Глава 42.
Амелия Андреева
Не знаю, что это было между нами. Что за эмоциональный выплеск, но мне стало так приятно от того, что он сказал и как он поговорил со мной… Пусть потом снова начал о своих любимых пошлостях, но мне было реально важно, что он сделал. Он настоял на том, чтобы наша первая близость произошла иначе. Чтобы я не чувствовала себя плохо, будто всё ощутил вместе со мной. Осадок на душе. Боль… Зависимость от мнения родных. И будто для него моё внутреннее состояние было важнее того, чтобы затащить меня в постель и просто трахнуть, как внушала мне тётка.
В душевой мы снова занимались рукоблудием. Только на этот раз ещё и смотрели друг на друга… Видеть его голым под струями воды, конечно, за гранью интимности. И точно так же ответно демонстрировать себя ему…
Он толкал в меня пальцы, а мне хотелось чего-то большего, если честно. Потому что живот так чудовищно тянуло… И сама я чуть не запрыгнула на него прямо там, до того мечтала о разгрузке после такого тяжёлого дня… Но кончить удалось и без этого всего, конечно… Я вообще не представляю такой ситуации, в которой бы он не смог довести меня до оргазма. А это уже звоночек… Я даже тело своё ему доверяю. Всю себя, блин… От и до.
А сейчас мы абсолютно голые лежим в постели и оба пытаемся уснуть. Он обнимает меня сзади, а я касаюсь волосков на его руке кончиками пальцев. И ощущаю, как повсюду бродят мурашки. Потому что это самое приятное из всего процесса. Ощущать, как тебя греют, холят и лелеют. Как оберегают. Это бесценно. Словно даже воздух в комнате пропитывается обоюдными чувствами… Я точно знаю, что всё серьёзно.
– Спасибо… - выдыхаю, разбавляя неловкое молчание.
– За что? За то, что кончила? – смеётся в темноте, и я вздыхаю.
– За то, что поддержал… Что понял и сказал мне те слова. Для меня было важно.
– Я знаю. Для меня тоже. Поэтому и сказал…
– Как думаешь, она когда-нибудь поймёт меня? – спрашиваю, глядя в окно. На луну, которая сегодня такая огромная… И такая красивая. Словно специально для нас с ним.
– Ты правда хочешь услышать моё мнение?
– Ну… Да…
– Нет, Мела… Она никогда не поймёт тебя, потому что у неё вместо мозга изюм. Она тебя уничтожает изнутри, вот и всё… Это абьюз называется. А виновата между тем она сама. И с твоей этой сестрой та же история. Она тоже идиотка, – отрезает он категорично, заставив меня занервничать.
– Назар… – хмурюсь я, чуть обернувшись. – Не говори так… Не правда это. Ты её не знаешь. Она в него влюбилась. А теперь мой племянник или племянница, ровно, как и я, будут расти без отца и это ужасно…
– У тебя вообще не было?
– Вообще… Мама покинула другую страну, когда я была в животе ещё маленькая. Он вроде как отказался принимать ребёнка… Тётя сказала так, когда я выросла…
– Ясно, – отвечает он, прижимая к себе. – Ну и долбоёб. Много потерял…
– А ты?
– Что я?
– Ну… Ты бы как поступил на его месте?
– Не знаю… Лучше не быть на его месте, – усмехается он, и я задумываюсь. Как же сложно женщинам всё-таки. Мужчина, когда захотел, тогда и свалил… и плевать ему на то, что у тебя там внутри незапланированный ребёнок…
– Так нельзя… Ведь ребёнок ни в чём не виноват. Представь, что твоя кровиночка не будет тебя знать. А ты её… Не видеть первые шаги. Не слышать смех или тысячу вопросов за завтраком… Не видеть самых искренних улыбок…
– Ты Мира вспоминаешь, да? – спрашивает он, услышав это. Просёк за секунды…
– Конечно, его… Кого же ещё? У меня детей нет, – улыбаюсь я, и он смеётся в ответ. – Знаешь, какой дядя Петя хороший отец? Он классный… Представляешь, он однажды бросил свою вахту… А у него тяжеленный труд… Просто у Мира был день рождения, и он так хотел его порадовать. На попутках добирался. А потом ему пришлось работать двадцать четыре часа подряд… Но всё это ради улыбки сына. Ты представляешь силу этой любви?
– Нет. Не представляю… – задумчиво отвечает он, но слышу, что голос чуть надломился. – Мой отец совсем другой…
– Он не работает на вахтах, я знаю, – пытаюсь пошутить, но Назар неожиданно откидывается всем корпусом на спину и смотрит в потолок.
– Ты чего? Эй…
– Задумался просто… – тянет меня к себе, и я ложусь ему на грудную клетку щекой, вслушиваясь в то, как начинает разгоняться его сердце. Кажется, я задела неприятную для него тему… Но нам же нужно поговорить и узнать друг о друге больше, да?
– Что бы там ни было… И как бы ни было… Одно я знаю точно, я бы не хотел быть, как мой…
– Я бы тоже, – выдыхаю я, поцеловав его кожу. – Мне кажется, что время само расставляет всё по своим местам… Сначала те, кто сделал детей, бросают их, а потом… Жалеют об этом. Потому что живут в одиночестве…
– Поверь, не все жалеют об одиночестве, Мел… Есть люди, которые для него созданы.
– Надеюсь, ты не про себя? Потому что как-то поздновато…
– Нет, мне с тобой хорошо… – поглаживает он мою голову. И в этих движениях я каждый раз растворяюсь, прикрыв глаза. Не знаю почему мне это так нравится. Когда он массирует, я чувствую себя в безопасности и кайфую. Искренне…
– А мне с тобой, как ни странно…
– Ну почему странно? Я был уверен, что нам так будет. И предупреждал тебя, кстати говоря… – усмехаясь, говорит он, и целует меня в затылок. – Спи, малыш… Уже ночь на дворе. Рано вставать опять…
– Я и так уже засыпаю. Спокойной ночи, блондинчик… – зеваю я, и слышу его улыбку, будто лицезрев её через темноту…
– Спокойной ночи, зайчонок…
***
Утром я открываю глаза в одиночестве и вздрагиваю… Потому что на подушке и простыне немного крови и мне не по себе… Мы ведь вчера ничем таким не занимались, да? Я же не могла забыть?
Встаю с кровати и быстро ныряю в его футболку, которая висит на изголовье, а потом достаю из шкафа чистое нижнее бельё.
Выхожу из комнату под звуки скворчащей сковороды и подвисаю, увидев, как он стоит и готовит… Для нас… В одних трусах, чуть ли не пританцовывая на месте.
– Назар…
– Ой, извини, – достаёт наушник, обернувшись полубоком, потому что одним глазом присматривает за плитой.
– Это что за акция?
– Я не силён в них, как и в распродажах. Никогда не отслеживал…
– Я серьёзно, – говорю ему, увидев, как у него на лице появляется довольная ухмылка.
– Это для тебя… Завтрак хотел в постель принести.
– Не знала, что ты готовить умеешь…
– Не умею, – признаётся он и ржёт. – Впервые что-то нормальное попробовал сделать, если честно…
– Я кровь увидела там…
– А… Рука и башка закровили. Щас уже всё нормально, – отвечает он бегло. – Так что? Будешь травиться со мной, зайчонок? – ставит на стол сковороду с чем-то вроде омлета, но на деле это просто каша из овощей и колбасы. Поэтому я смеюсь.
– Буду… Давай травиться вместе. Я сейчас, только помою лицо и зубы почищу, угу?
– Давай… – улыбаюсь ему перед тем как уйти и прихватываю свой телефон. Делаю все необходимые утренние дела, и уже планирую выходить, как гаджет вдруг вибрирует, и на экране высвечивается одно новое сообщение.
От Ники.
«Меня сегодня выписывают после трёх, Мел. Ты можешь, пожалуйста, тоже приехать? Иначе мама просто сожрёт меня с потрохами снова. Прошу тебя».
Прочитав, мне даже становится плохо. Потому что тётя Люда уже всех довела со своими тараканами. Не хочу, чтобы она реально устроила там скандал и Нике стало плохо из-за этого. Вдруг что-то случится с малышом…
«Я приеду обязательно, не волнуйся», – пишу ей ответ и иду к своему блондинчику кушать его кашу-малашу, которую он, хоть и коряво приготовил, но зато от души…