Эпилог

Мы очень любили Купчино. Провели там очень много чудесных дней. Не менее чудных ночей.

Там в роддоме, правда, под надзором московского гинеколога родилась наша дочка, Лена.

Имя выбрал Максим, потому что, по его словам, ничего прекраснее он не видел. А если кто-то и хотел сказать слово против, быстро умолкал, если Макс поднимал, острый, как лезвие взгляд.

Но время шло, дети росли, и постоянно мотаться в город мы уставали.

И приняли решение перебраться в Москву. А в Купчино приезжать на выходные.

Первое время я разумеется занималась оформлением двух уровневой квартиры, обустройством. А потом в один прекрасный момент поняла, что делать мне собственно больше нечего.

Скука навалилась неожиданным грузом, я стала раздражительной и нервной. И даже секс, регулярный и качественный даже спустя семь лет брака не помогал избавиться от мысли, что я совершенно бесполезная.

Жалуясь Васе и Майе – подругам, которые не видели проблемы в праздном образе жизни, я настаивала, что мне просто необходимо чем-то заняться.

Сначала я думала устроиться учителем, но Макс, жуя очередное французское блюдо, приготовленное мной, от нечего делать, сказал, что идея плохая.

– Почему? – насупилась я.

– Потому что мне не очень хочется заминать очередное дело об убийстве какого-нибудь учителя физкультуры или что еще хуже, ученика.

«Он же не мог говорить серьезно», – думала я, замечая в его словах, а главное взгляде ревнивые искры, а вслух сказала:

– Ну не могут же в меня все разом влюбиться.

– В зеркало посмотри, детка, – пробормотал Максим с набитым ртом, поцеловал меня в щеку. – Ну хочешь, давай съездим в путешествие?

– Мы были там в прошлом месяце! Я хочу быть полезной! Чем-то заниматься! – уже кричала я, и тут резко посмотрела на Максима. Идея была гениальной. Он даже попятился.

– Что?

– У тебя на работе наверняка требуется помощь. Точно! Буду в договорах копаться, кофе тебе приносить. Ты же постоянно говоришь, что скучаешь по мне.

– И мне очень нравится по тебе скучать, ухмыляется он. – А с твоим появлением работа в офисе резко приостановится.

– Что? И там все в меня влюбятся?

– Нет, – качает он головой и уже идет в прихожую, а я за ним. – Просто начальник будет весь рабочий день трахаться, а сотрудники слушать твои крики и дрочить.

Пф-ф, – закатила я глаза.

– Да, кто тебе даст-то?

– Да, кто тебя спрашивать-то будет? – смеется он и кричит: – Демьян. Давай бегом! Тренер ждать не будет.

Мои мальчики ушли, а я снова осталась, правда в компании четерех-летней дочки, обдумывать чем бы мне заняться.

– Мама грустит? – спросила малышка, пока крутилась перед зеркалом в новом платье принцессы Бель.

– Да, заяц. Мама грустит.

– Затем грустить, – рассмеялась эта лиса и потянула меня наверх. – Давай лучше тансевать.

И это было еще гениальнее!

Я ведь занималась танцами. Я могу открыть свою школу, учить деток и взрослых.

И я конечно сразу принялась за дело. Когда в кармане пару миллионов на карманные расходы, море по плечу.

Но я делала все так, чтобы для Макса моя затея стала сюрпризом. Мне до жути хотелось, чтобы он мной гордился.

Конечно, без проблем не обошлось. Помещение я нашла, ремонт сделала, оборудование купила, персонал набрала, а вот с инспектором пожарной безопасности возникли большие проблемы.

И я поняла, что ему нужно дать взятку. Возможно и не раз. Вот только бюджет я не это не рассчитала.

Так что понимала, что придется звонить Максиму. Но не решалась. Удивительно даже, что он не спрашивал, где я задерживаюсь, куда трачу деньги.

– Потому что он тебе доверяет, – говорила Вася, сидя за своим столом и заполняя график тренировок. Праздность, праздностью, а работать она взялась с большим энтузиазмом.

– Или он просто все уже давно знает, – поведала всегда спокойная Майя. Нет, работать она не стала, но компанию была рада составить.

– Нет, нет. Он бы мне сказал, – качаю я головой и слышу колокольчик над входной дверью.

Вася оборачивается и вскрикивает.

– Дашка! Боже! Спасибо, что пришла! – кричала она, обнимаясь с фигуристой, темноволосой девушкой.

Мы с Майей переглянулись и быстро вошли в гущу женской болтовни.

– Знакомься. Собственно, сама хозяйка Лана, а это наша подруга Майя. Скоро еще Лиска должна подъехать. Ну, рассказывай, – подталкивает она смущенную Дашу к диванам и наливает чай. – Тебе с сахаром?

– Нет, нет. Я стараюсь себя ограничивать.

– Зачем? – нахмурилась я, пытаясь найти, в ее, пусть и пышной фигуре, изъяны. Талия тонкая, а груди бедрам позавидовала бы и сама Софи Марсо.

– Родила месяц назад. Хочу восстановить фигуру, вот надеялась, что вы меня к себе возьмете.

– Да я только за! Что танцуешь?

– Да все помаленьку. Я хотела девчонок в клубе Марка учить, но он меня туда не пускает.

– Стой, стой, – захлебнулась Вася чаем и посмотрела на Дашу так, что чуть голубые глаза не вылезли из орбит. – Какой Марк?

– Мой Марк.

– Только не говори, что Синицын?!

– Ну, а какой же еще? – шаловливо улыбается Даша и я понимаю, что именно такого эффекта она и ждала.

– Синицын, – бормочет Майя. – Что-то знакомое.

– Да как ты смогла его простить?! Он же! Он же…

– Спешу напомнить, что Макар хотел убить твоего не рожденного ребенка. Это даже и вполовину не так плохо, как поступил Марк.

Вася присела, нахмурилась и отвернулась. Противопоставить ей было нечего.

– А это не брат Ани Сладенькой? – восклицает Майя, и Даша весело кивает. – Вот это да. Мир и правда тесен.

Мы посмеялись над превратностями судьбы и распрощались. А я осталась ждать инспектора, чтобы убедить, что в нашем двух-этажном здании, нарушений нет.

И вот стукнуло семь вечера, а он так и не появился. Зато позвонил.

– Извините, Светлана Игоревна. Я принял решение, что нарушений у вас нет, а значит мое присутствие необязательно.

Вот это новость. Ладно. Спасибо. Радоваться надо, а я только и думаю, откуда он знает мое отчество?

Не должен. Не говорила.

И ответ разумеется кроется очень близко, буквально в дыхании, что обжигает ухо.

Резко разворачиваюсь и хочу ударить наглеца, но он перехватывает руку. Потом другую и к себе прижимает.

– Значит ты все знал?!

– Должен же я был выяснить, почему мы месяц не занимаемся сексом, – ухмыляется Макс и руками по спине гладит. Смотрит жадно, нависает.

– Месяц? – хриплю я. – О, боже, как ты выдержал?

– Я страда-ал, – цокает Максим, и я пытаюсь сдержать смех. – И теперь ты обязана излечить мой недуг.

– О, боже мой, скорей, скорей. Где наш больной? – смеюсь я, тянусь к ширинке и ловко сбрасываю ремень. О, да! Достаю офигенно твердый орган. Готовый. И конечно же полностью здоровый. В ярком свете фонарей танцевального зала он смотрится очень пошло. Очень эффектно. – Мне кажется он нуждается в особом уходе.

– Я бы сказал комплексном. Начать, пожалуй можешь с орального.

– Как это банально, – облизываю я губы, чувствуя, как рот наполняется обильной слюной, и я выпускаю ее прямо на темно-розовую головку. И подражая, стекаю на колени. Обвожу головку кончиком языка, не отрывая ни на миг взгляда.

Это так неприлично, заниматься сексом посреди танцевального зала, при ярком свете, наблюдая, как отражаешься в десятке зеркал, словно порно актриса.

Но мне так хочется отблагодарить Максима. Что не мешал. Не задавал вопросов. Терпеливо сносил мои истерики. Просто любил меня, ни смотря ни на что.

– Я люблю тебя, – шепчу и целую головку, вбираю в рот до основания, слышу рык и выпускаю, громко выдохнув.

– Черт, – наклоняется он, жадно присасывается к губам и на пол толкает. Переворачивается одним движением стягивает платье, отодвигает полоску трусиков и толкается внутрь.

И я выгибаюсь под давлением, забираюсь руками под рубашку, пробегаю пальчиками под твердому прессу. Идеальному. Издаю звучный стон и слышу рык в грудь:

– Я тоже, Лана. Я тоже тебя люблю.

И скачка становится неистовой. Меня начинает потряхивать не только от резких фрикций, но и собственного буйства эмоций. Он рядом. Он во мне. И нет ничего, чтобы мы не смогли преодолеть вместе. Так же вместе, как двигаются наши тела, со смачным шлепком соединяясь в одной точке. И оргазм неожиданный, пронизывающий каждую клеточку, настигает, заставляет захлебнуться и буквально завыть. И нет ничего прекраснее любви, выраженной в движениях жаждущих друг друга тел. И нет ничего важнее искренности физической страсти. Ведь именно так рождается единение душ.

*******************************************************************