Глава 5

Через пару минут борьбы я прекращаю сопротивление и смиряюсь со своим положением. Лишь злобно бурчу:

– Если ты думаешь, что я так просто всё это оставлю – то ты круто прогадал, парень.

– О, и не сомневаюсь, – отвечает моей пятой точке Денис, ободряюще её похлопывая. – Ты у нас мастерица строить коварные планы, а потом героически пытаешься из них выбраться. Все твои беды от тебя же самой. – припечатывает безжалостно.

Я захлопываю рот, который хотел брякнуть нечто едкое, понимая, что, по сути, он не так и далёк от истины…

Грозовского я потеряла только из-за того, что в рот ему постоянно заглядывала. Боготворила. Пыталась всеми возможными и невозможными способами пробраться в его постель, лишь бы привязать его к себе.

А как показала практика, нужно было просто отшить его. Да так, чтобы это задело его непомерное эго. Вот тогда он сам бы покоя не нашёл, пока тебя не достал. А там… Кто знает, что могло случиться после? Быть может, на месте Юлии Снежиной сейчас была бы я…

От этих мыслей становится совсем грустно. Поэтому я печальным взглядом оглядываю местность, качающуюся из стороны в сторону в такт шагам похитителя.

Небольшой закуток, похожий на кухню, остаётся позади. Денис спокойно отворяет дверь наружу, уже прекрасно понимая, что силы мои кончились и сопротивляться я не буду, и вместе со мной покидает хибарку.

В нос ударяет запах морозной свежести. Кожа моментально покрывается мурашками, потому что моё пальто осталось внутри хибарки, а я сама одета в домашний растянутый свитер, под который нещадно забирается холод, и штаны с легким начёсом.

– Замёрзла? – видимо, Денис ощутил мою дрожь.

– Нет, – упрямо отвечаю я, не желая признаваться, что мне холодно.

– Потерпи немного, мы почти пришли.

Пока я недоумённо разглядываю хрустящий снег под ногами мужчины, будто он знает ответы на все мои вопросы, и раздумываю о том, куда это мы там «почти пришли», похититель, наконец, сгружает меня со своего плеча, а мир вокруг перестаёт видеться вверх тормашками.

– Заходи, чего встала, как вкопанная? – возмущается Денис, когда я застываю на месте, разглядывая двухэтажный дом перед собой.

– Это что?

– Вроде не в лесу росла, – косится на меня мужчина. – Дом это. Люди в нём живут.

– Я не слепая! – злюсь. И злюсь очень сильно. – Почему я спала на какой-то дранной железной кушетке, когда совсем рядом были роскошные апартаменты?!

– Я и сейчас не горел желанием тебя сюда нести, дорогуша. – подхватывает меня под локоток, и насильно затаскивает внутрь. И, как только мы оказываемся внутри, он продолжает. – Максимум, что ты заслуживаешь из удобств с таким характером, это вон та хибара. – тычет пальцем в панорамное окно.

– И что же заставило тебя притащить меня сюда? – вырываюсь из захвата цепких горячих пальцев, от которых по всему телу пробегает ток, и скрещиваю руки на груди.

– Там больше негде тебя наказывать. Да и твоя одежда… – я мгновенно опускаю взгляд на свитер и штаны, замечая на них некрасивые грязные пятна. – А ещё волосы… – его взгляд, направленный на меня, в этот момент непередаваемый. Смесь жалости и брезгливости. И непонятно, чего больше.

– Тебя бы поместили в такие условия! Похитили, заставили испытать дичайший стресс… Спала я на одеяле не первой свежести. А до этого, вероятно, лежала в таком же багажнике! Сомневаюсь, что после всего этого, ты бы выглядел, как Бред Питт.

– Справедливо, – издевательски кивает Денис, а у меня так и чешутся руки заехать ему по противной роже. – Вот поэтому решил вернуть бабе Яге облик Василисы Прекрасной. Правда, характер у тебя точно не сказочной царевны. Вылитая баба Яга. Что внешне, что внутри.

Я прикрываю глаза, заставляя себя дышать медленно и глубоко, понимая, что в шаге от убийства.

Никогда бы не подумала, что кто-то может довести меня до белого каления!

– Ванная на втором этаже. Там же сменная одежда и полотенце.

– И ты меня вот так вот просто отпустишь? Без цепи? Без наручников? – ядовито замечаю я.

– А куда тебе бежать? – искренне удивляется Денис. – Кругом лес. До дороги тебе идти пешком почти сутки. И то, не факт, что с первого раза повезёт, и ты не заблудишься. – он рассуждает о моей судьбе с таким безразличием и холодом, что у меня невольно мурашки по спине пробегают.

Запал злости внутри куда-то пропадает, оставляя после себя гнетущую пустоту.

– Второй этаж? – спрашиваю бесцветным голосом.

Лишиться возможности принять горячую ванну из-за своего несахарного характера не хотелось бы, поэтому оставляю его фразу без едких комментариев. Но при этом беру себе на заметку, что по лесу топать целые сутки, а значит, прежде чем пытаться сбежать, нужно выяснить, где стоит машина. Не пешком же он меня сюда нёс…

– Да, – кивает, – второй этаж, направо, первая дверь.

– Казнь отменяется? – смотрю на мужчину вполоборота, ступив на лестницу.

– На время отложена. У меня появились кое-какие дела. – как по заказу раздаётся трель телефонного звонка, и Денис достаёт его из кармана брюк, отвечая. – Да. Да. Скоро буду.

Я не спешу подниматься наверх. В груди распаляется огонь надежды, который растёт с каждой секундой.

– Ты уезжаешь? – стараюсь, чтобы мой голос был максимально безразличным и отстранённым, но, видимо, меня выдаёт выражение лица.

– Не советую делать глупостей. – направляет в мою сторону руку с зажатым в ней телефоном. – Спасти тебя я точно не успею. А, учитывая твоё везение, птичка, волки сожрут тебя раньше.

– Волки? – ужасаюсь. – Откуда…

– Или даже медведь. – грозно припечатывает, а сам в этот момент сильно напоминает одного из представителей данной фауны. – Будет, конечно, жалко лишиться такого трофея, – оглядывает меня с ног до головы, – но не критично. Всё же, мозги у женщины для меня на первом месте.

– Да как ты… – начинаю шипеть я, но Денису будто бы всё равно на меня, на мою злость, и на то, что я могу действительно убежать и быть съеденной волками или медведями. Он уже мысленно где-то далеко.

– Буду надеяться, что ты не настолько глупая. Двери все открыты. Можешь прогуляться, если я не вернусь через пару часов. Но не выходи за пределы ограждений. Это станет твоей последней ошибкой в жизни.

Его голос звучит так пугающе низко, что я невольно сглатываю, и убегаю наверх, переступая через одну ступеньку, лишь бы поскорее оказаться подальше от самого главного хищника в этом лесу.

***

Денис

Уже около получаса сижу в ВИП-зоне своего клуба и жду, пока ко мне притащат крысу, решившую украсть мой товар. Лениво поглядываю на извивающуюся передо мной на пилоне девушку. Но из головы не выходит другая – фурия в облике прекрасной девушки.

Невыносимая! С ней невозможно оставаться до конца холодным и безразличным. Один только бунтарский взгляд колдовских зелёных глаз чего стоит. Ведьма!

Она бесит. Доводит до белого каления. Но больше всего её хочется трахнуть. Нагнуть и отыметь за непослушание и дерзость, чтобы и думать забыла, как смотреть на меня с вызовом в глазах.

И я планировал сделать с ней всё, что крутилось в голове, таща её в свой загородный дом. Но внезапный звонок всё изменил и теперь я непросто злой, а в ярости. У меня украли не только товар, но и лишили разрядки, которая мне была необходима.

Иначе я точно скоро прибью птичку, запертую в моей клетке.

Да. Птичка. Мне нравится думать о ней в таком ключе. Потому что за эти два дня ловил себя на мысли, что это не я её поймал в свои сети и заточил в клетку, а она приворожила меня своим телом. Взглядом. Непокорностью.

Я только и делаю, что пытаюсь выбросить образ её обнаженного тела из головы. Её сладкие стоны до сих пор стоят в ушах блаженной мелодией, от которого сразу становится тесно в штанах.

Мои мысли прерывает стук в дверь кабинки.

– Войдите. – позволяю нарушить своё уединение.

– Босс, всё, как просили. Чистенький, непокалеченный. – Леонид швыряет передо мной крысу, захотевшую сбежать с корабля, урвав огромный кусок сыра в придачу. Чужого сыра.

Мужик падает на колени. Глаза бегают, а в них осознание, что на этот раз он не выберется отсюда просто так. Но прежде чем начать беседу, прошу стриптизершу покинуть кабинку, что она и делает без лишних вопросов.

Все работники моего заведения уже привыкшие к тому, что Денис Ставровски не простой владелец клуба, а сын главы русской мафии. Поэтому всё, что сейчас произойдёт – не в новинку. А за молчание я плачу им хорошие деньги.

Как только остаемся только я, вор и двое самых доверенных лиц в таком нелегком бизнесе, наклоняюсь вперёд, сложив руки перед собой в замок.

– У нас был договор, Сань. – менторским тоном произношу я. – И ты его нарушил. Надеюсь, тебе не нужно повторять условия нашего сотрудничества, которые ты клялся и божился соблюдать?

– Я… – трясётся мужик. – Я сожалею! Бес попутал! Я бы никогда, босс!

Грубо прерываю бессмысленный поток оправданий. Он скажет что угодно, лишь бы спасти свою шкуру. И слушать это я не намерен. Как и тратить время, которое могу провести с пользой.

– Прошлый раз ты говорил то же самое, – угрожающе низко рычу и даю сигнал своим ребятам, чтобы припугнули его. – Сотворить одну и ту же ошибку было величайшей глупостью с твоей стороны.

Леонид приставляет к виску вора пистолет. Глаза мужика, имя которого, насколько я помню, Лёша, выпучиваются, практически вываливаясь из орбит от ужаса.

– Я сделаю всё, что угодно, чтобы вымолить прощение! – вор хватается за край моих брюк, а я брезгливо одергиваю штанину. – Дайте мне ещё один шанс. У меня четверо детей. Мне нечем их кормить, только ради них пошёл на всё это.

Я не сдерживаюсь и цокаю, поднимаясь с места.

– Ты хочешь, чтобы я убил тебя прямо здесь за враньё? Или ты думаешь, я ничего не знаю о людях, которые на меня работают? – складываю руки за спиной, смотря на него сверху вниз.

Лёша хватает ртом воздух, но больше не выдаёт ни звука. А потом, видимо, смиряется со своей участью, и поникает.

– Убивать тебя мне нет никакого резона. Ты перепродал краденный товар. Мой товар. А мне нужны деньги. Так что даю тебе месяц на то, чтобы ты всё вернул. И меня не волнует, где и каким способом ты возьмёшь эту сумму. Попробуешь сбежать – возьму родственников, как гарант того, что ты вернешь все, что украл. Не помогут родственники, тогда я лично устрою тебе такую адскую жизнь, что ты пожалеешь, что вообще родился на свет. Тебе всё ясно? – преувеличенно спокойным тоном спрашиваю его.

Тот кивает, но я уже заранее вижу исход… Такие люди не меняются, сколько не давай им шанс.

Терпеть не могу убивать, но я не выбирал в какой семье родиться, и чьим сыном стать, поэтому позволю ему самому выбрать свою судьбу. А если он ещё раз опозорит имя моей семьи в определенных кругах… Что ж, я умываю руки.

Лёшу вывели под белые рученьки через черный ход. В ВИПке остались я и Леонид.

– Завтрашняя сделка в силе? – смотрю, как друг устало плюхается на красный кожаный диван.

– Да, и твоё присутствие обязательно, Дэн. Ты итак уже две сделки пропустил. Не все желают вести переговоры с доверенными лицами.

– Я буду там. – с силой тру лицо.

– Ты какой-то… – подбирает слово. – Замученный? – вопросительно ухмыляется Лео.

– День выдался тяжелый.

– Это как-то связано с той девочкой, которую ты пару дней назад утащил в свою лесную берлогу? – уже во всю скалится друг.

– Тебя это не касается, – беззлобно бросаю ему, раскинув руки на спинке дивана. Взгляд задумчиво скользит по пилону.

– Не хочешь расслабиться? Регина заскучала по тебе. Вчера весь день прождала за барной стойкой, надеясь хоть глазком тебя увидеть. Толян жаловался, что весь мозг ему проскофнила. Требует компенсацию за это.

Я фыркаю.

– Оболтус. Мало ему премии?

– Ты слишком добренький для сына главаря мафиозной группировки. – похлопывает по плечу Лео, театрально вздыхая. – Даже вон вора отпустил. Ты же понимаешь, что это бесполезно?

– Да, поэтому поиски перекупщиков доверяю тебе. – также издевательски хлопаю его по плечу и поднимаюсь с дивана.

– Дэн! – возмущенно протягивает друг и поднимается следом. – Мне что, заняться больше нечем.

– Есть, но ни на кого другого положиться не могу. Сам знаешь. Дело грязное. Подводных камней много. Лучше, чтобы об этом знало, как можно меньшее количество людей.

– Всегда поражался твоим навыкам. И пилюлю подсластил и сделал так, что самому захотелось кинуться в бой.

– Это у меня семейное. – ехидно скалюсь.

– Точняк. Сильнее дар убеждения только у Станислава Константиновича. – хохочет Лео. – Ну, так что? Пошли расслабляться?

С минуту я раздумываю, ехать обратно к зеленоглазой бестии или трахнуть постоянную любовницу, которая знает все мои предпочтения. В конце концов, побеждает второе, потому что внезапно понимаю, что если вернусь в свою берлогу, то птичке не поздоровится.

А поэтому, лучше всего для начала выпустить пар. Тем более Регина сама меня искала.