Глава 22

Я прошла первой, мягко постукивая каблуками по паркету. Остановившись в центре квартиры не ступая на круглый белый ковер, я уставилась в огромные окна, из которых виднелись соседние дома богатого квартала, и те, что через реку старые советские пятиэтажки. Две стороны реальности.

Я шумно выдохнула, когда мужские руки мягко легли мне на плечи в попытке снять пальто.

– Расслабься. Я принесу что-нибудь выпить.

Обернувшись, я поймала мужчину за руку, уставившись в глаза цвета корицы. Поразительно, как по-разному они могут выглядеть.

– Не нужно.

 Мужчина шагнул ближе, и все же снял с меня пальто, осторожно, но уверенно.

– Тебе не о чем беспокоиться.

Его бархатный низкий голос хотелось слушать вечно, и верить ему без конца, но нам обоим известно, что все происходящее с нами ложь, игра, правила которой я не знаю, но по какой-то причине принимаю.

– Что-то не так? – он легонько улыбнулся мне и мягко коснулся лица. Я стояла как вкопанная, пытаясь замуровать свою похоть за маслами о Сане. Он не простит, я разрушу нашу семью. Уже это делаю. Но пока не поздно, я смогу все собрать, заклеить эту трещину.

– Мне лучше уйти, – говорю я, пятясь назад, не отрывая взгляда от мужчины, от вида которого у меня волосы становятся дыбом, рядом с которым так приятно, но не безопасно. Он способен вознести меня до небес, я вижу это, чувствую каждой клеточкой своего тела, каждой пульсацией в нем, но с небес будет больно падать, поэтому и взлетать так опасно. Он все погубит. Я ухожу.

Задеваю рукой пальто, оно падает на пол и, я в растерянности путаюсь в нем ногами. Неуклюжесть мне совершенно не присуща, но мой рассудок затуманен, потерян, что даже ноги не слушаются. Они не хотят назад, только вперёд, в эти объятия, которые спасли меня от позорного падения.

– И куда же ты собралась?

Его руки крепко обосновались вокруг моей талии, прожигая кожу сквозь ткань обтягивающей водолазки, которую я выбирала сегодня дольше обычного.

Он не отпускал, но и не делал ничего больше, кроме того как довольно разглядывал меня, едва заметно лаская мою талию большим пальцем. Неужели он ждёт от меня шаг? Черта с два! Даже несмотря на то, что внизу живота пульсирует не прекращая с того момента, как мы оказались в машине. Я не могла дождаться новой встречи и даже обдумывала мастурбацию, чтобы снять ту похоть, которой этот кретин меня научил. Но это было ничто по сравнению с тем, когда я закрывала глаза и представляла, как его член входит в меня, как его губы и руки ласкают мое тело, а оно в ответ ликует и дрожит от одной лишь только мысли о нас вдвоем.

Но это все не могло отменить мои принципы, мою жизнь за пределами этого мужчины и моих желаний.

– Я хочу уйти.

– Нет, не хочешь, – он дразнил меня, испепеляя игривым пронзительным взглядом, и я могла бы ненавидеть его только за это.

Он подцепил пояс моей юбки указательным пальцем и дёрнул на себя так, что я с воплем врезалась в твердую горячую грудь. Хочу ощутить ее пальцами, языком, слиться с ней.

– Отпусти, – позорно завопив, смотрю в глаза, задрав голову.

Быстрый прищур говорит о том, что мужчина что-то задумал, но вдруг он резко отпускает меня и что-то рушится внутри меня. Я же сама того хотела, чертова дура, почему же так мерзко теперь.. будто ждала, что не отпустит, надеялась.

Схватив пальто, я поспешила к выходу. Так лучше. Точнее правильно. В груди что-то пылало и судорожно билось от самого живота. Прожигающий взгляд следил за каждым моим движением. Я почти ушла, хоть и тянуло, как магнитом обратно.

– Ты не хочешь уходить, – послышалось сзади уже в тот момент, когда я повернула дверную ручку и застыла.

– Ты несчастна там, куда спешишь. Я вижу тебя, чувствую твои инстинкты, Ида.

Злосчастный ком снова пробрался к горлу. Я не спешила оборачиваться, особенно услышав за собой шаги, а потом и вовсе ощутив дыхание на своем затылке.

– Зачем ты говоришь это мне?

– Затем, что я могу сделать тебя счастливой.

Его слова почему-то пронзают током все тело, я глубоко вздыхаю. Не могу же я верить в этот бред..

– Поимев меня снова? Все твои любовницы счастливы?

– Каждая по своему, – он усмехается, а я злюсь, как последняя идиотка.

Оборачиваюсь. Расстояние между нашими лицами совершенно неприличное. Мужчина упирается одной рукой в дверь рядом с моей головой, а другой заводит прядь волос мне за ухо, при этом лицо его становится серьезным, но без привычного "рабочего холода".

– Это шутка.

– Это не смешно, у меня семья.

– Я ревновал тебя вчера, когда ты танцевала с ним..

Из меня вырывается нелепый смешок, но потом я замолкаю, и завороженно наблюдаю за тем, как этот человек изучает мое лицо, как внимательны его глаза.

– Я трахнул тебя в лифте в качестве наказания за это. Но ты достойна большего, чем все это дерьмо.

Я сглотнула, сердце загрохотало ещё сильнее.

– Ты хотела меня также, как я тебя.

– Я зря это сделала.

Он так близко, и его запах такой пьянящий, словно дурман. Я стою у двери и с каждой секундой теряю свой шанс на побег. Сердце гулко стучит о ребра, что становится больно. Он подлец, каких свет не видывал, но только он способен вызывать во мне тайфун тех эмоций, которые я испытала вчера в лифте, да даже когда увидела его сегодня в супермаркете, и прямо сейчас. Он искусный обманщик, но только он может быть таким страстным и нежным одновременно.

Я хочу его, но он переступит через меня также, как переступал через всех остальных до меня. Готова ли я рискнуть? Провалиться в эту бездну? Смогу ли я вынырнуть из нее?

Я долго тонула в его глазах, чувствовала, как мягкие пальцы касались моих волос и кожи лица, что заставляло мое тело дрожать и пульсировать изнутри. Я почти не слышала, что мужчина говорит мне, а потом прервала его монолог.

– Я выбираю семью.

Мужчина нахмурился.

– Я не буду твоей подстилкой. У меня есть сын, муж который заботится обо мне.

– Я могу позаботиться о тебе.

Его слова застали меня врасплох, но я смогла удержаться и не растечься по этой двери.

– Он любит меня, – пробормотала я, имея ввиду Саню.

– Ты хочешь убедить в этом меня или саму себя? Нам обоим известно, что не от большой любви своего парня ты пришла сюда.

– Сволочь.

Меня накрыло жаром стыда, и я тут же выскочила за дверь, едва не споткнувшись. Сильная рука сжала мое запястье, так что я простонала от боли. Мужчина резко развернул меня к себе, так что я врезалась ему в грудь. Он с силой сжал мое лицо одной рукой и впился в мои губы, не позволив мне и слова проронить. Он подчиняет, терзает и наказывает. Его язык на моем, словно наркотик. Лучше самой вкусной еды на планете, лучше любимого «Тирамису». Я пытаюсь вырваться, чего совершенно не хочу, сильная хватка ослабевает, касаясь моей шеи и, я начинаю плавиться, как эскимо под палящим солнцем, против своей воли.

– Ида, – его голос охрип.

Черт возьми, мне стоило помастурбировать в ванной и, остаться дома. Но как жаль, что ни одна мастурбация в мире не сравниться с тем, что я ощущаю сейчас.

Его язык настойчив, дыхание щекочет, и эти руки на моем теле.. Я раскрываюсь ему навстречу и больше ничего не хочу. Не понимаю, как мы так быстро вернулись обратно в квартиру, не отделяясь друг от друга. Задыхаясь. Утопая друг в друге. Еще пара настырных движений и я улетаю куда-то по ту сторону от реальности, где нет больше ничего кроме нас. Сильные руки сжимают мои ягодицы, приподнимая меня к верху, я стону в горячий властный рот мужчины, частицу которого искала всю свою жизнь. Мои пальцы зарываются в темные густые волосы, оттягивая их назад. И вот уже я целую его шею, вдыхаю желанный аромат, преследующий меня повсюду.

Мы слепо направляемся куда-то, я в абсолютной власти этого человека, я доверяю ему сейчас, куда бы он меня ни привел. Абсолютное безумие.

Его руки уже двигаются под моей юбкой, пока я тщетно пытаюсь разобраться с его рубашкой, не прерывая поцелуй диких животных. Голодных животных. Мы оба голодны, и я могу понять себя, так как не ощущала ничего подобного прежде, но он.. Хочет ли он так сильно каждую свою любовницу? Укол ревности пронзает где-то в области груди и отдает в кончиках пальцев.

Мы приземляемся на огромный мягкий матрас, и я, наконец, расправляюсь с рубашкой, жадно вцепившись в рельефную грудь. У него совершенное тело, и я хочу его полностью.

Он касается края моих чулок, задрав юбку до самого пояса и, сотня мурашек пробегает по коже. Его руки добираются до развилки между ног и, я стону, извиваясь, закусив губу. Он смотрит на меня ехидно и со всей дикостью, что заложила в него матушка природа, а затем его лицо уже у моих трусиков, которые он тут же стягивает зубами, обдавая мою плоть жаром и холодом одновременно.

Он мягко касается меня там языком, и я вздрагиваю, а затем пытаюсь притянуть мужчину обратно к себе, избавить нас от остатков одежды, чтобы ощутить слияние наших тел. Хочу дать понять, что куннилингус никогда не приносил мне удовольствия, но то, что произошло дальше заставило меня заткнуться, а точнее закричать от того, что я не знала прежде. Он ласкал меня ртом и, мой мир рушился на мелкие кусочки, затем я сама рушилась, а потом мы собирались воедино. Я дрожала, стонала, и извивалась. Сильные руки придерживали меня за бедра, а настырный язык танцевал горячую Латину на моей пульсирующей плоти. Я не могла дышать. Мой голос охрип. И когда я в очередной раз разлетелась на сотни тысяч фейерверков, мое тело бессильно содрогнулось и упало на смятую постель.

Я попала в рай, не иначе, хоть и не верила в него никогда. Мои пальцы все еще сжимали широкие мужские плечи, а затем плавно коснулись его груди. Я ощущала, как мышцы перекатывались под моими касаниями.

Этот мужчина действительно способен отправить на небеса. Я приподнимаюсь на локтях и смотрю в его сумасшедшие глаза, попутно снимая с себя остатки одежды, демонстративно расстегивая лиф и отбрасывая в сторону. Он наблюдает за каждым моим движением, разглядывает грудь и очертания моего тела. Сглатывает. Дважды. Он хочет меня, и я буду позволять ему делать со мной, что угодно до тех пор, пока не «спущусь на землю».

Сердце отдавало грохотом в каждом квадратном миллиметре моего тела, и я по-прежнему не могла отдышаться. Я приблизилась к мужчине, прильнув возбужденными сосками к его груди, очертила пальцем контур его плеча и ключицы, затем задрала голову и невольно улыбнулась, как дурочка. Все внутри меня трепетало. Словно наступила весна и птицы вокруг запели, а мне пятнадцать и я бегу тайком после уроков понаблюдать за мальчишкой из «11В».

– Поцелуй меня, – шепчу я.

Я мягко трусь о его тело, сглатывая ком, меня обдает то холодом, то жаром. Мужчина хватает меня за подбородок и жадно впивается в мой рот. Мы оба стонем. Он хватает меня за задницу и прижимает сильнее к себе, я громко вздыхаю, ощутив, как набухло в его штанах. Я по-прежнему хочу его, даже еще больше теперь, но уже думаю о том, что хочу сделать для него то же, что и он для меня, поэтому не медля тянусь к застежке на его штанах.

Мужчина стонет мне в рот, как только я касаюсь его эрекции, сжимаю в руке.

– Хочу тебя, – хрипит мне в ухо, вызывая еще больше дрожи по телу.

Резким движением он разворачивает меня к себе задом, в его руках, я словно тряпичная кукла. Я вырываюсь, возвращаясь обратно, целую его грудь, которая вздымается так часто, слышу каждый стук его сердца. Оно есть. Вот оно. Спускаюсь ниже и ниже. Не могу понять, почему так сильно хочу доставить ему удовольствие, когда сама желаю получить не меньше. Я словно в бреду и не хочу покидать его.

– Не сейчас, киса, – он несильно хватает меня за шею и приподнимает так, что наши лица оказываются почти на одном уровне. Близко. Слишком близко.

– Киса?

– Ты похожа на дикую кошку.

Он впивается в мои губы и, мой рот невольно приоткрывается для новой порции неистовых поцелуев. Мы смесь гребаных фейерверков. Я хочу взорвать их каждый, до последнего.

Всего одно мгновение и я оказываюсь на животе, прижатой лицом к подушке. Сжав мои запястья, мужчина одним рывком приподнимает меня за бедра и врывается в мою разгоряченную, жаждущую его плоть. Я вздыхаю, подаюсь на встречу, а затем мы уже как два бешенных зверя яростно двигаемся друг другу навстречу. Я хватаюсь за смятые простыни, а он хватает меня за волосы, чтобы притянуть для поцелуя, это двойное удовольствие могло бы заставить меня даже рыдать от счастья.

Затем мужчина поднимает меня к себе и, наши мокрые тела находят друг друга. Мне больше ничего не нужно. Запах его пота лучше, чем даже его одеколон. Мои границы размыты. Я несусь в пропасть с огромной скоростью, затем нас обоих трясет, мы дышим как заблудшие в пустыне путники, оставшиеся без воды. Я смотрю на мужчину, которого должна презирать, которого должна бояться и все чего я боюсь, что он окажется иллюзией в нашей пустыне. Он убирает прилипшие пряди волос с моего лица и целует за ухом, а я пытаюсь отогнать мысль о том, что предстоит мне позже.

С замирание сердца смотрю в его глаза и не вижу в них тех ужасов, которые знаю, и я даже не вижу того, что он использует меня на пару-тройку вечеров. Насколько же ты хитер? Хотела бы я, чтобы все сложилось иначе, но так не бывает. Моя карета скоро превратится в тыкву, а принц испарится, как в сказочном сне.

Обвив руками обнаженное тело мужчины, я прильнула головой к его груди и тяжело вздохнула. Я ощущала его тепло, силу, и как ни странно безопасность. С ним будто не надо ничего решать, будто можно просто взять и побыть хоть раз маленькой беззащитной женщиной.

– Что-то не так, дикарка?

Я слегка приподняла голову.

– Дикарка?

– Угу, – довольно промычал он мне в затылок.

Не могу поверить, что в нем столько нежности. Все бабочки в моем животе окрылились в одно мгновенье.

– Ты, правда, ревновал меня к Саше?

– Я хотел сломать ему руки.

Я усмехнулась и двинула мужчину локтем, после чего он взял меня за подбородок и развернул к себе лицом, при этом серьезно заглянув в глаза, я даже насторожилась.

– Ты моя теперь. Понимаешь?

Я сглотнула ком, как раз в тот момент, когда сердце сделало кульбит.

– Это невозможно.

– Ты меня недооцениваешь, Ида, я всегда получаю то, что хочу.

Я покачала головой.

– Нет, это ты не понимаешь, о чем говоришь!

Все внутри меня натянулось, я отпрянула назад и принялась собирать по кровати свою одежду.

– Ида.

Он притянул меня к себе за талию и, наши обнаженные тела снова нашли друг друга. Я простонала, когда мягкие губы коснулись моей шеи.

– Останься еще на полчаса.

– Я не могу.. Марк ждет меня.

– Если бы твой сын был дома, тебя бы здесь не было. Останься.

Он убрал копну моих растрепанных волос с плеча и коснулся губами кожи, я прикрыла глаза и шумно вдохнула. Затем его рука скользнула по внутренней части моего бедра, пробираясь все дальше. Один палец медленно скользнул в меня и, я прогнулась.

– Ненасытная, – прорычал мне на ухо, – Иди сюда.

Мужчина развернул меня к себе и впился губами в мою грудь, смяв в ладони другую, наращивая темп своей руки внутри меня. Чуть позже присоединился второй палец, я застонала.

– Мне.. Мне нужно идти..

– Не сейчас.

– Влад! – одернула я, и мужчина тут же поднял голову, заглянув мне в глаза, на его лице расцвела довольная ухмылка.

– Ты назвала меня по имени.

– Что?

Да я даже не обратила внимание.

– Это первый раз, когда ты произнесла мое имя, без всякой мишуры и формальности, я хочу, чтобы ты кричала мое имя.

Он сжал мои ягодицы руками, прижимая меня к себе всем телом, и я ощутила, что он снова готов для меня. Это невыносимо. Хотеть его и всеми силами препятствовать этому. И прежде чем уйти.. Или остаться.. Мне нужен ответ на очень важный для меня вопрос. Я не могла просто взять и выбросить этот факт из головы.

– Ты бы действительно оставил ее там?

– Что?

Он нахмурился.

– Ты знаешь, о чем я говорю, точнее о ком. Кира Макаренко. Ты бы оставил ее там умирать?

Мужчина тяжело вздохнул и провел рукой по лицу.

– Серьезно? Будем говорить об этом сейчас?

– Да, будем.

– Хорошо. Послушай, я знал, что мой брат придет за ней. Этого достаточно.

– Не достаточно. Ты бы оставил ее там умирать? Ради каких-то бумажек!

– Каких-то бумажек? – он нервно усмехнулся. – Ты хоть представляешь, какие это деньги?

– Я представляю, что там была жизнь человека. Моей подруги.

– Макс пришел за ней. Это все. Довольна?

– А если бы не пришел?

– Он пришел, Ида! Не суй свой нос в мои дела, усекла?

Мужчина перебрался через кровать и пошел к окну. Обнаженный. Такой красивый. Его рельефная спина выглядела такой напряженной, что мне захотелось коснуться ее, снять этот груз, но вместо этого я фыркнула и принялась быстро натягивать одежду. Чертовски не понимаю, почему я пытаюсь оправдать его, вынудить сказать то, что хочу услышать.

Он остановил меня уже у двери.

– Я не убийца.

Его руки сомкнулись вокруг меня, а подбородок устроился на моем затылке.

– Я бы не оставил ее там. Мой брат влюбленный глупец, я знал, что он последние штаны отдаст за эту девчонку.

– Значит любовь это глупость?

Я обернулась к нему, он улыбнулся.

– Во всяком случае, ее свойства преувеличены.

– И ты никогда бы не поступил, как твой брат? Не отдал бы все ради того, кого любишь?

Мужчина отстранился.

– Я же уже сказал, Ида, дорогая. Любовь преувеличена. От нее одни беды. Иди ко мне, хочу поговорить.

– Может, для начала оденешься, – я подняла с пола его брюки и бросила их ему в лицо, но тот умело поймал их, издав легкий смешок.

– Я знаю, что желание отдаться мне не первопричина, по которой ты пришла. Что это было?

Черт. Думала, забыл уже.

– Это не имеет смысла, глупость не больше.

– У тебя что-то случилось?

– Нет. Не совсем..

– Если тебе нужны деньги..

– Что? Нет!

– Тогда говори.

– Это глупо..

Влад покачал головой и приблизился. Капец как непривычно называть его так.. Еще недавно он был моим боссом, а теперь я нахожусь в его спальне после отменного секса.

– Твое предложение стать лицом «Роттен Голд», все равно уже не в силе так что..

– Ты хочешь в каталог или на рекламный щит? Со вторым будет проще, но место в каталоге занято, ты была на презентации, и если ты теперь думаешь, что раз трахаешься со мной..

– Черт возьми, нет! Зачем я вообще тебе это говорю? Мне не нужна эта чертова реклама.

– Тогда что?

– Забудь.

– Ида! Я могу вышвырнуть ту модель в течение часа, если это важно для тебя.. Я только не могу понять, почему ты передумала! Я предлагал тебе лучшие варианты работы, ты от всего отказалась..

– Я не хочу получить что-то только потому что отдалась тебе.

Мужчина подошел ко мне и взял мое лицо в ладони, я даже вздрогнула от такой нежности.

– А я не хочу, чтобы твое лицо выглядывало с каждого билборда страны, я тоже передумал, ясно?

– Мне не нужны билборды.. Это все глупость, мне пора, забудь.

– Ида, подожди.

Он мягко взял меня за руку и усадил на край кровати, а сам опустился передо мной.

– Я ничего не стану просить у тебя, – сказала я, – тем более теперь.

– Что поменялось теперь?

– Я сплю с тобой! Не хочу, чтобы это выглядело, будто ты заплатил за секс.

– Я не плачу за секс. Мужчины никогда не делали тебе подарков?

Я сглотнула .

– Хорошо. Ничего не проси, если так удобно, просто расскажи.

Он так мягок и нежен со мной, а я даже представить не могла, что этот человек способен на такое. Мне тепло рядом с ним, и от этого страшно. Я сбилась с пути.

– Когда мне исполнилось восемнадцать, я начала искать своих родителей.. Я росла в детском доме, не думаю, что это секрет. Я нашла место, где жила моя мать, соседи сказали, что та умерла пару лет назад, а вот отец мой.. – я запнулась, и Влад сжал мои руки. Эта история никогда не была произнесена вслух ранее.

– Если не хочешь говорить, не нужно..

– Все нормально, мой отец жив, но возможно даже не знает о моем существовании. Я мечтала найти его, но это казалось невозможным.. Знаешь, прошло время, и я думаю, что больше не хочу его искать, но та дурацкая детская мечта.. Оказаться в Италии и просто пофантазировать, что он ходит где-то рядом, что мы дышим одним воздухом Венеции или Рима..

Я замолчала, мужчина долго и хмуро смотрел на меня, держа мои руки в своих.

– Ты хотела поездку в Италию за счет «Роттен Голд»?

Я кивнула.

– Глупо, скажи.. Это просто детская фантазия, извини, я вообще не понимаю, зачем рассказала тебе, мы только что трахались, а я несу всякую чепуху, – я нервно усмехнулась, ругая свой поганый язык. В конце концов, меня утешало лишь то, что я больше не собиралась встречаться с этим мужчиной. Черт! Я буквально разболтала свой тупой секрет первому встречному, о нем даже Саня не знает.

– Твои родители мудаки, Ида, но я не осуждаю твою мечту. Она прекрасна, как и ты.

Он приподнял мое лицо двумя пальцами и мягко поцеловал, постепенно углубляя поцелуй, от которого я едва могла держать равновесие.

– Не хочу, чтобы ты уходила, – простонал мне в рот.

Я тоже. Не хочу. Никогда.

Мне придется бежать от него. От себя. Хорошо только то, что этот мужчина забудет обо мне уже через неделю, только вот я уже не смогу.