Глава 11

Я проснулась от детского плача и тихого нежного шепота. Посмотрев на источник шума, я увидела очень милую картину. Дмитрий, склонившись над детской кроваткой, что — то тихо нашептывал малышу. Портить такую картину не хотелось, но малышей уже давно пора кормить, а я, непутевая мамаша, сплю!

Посмотрев на настенные электронные часы, я поразилась тому, что прошло уже несколько часов после родов. Конечно, в этом нет ничего удивительного, что я столько проспала, — роды были долгими и изнурительными. Организму, как и мне, требовался отдых. Но все равно мне было немного неловко перед Дмитрием. Все это время он сидел тут и присматривал за малышами.

Сами роды прошли хорошо, малыши появились на свет здоровыми. Первым родился сын, от его первого крика даже такой суровый мужчина как Дмитрий не смог остаться равнодушным. Я видела в его глазах слезы! Позже появилась на свет малышка, она была меньше своего брата, но в крике ему ничуть не уступала! В тот момент, когда Дмитрий увидел малышей, он поблагодарил и поцеловал меня. Он был счастлив не меньше, чем я.

Сейчас же, после всей той суматохи, после всего, что мы прошли вместе, я бы хотела получить ответы на некоторые вопросы. Но для начала надо накормить малышей!

Поднявшись с кровати и кое — как пригладив растрепанные волосы, я неспешно подошла к Дмитрию. Он как ни в чем не бывало повернулся мне навстречу и, поцеловав меня, произнес:

— Вот и наша мамочка проснулась! А то малыши уже нервничают, кушать хотят!

— Дмитрий, ты своим поведением заставляешь меня волноваться за тебя! — сказала я. — И не строй из себя паиньку, ты мне еще должен объяснение! — строго сказала я.

Дмитрий вмиг стал серьезным и посмотрев на меня с раскаянием, произнес:

— Знаю.

Отвечать я ему ничего не стала, а потом и вовсе позабыла о нем на некоторое время, пока занималась малышами. И вот, когда малыши были сытые, чистые и довольные, я, наконец, обратила свое внимание на Дмитрия.

Мужчина все это время тихо сидел в палате и наблюдал за нами.

— Ну, я жду от тебя весьма познавательный и, что самое главное, честный рассказ, — проговорила я, устраиваясь в кресле рядом с ним.

— Это случилось не так уж и давно, — произнес Дмитрий. — Мы с Димой были в новом доме, следили, как проходит покраска в его комнате. Неожиданно для меня Дима полез на стремянку. Он никогда ничего такого не вытворял, а тут… Стремянка была плохо установлена, я не успел его предупредить, а он уже был на самом верху. В комнате кроме нас на тот момент никого не было. Я видел, как стремянка накренилась, и Дима стал заваливаться. Я тогда так испугался! Я видел это все своими глазами! Понимая, что даже если кому крикну, они не успеют! Сам же я мало что мог сделать, сидя в кресле. И когда сын сорвался и стал падать… я сам не понял, как оказался рядом. Я в последний момент успел его подхватить! — признался он.

Я глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. Мысленно утверждая, что это в прошлом, что мне не стоит волноваться. Но как только я представляю себе всю эту картину, что бы было, если бы Дмитрий не смог поймать сына… Дима же мог серьезно пострадать! И я только сейчас об этом узнаю!

— Почему я узнаю об этом только сейчас? — спросила я, недовольно глядя на Дмитрия.

В данный момент я не хотела говорить спокойно, мне хотелось накричать на него! Хотела высказать ему все, что думаю: как он смог это допустить, как он мог не уследить за сыном, почему позволил ему залезть на стремянку… Но это было бы глупо, ведь в такой ситуации могла оказаться и я.

— Мы не хотели, чтобы ты волновалась, — сказал он, пряча от меня виноватый взгляд. — Да и Дима просил не рассказывать тебе ничего! Ведь ты бы его больше не пустила помогать с ремонтом, — сказал Дмитрий, пожимая плечами. — Не переживай, все же обошлось, — попытался успокоить меня он.

Я с шумом выдохнула и прикрыла глаза. Ладно, я оставлю этот разговор на потом. Но я обязательно к нему вернусь, как только оба Димы будут вместе. Посмотрите на них! Спелись, секреты у них от меня появились! Ничего, вот выпишусь, я им все выскажу! А пока…

— Почему ты мне не сказал, что снова стал ходить? — спросила я и осуждающе на него посмотрела. В какую сторону ни посмотри — одни заговорщики! Сначала Матвей и Мила, теперь Дмитрий с сыном! Интересно, чего я еще не знаю?

— Сначала не знал как тебе об этом сообщить, а потом… побоялся признаться, — сказал он. Дмитрий замолчал ненадолго, собираясь с мыслями. — И это еще не все. Чувствовать ноги я начал еще до инцидента со стремянкой. Пытался ими шевелить, но получалось не очень. Однако я не оставлял попыток. Один раз даже удалось медленно встать, опираясь на стену, и сделать шаг. Но я… Я упал. Это было таким жалким зрелищем. Я не хотел тебе ничего говорить. Не хотел, чтобы ты видела мои ничтожные попытки барахтаться как рыба на суше. Я просто испугался и не стал ничего рассказывать. Никому.

Я недовольно нахмурилась. Чего это он испугался? Это же замечательная новость! И я бы была рада узнать от него это. Но не вот так! Когда опять одни недомолвки, тайны… не очень — то приятно узнавать об этом именно так.

— Чего испугался? — все же спросила я.

— Как я и сказал, сначала я не хотел, чтобы ты это все видела… Я чувствовал себя еще более жалким, чем в инвалидном кресле из — за этих не особо успешных попыток встать. К тому же, я все это время думал, что ты терпишь меня рядом только из — за жалости, — сказал он. — Думал, что как только я научусь уверенно ходить (а тренировки я продолжал каждый день, несмотря ни на что), ты сразу же выставишь меня за порог! Да, знаю, звучит глупо, но… я даже не знал, как быть дальше! Не мог же я просто взять и прямо у тебя на глазах встать! А что сказать, какие слова подобрать, чтобы рассказать об этом, я не знал! — растерянно проговорил он.

Да, дела!

В палате на некоторое время повисла тишина и нарушать ее никто не хотел. Ситуация, конечно, неприятная, но не смертельная. Глупо было с его стороны бояться чего — то подобного, но что уже поделаешь? Не закатывать же мне истерику по этому поводу? А вот сделать вид, что обиделась, наверное, стоит. Показать таким образом, что меня обидели его недомолвки. Ладно, я подумаю над этим позже!

— И долго ты бы еще сидел в кресле? — поинтересовалась я у него.

— Не знаю… — ответил он виновато и пожал плечами.

— А что это было сегодня? Почему ты показался здесь в кресле, а уже после этого все же решил прийти на своих двоих? — спросила я.

— Врач сказал, тебе нельзя нервничать и переживать. Я решил подстраховаться и не показывать тебе, что я уже стою на ногах. Думал, что в родильном зале ты не будешь рассматривать меня, и возможно не заметишь, что я стою. Еще я видел, что ты не очень — то и рада была этой новости, — сказал он. — Однако когда мне сообщили, что сейчас тебя повезут на роды — я не вытерпел, мне захотелось тебя увидеть и поддержать. Честно, именно в тот момент я и не думал, что сказать тебе и как объяснить факт того, что я вновь на ногах! — сказал он.

— С этим теперь мне тоже все понятно, — сказала я немного обиженно. — Есть еще что — нибудь, чего я не знаю? — спросила я.

— Есть… — ответил он. — На совместные роды записал нас я! Матвей меня прикрыл, — признался он.

Я застонала и обхватила лицо руками.

— Почему так? Почему не посоветовался со мной? — спросила я раздраженно.

— А ты бы согласилась? — задал от резонный вопрос.

— Нет, конечно! — возмутилась я.

— Вот тебе и ответ, — сказал он. — И еще…

— О господи боже, дай мне сил пережить этот день! — простонала я в отчаянии.

— Дима выбрал имена малышам! — сказал Дмитрий, улыбаясь.

— Хоть что — то хорошее, — сказала я. — Ну и что же он выбрал?

— Иван да Марья, — произнес серьезно Дмитрий.

— Чего?! — удивленно переспросила я, хлопая растерянно глазами.

— Да пошутил я! Почти… — сказал мужчина, посмеиваясь.

А я разозлилась на него! Шутит он! Подхватив маленькую подушечку, что была на кресле рядом со мной, я кинула ее в Дмитрия. Но он ее легко поймал на лету и чуть серьезней сказал:

— Перестань злиться, все же нормально прошло! А Дима и правда просил тебе передать, как он решил назвать малышей, — проговорил он. — Анюта и Ванюша.

— Значит, Ванюша и Анюта, — проговорила я медленно, пробуя на вкус имена. — Хорошо, значит так и будет! — согласилась я.

Дмитрий тоже согласно кивнул на мои слова. Не удивлюсь, если он выбирал имена детям вместе с Димой. Что ж, с именами мы разобрались, с тем, что Дмитрий ходит — тоже, вроде как… Теперь пора разобраться с Мариной, то есть поговорить о ней.

— Это может быть правдой, что сказала Марина? — спросила я у Дмитрия.

Все озорство с мужчины тут же слетело, и он стал хмурым. Он некоторое время молчал, о чем — то раздумывая, или, быть может, решая, говорить мне правду или нет. Конечно, эта его заминка заставила меня немного попереживать. А вдруг он не захочет рассказывать? Как мне тогда на это реагировать? То, что я не стала дальше развивать тему случая с сыном и того, что Дмитрий ходит — лишь следствие того, что сейчас это не так важно. Да, я обязательно вернусь к этому разговору, но позже, это может подождать. Но вот если то, что сказала Марина — правда… она ведь не оставит нас в покое, пока не добьется своего, а именно — пока не уведет от нас Дмитрия. Ей не составит особого труда это сделать, если Дмитрий ее до сих пор любит. Да, я видела, как он привязался к сыну, как иногда с нежностью смотрит на меня. Но я не знаю, что он чувствует к сестре! Да, он рассказывал о ней неохотно, при встрече разозлился на нее. Но кто знает, может, в нем просто говорит обида на нее за прошлое? Может, когда эта обида пройдет, он захочет к ней вернуться? Но что бы ни случилось дальше, своего мужчину я просто так ей не отдам!

— Когда меня выписали из больницы домой, — промолвил неспешно Дмитрий, — был у меня такой промежуток времени, когда я, ничего не помня, заливал свое горе алкоголем. Я вернулся домой калекой, которому врачи прогнозировали максимум инвалидное кресло! Эту новость я хоть с трудом, но принял. Но потом, словно издеваясь надо мной, судьба… Нет, сейчас — то я знаю, кто за этим всем стоял! — невесело хмыкнул мужчина и продолжил свой рассказ. — Но тогда… тогда было все по — другому. Маринка докучала своим присутствием, я уже тогда понял, что ей не нужен, но на кону стояли большие деньги, и она делала все, чтобы добиться моего расположения. Да и отец, он настаивал на заключении того идиотского договора, — рассерженно высказался он. — Но однажды, когда Маринка пришла меня в очередной раз навестить, она как бы невзначай упомянула, что ты вышла замуж, — вздохнув, он отвернулся и проговорил. — Я ведь ждал… ждал, тебя тогда, до последнего надеялся, а она… и за кого? За Серегу! Самого заядлого бабника на свете! — Дмитрий нервным жестом запустил пятерню в свои и так растрепанные волосы. — Эта новость стала для меня спусковым курком. Я тогда на месяц ушел в запой. Да, понимаю, это был паршивый поступок, знаю, что повел себя как слабак. Но это в прошлом! — заверил меня Дмитрий, смотря на меня пристально. И я почему — то поверила ему! Поверила, что больше он не станет употреблять алкоголь. Возможно, глупо с моей стороны доверять ему снова, и вполне возможно, что он вновь обманывает меня. Но почему — то мне хотелось верить в лучшее. А именно, что свое слово он сдержит!

— Тот месяц был тяжелым не только для меня, но и для родителей, — продолжил рассказ Дмитрий. — Что я только ни делал! Мне стыдно сейчас это вспоминать, но я хочу, чтобы между нами было как можно меньше недомолвок. И за то, что я не сказал, что вновь могу ходить, прости! Я правда не знал, как преподнести тебе эту новость, — наконец, он соизволил извиниться за свой поступок. — Я многое не помню из того, что творил в тот месяц, — сказал он. — В основном мне все рассказывала мать. Не знаю, может она хотела тем самым меня пристыдить?! А может, чтобы я подумал, что творю и перестал это делать?! — как — то задумчиво он это сказал. — И именно из — за этого я не могу быть уверен на сто процентов, что Маринка врет! Насколько я доверяю себе, я не мог снова на нее купиться! Но не могу ничего сказать о Маринке… Она могла воспользоваться моим состоянием! — сказал как — то отчаянно он. — Вероника! — Вдруг он резко вскочил с кресла и опустился возле меня на колени. Дмитрий взял меня за руки и, поднеся их к своим губам, поцеловал обе мои ладони. — Что бы ни ждало нас в будущем, прошу, только не гони меня! Мы со всем справимся вместе! И как бы ни сложилась ситуация с Мариной, знай, она мне не нужна! Я хочу быть с вами! Вы стали для меня семьей, хоть и прошло немного времени, но я вас полюбил, я не смогу уже без вас! — наконец, Дмитрий выговорился и теперь смотрел на меня с какой — то безысходной тоской, ожидая ответа.

А я… а у меня слезы стояли в глазах! Неужто гормоны до сих пор шалят? Или это такая реакция на признание Дмитрия, что он нас любит? Мне было приятно услышать от него эти слова. А еще я была рада узнать, что мы ему нужны, мы, а не Марина!

Я наклонилась и нежно, едва касаясь губ мужчины, поцеловала Дмитрия, и тут же прямо в губы прошептала:

— И не надейся теперь сбежать! — проговорила я. — Ты — мой! — вернула я ему его же слова, сказанные мне не единожды. Только теперь эти слова были не для меня, а для него. А после — я вновь поцеловала его.

Мужчина не растерялся и быстро перехватил инициативу в свои руки. Он подтянул меня к себе ближе и обнял, — крепко, но в то же время нежно. Обняв его в ответ, я наслаждалась поцелуем и его нежными объятиями.

Прервал нас врач. Он кашлянул, привлекая к себе внимание и тем самым заставляя нас отстраниться друг от друга, прерывая такой сладкий поцелуй. Дмитрий поднялся и отошел немного в сторону. А врач, тем временем, подошел к кроваткам с нашими с Дмитрием детьми.

— Я, конечно, все понимаю — молодые, горячие, у вас вон счастье какое, двойное! — проговорил ворчливо врач. — Но вы, молодой папочка, должны понимать, что мамочке нужен покой! Съездите лучше домой, отдохните, а завтра приедете проведаете своих, куда они отсюда денутся? Зачем их сторожить день и ночь? — бурчал врач, посматривая на Дмитрия косо.

Дмитрий намек понял. Понял, но уходить явно не хотел. Но врач был прав — мне нужен отдых, как и Дмитрию. Он тоже вымотался, сколько часов не отходил от нас! Я хоть немного, но отдохнула, а он все это время за малышами присматривал. Дмитрий подошел ко мне и, нагнувшись, на ушко прошептал.

— Мы с тобой еще вернемся к тому, от чего нас оторвали! — и оставил быстрый поцелуй у меня на губах. — Я позже позвоню, а завтра заеду, не скучайте тут! — проговорил он и скрылся за дверью.

Врач неодобрительно на меня посмотрел. А я, смутившись, извинилась за то, чему он стал свидетелем.

— Да ладно, я что, не понимаю. Сам был молодой, жена двух замечательных сыновей мне родила! Я тогда тоже из палаты не вылезал. Так что знаю на своем опыте: если их не выставлять за дверь, то они и ночевать тут будут! А оно вам надо? Еще будет возможность испытать на себе роль попаши, и не раз! Лучше пусть пока отдохнет, силы ему еще понадобятся! — разоткровенничался неожиданно врач. Но он во всем был прав.

— Спасибо! — поблагодарила я его, когда он собрался уходить.

— Отдыхайте и набирайтесь сил, а я к вам завтра зайду! Если что понадобится — не стесняйтесь, кнопка вызова медсестры над кроватью, — сказал он и тоже скрылся за дверью.