Глава 30
- Славуль, в понедельник мне придётся на неделю улететь в командировку, - во время нашего позднего чаепития сообщает мне муж.
Внимательно смотрю на Никиту. Он отчего-то сидит молча, задумчиво насупив брови.
Создавшаяся пауза меня настораживает. Во рту скапливается кислота. Отставляю чашку с чаем.
- Не смотри на меня так, будто ждёшь взрыва бомбы. Не пугай пупсярину. Чего-то тихо у нас в домике, - спокойно продолжает Ник, целуя меня в висок и прикладывая руку к животу. - Спит что-ли? Странно. Майя же ещё сказку на ночь не читала пупсу нашему. Славик, давай все же пол ребенка узнаем, а то как-то неприлично к человеку обращаться в третьем лице.
- Зубы мне не заговаривай, Никитушка. Ты же что-то сказать хотел, да? Продолжай, Никит…
- Ах, да. Слав, меня не будет приблизительно неделю. На это время ты ляжешь в клинику, где пройдёшь обследование и получишь курс процедур для беременных.
- Милый, ну хватит уже истерить? Я беременна, а не больна. И только месяц назад находилась неделю в клинике. Что за это время могло измениться, Никит? Мне дома с Майечкой хорошо. Если у тебя есть сомнения и переживания, давай Юлю позовём с мальчиками. Пусть у нас в твое отсутствие поживут. Юлек все же с медицинским образованием. Я даже на круглосуточную сиделку согласна, - произношу мягко просительно, даже лицо старательно корчу, как у нашего Дьяболо Гатто, когда он еду выпрашивает.
- Выглядишь, конечно, забавно, Славуль! Но честно, актерка из тебя так себе. Оскар точно не получишь, - отвечает сначала хихикая, а потом громко смеясь, муж. Успокоившись Никита продолжает говорить тихо, но безапелляционно. - Нет, Слав! Даже не обсуждается. В мое отсутствие ты будешь находиться только в клинике под присмотром медиков.
- Н-никита, это п-паранойя. П-понимаешь или н-нет? Т-твой с-страх и н-нерв с-становится б-болезненно н-навязчивым, - немного заикаясь, начинаю пыхтеть, насупив брови и сдерживая подступившие слезы.
- Давай, Славик, без нервов, обид и слез обойдёмся. Не надо пытаться меня продавить. Тебе же хорошо известно, будет так, как я решил. И напоминаю, при обсуждении вопроса, тогда в сентябре, ты была согласна со всем и на все, - напоминает муж наш разговор, когда мы с ним вели трудные переговоры о сохранении беременности.
"Да, уж, а что мне было делать, если твоя категоричность, Никита, была такой железной. Твое жёсткое "нет" меня добивало. Умаслить нежностью, перешибить упрямство аргументами, задобрить слезами у меня не получалось. Только и оставалось, что согласиться на все", - вспоминая события тех дней, холодею внутри.
-Слава, я отложил все дела. Собирайся. Едем в клинику, - в первое утро после возвращения из Парижа за завтраком заявляет муж.
- З-зачем н-нам в к-клинику? Я н-недавно т-там б-была. У меня все нормально, - произношу, пытаясь побороть волнение.
Последние дни при всем внешнем позитиве, который мы оба транслируем дочери, родным и друзьям, наши личные отношения с мужем достаточно натянутые. В них чувствуется нерв.
Никита ведет себя несколько отстраненно. Постоянно погружен в свои мысли. На мои вопросы отвечает сдержанно. Даже интим наш стал несколько иным.
Я переживая, что муж невольно может навредить плоду, зажимаюсь, отодвигаюсь от него, из страха не могу расслабиться, плохо чувствую. Вернее, совсем не испытываю радости и удовольствия, как прежде. Никита напрягается.
Ночью накануне вылета из Парижа, который он перенес на несколько дней раньше, уже находясь в процессе близости, муж с тягостным вздохом вышел из меня и ушёл в душ.
Обычно ночью мы вместе посещаем ванную, но в этот раз я не стала нарушать его личное пространство. Лежала, слушала звук льющейся воды.
Никиты не было долго. Когда он вышел, я притворилась спящей.
Подойдя к постели, любимый лёг и отвернулся от меня, чего не было никогда раньше.
От произошедшего меня внутренне передернуло, как от разряда тока. Спрашивать ни о чем не стала. Зачем, если и без слов все понятно.
Мне и сейчас все ясно, потому вздыхаю и гляжу на мужа вопросительно.
- Слава, у нас есть еще две недели, чтобы решить вопрос…
Никита резко замолкает, берет салфетку и вытирает мне слезы, которые, как я чувствую, струями текут по моим щекам.
Смотрю на мужа, не моргая. Он тоже.
Лицо Ника спокойно. Эмоции - нечитаемы.
От его жесткости и даже жестокости и от тяжести своей душевной боли мне хочется истошно орать, рыдать в голос и даже ударить мужа.
Сжимаю пальцы в кулаки. Меня пробивает дрожь.
Пытаясь успокоиться, решаю выпить чай. Беру чашку. Она начинает дрожать от тремора моей руки.
Сила так же как и воля покидают меня, и я, совершенно теряя самообладание, всхлипывая, реву.
Муж встает со своего места, подходит ко мне, обнимая, берет на руки. Идёт вместе со мной на диван.
- Успокаивайся, Слава! У нас есть две недели. Мы сейчас поедем в клинику. Все обсудим с врачами. Ты пройдешь полное обследование. Если результаты окажутся в норме, то я дам свое согласие. Но…У меня есть условия, которые ты должна будешь беспрекословно выполнять. При ином исходе, мой ответ тебе понятен. Если ты меня услышала и поняла, то кивни, - увидев движение моей головы, Никита целует меня в лоб. - Умничка!
После первой клиники, где я постоянно прохожу обследования, мы уже с результатами на руках за одну неделю посещаем ещё две.
Ни одна из клиник не дает нам гарантию, что мой организм по причине изменения гормонального фона не выкинете какой-нибудь фортель.
После долгой беседы с очередным светилой медицины Никита выходит из кабинета чернее тучи.
Я чувствую, как мое сердце падает в желудок, и его начинает разъедать кислота.
Не знаю, какие эмоции видит Никита на моем лице, но мне, глядя на него, даже страшно дышать.
- Идём, олениха любимая моя! Нам есть о чем с тобой поговорить и что обсудить, - произносит жёстко муж, нежно обняв меня за плечи. - Сразу предупреждаю, исход нашего разговора зависит от твоего желания принять мою позицию.
Услышав последние слова Никиты, понимаю, нет у меня иного выхода, кроме как согласиться со всем, что предложит мне муж.
Домой еду в тяжёлом, но не безнадёжном состоянии. Успокаиваю себя верой в разумность мужа.
Сразу по приезду я и Ник уходим в его кабинет, где очень долго разговариваем.
Прежде чем он говорит "да", мне приходится дать согласие на все его условия.
Тогда в момент наших переговоров я, конечно, лелеяла надежду, что со временем ограничения, обозначенные Никитой, станут мягче, но увы.
Время показало, что я слишком заблуждалась на этот счет. И, вообще, плохо знала своего мужчину.
Мне всегда казалось, что Никита самый лояльный и демократично относящийся к другим людям человек, именно потому готов искать компромиссы и идти на них.
Во всяком случае раньше в отношении меня все так и было. Но…Не в этот раз.
Нынешняя реальность оказывается другой.
С каждым месяцем моей беременности список запрещений только увеличивается.
Никита требует от меня беспрекословного выполнения его правил, которые становятся жёстче, так же как и мой муж. Он, вообще, во время моей второй беременности сильно изменился.
При всем его внешнем спокойствии и невозмутимости, Никита стал нервным, дерганным, придирчивым. Если он не в командировке, то в основном работает дистанционно в своём домашнем кабинете. В офис ездит только на большие совещания или на очень важные встречи.
Хорошо, что кабинет Никиты на втором этаже в дальнем крыле. Мы с Майечкой хоть реже слышим папин рык. Как оказалось наша Дева рычит не хуже Льва.
Нам с дочуриной периодически тоже стало прилетать от главы семейства.
- Слава, не пытайся продавить меня через Пчелочку. Раз сказал, что вы не пойдёте одни на концерт, значит, так и будет. Да, и никакого похода по магазинам. Все, что вам нужно вы можете заказать через интернет. Кстати, концерт для вас могу заказать прямо на дом, - мягко порыкивает за обедом Никита в присутствии дочери.
Мы с малышкой сидим, понурив головы. Майя поглядывает на отца, красноречиво корча мордаху.
Мне приходится просто молчать, переживая бурю. Не хочу при дочери выяснять с мужем отношения. Хотя выяснять у меня совсем не получается, потому как Никита, когда я пытаюсь высказать свои претензии, напомнив про наши договорённости, просто разворачивается и уходит.
- Папуль, я что-то не пойму какого цвета у тебя костюм, - интересуется дочурина, с совершенно невинным лицом.
- Майюш, ты чего? Синий же. Или ты решила пошутить? - с неподдельным непониманием в голосе отвечает Ник.
- Да??? - вытаращив глаза, удивленно произносит Майя. - Я была уверена, что коричневый, как и твоё настроение…
- Феечка, ты - молодец, владеешь искусством дипломатично поставить место, - с потеплевшими интонациями, фыркает, хихикая, наш домашний цербер.- Только хочу тебя предостеречь, что с данным методом нужно быть очень осторожной, чтобы в ответ не получить ещё больший моральный щелбан. Поняла, о чем я?!
- Угумс, - произносит Феечка, подскакивая со своего стула, чтобы залезть к отцу на колени.
Заняв свое любимое место, Пчелочка берет его в лицо в свои ладошки, смотрит в глаза своего папуА, как называет в шутку Никиту дочурина.
- Папсик, ну почему мы с мамуси не можем поехать на концерт? Он же клас-си-чес-кий. Там будут одни ин-тел-ли-гент-ные люди. Маму и нашего пупсика никто не обидит. И ведь я буду рядом. А ещё Олег - охранник наш, - скорчив наимилейшее лицо и хлопая голубыми глазищами, спрашивает отца дочь.
- Ты, Майечка, можешь пойти на концерт с Татьяной. Мама подождёт тебя дома. Если ты без мамочки не хочешь идти, то вы запросто можете устроить вечер кондитерского мастер-класса. Я потом попробую ваши шедевры кулинарного искусства, - подмигивая дочери, говорит Никита.
- Папуль, ну, ты какие-то странности говоришь. Где музыка, а где кулинария?! - фырчит Пчелочка.
- Май, не устраивает предложенный мной вариант, займи себя тем, чем хочешь. Спорить не о чем, у меня нет времени. Мама без меня никуда не поедет. Это не обсуждается.
История, произошедшая неделю назад, сегодня повторяется практически полностью. Только словесная баталия между дочерью и отцом случилась из-за нашего похода в театр.
- Майечка, мы не сможем пойти с тобой в среду в театр. Я лечу в командировку, мама ложится в клинику. С тобой в доме неделю поживет тётя Юля с мальчиками.
- Ну, вот, пять двадцать пять? - обиженно стуча ложкой по тарелке, возмущенным тоном гневно шепчет Пчелочка. - Как у тебя командировка, так мама в больницу едет. Ну, что она разве не может дома со мной быть?
- Нет, доча, не может. И говорить об этом нет смысла, - отвечает Никита.
Я молчу, потому что спорить с мужем у меня уже нет никаких сил.
Да, и между нами с момента рождения малышки, установлено правило: никаких выяснений отношений при ребёнке. Для нас это также незыблемо, как и табу на вынос сора из избы, транслирование и демонстрацию негатива в отношении друг друга на людях.
Это правило мы переняли у супругов Вайц - Варвары и Кирилла, которые никогда и ни при каких обстоятельствах не позволяют себе ничего лишнего на людях. Я всегда удивляюсь тому, как они умудряются понимать, лишь глядя друг на друга. Никитка и Ливон шутят, что у докторов и киллеров есть свой язык, понятный только им.
Отвлекшись на какое-то время от разговора за столом, слышу, как моя темпераментная дочуринка спорит с отцом.
- Пап, ну я же могу у мамы в палате ночевать. У неё будет большая…ну как её…эта…А вспомнила, виповская. Там и диван есть. Ты же сам в прошлый раз на нем спал, - пыхча, как паровоз, пытается продавить отца Майечка.
- Май, ты слышала слово "нет"? - спрашивает дочь Никита. - Я, конечно, могу ещё раз повторить. Мне не сложно.
- Слышала, слышала. Только маме без меня плохо будет. И мне без неё тоже. Ребёнок, ну, я, должен быть с мамой. Вот! Все, ухожу от тебя, папочка! - забавно фыркает наша строптивица, вскакивая со стула. - А ты, а ты, а ты, подумай над своим поведением! Хоть ты и взрослый, а ведешь себя, как малышок.
Уходя, Пчелочка топает смешно ножкой и дергает плечиком. В глазах дочурины блестят слезы. В силу семейного упрямства наша девчуля никогда не позволит себе разрыдаться даже при отце.
Дмитрий Сергеевич всегда говорит, что по силе характера Майя переплюнула бабушку Катю и тётку Анну.
Не знаю, хорошо это или плохо, но доченьку мне по-матерински всегда жалко. Трудно быть с детства и сильной, и взрослой.
- Никитушка, ну зачем ты опять ребёнка расстроил? Дочуринка ведь как лучше хотела. Со мной побыть, чтобы поддержать. Ну, знаешь же, как Пчелочка любит по вечерам пупсику сказки читать и песенки петь, - делаю внушения мужу очень тихим шепотом, чтобы Майечка не слышала.
- Любимая, не беспокойся на пустом месте. Майюша сейчас подуётся немного и к вечеру успокоится. Придёт к нам жмулькаться на ночь, мы помиримся и ещё обговорим ситуацию, - поглаживая и целуя мои руки, примирительно произносит Никита. - Если честно, милая, я очень рад, что наша девочка так сильно переживает за тебя и малыша. И ещё приятно, что дочь стала к тебе ближе. Спасибо тебе, любимая!
- Мне радостны, Никитушка, твои слова! Теперь придумай, как без потери своего авторитета разрешить дочурине ночевать в моей палате, - как можно мягче доношу до мужа то, что считаю очень важным.
- Слав, ты же знаешь, нашему бесёнку ничего нельзя запретить, потому как она все равно сделает, как ее левая нога решила.
В жизни все получается так, как предсказывает Никита. Все же он дочь нашу знает лучше, чем я.
Майечка практически все ночи в отсутствие своего папуА проводит в моей палате. Мы жмулькальемся, читаем книжки малышу, смотрим мультики и детские фильмы.
Я не могу налюбоваться своей красавицей и насладиться её обществом.
Все время думаю с любовью и благодарностью о своём любимом Никите, подарившем мне не только мою жизнь, но давшем возможность быть матерью.
Мужа из командировки жду с нетерпением и беспокойством, потому как знаю, нас с ним ждёт непростой разговор.
- Славуль, видишь, как хорошо, что я перестраховался? - констатирует факт новых обстоятельств Никита, обнимая меня и нашего малыша. - Если бы через твоё не хочу не засунул тебя в клинику на обследование, так бы и не узнали про очередной сюрприз твоего организма, шкатулочка ты моя. Ну, все, любимая, не переживай и не расстраивай ребенка. Все будет хорошо! Будем на это надеяться. Славик, не плач… Люблю тебя! Иди ко мне на руки. Я буду гладить и нежить пупсярика, а ты расскажи мне, как вёл себя житель нашего домика.
- Останешься, сегодня со мной, Никитушка?! Я так по тебе скучала, любимый! Извини меня, милый! Признаю, была неправа, умолчав про беременность. Никит, если честно, да, специально не сказала. Боялась! Ребеночка очень хотела, но понимала, что тебя новость не обрадует, - говорю мужу нежно, смотря в глаза его вкрадчиво, ища в нем понимания и поддержки.
В это обследование выплыла проблема, которой не было в предыдущий раз. Врачи утверждают, что все не так и страшно, но мне ужасно боязно за последствия, за своих детей и Никиту.
И все же, сейчас переживаю даже больше за мужа. При неблагоприятном стечении обстоятельств именно ему придётся тяжелее всего.
- Знаю, милый, ты уже измучился переживать мои проблемы и бороться с ними. Прости меня, любимый, что мучаю тебя столько лет! Но…Ты мне очень-очень нужен. И малыш наш тоже. Знаешь, я уверена, что с его рождением все наладится, уйдут мои беспочвенные переживания. Я перестану жить с постоянной жабой страха в груди. Господи, только бы пережить все и выжить, - роняя слезы, покрываю поцелуями лицо мужа. - Прости меня, Никитушка! Прости….