Глава 11

Инга

Хлопнула дверью, разбросала обувь по разные стороны, на ходу расстёгивая блузку. Соседка оторвалась от книги и с хмурым видом уставилась на меня. Проигнорировав её злобу (чистоплотная дура — кроссовки мои по разным углам взбесили), я скрылась в душе и установила рекорд в десять минут.

Наспех высушила волосы и замерла у своего скудного гардероба. Рядом со стильным и богато одетым Джуном я буду выглядеть, как мышь из подворотни. Кроме джинсов, футболок и простеньких блузок у меня ничего не было. Погода стояла прохладная, нужна была куртка или кардиган. Но не этот с катышками!

В запасе было всего тридцать пять минут, и Леа не позвонишь, чтобы одолжить что-то путёвое. Меня никогда не звали на свидания, поэтому я не задумывалась о том, что однажды понадобится симпатичное платьице.

Пришлось натягивать белые джинсы, в которые заправила тёмную футболку без надписей. Нашла чёрную куртку, вроде как кожаную, в чём, собственно, очень сомневалась. Волосы оставила лежать волнами по плечам. Из косметики только помаду на губы нанесла.

У двери задумалась, брать зонтик или не брать. Решила не тащить ничего лишнего. Даже сумку не взяла. А телефон сунула во внутренний карман куртки.

— Эй, — сухо окликнула соседка. Я обернулась. — Возьми мои духи. Ему они понравятся.

У меня челюсть отвисла. Как она догадалась, что я на свидание? Впрочем, неважно. Напрыскала духи себе за ушками и побежала вниз. Джун ждал меня уже десять минут. Я опаздывала.

На секунду остановилась, увидев его за рулём машины случающего, но одновременно завораживающего. «Что я делаю?» — спросила себя, но всё равно пошла к нему.

— Долго пришлось ждать? — спросила я, закрывая за собой дверцу.

Джун улыбнулся.

— Я мог бы прождать долго. Главное, что ты пришла.

Я смутилась, про себя отмечая, каким сильным обаянием он обладает. Это как раз пугало. Я не из тех девушек, которые умеют сопротивляться скрытым желаниям. Мне уже нравилась мысль, что я иду на свидание, а когда Джун потянулся за чем-то на заднее сиденье, а потом протянул мне розу, я обомлела. Ярко-красный пушистый бутон источал прекрасный аромат. Длинный стебель и длинные листья делали цветок поистине удивительным.

— Вау, — протянула я, принимая розу. — Вот это красота!

— Рад, что тебе нравится.

— Ты романтик, Джун, — без тени смущения сказала я.

Зато смутила Джуна. Он завёл мотор и тронулся с места.

— Была когда-нибудь в районе Иксон-дон?

— Была. Мы с Леа любим там гулять.

— Там есть хороший ресторанчик «Le Blanseu». Хочу тебя туда сводить.

Я чувствовала себя странно в дурацких джинсах в представительном ресторане. Однако Джун, похоже, не обратил внимания на мой прикид, а если обратил, то не показал своего отношения к нему. Мы ели блюда домашней французской кухни. Никаких сложных блюд, только здоровая пища с оригинальным вкусом.

— Как интересно, — восхитилась я, — интерьер напоминает корейский домик, но при этом здесь только французская еда.

— Мне кажется такое сочетание идеальным. Я часто сюда прихожу пообедать или поужинать. Йонгтен не любит этот ресторан, ест исключительно азиатскую кухню, а вот я не против европейской.

Услышать имя Йонгтена да ещё и узнать что-то о нём было приятно.

— А я всё ем. Лишь бы вкусно.

После вкусной еды Джун предложил прогуляться. Мы забрели на какой-то базарчик, где он купил мне подарки, не спрашивая, хочу я или нет. Браслет со стразами выглядел на моём запястье шикарно, я долго любовалась им. А ещё он купил мне сувенир кошечку, когда я сказала, что люблю этих животных. Я спросила Джуна, любит ли он животных, на что он ответил так: «Я люблю животных, но не могу их держать дома из-за того, что не часто там бываю».

Мне тоже захотелось сделать Джуну подарок. И когда он задержался около прилавка со сладостями, общаясь с продавщицей, я шмыгнула в магазинчик, где купила серебряный брелок для ключей со сложным орнаментом. Он мне обошёлся дороговато, но на то я и щедрый человек.

— Ты где была? — спросил Джун, когда наконец обнаружил меня. Он был спокоен, хотя я знала, что волновался.

— Вот, — я раскрыла ладошку, — это тебе.

Замерев, Джун долго смотрел на брелок. На лице не читалось ни одной эмоции, и я испугалась, что ему не понравился мой подарок. Но внезапно его пальцы коснулись моей щеки. Джун нежно погладил её, потом сказал:

— Ты такая славная.

— Просто захотелось тоже сделать тебе приятное. Ты мне столько всего подарил, а я… ничего.

Джун принял брелок.

— Мне никто и никогда не делал подарков. Я обязательно сохраню его.

Розанна

Перед встречей с Йесоном Розанна волновалась так, как никогда прежде. Увидев его впервые, она мигом забыла свои старые интрижки и надеялась, если с ним что-нибудь получится, завязать с другими свиданиями.

Рю Ян был славным, но наивным.

Джи Сон слишком самоуверенным.

На Минхо слишком пассивным.

А Вин не проявлял к ней интереса, из чего она сделала свои выводы.

Йесон с первой встречи проявил себя. Ей импонировали его манеры, его чувство юмора и решительность. У её кавалеров нет ничего из того, что есть у Йесона. Он выглядел молодо, но казался взрослым. Розанне очень хотелось, чтобы это было не только первое впечатление о нём.

Она подъехала к кофейне, где они договорились встретиться, но не заходила внутрь. Сначала дождалась Йесона.

— У-у-у, как так получилось, что я опоздал? Это неправильно!

Розанна не удержалась от смеха.

— Это я виновата. Не надо было так рано выходить из дома, но так уж вышло, что сегодня у меня нет никаких дел.

— Придётся тебя простить, — сказал шутливо Йесон, открыв для Розанны дверь.

Пять минут они спорили, какой кофе лучше заказать и стоит ли брать сладкое. Розанна сидела на диете, но Йесон упрямо пытался нарушить все её правила.

— Сегодня у тебя нет диеты. Я не стану есть вафли один.

В конце концов, его умилительное личико сразило упрямство Розанны, и она сдалась, позволив ему заказать десерт. Они сели за столик подальше от посторонних глаз, где им будет комфортно общаться. Заказ принесли быстро. Йесон не растерялся, отрезал кусочек от вафли, политой шоколадным соусом и протянул кусочек Розанне.

— Попробуй сначала мой.

Лишь на секунду Розанна замялась, но потом взяла кусочек в рот. Капелька соуса попала на подбородок, и Йесон свои пальцем, а не салфеткой, вытер капельку.

— Угостишь своей вафлей?

Розанна не понимала, почему всё происходит так быстро, но его поведение ей нравилось. Раскованный, энергичный и положительный. Он не ныл о том, как скучна жизнь, как это делал Рю Ян; и не рассказывал о том, как начался день — что он ел, где спал, о какую корягу споткнулся, как На Минхо. Йесон шёл по тому пути, по которому мало кто рискнёт пойти.

Отрезав кусочек от своей вафли, она положила сверху клубничку и мороженое, затем всё это отправила в рот Йесона.

— М-м-м, как вкусно! — восхитился он.

Они сидели в кофейне чуть больше часа, и Розанна постоянно улыбалась. Она расспросила парня про его жизнь. Он признался, что актёр, и что Юна, его сестра, является невестой Тхэяна, а тот, в свою очередь, был братом Карины. В словах Йесона не было ни капли лжи. Он ловко подкупал её своей искренностью и шутками. Он знал, что это всегда работает. И если он сделает оплошность, то превратит всё в шутку, и девушка ни о чём не догадается.

Йесон был мастером в своём деле, и Тхэян знал, к кому обращаться. Розанна не просто купилась на красивые глазки, она практически влюбилась в Чона Йесона, хотя они всего-то попили вместе кофе.

Приехав домой, она не могла выбросить Йесона из головы. Этот вечер она назвала лучшим за всю историю её жизни.

Инга

Я сама попросила отвезти меня в общагу, потому что нам очень много задали, и за меня никто не выучит все эти параграфы. Джун не стал спорить, хотя по глазам видела, что он расстроился.

— Мы можем ещё как-нибудь погулять, — сказала я, чтобы подбодрить его, ругая себя при этом. Я сама себя к нему толкала, совершая большую ошибку. Но на плече сидел хитрый дьяволёнок, который указывал делать не то, чего на самом деле мне хотелось. Ангелок постоянно напоминал о моём спасителе Йонгтене, а дьяволёнок перебивал, утверждая, что с Джуном мне легко и комфортно, к тому же он проявляет ко мне чувства, а это важно. Нельзя упускать такого прекрасного человека. Ангелок спорил, что Йонгтен тоже может оказаться прекрасным человеком и романтиком. Но дьяволёнок одерживал победу в этом споре — не факт, что Йонгтен вообще заинтересован в любви. Вот с такими противоречиями я и жила.

Остановившись около ворот моей общаги, Джун вдруг высунул ключ из зажигания, достал из кармана мой подарок и нацепил его на кольцо.

— Твой подарок будет всегда со мной, — сказал он.

От его бархатного голоса я начала потирать шею.

— Мне будет приятно.

— Только у меня к тебя маленькая просьба, — он развернулся ко мне всем станом и положил руку на спинку моего кресла, а потом добрался до моих волос и принялся их перебирать. — Сколько бы я на тебя ни потратил, никогда не чувствуй себя в долгу. Сегодня я принял подарок, потому что не хотел тебя обижать. Брелок и вправду красивый, но если это повторится, я откажусь.

— И ты думаешь, что сейчас я не обижусь?

— Пойми, Инга, я не студент, и деньги у меня есть. Ты же не обязана тратить на меня свои сбережения. Это честно. Мой подарок — это ты. — Аккуратно убрав прядь волос мне за ухо, он провёл пальцем по щеке и задержал на подбородке. От таких прикосновений у меня в груди быстрее забилось сердце. Джун приблизил своё лицо. Он был уверен в себе и смотрел мне прямо в глаза. — Ты нравишься мне. Очень нравишься…

Последние слова он произнёс шёпотом, выбив из-под меня почву. Голова закружилась. Почему-то закрыла глаза, а губы раскрыла. Ангел кричал: «Уходи, глупая! Останови его!» Но был ещё и дьяволёнок: «Разве ты не мечтала о первом поцелуе? Настоящем? Он же красивый мужчина, и ты ему нравишься».

И в этот момент я почувствовала, как его губы очень мягко прижались к моим. В животе буйно порхали бабочки, а я не знала, как себя вести, куда деть руки, что делать моим губам. И только когда Джун начал двигать своими губами, я попробовала повторять. Всё получилось. Моя правая ладонь легла ему на щёку, я почувствовала его язык и испытала ещё одно неизведанное доселе чувство — крайнего блаженства. Мне нравилось то, что делал Джун, при том, что ощущала себя неумёхой.

Отстранившись, он облизал свои губы, после чего сунул ключ в зажигание. Брелок звякнул, и я заострила на нём взгляд. Мне было стыдно. Надо было уходить, а я не двигалась с места.

— Джун…

— Я хочу увидеть тебя завтра, — почти прошептал он. Зажглись фары и охватили своим светом пустую улицу. — Не только в колледже. Мы могли бы поужинать где-нибудь. Ты любишь боулинг?

— Да, — автоматом отвечала я, чувствуя, как сердце тарахтит. — Мы могли бы взять Со и Леа.

— Хорошая идея.

— Тогда… до завтра?

Он посмотрел на меня, а когда заметил, что я не поднимаю головы, мягко коснулся моего подбородка и заставил на себя посмотреть. Наклонившись, он снова поцеловал меня. Но на этот раз поцелуй вышел коротким.

— До завтра, малышка.

Я не бежала к себе в комнату, я летела, будто за спиной выросли крылья. И улыбка была настолько широкой, что болели скулы. Запершись в туалете, я позвонила Леа.

— Как насчёт боулинга вчетвером завтра вечером? Ты, я, Джун и Со?

— Какой-то неестественно-весёлый голос у тебя.

— Он меня поцеловал! — от переполненных эмоций я почти пищала.

— О-о-о! И ка-а-ак?

— Мне понравилось. Чёрт, мне очень понравилось! Кажется, у нас отношения… Джун мне столько подарков подарил. Я тоже сделала ему подарок — серебряный брелок. Он его на ключи от машины нацепил.

— Смотрю, день у тебя насыщенный. Значит, решила встречаться с Джуном. Одобряю.

— Я дура, потому что не дала шанса Йонгтену, — с грустью сказала я. — Я просто подумала, что Йонгтен, вероятнее всего, не заинтересован в отношениях. Напрасно потеряю время и Джуна упущу.

— Он тебе нравится?

За дверью послышалось, как соседка чихнула. Не спит. Уши греет. Я понизила голос до шёпота.

— Джун очень обаятельный и… вкусно пахнет.

Леа расхохоталась. На этой весёлой ноте, подразнив немного друг друга, мы попрощались. Я села за учёбу, однако, вбить что-то в голову не удавалось. Я думала о Джуне и о его поцелуе. Одно только воспоминание вызывало у организма бурную реакцию. Прокрути я плёнку назад, то повторила бы всё снова и снова. Целоваться — это прекрасно! Иметь парня — солидно. Теперь есть человек, который за меня в ответе, который защитит и не бросит в тяжёлые минуты. У Джуна чарующий голос и томный взгляд, обещающий сладострастную негу, устало-нежный, мучительный. Думая о нём, я невольно стала грызть кончик шариковой ручки.

От сладких воспоминаний меня отвлёк телефон, на который пришло сообщение от «Красной шапочки». Чёрт, Эиджи не хочет оставлять мня в покое!

Я прочитала:

«Кое-что узнал об этом Со. Надо с тобой завтра встретиться. По телефону обсуждать не стану. Знаешь напротив Чоннам кофейню? Если обойти её, можно увидеть винтовую лестницу, ведущую на крышу. Я буду ждать тебя между одиннадцатью тридцатью и часом. Знаю, что примерно в это время у вас большой перерыв между лекциями. Мы успеем обсудить вопрос. Я прихвачу для тебя ланч, за это не волнуйся. Пока».

Уставившись на сообщение, я не могла подобрать подходящих мыслей. Не знала я, ругать Эиджи или хвалить. Если Со — мутный тип, то Эиджи делает всё правильно. Мне было любопытно, что он узнал, но лезть на крышу!..

Вика

Вика тараторила всю дорогу до кафешки, где проходила вечеринка. Приглашения рассылали по группам четвёртого курса, поэтому ожидалось много народу и много веселья. Вика же шла ради Дона. У Аяны уши в трубочку сворачивались, когда бедная подруга начинала оправдывать поступки Дона. Потому что знала, что Вика его не интересует. Он звонит ей, чтобы беспрепятственно сдать экзамены и сбежать в Корею. Наивная дурочка Вика купилась на эту ложь, и Аяне было стыдно за свою хитрость.

— Он и вправду не хотел выходить из дома, но мальчишки ведь — знаешь их — умеют уговаривать. Сначала я расстроилась, но когда он сказал, что сожалеет о том, что не позвал меня гулять, я простила его. Пойми, Аяна, я не могу на него злиться.

И так она без умолку болтала до тех пор, пока шум не поглотил её слова. В кафе гремела музыка, раздавали закуски и безалкогольные напитки. Выпивку нужно было покупать на свои деньги. Дона Вика сразу заметила и хотела подбежать к нему, но Аяна притормозила её.

— Не будь приставучей, Вик. Позволь Дону самому к тебе подойти.

Но он не подходил. Настроение Вики падало, а Аяну это выводило из себя. В конце концов она, проходя мимо, как бы случайно задела его, а потом как ущипнёт!

— Ай! — Дон подпрыгнул на месте, широко раскрыв свои лисьи глаза. — Спятила?

— Мне постоянно нужно лично подходить к тебе, чтобы ты про Вику не забывал? — зло буркнула Аяна.

Дон посмотрел через толпу и увидел Вику в чёрно-зелёном костюме, беседующую с их общей однокурсницей. Она не видела, как Аяна подошла к Дону, потому что стояла к ним спиной.

— Ладно, я подойду, — нехотя сказал он.

Через несколько минут он и вправду подошёл к Вике. Не зря Аяна простояла за большой пальмой, мучаясь от боли в ногах и жалея, что надела сапоги на шпильках. Успокоившись, она присоединилась к друзьям.

Тем временем Дон пытался найти подходящую тему для разговора. От волнения Вика с трудом могла выдавить из себя хоть что-то. Когда выяснилось, что говорить особо не о чем, Дон пожелал Вике хорошего вечера и вернулся к друзьям. Девушка расстроилась, но уходить не стала. Терпела болтовню однокурсников, заставляла себя что-нибудь съесть и даже танцевала, надеясь, что Дон увидит, как сексуально она двигается, и присоединится. Но всё это осталось в мечтах Вики.

Вечеринка подходила к своему завершению, но ничего не менялось. Аяна вынуждена была уехать раньше. Отец позвонил и приказал отправляться домой. Он у неё был человеком строгих нравов. Вика отказалась покидать кафе, пока Дон находился здесь.

Некоторое время она просто слонялась туда-сюда, не понимая, куда мог деться Дон. Был на виду и вдруг исчез. Она подумала, что он всё-таки уехал, а потом вдруг заметила его за дальним столом. Одного.

Вика покрутила головой, но не обнаружив поблизости его друзей, подошла сама. Дон опустил голову на сложённые руки и был неподвижен. Создалось ощущение, что он спит.

— Дон? — Вика потрясла его за плечо. В ответ он промычал. — С тобой всё хорошо?

На секунду подняв голову, покачал ею и снова уронил. Вот тогда Вика поняла, что он очень пьян.

— Тебе плохо? Давай я вызову такси и помогу добраться до дома?

Молчание.

— Дон? Ты меня слышишь?

— Угу.

— Поедешь домой?

— Угу.

— Ладно. Сиди здесь. Я сейчас вернусь.

Вызвав такси, Вика с помощью официантов довела Дона до машины и мешком запихала внутрь, а потом села сама.

— Дон? Адрес назови.

Он спал. Девушка смотрела на водителя такси, а он смотрел на неё, покачивая головой.

— Тогда везите… — и Вика назвала адрес своего дома. Мать работала сегодня в ночную смену, поэтому до полудня следующего дня Вика всё равно будет одна. Суметь бы дотащить его до квартиры.

На улице ночью было морозно. В Астане уже в октябре дороги были покрыты снегом, но хуже всего то, что ледяной налёт на асфальте скользил. А Вика была на каблуках с ношей в два раза тяжелее, чем она сама.

Заплатив таксисту, Вика попыталась разбудить Дона, но тот отмахивался. На помощь пришёл водитель, не желающий ждать, пока парнишка выспится у него в машине.

— Эй, друг! — громко гаркнул мужчина. — Приехали!

От грозного возгласа Дон немедленно пробудился, огляделся и, не обратив внимания на Вику, выбрался из машины. Подошва ботинок тут же заскользила, и Дон грохнулся со стоном.

— Чёрт, — тихо выругалась Вика, выскакивая из такси, чтобы помочь парню встать.

Таксист рванул с места, обдав их дымом из выхлопной трубы. Откашлявшись, Вика подала руку Дону.

— Вставай. Держись за меня.

Дон подал руку, но не подумал, что девушка не удержит его вес. В итоге она завалилась прямо на него. Дон стукнулся головой о ледяной асфальт, поэтому романтичный момент растаял, несмотря на то, что их лица были в миллиметре друг от друга. Он выругался на корейском языке, и Вика поняла, поскольку усиленно учила этот язык: даже к репетитору ходила первые два года. Сейчас её уровень дошёл до того, что она могла смотреть дорамы в оригинале. Но сама говорить стеснялась.

— Сильно ударился? Ничего, я тебе лёд приложу.

— Я уже на льду лежу, — недовольно промямлил Дон, пытаясь справиться с головокружением.

Вика снова встала на ноги, затем потянула на себя Дона.

— Если не хочешь, чтобы мы упали снова, поднапрягись немного.

С горем пополам Дон встал и поковылял до подъезда, повиснув на шее бедной девушки, которая потом истекала от трудоёмких усилий. В подъезде выяснилось, что в доме нет электричества и идти придётся по лестнице. Дону было чихать, а вот Вика издала стон отчаяния. Она толкала его в спину до самого пятого этажа. У двери квартиры они оба сели на пол, едва дыша.

Дон не задавал вопросов. Казалось, он совсем не соображал, чему Вика только радовалась. Она не переживёт, если он вдруг занервничает и уйдёт в таком виде. Расстегнув замок на куртке, Вика встала, чтобы открыть входную дверь. Света не было, поэтому пришлось двигаться по квартире в потёмках. Сначала она помогла Дону заползти в прихожую, хорошо заперла дверь, сняла сапоги, затем, ощущая легкость в ногах, пробежалась по комнатам и удостоверилась, что мать на работе.

Она помогла Дону снять обувь и куртку, хотя если быть точнее — он не приложил к этому никаких усилий. Но Вика не ругалась, а терпеливо делала своё дело. Она спросила, не хочет ли он в туалет, и когда Дон кивнул, довела его до унитаза.

— Электричества в доме нет, поэтому не промажь, — вежливо попросила она, оставляя его одного.

Пока она стелила в своей комнате постель, слышала шум бахающей крышки унитаза, затем полилась вода в раковине. А смыть? Мама сразу вычислит, что в доме был парень, только по запаху!

Сняв свою несвежую наволочку, надела чистую. «Дон переночует на моей кровати, а я прилягу у мамы в спальне», — думала она по ходу дела.

Хлопнул холодильник. У Вики расширились глаза. Как быстро он освоился! Бросив подушку, она помчалась на кухню. Дон пил что-то из бутылки, а Вика пыталась вспомнить, что мать держала в этой бутылке. Потом вспомнила, что это огуречная настойка для похудения. Вика вздохнула, про себя отметив, что это ему пойдёт на пользу. Правда придётся утром делать новую.

— Дон, пойдём в кровать. Я тебе постелила, — сказала она, чувствуя, как от волнения трясутся конечности.

Дон молча последовал за ней, прежде поставив бережно пустую бутылку обратно в холодильник. Неужели соображал, где находится? Почему же не сопротивляется?

У кровати они остановились. От фонарей и рекламных вывесок в спальню попадал свет, и они могли видеть друг друга. Вика осторожно коснулась пальцами пуговиц на его рубашке, затем начала расстёгивать одну за другой.

— Снимем это.

Дон покачивался и иногда переступал с ноги на ногу, чтобы не упасть, но при этом пристально смотрел на неё и ни разу не отвернулся. Вика сняла с него рубашку, оставив в майке. Пришла очередь ремня. Дон позволил стянуть его с себя. Она расстегнула пуговицу на джинсах, но вдруг покраснела и засомневалась, что поступает правильно.

— Сам снимешь?

— Нет. Начала уже, снимай.

— Ладно.

Она расстегнула ширинку, взялась за пояс и аккуратно потянула джинсы вниз. Дон выбрался из них, держась за спинку кровати. Не поднимая головы, Вика быстро сдернула с его ног носки и встала. И тут он её поймал — притянул к себе за талию и поцеловал. Она ожидала, что их первый поцелуй будет нежным и романтичным, но вместо этого Дон крепко прижался к её губам, а потом начал страстно их поедать.

— Моя очередь, — шепнул он после, расстёгивая её пиджачок.

Вика онемела от неожиданности. Через секунду пиджак отлетел в сторону, за ним топик. Дон сжал её грудь ладонью и снова поцеловал, только нежнее, слаще, заставив её поддаться его желанию. Вика мечтала об этом парне несколько лет, и вот он шанс. Так почему она будет поддаваться каким-то ненужным принципам? Если не сделает это сейчас, когда он этого хочет, будет жалеть всю жизнь.

С момента, когда начала думать о любви, Вика мечтала о том, чтобы первый раз произошёл с любимым человеком. А Дон — любовь всей её жизни.

Поэтому она сделала это.