчину и не понимала его логики. Отработки за что? За прогулы, которых у нее не будет? Или за чужие прогулы? Что вообще это значит?
Но с вопросами она не полезла, зная, что это место возможно последний шанс на удачу.
– А зарплата в какие дни? – спросила она для прикидки, на сколько еще растягивать сбережения.
– Да, о зарплате...– мужчина пожамкал губами и посмотрел себе под ноги. – Ситуация у вас не простая, и не совсем удобная в плане официального расчета, поэтому...могу предложить работу на полставки от минималки...
Олеся поперхнулась.
– Но в объявлении написано восемнадцать тысяч...
– Все правильно. Минималка плюс проценты от продаж. У вас полставки, то есть гарантированные шесть тысяч рублей вы получите в конце месяца. Остальной заработок будет зависеть от вас и вашего старания.
– Шесть тысяч... едва хватит на оплату комнаты, – грустно сказала Олеся, раздосадовано нахмурив брови. – Очень мало, при условии, что до вас еще нужно добираться на транспорте.
– Что поделать. Вам выбирать соглашаться или нет. Но думаю выбор у вас не большой.
Олеся глянула неприветливо на мужчину и как ясный день поняла, что не хочет работать с таким человеком, наперед зная, что здесь она ничего не заработает. Или еще хуже –останется должна.
– Спасибо. Извините меня, пожалуйста, что потратила ваше время, но я лучше возле дома работу поищу, чтобы сэкономить на проезде.
И Леся ушла, и на этот раз по доброй воле. Работать даром она сейчас не могла, у нее теперь есть обязательства перед не рожденной дочкой.
* * *
Артем сидел в офисе обложившись бумагами. Последние дни у него совершенно не было свободного времени: он почему-то решил, что утверждать проекты по заказам не достаточно, нужно лично контролировать процессы каждой команды и вовремя вносить коррективы, руководствуясь своим опытом и знаниями, которых не было у остальных. И не важно, что из-за мешанины в голове на проверку проектов уходило в два раза больше времени чем раньше, зато думать о чем-то другом просто было некогда. И Артема это устраивало.
К вечеру глаза болели от постоянного напряжения, а голова гудела, но Артем всё рано не торопился заканчивать дела и уезжать домой. Как-то не очень хотелось находиться одному в пустом доме. А звать, а потом развлекать гостей не было никакого желания.
Парень отвлекся. Размял руки, плечи, взъерошил волосы и откинулся на спинку стула. Девять вечера. Его снова могут закрыть в кабинете. Нужно позвонить охране и предупредить, что он опять останется в офисе. Но вместо стационарного телефона, Артем взял в руки сотовый. Нужно было совершить куда более важный звонок, который он откладывал последние два дня. Может сегодня самое удачное время, а главное настроение.
– Даниил Александрович, добрый вечер.
– Здравствуй Артем, не ожидал твоего звонка. Рановато еще заочникам меня беспокоить, – усмехнулся в трубке мужчина.
– Я знаю, решил узнать как дела на кафедре. Слышал, у нас декан сменился...
– Да, есть такое. Николая Григорьевича повысили, поэтому Анатолий Александрович занял его место.
– Жаль, с Николаем Григорьевичем у нас сложились хорошие отношения...
– Не переживай, Артем, студент ты исполнительный и с Анатолием найдешь общий язык. Человек он строгий, но справедливый, ты ему обязательно понравишься.
– Надеюсь. Не хочется проблем на последних курсах.
– У тебя и проблемы? Не слышал о таком, – посмеялся куратор.
– Пусть так и останется.
– Уверяю тебя, учебный процесс будет идти в прежнем режиме. А если что, ты всегда можешь обратиться ко мне по любому вопросу.
– Спасибо Даниил Александрович. Если честно... я потому и звоню. С проблемой.
– Ну вот, только решил, что про старого преподавателя вспомнили просто так, оказалось, по делу, – шутливо обиделся мужчина.
– Умеете вы, Даниил Александрович, людей пристыдить, – хмыкнул Артем. – А если серьезно, просьба у меня небольшая, но личная.
– Ты меня заинтриговал. Говори, что там у тебя случилось.
– В университете, кажется на факультете биологии, учится студентка Велюхина Олеся. Можете узнать, ходит ли она сейчас на занятия или нет?
– Я непосредственно с факультетом биологии не имею ничего общего, но попробую разведать...
– Спасибо, – коротко и облегченно ответил Артем.
Повисла секундная неловкая паузка. Наверное, парню стоило объясниться, но он не хотел посвящать посторонних людей в свои проблемы, а куратор в свою очередь был слишком вежливым человеком, чтобы совать нос не в свое дело и требовать раскрытия тайн.
– Тогда до связи, – сказал мужчина. – Как что-то разузнаю, сразу тебя наберу.
Попрощавшись, Артем закончил разговор и сжал виски. Гребанная усталость. А может голова гудит от постоянных дум о девчоке, она так и не выходит у него из головы... всплывает в памяти все что случилось с ними за прошедшие месяцы, и особенно в последний день, когда он видел ее летящей с лестницы...Как все неправильно сложилось...
– Так, работаем Темыч, работаем, – сам себя стал журить парень, не давая углубиться в невеселые мысли.