Глава 6

Никто больше не стал слушать возражений Вереи. Её просто заперли в одной из комнат дворца, приставив за дверью пару крепких сторожей. Как сказочную принцессу. И замок кишит беспощадными драконами. Убежать через крохотную бойницу нереально — даже, если в неё протиснешься, сломаешь шею при падении с высоты. Дверь крепкая, а за ней парни ещё крепче — Верея и пикнуть не успеет, скрутят. Вот попала, так попала. А княжич её не узнал. Да и она бы его теперь ни за что не узнала в этом здоровенном злющем мужике. И куда только подевался манерный обходительный красавец, в которого она влюбилась без памяти десять лет назад? Верея вспомнила, как впервые увидела его на официальном приёме во дворце. Ей тогда только исполнилось шестнадцать. Анна была маленькой и часто болела, и в этот раз мама вынуждена была с ней остаться дома, а Верея сопровождала отца. Было скучно, она ни слова не понимала из монотонных докладов и отчётов. Все внимательно слушали и кивали со знанием дела, только один человек, уткнувшись в свои бумажки, что-то старательно выводил по ним пастельным мелком. Верея засмотрелась. Человек был едва ли старше её, волевые черты лица, непослушная тёмная чёлка, падающая на глаза, чувственный рот, аккуратный костюм из тёмно-зеленого сукна…. Он, наверное, почувствовал её взгляд и, оторвавшись от своего дела, посмотрел прямо на Верею по кошачьи янтарными глазами, в которых, как в древней живице комарик, застыли чёрные точечки зрачков. Она надменно отвернулась и больше не смотрела в его сторону.

Он сам подошёл после официальной части. Верея уже тогда знала, что пропала. Он без церемоний спросил у её отца разрешения ухаживать. Все были шокированы. Тогда Верея и узнала, что он княжич, а значит, никаких шансов на продолжение быть не могло. Но, князь распорядился иначе. Он позволил Дрогомиру ухаживать за девушкой. Их роман завертелся раньше, чем они покинули приёмную ради совместной прогулки по саду. Он казался таким влюблённым, таким искренним… через пять месяцев Дрогомир позвал её замуж. А за две недели до торжества пришёл и сказал, что встретил другую…. Верея до сих пор не могла понять, как это могло произойти.

Она кружила по своей крохотной клетке с одной узенькой койкой и ночной вазой в углу, не в силах справиться с подхватившим её вихрем событий. Нельзя выходить за Дрогомира. Нужно бежать, пока он не узнал её. А что если, узнал? Верея остановилась у двери. Узнал и потешается над ней — просидела до старости в девках и теперь выходит лишь бы за кого. И зачем только поехала с князем? Дура. Не послушала отца.

Неожиданно скрипнул металлический засов на двери, и Верея отпрыгнула к противоположной стене. Даже в руки взять для защиты нечего! Узкая полоска света просочилась в её душную келью, а за нею на полу принялась расти громадная взъерошенная тень. Дверь тихо всхлипнула, и половину комнаты точно подмял под себя Дрогомир. Верея прижалась к стене. Княжич недолго полюбовался зажавшейся в углу девичьей фигуркой в свете газовой лампы и, поболтав содержимое графина, зажатого в кулаке, сделал пару добрых глотков.

— Выпьешь? — Протянул он девушке ополовиненную посудину и пожал плечами на её резкий отказ мотанием головой, — не бойся, я поговорить пришёл.

Верея напряглась. Он неторопливо прикрыл за собой дверь, и комната погрузилась в полумрак — света из маленького окошка едва хватало, чтобы различать силуэты, но не лица. Припадая на левую ногу, он подошёл к кровати и осторожно присел, будто боялся, что она не выдержит его веса.

— Отсюда не убежать. Тем более девчонке, — с усмешкой произнёс он, покачивая графином.

— Я не хочу за Вас замуж, — выпалила Верея, отодвинувшись в другой угол.

Он удивленно поинтересовался:

— Это почему же? Все девушки хотят замуж. Особенно за королей и принцев.

— Вы, кажется, не король.

— Но, скоро им буду.

— Отпустите меня, пожалуйста.

— Ты станешь моей королевой, — проигнорировал он её просьбу, — все тебя будут почитать и бояться, обращаться Ваше Величество…

Насмешливо обрисовал он Вереины перспективы и сделал за это ещё глоток, и комнату наполнил запах виноградного вина.

— Мне это не интересно!

— Честно?

В его голосе звучали нотки недоверия.

— Честно! — Начала злиться верея.

— А что тебе интересно?

— Хочу вернуться домой и заниматься любимым делом. Хочу жить так, как сама считаю нужным, а не как вздумалось Вашему отцу!

Он помолчал, с интересом разглядывая её силуэт, затем поднялся и направился в её сторону. Верея хотела отпрыгнуть, но Дрогомир оказался проворнее. Или просто комната была слишком тесной. Он схватил её за талию и придавил к стене своим чудовищным весом. Теперь, вблизи, можно было рассмотреть лица друг друга. Ему почти не пришлось наклоняться, чтобы заглянуть ей в глаза. Они были тёмные, почти чёрные при таком освещении, огромные. Девчонка бойко держится, хоть и губы дрожат, выдают её состояние.

— С ума сойти, насколько мы с тобой похожи, — хищно улыбнулся он и придвинулся ещё ближе. Грудь Верея уперлась в полы его жакета, но сзади на лопатки давила стена. — Я тоже хочу вырвать свою вагу из цепких ручек моего отца.

Что за бред? Отец всегда позволял ему всё, что вздумается. Когда он собирался жениться на ней, девушке не по рангу, князь и слова не сказал. Когда оставил её за две недели до свадьбы ради другой — та же тишина. Дрогомир имел что хотел, и отец ни словом ему не перечил. О каких таких методах родительского террора он говорит?

— Чем Вам поможет женитьба?

— Отец отдаст мне королевство. Буду делать, что хочу.

— Так возьмите в жёны девушку, желающую быть королевой.

Дрогомир усмехнулся, и у Вереи мурашки пошли по коже.

— Такая мне как раз не подходит.

— Не понимаю…

— Предлагаю сделку. Ты выйдешь за меня замуж, оставшийся месяц мы будем изображать зарождающуюся между нами симпатию. Мой отец успокоится и отпустит нас на все четыре стороны. За это я дам тебе денег сколько пожелаешь. Сможешь заниматься своими делами, при этом, не умирая от голода.

— Я не умираю от голода! И я не согласна!

Возмутилась Верея, делая попытку отодвинуть его от себя.

— Правда? Сколько лет твоему платьицу? — Он смял ткань на её груди и покатал между пальцами, — больше пяти? У тебя хорошая, но старая одежда, синяки под глазами кричат о том, что ты плохо питаешься, мало спишь и много работаешь. А денег всё равно нет. Поэтому ты должна быть рада такой приятной возможности легко поправить своё финансовое положение.

— Приятной возможности? — Усмехнулась Верея, уперев ладони ему в грудь, — в чём удовольствие выйти замуж за опустившегося пропойцу? Пусть и королевской крови.

Дрогомир хохотнул и снова отхлебнул из графина. Верея поморщилась.

- Крошка, мне нравится твой настрой всё больше, поэтому, свадьба всё таки будет, — Верея открыла рот для возмущения, но он тут же зажал его горячей ладонью, — а после неё у тебя есть всего два пути. Первый я тебе уже озвучил. А второй — монастырь.

Верея пнула его коленом в ногу и освободилась из-под руки.

— Вы не имеете права! Это похищение, принуждение… я …

— Даже пожаловаться некому, — грустно вздохнул Дрогомир и с издёвкой посмотрел на девушку.

А ведь и правда — кому пожалуешься, когда сам государь твою судьбу решил?

— Это бред! Ничего у Вас не выйдет. Что будете делать, когда Ваш отец потребует наследника?

— Не потребует.

— Это чушь. Всем нужны наследники. Значит, Вы потребуете.

— Я — точно нет, — усмехнулся Дрогомир, и глаза его сделались до невозможности честными.

Верея фыркнула. Он тут же схватил её руку и прижал к своему паху. Задохнувшись от возмущения, она попыталась отдёрнуть руку, но Дрогомир оказался сильнее. Намного сильнее, чем десять лет назад. Он принялся неторопливо водить её ладонью по промежности, прижавшись к девушке всем телом.

— Чувствуешь что-нибудь? — Прошептал он ей в ухо и лизнул прохладную мочку. Верея вздрогнула от неожиданности и оцепенела.

— Чувствую, что убью тебя при первой же возможности, — зашипела и вскинула колено. Он увернулся от внезапной атаки и громко рассмеялся.

— Вот, и я ничего не чувствую. А ты красивая девка, и во мне уже полтора графина вина. Он не работает уже много лет.

Под рукой Верея и впрямь не ощутила никакого набухания. Только завязки брюк и что-то мягкое под ними, похожее на слабо набитый ватой чулок. Она непонимающе заморгала.

— Почему?

— Ну… в результате несчастного случая.

— Мне очень жаль, — искренне прошептала она.

— А мне нисколько, — безразлично отмахнулся Дрогомир и хитро прищурился, — ну, так что — договорились? Для тебя кругом одни плюсы.

Она выскользнула из-под его руки и, сделав круг по своей темнице, остановилась в нескольких метрах напротив. Внутри неприятно слиплись внутренности в комок.

— Тогда ещё больше не понимаю, для чего Вам жена.

Дрогомир тяжело вздохнул и облокотился о стену:

— Я много пью. Мой отец думает, что я сопьюсь и натворю бед. Он боится отдавать престол алкоголику-раздолбаю. Думает, что жена сможет меня остепенить. Он хочет вверить меня женщине, которая будет присматривать за мной, вразумит, направит, поддержит. Те, кто хочет выскочить за меня замуж, — он горько усмехнулся и отпил из графина, — им на меня срать. Им нужен титул и бабки. Они начнут потрошить казну раньше, чем я открою новую бочку — и отец это знает. Им будет плевать на меня, на народ, который я, скорее всего, угроблю в пьяном угаре. А ты другая. Тебе всего этого не хочется. И мне не хочется. Но папа поставил условие. Так помоги мне, а я помогу тебе.

— Я даже не знаю…

— Если у тебя тоже какие-то недостатки — мне плевать, — обнадёжил Дрогомир.

— Есть один, — неуверенно произнесла Верея, — но, тебе он, скорее всего, не понравится.

— Полагаю, ты склоняешься к тому, чтобы сказать мне да?

— Сколько денег я получу за это?

— Сколько тебе нужно?

— Чтобы моя сестра удачно вышла замуж.

— Значит, мы договорились?

Он протянул ей руку, закрепить сделку.

— Есть ещё кое-что, — Верея не торопилась, — ты правда не знаешь, кто я?

— Понятия не имею. Да мне и наплевать, — он нетерпеливо тряхнул рукой.

Ну же! Скажи ему, тряпка! Верея собралась с духом:

— Мир.

— Чего?

— Ты мой Мир.

Сначала он не понял, что она несёт. А затем, его словно окатили ушатом ледяной воды. Так говорила ему только одна девушка десять лет назад. Она звала его Миром, сокращённо от полного имени, говоря — это потому, что он её Мир. Он не понимал, что чувствовал в эту самую секунду. Казалось, его мозг и внутренности засунули в морозилку. Что ей ответить и как теперь поступить он не понимал. Не говоря ни слова, направился к выходу, больно толкнув плечом попавшуюся на пути Верею.